Город, которого нет на карте. Зарисовки к психологическому портрету вурдалака - часть 2

Вот как много оказалось букв — в один топик все не влезли! (Это я к тому, что время от времени поступают жалобы, что мало, мало текста, надо ещё). Итак, дорогие читатели, остановились мы здесь, и вот что было дальше

Яна смотрела не на Карину, а куда-то сквозь неё. Казалось, что мыслями она всё ещё в мокром весеннем лесу, и пытается увидеть, как там её драгоценный Олег, оставшийся на растерзание Владу. И вурдалак, который просил о помощи.
— Слушай, — Карина наморщила лоб, приподняла бровь и наклонила голову набок — за эту гримасу Олег и прозвал её Хаски, — надо туда наведаться! Если с вурдалаком в самом деле что-то не так, возможно, я это пойму!
— Как мы туда попадём? — безучастно спросила Яна, у которой наступило состояние, подобное тому, что накатывает на больного эпилепсией после приступа — спать и только спать.
— Или мы не маги?
— Аппарировать я не могу — не в состоянии просто-напросто. А твоих сил на двоих хватит в лучшем случае в одну сторону. К тому же там аномалия поля, геомагический перекрёсток. Назад пешком пойдём? Тридцать километров.
— Нет и нет! Мы отправимся втроём, и всё у нас будет, как надо! У нас есть Рийн!

— Верхом на хюльдре? — приподняла бровь Яна, — Это свежо! А уж Рийн как обрадуется!
— Почему сразу верхом? Она умеет перемещаться в пространстве и сама, и перемещать живые объекты — твой Олег так не может, малость сноровка не та, хотя если бы Рийн его потренировать…
— Они с Рийн друг друга едва терпят.
— Потому что Олег вредина. Но это всё не важно! Я иду звать Рийн. Ты с нами?
— Ты сдурела. А если я ошиблась, если мне померещилось, и этот вурдалак убьёт нас? От Рийн в бою толку ноль, от меня сейчас тоже, а ты, насколько я понимаю, с боевой магией только в теории знакома.

— Я что-нибудь придумаю, — заверила Карина, — Не волнуйся! — и убежала искать хюльдру.
Перемещение с помощью хюльдры сильно напоминало то, что Яне довелось испытать при путешествии в другой мир. Это было не почти мгновенное перемещение в пространстве, как при аппарировании, а именно переход, начавшийся прямо от порога «Ясеня-перца», через туманную пустошь, и затем, когда туман начал редеть и в пределах видимости стали появляться кусты и стволы деревьев, Яна вдруг поняла, что узнаёт местность. Вон там, левее, было место, где оставляли автомобили, а правее и немного дальше впереди была меловая гора, на вершине которой Яна вечность назад наблюдала парящего под облаками белого кречета… а вон за тем ручьём была берёзовая рощица, где сегодня утром появился вурдалак.

— А вот и следы, — сказала Рийн, и хвост её, обёрнутый для удобства вокруг талии, нервно дёрнулся под свитером, — и я бы сказала, что вурдалак точно вурдалак. Не медведь.
— Ты видела вурдалаков? — спросила Яна.
— Пару раз. Опасные твари. Быстрые даже для моих сородичей, ну и наглые, благо размер позволяет: корову легко на загривке утаскивают.
Рийн была не слишком словоохотлива, но тем не менее иногда рассказывала о своём прежнем житье-бытье. Хюльдры были скотоводами, и коровы для них были больше, чем просто домашними животными. Коровы давали молоко, молоко служило для восполнения магического резерва, и вдобавок у коров были хвосты, как у хюльдр. Яна ничего не стала говорить в тот раз, когда Рийн это поясняла, но про себя подумала, что теории о зарождении цивилизации на Севере и последующей миграции человечества на Юг не так уж и беспочвенны: у людей нет хвостов, однако в Индии корова — священное животное, как и у хюльдр. Яна даже спросила потом у Олега, как он относится к коровам. Олег ответил, что с осторожностью: большие, с рогами и убить просто так нельзя, хозяева будут ругаться. Зато в заповеднике к Олегу доверчиво выходили пугливые косули, и он специально для них прихватывал с собой круто посолённый ржаной хлеб. Яна когда первый раз увидела косулю с детёнышем так близко, что можно было потрогать шёрстку малыша, замерла и даже дышала через раз, опасаясь спугнуть. Но на неё косули не обращали ни малейшего внимания, видно, решив, что раз она с Олегом, то опасности не представляет.
— Думаешь, он где-то здесь? — Карина оглядывала окрестности с фирменным «хасочьим» выражением лица, — Тут спрятаться-то негде толком!

