Город, которого нет на карте. Брюсово наследство, часть 2

Всем привет! Есть продолжение бесконечного романа, отложили который в сторонку тут. Приготовьте валерьянку, глава нервная!

Клад! Волшебное слово, заставляющее кровь быстрее бежать по жилам. Не зря, ох, не зря выбрал он именно этот мир, когда искал в тумане портала что-нибудь интересное! Ушки у драконов невелики, скрыты за височной бронёй, но слух при этом — совиный, особенно если дело касается сокровищ, а что же ещё может быть кладом? Гиацинт проводил подозрительным взглядом пару артефакторов, продолжавших увлечённо обсуждать всякие тонкости розыска магических кладов, и задумался. Нет, если бы он случайно подслушал разговор о кладе, который вёл бы кто угодно другой, он без колебаний влез бы в концессию — но Дениса Гиацинт недолюбливал, и не сомневался, что взаимно: хоть после их единственной стычки артефактор больше не рисковал говорить ничего обидного для дракончика, но и дружелюбия не проявлял. Гиацинт, впрочем, к нему и не лез, предпочитая общаться с Олегом, потому что хюльдры вообще лучше людей, и с Владом, чья огненная магия притягивала малыша словно магнит. Влад держался с Гиацинтом на равных, и малышу это необыкновенно льстило. Но по-настоящему дружил Гиацинт всё-таки с Ириской и Дашей — и вовсе не потому, что девочки были первыми его знакомыми в этом мире. Просто в их маленькой команде он был безусловным вожаком — как старший по возрасту и как единственный мальчик. Поэтому он запасся терпением и дождался, когда его подружки прибегут в кафе поиграть с ним, и посвятил их в ставшую известной ему тайну.

— А что такое клад? — спросила Ириска.

— Это такие спрятанные драгоценности, — пояснила Даша, — всякие блестящие штучки. Было бы здорово найти клад — тогда у Гиацинта были бы настоящие драконьи сокровища!
— Насколько я понял, этот клад не простой, — сказал Гиацинт, — и там не просто блестящие штучки, а волшебные кристаллы, обладающие немалой силой. Я о таких слышал. В моём родном мире их добывают из желудков троллей и называют безоарами, хотя собственно безоарами они не являются…
— Чего? — заморгали обе девочки.
— Ох, какие ж вы ещё необразованные! Безоар — это такой камень, который образуется в желудке из всякой несъедобной ерунды, которая туда попадает: волос, чешуек, скорлупы семечек…
— Фу! — дружно сморщились девочки.

— А нечего лопать всё подряд! — наставительно проговорил дракончик, — Так вот, безоары, как всякие необычные вещи, обладают весьма интересными волшебными свойствами — например, служат противоядием от любых ядов, даже магических. Но то безоары простые, которые образуются у короткоживущих… ну, то есть у животных и людей, не наделённых магией. Иное дело безоары, образующиеся у магических существ. Но тролльи камни необычны тем, что представляют собой не именно безоары — такие пористые, неровные и часто причудливой формы — а прозрачные кристаллы, чаще круглые, но встречаются и овальные, и прямоугольные, и даже сердечком, хотя и редко. Тролльи камни — это… это как батарейка, заряженная вместо электричества магией. Имея всего один троллий камень можно ого-го сколько всего натворить! Я бы даже мог научиться летать… и даже, может, вырос бы, наконец…

— Так давайте скорее найдём этот клад! — подпрыгнула Ириска.
— Не так всё просто, — остудил её энтузиазм Цинтик, — клад спрятан величайшим магом, известным во всех населённых мирах, и до сих пор не найден, хотя о кладе известно. О чём это говорит?

— Клад зачарован? — предположила Даша.
— Вернее всего, — важно кивнул Гиацинт, — эти, — он махнул лапкой куда-то в пространство, имея в виду взрослых магов, — станут копаться в архивах, всяких бумажках, и ничего не найдут. Кто же доверяет бумаге такие важные вещи? Мы должны найти подсказки, которые наверняка оставлены для потомков или в доме, или где-то поблизости!
— А можно ещё домовых поспрашивать, — предложила Ириска, — Мироша столько всего интересного знает!
— С домовыми кладом придётся делиться, — с драконьей предусмотрительностью заметил Гиацинт, — а там может всего-то один камушек. Нет уж, сами найдём!

И они занялись поисками подсказок, благо у Даши как раз закончились занятия в школе. Три дня подряд юные кладоискатели обследовали заброшенный особняк.

Облазили его весь, от чердака до подвала, и вот в подвале-то им неожиданно повезло. Или не повезло — это как посмотреть. Вообще подвалы под бывшей усадьбой Березиных были могучие, там имелись и погреба для хранения всяких припасов — от вина до пороха, и комнатки с окошечками под потолком — Гиацинт пояснил, что в этих комнатках зимой держали листопадные кадочные растения вроде гортензий, и в оттепели окошки открывали, чтобы впустить в помещение холодный воздух, а то от слишком большого тепла цветы могли тронуться в рост раньше срока. А потом Ириска сделала шажок в сторону, и магический светлячок за ней не успел — она ещё не очень хорошо умела управлять волшебными огоньками — и с визгом провалилась куда-то в темноту.