— Это тебе негде, — сказала Рийн, — а вурдалаков тут стая может залечь. Вот наши ребята шли по следу… хм… интересно…
— Что? — хором спросили Карина и Яна, следы разбиравшие довольно смутно.
— Они разделились, уже после того как снова собрались втроём. Двое пошли прямо по следу, третий ушёл в сторону… так, идите вон туда, — она указала на кривую берёзу, — и ждите меня там, — а сама беззвучно нырнула в кусты.
— Интересно, зачем они разделились? — задумалась Карина.
— Боюсь, они снова его увидели, — сказала Яна, — и кто-то пошёл в обход, загонщиком. Скорее всего Олег — он ходит по лесу так же, как Рийн.
Они дошли до берёзы и обнаружили, что хюльдра их уже там ждёт.
— Всё чудесатей и страньше, — сказала она, — мало нам вурдалака. Один из троих, по чьему следу мы идём, оборотень.
— Ты уверена? — обалдели Яна с Кариной.

— Тут нельзя ошибиться — сначала шёл мужик в ботинках, потом босые ноги стояли, потом волчьи лапы — здоровенные — бежали прыжками. Сделал круг по роще, вернулся, снова босые ноги и опять ботинки. Либо катался на Сером Волке, как Иван-царевич, либо сам оборотень.
— Только если Ярослав, — без большой уверенности сказала Яна, — потому что Влад с Олегом точно не оборотни. Не волки, по крайней мере, — поправилась она, вспомнив белого кречета, — А Ярослав — не знаю. Странностей у него хватает, но оборотней я видела, и они вне оборота никак не выделяются из толпы.
— Ты мне расскажешь, — потребовала Карина, — потом, когда вернёмся. О, смотрите, а это там кто?
Меж рябыми стволами берёз мелькнула неясная тень. Яне показалось, что белого окраса — но она отлично помнила, что вурдалак был волчьей масти. И, пожалуй, немного покрупнее. Но, может, и нет — белого зверя разглядеть толком не удалось, если это вообще был зверь, а не притащенный ветром от ближайшей деревни кусок парниковой плёнки.
— Девушки, мне жаль вас отвлекать, но у нас гость, — сказала Рийн каким-то странным тоном.

Яна с Кариной бросили вглядываться в рощу, обернулись на голос хюльдры и увидели, что вурдалак стоит прямо позади них. Совсем близко, метрах в трёх. Как он подкрался так, что его не услышала и не почуяла даже Рийн, оставалось загадкой. Яна до обидного остро ощутила нехватку резерва. Если зверь нападёт… сейчас его было видно очень хорошо, и видно было, что шерсть всклокочена и полна репьёв, длинная морда оцарапана. А в глазах…
— Ага, — протянула Карина, — вот оно что! И где же вы, сударь, взяли такую дурацкую идею?
Вурдалак повернул к ней морду и печально заскулил.
— Конечно, нож вы так и не нашли, — Карина не столько спрашивала, сколько уточняла, но зверь совершенно по-человечески кивал головой на её слова, — потому что от восторга чуть из шкуры не выпрыгнули. А теперь наелись вольной жизни по самые не могу и хотите обратно в люди. Считайте, что вам повезло.
— Так я права? — тихо спросила Яна.

— Права. Предполагаю, что этот красавчик решил на кого-то произвести впечатление своей крутизной, и вместо долгого пути в спортзал выбрал быстрый путь обретения силы: нашёл где-то заговор оборотня и кувыркнулся через воткнутый остриём вверх нож, да?
Вурдалак льстиво прижал уши, поджал хвост и униженно им завилял.
— Увы, эзотерические практики тоже требуют тренировки, — сказала ему Карина, — и написанное в магических трактатах иногда следует понимать буквально. Сила звериная появилась? Появилась. Какие претензии? Про внешность речь и не шла.
— Как его расколдовать? — спросила Яна, навскидку придумавшая только созвониться с профессором Лютой.
— Надо найти нож. Он потерял его где-то тут в лесу — выбрал местечко поглуше, и вот результат. Ага, а вот и ловчий отряд! Привет! Вы тут нигде ножа не видели?

— Зачем тебе нож? — спросил Олег, с подозрением разглядывая жавшегося к земле вурдалака, — Голову ему собралась отрезать, чтоб в мозгах покопаться?
Влад подошёл поближе (вурдалак закрыл морду лапами), хмыкнул неодобрительно, легонько попинал полосатый бок.
— Ну-ну. Зачарованный принц, значит. А с чего ты решила, что был нож? — спросил он Карину.
— Наиболее вероятный вариант, — пожала плечами та, — если бы его заколдовали с помощью шкуры, то он не бегал бы здесь кругами. А так явно что-то ищет, причём опасность заставила его не прекратить, а усилить поиски. Типичная для человека реакция.
— А для вурдалака?

— Вурдалак бы залёг в берлогу, и не дал о себе знать, даже если бы вы топтались у него по спине. Зато потом пошёл бы за вами вслед и переловил по одному. Впрочем, не уверена, что этого бедолагу не ждёт та же участь — если я правильно помню, длительность сохранения разума после оборота зверем составляет чуть больше суток, затем начинают доминировать животные реакции и…
Вурдалак снова тихонько заскулил.
— Значит, вот откуда они берутся, — задумчиво сказал Олег, — от собственной дурости.
— Вероятно, — кивнула Карина, — надо найти нож, которым он пользовался при обороте. Сам он ещё не приобрёл нюх такой тонкости, а когда приобретёт — будет поздно что-то менять… кто-нибудь знает тут подходящий пень?

— Знает, — сказал Ярослав, — ждите меня здесь, — и скрылся в кустах.
— Точно он оборотень, — сказала Рийн, — следы его ботинок там были вместе с волчьими лапами.
— Ну и что? — спросил Влад, — Что теперь, босиком ходить по такой грязище? Да и Африка далеко.
— То есть ты знал, что Ярослав — оборотень? — уточнил Олег.

— Конечно. И не надо так смотреть, извиняться я не буду: потому что по любому не стоило лезть поперёк боевого заклинания, и потому что вообще нашим барышням исключительно повезло, как умным людям не везёт — если бы этот… чудило оказался уже съехавшим с катушек, мы успели бы только к обглоданным косточкам. И я не спрашиваю даже, чья была идея этой самоубийственной прогулки.
Олег обнял Яну за плечи и хмуро посмотрел на напарника, но сказать ничего не успел, Карина опередила его.

— Зря не спрашиваешь, потому что идея была моя, — сказала она, — И Яна, кстати, заслуживает уж если не премии, то хотя бы устной благодарности, не будь она эмпатом, никто бы не догадался, что для этого бедняги ещё не всё потеряно. Вы бы его, конечно, поджарили, и обнаружили вполне человеческие останки — полная трансформация занимает неделю. Как бы ты описал в отчёте обгоревший труп? — спросила она Влада.
— Один труп — как-нибудь описал бы, — парировал Влад, — гораздо хуже выглядели бы три растерзанных идиотки, из которых одна вообще практикантка. Рийн, ты не говорила им, что они затеяли дурость?

— Говорила, — пожала плечами хюльдра, — а толку? Но всех нас он бы не растерзал, я быстро бегаю.
Сказано это было абсолютно без эмоций, и оставалось только гадать, была ли это мрачная шутка — Олег такими грешил, или хюльдра говорила на полном серьёзе.