Гиацинт, надо отдать ему должное, без раздумий кинулся следом, позабыв, что не умеет летать, и задержал падение девочки, вцепившись когтями одной пары лап в её волосы, а когтями другой пары — в торчавшую из стены доску. Тут их догнал светлячок Ириски, а следом слетели ещё два Дашиных, и Гиацинт вполне отчётливо разглядел, что падать вообще было невысоко и можно уже разжать лапы. Ириска шлёпнулась на попу, но не заревела, потому что не ушиблась — теперь было действительно невысоко, а Гиацинт и вовсе приземлился на лапки, как всякий порядочный дракон.
— Эй! — закричала сверху Дашка, и её голосок гулко раскатился по подземелью, — вы там живые?!
— Живые! — пискнула в ответ Ириска.
— Прыгай сюда, — скомандовал Гиацинт, — тут невысоко!
Через полсекунды Даша присоединилась к команде.

— Ого! — она огляделась, — Похоже на подземный ход! Для чего бы?
— Известно, для чего: времена были смутные, то разбойники, то бунт, то враги какие-нибудь, — пояснил Гиацинт, сам имевший о здешней истории представление довольно поверхностное, но в целом верное, — Ворвётся кто в дом, а хозяева по потайному ходу раз-раз — и убегут! Хорошая тактика, одобряю.
— А вылезать отсюда как? — озадачилась Даша, поглядев вверх.
В свете магического огонька были видны остатки деревянной лестницы, проигравшей битву со временем.
— Мы пойдём вперёд, — сказал дракончик, — этот ход должен куда-то вести!

И они пошли, потому что стоять на одном месте было глупо, холодно и страшновато. Кладоискатели как-то не озаботились прихватить тёплую одежду, потому что наверху было лето и двадцать шесть градусов тепла. Кто же знал, что в усадьбе — подвал, а в подвале — холодрыга! Шли они долго — по ощущениям, не меньше недели, часа полтора так точно. Ириска уже собиралась начать ныть, что устала, потому что в самом деле устала, а Дашка вспомнила маму и хотела зареветь, представив, как мама будет плакать, если обнаружит, что она, Дашка, потерялась. Гиацинт ни о чём таком не думал, и потому первым почуял свежий воздух и заметил зеленоватый свет и странный силуэт в конце тоннеля.

— Чшш! — прошипел он, — Тихо. Там кто-то есть.
Девочки остановились и съёжились, постаравшись стать меньше и незаметнее. Усталость от страха куда-то делась, и шевельнись стоявшая впереди странная фигура — они дунули бы бежать со скоростью артиллерийского снаряда. Но фигура не шевелилась, и в конце концов троим кладоискателям начало мерещиться в ней что-то знакомое.

— Это Маша! — первой узнала Ириска, обожавшая гаргулий, но Гиацинт усомнился.
— У Маши длинные волосы, — сказал он, — а Саша покрупнее.
— Но это же гаргулья! — радостно вокликнула Даша, — Они же хорошие!
— Откуда ты знаешь? — строго спросил Гиацинт, — Это пара ваших знакомых гаргулий хорошие, а от незнакомой неизвестно, чего ждать! Стойте тут, я пойду на разведку.
Вообще-то, ему тоже было страшно.

Даже очень. Но, во-первых, он был дракон — значит, храбрый, во-вторых, он был дракон — значит, огнедышащий и грозный, в-третьих, он был дракон — значит, его самого все должны были бояться. Последнее соображение особенно поднимало самооценку. Гиацинт подкрался к гаргулье…

— Э, да она каменная! То есть не живая!
Девочки подошли поближе. В самом деле, коридор, по которому они шли, закончился — впереди за аркой колыхалась зелень, слышались шум ветра и щебетание птиц, а неподалёку от выхода стояла сгорбленная крылатая гаргулья.

Взгляд её был устремлён в никуда, и она выглядела обычной статуей, совсем не такой, как Марилетта и Александр.
— Может, она и есть подсказка? — задумался Гиацинт, — С чего бы её тут ставить просто так? Кто её тут видит?
Он обошёл вокруг статуи, внимательно оглядев сначала её саму, а затем пол вокруг неё — и точно, по полу вокруг статуи тянулась тёмная полоска! Край люка!
— Как бы её сдвинуть? — задумался дракончик.
Он задумчиво попинал мраморную ногу, ковырнул когтем край люка… и тут вдруг что-то скрипнуло, он услышал, как взвизгнули девочки, а затем его схватили каменные когти!

— Бегите!!! — не своим голосом заорал Гиацинт, чувствуя, что попался крепко.
Девчонки слаженно дунули к выходу, и статуя не успела их перехватить, опасаясь упустить извивающегося, щёлкающего пастью и плюющегося сгустками пламени дракончика. Будь он человеком или животным более мягкотелым — и страж сокровищ его или задушил бы, или раздавил. Но драконья броня — весьма прочная штука, и в какой-то момент ставшее едва переносимым давление ослабло — у монстра кончились силы давить.

— Что, кочерыжка? — злорадно спросил Гиацинт, — Съела? Вот погоди, сейчас мои друзья вернутся с подмогой — вот они тебе покажут!
Гаргулья ничего не ответила — то ли не умела говорить, то ли выключилась. «Может, это робот?» — подумал Гиацинт. Он слышал, что помимо магии Брюс был ещё и учёным, изобретателем и механиком. К тому же магией от гаргульи не пахло — пахло камнем, пылью, гарью. Лица её Гиацинт не видел, потому что висел вверх тормашками, и извернуться никак не мог. Оставалось надеяться, что девчонки в самом деле приведут подмогу.

И что подмога сумеет разобраться с проблемой. Маги не всемогущи, это Гиацинт понимал.
Не переключайтесь, продолжение следует!

Смотрите больше топиков в разделе: Проба пера: рассказы, стихи, сказки и истории