— Не жди, что признаю тебя умной, — хмыкнул Влад.
К хюльдре он привык на удивление быстро, и вообще воспринимал Рийн совершенно спокойно, что порой удивляло Яну. Хотя, чему удивляться: Рийн сдружилась с Ириской, за что её немедленно полюбила Лиля, а ради своей обожаемой жены Влад готов был мирно сосуществовать с кем угодно.
Вернулся Ярослав. Выражение лица у него было непередаваемое, но никаких комментариев от него так и не дождались, он только протянул Карине нож — обычный кухонный — и спросил:
— Этот, что ли?

Вурдалак радостно взвизгнул и замахал хвостом.
— Кухонный? — удивился Олег, — Не охотничий?
— Какой был, видимо, — рассеянно отозвалась Карина, — кто будет мне ассистировать?
Вообще-то для обратной трансформации достаточно было просто сделать обратное сальто через тот же нож — для подвижного вурдалака это не составляло труда. Сложность была в том, что при обороте нож из пня выпал, и магический контур оказался нарушен, поэтому даже отыщи бедняга свой инструмент, самостоятельно сменить облик он бы не смог. И без того потребовались совместные усилия трёх магов, и пришлось немного надрезать шкуру — что было нелегко, потому что нож оказался удручающе тупым. Но зато результат превзошёл все ожидания: вурдалак словно съёжился, подёрнулся дымкой, а когда снова стал хорошо виден, то оказался молодым кареглазым блондином в жёлтой куртке, невысоким и порядочно напуганным.

— Эт-то...-слегка заикаясь (что вполне понятно) выговорил он, — … что было, а?
— А что ты хотел? — хмыкнул Влад, — Ты вообще кто такой?
— Коля. То есть, я вообще на насосной станции работаю…
— Аномальное место какое-то, — пробормотал Олег, но так тихо, что услышала только Яна, как раз то же самое подумавшая.
— Я там тетрадку нашёл, в ящике стола… ну ночью на дежурстве тоска же, а спать нельзя… ну и прочитал… не поверил, конечно, ерунда же. А потом Вика… ну, вы её не знаете… в общем, она с Генкой стала гулять, и я с горя малость лишку хватил, ну и подумал — отчего не попробовать, что в тетрадке написано…

— Светочка, — догадалась Яна, — она держала на работе или дневник, или что-то типа рецептурного блокнота — уж не знаю, что там у необученных ведьм. А этот бедолага прочитал и вляпался.
— Какая Светочка? — удивился бывший вурдалак, — У нас никакой Светланы нет на работе!
— Она у вас уже не работает, — пояснил Олег, и спросил Влада, — что делать с ним будем?
— Мужики, а может, ничего не надо, а? — жалобно проблеял Коля, съёживаясь под оценивающим взглядом Влада, — Я всё понял уже… я больше не буду!

— Больше и не надо, — хмыкнул Влад, — До города добросим, что с ним ещё делать… ну, психологу показать ещё…
— А можно мне?! — подпрыгнула Карина, — Ну у меня уже почти в кармане диплом, и всё равно не потащится он в Белгород, а в Лысогорске нет такого специалиста!
— Забирай, — разрешил Влад.

Карина взяла под ручку всё ещё обалделого Колю, и вся команда двинулась в обратный путь. Возле машин немного замешкались, хотя Ярослав сразу предложил свои услуги в качестве перевозчика до Лысогорска — самому ему нужно было в Белгород, но он, как обычно, сказал, что семь вёрст не крюк.

В его УАЗе заднее сиденье было нормальное, и четырёх пассажиров он мог взять вполне. И тут Влад окликнул:
— Яна, ты с нами?
Яна замешкалась на секунду — но только на секунду.
— С вами, конечно! — ах, да пусть придётся ехать на куче снаряжения, зато со своими!

— Ты это… — Влад придержал её за локоть, пока Олег что-то там в машине перекладывал для удобства, — … в общем, под боевые заклинания не лезь больше, ладно?
— Это извинение?

— Ещё не хватало, — пробурчал Влад, — но если с тобой что случится — меня Лиля убьёт! И вообще… ещё одна выходка в стиле Олежки — и ты на бумажной работе, поняла?

— Поняла, — кивнула Яна, — а пока — нет?
— Пока нет. Борисычу пока не скажу… и в отчёт не впишу. Ну и ты тоже… того… не болтай особо. Ладно, садись иди, поехали домой, обедать давно пора!

Олег попытался уступить ей переднее сиденье (вообще они занимали его по очереди), но Яна отказалась — и не гордо, как можно бы подумать, а насквозь видя его коварство: пассажирское сиденье Владова «Ульяныча» было настоящим пыточным орудием, и добровольно ехать на нём не согласился бы даже индийский йог, из тех, что спят на гвоздях.

— Сдаётся мне, ты раздумала добывать вурдалачий череп, — сказал Олег.

Он нагрел молоко и принёс кружки в комнату, предварительно устроив Яну в одеяле, словно она была совсем больной и беспомощной. Яна пыталась протестовать, но Олег заверил её, что ничего хорошего в виду не имел и просто надеется на ответную заботу в случае чего. Она засмеялась и не стала больше спорить.

— Раздумала, — согласилась Яна, принимая у него из рук кружку, — а ты бы не раздумал?
— Да я и сразу не очень хотел, — признался Олег, — нет, круто, конечно, с черепком на заборе, но Дениска ведь не поймёт… а нервы соседей надо щадить, мало ли, на что сгодятся?
— А Тамара Дмитриевна?
— Что Тамара Дмитриевна? Её череп на заборе повесить? Боюсь, она будет против…

— Да ну тебя! Ты отлично всё понял!
— Не знаю, никогда не спрашивал, как она относится к черепам на заборе. Но вот к ужу под порогом — вполне нормально, обижать не велела. Кстати, ты слышала, что Карина наплела этому полудурку, Коле-вурдалаку?

— Про грипп с нейротоксикозом? Слышала. А что, пусть лучше считает, что болел с глюками, чем на самом деле… а Светочка, ну кто бы мог подумать — оставила наследство!
— Да уж, — вздохнул Олег, — мы сами виноваты, что прохлопали дневник — сами-то обязательно ведём рабочий блокнот, почему необученной ведьме этого не делать? Но в тот момент даже не подумали… я, во всяком случае.
— Да и никто не подумал. Тем более, что она держала эти записи на работе!
— С собой носила, это вернее. Просто положила в ящик, когда услышала, что дверь щёлкнула… а забрать уже не получилось. Она и сама небось не вспомнила про тетрадь ни разу. А Карина молодец — сразу тебе поверила, не то что Влад… он извинился хоть? Я краем глаза видел, что вы разговаривали, но не вслушивался.

— Извинился — в своей манере, конечно. Но санкции отменены, я по-прежнему в команде. С обещанием вести себя благоразумно и не брать с тебя пример.
— Ну да… я как-то внезапно осознал, почему Влад на меня так реагирует… в самом деле жуткое ощущение, когда под убойное — твоё — заклинание попадает свой… ты больше так не рискуй.

— Но ничего ведь не случилось, — Яна попыталась скопировать выражение лица, которое обычно сопровождало эту фразу, если её произносили Олег или Влад, но почувствовала, что эффект немного не тот.

— Ну да. Я же успел отозвать свою часть силы из заклинания — благо могу впитывать магию не хуже моих хвостатых родичей. Потому и досталось тебе только от Влада и слабенько. Попади мы в тебя оба, убили бы на месте, — он помрачнел, представив такой исход.
— Ладно, — Яна погладила его по щеке, — не убили же… но мне нестерпимо хочется засесть за диссертацию о вурдалаках!
— Утром, — решительно заявил Олег, — всё, отбой, я гашу свет!

… И уже засыпая, Яна вспомнила, что она забыла: она никому не сказала, что злосчастный Коля, жертва Светочкиных мемуаров, был Видящим. И едва ли история с гриппом прокатит так легко и запросто, как надеется Карина.
Так что продолжение следует! ;)

Смотрите больше топиков в разделе: Проба пера: рассказы, стихи, сказки и истории