Город, которого нет на карте. Возвращение

Всем привет! Спешу выполнить данное вчера здесь обещание закончить растянувшуюся на четыре главы очередную историю из жизни обитателей Лысогорска. Спрячьте валерьянку, тут всё будет хорошо! ;)

Если вы читали «Ветер в ивах» Грэма, то вам легко вообразить то же, что представляла себе Яна, пока они с Олегом шли на звуки незнакомой мелодии. Если не читали — я вам завидую, потому что теперь вы точно прочтёте, и у вас впереди несколько незабываемых часов доброго волшебства. Яна даже успела нафантазировать себе существо вроде греческого Пана или нарнийского мистера Тумнуса, и даже испытала некоторое разочарование, когда они с Олегом вышли на поляну и увидели источник звука: возле корявого замшелого пня сидел прямо на земле лохматый парень в джинсах и футболке.

Он опустил флейту, посмотрел на них зелёными немного похожими на звериные глазами, и Яна вдруг узнала его. Странно, что не узнала сразу, потому что это был Лант.

— Привет, — сказал шидхе, — я рад, что вы нашлись.
— А мы как рады, — усмехнулся Олег, пожимая протянутую руку, — Так это и есть твой лес, о котором ты рассказывал?
— Да. Добро пожаловать в середину апреля — в день, который длится год и вечность!
— А подснежники такие громадные откуда? — спросила Яна.

— От магии. Это мои… ну, некоторым образом тотемные цветы. Как у некоторых людских племён бывают тотемные животные, так у фейри — цветы. Мои как раз галантусы.
— А если пересадить такой куда-нибудь поближе к реальности?
— Будет обычный, — пожал плечами Лант, — располагайтесь, отдыхайте, правда, кроме сморчков у меня ничего съедобного не растёт, но могу насобирать, хотите?
— Нет, спасибо, — покачал головой Олег, как-то кстати вспомнивший, что принимать от фейри угощение может быть небезопасно, — Ты где эту флейту взял? И что же, специально нас… вызывал?

— Специально, — кивнул Лант, — а флейту мне принёс один находчивый и храбрый, но очень скромный юноша… Гиацинт, да выходи уже!
И не успели Олег с Яной подумать, что имя уж больно знакомое, как из ближайшего куста гигантских подснежников вылез дракончик, с осени обитающий у Киры в кафе на правах всеобщего любимца.

Он был уморительно мал и очаровательно стеснителен, охотно позволял девушкам себя гладить и тормошить, и однажды довольно сильно обжёг руку Денису, который был в плохом настроении из-за опоздания со сдачей годовых отчётов в своём отделе (Ольга весьма легкомысленно относилась к ведению документации), и обозвал малыша огрызком. Олег только собрался взять Дениса за шиворот, вынести за порог и попросить повторить сказанное, как Гиацинт покраснел, надулся и выдохнул длинную прозрачную струю горячего воздуха, без малейшего вреда прошедшую сквозь спинки двух стульев и воспламенившуюся при соприкосновении с кожей мага. Денис заорал и замахал обожжённой рукой, Кира с Кариной и Мариной принялись хлопотать вокруг него, а Олег торжественно пожал дракончику лапку, пока никто не видит. Денис, конечно, извинился, и Цинтик, конечно, его простил, делая скидку на несовершенство человеческой природы, но старался всё равно держаться поближе к Олегу и Яне. Когда Влад пришёл в кафе в растрёпанных чувствах, и переполошил всех известием о пропаже Олега и Яны, дракончик ужасно разволновался. Влад с Лилей ушли ловить хюльдру, а он вскарабкался на стул и спросил Киру, не знает ли она какого способа, чтобы подать сигнал потерявшимся между мирами.

— Представь, знаю, — сказала Кира, — есть такая специальная флейта, и она ещё пока в здешнем архиве, до завтрашнего дня, потом увезут в Питер. Но ни тебя, ни меня в архив не пропустят, да и играть на флейте я лично не умею, а тебе она великовата по размеру.
— А кто на ней обычно играет?
— Последний раз это был шидхе по прозвищу Лант, но это было ещё до твоего появления.

— Жалко, — сказал дракончик, и отправился на кухню.
На кухне колдовала возле духовки гаргулья Марилетта, а её возлюбленный Александр сидел верхом на стуле и рифмовал всё что видел.

С гаргульями Гиацинт дружил — отчасти они напоминали ему драконов, отчасти — почему-то Олега. Конечно, они не отказались помочь малышу…
— Диверсанты, — хмыкнул Олег, — это ж придумать надо такую многоходовую комбинацию!

Марилетта дружила с домовишкой Фенечкой, помощницей архивариуса, а Александр достаточно дружески общался с лешими из заповедника. Кроме того, все они давно дружили с хранителем библиотеки домовым Мироном, который нашёл в фондах книгу с чертежом свирели, обладающей свойством отпугивать грызунов.

Александр отнёс копию чертежа в заповедник, где лешие Ерофей и Еремей за каких-нибудь полчаса вырезали вполне рабочий инструмент, и даже напугали семейство белок, тут же возмущённо обстрелявшее их шишками. Александр принёс свирель Марилетте, та отнесла её в архив, где Фенечка добросовестно положила свирель на место флейты.

В приходной ведомости значилось: «Флейта Крысолова» и никаких пояснений не давалось. Ну, не флейта, а свирель — так ведь ведомость не музыканты составляли, ошибка простительна. А свойства… крыс отпугивает, чего ещё? Флейту же Гиацинт, надувшись для храбрости и внутренне дрожа, принёс в библиотеку к телепорту. Мирон успел пообщаться с Лантом и знал, где тот обитает.

Два удара сердца — и маленький дракончик с тяжёлой флейтой оказался в лесу среди огромных подснежников…
— Спасибо, — сказала Яна, — вам обоим спасибо — без вашей помощи мы бы вряд ли выбрались!

— Ерунда, — отмахнулся Лант, — я ваш должник ещё с осени.
— Теперь я твой должник, — сказал Олег, — ты же спас не только мою любимую, но и меня, так что…
— Просить, что пожелаю, в пределах разумного? — рассмеялся Лант, — Знаешь… я тут подумал: если флейту подменили на время, то…

— Нельзя ли это сделать навсегда? — угадал Олег, сам думавший о том же, — В архиве — тем более Центральном — от этой флейты никакой пользы не будет никому: люди на ней играть не могут, а магических созданий маги — удавятся, но о помощи не попросят, если вдруг что. Пусть уж лучше будет у тебя, мало ли, кому понадобится!
А потом Лант отправил их домой — благо из своего леса мог это сделать очень легко — и через очень короткое время они втроём с Гиацинтом оказались сидящими у Киры в кафе как ни в чём не бывало. Вернулись в тот же самый день, когда пропали — так вольно обращаться со временем, как фейри, мало кто умел.

— Ну вы… слов нет! — сказал Влад, выслушав повесть о приключениях своих непосредственных подчинённых, — Я доживу до времени, когда вы будете тихо сидеть дома ни во что не вляпываясь, а?
Олег и Яна переглянулись и одинаково пожали плечами. В самом деле, откуда им знать?
Лиля принесла сову, выпутала её из шали и пустила наконец к хюльдре.

Сова юркнула в дупло, став как будто поменьше размером, но словно поярче, уселась поудобнее, и через пару секунд хюльдра стала осторожно, но вполне осмысленно оглядываться по сторонам. Кира присоединилась к собравшимся, села рядом с хюльдрой в кресло.

— Здесь тебя никто не обидит, — сказала мелиада, — но при условии, что и ты никому не причинишь вреда. Как видишь, общество у нас тут весьма пёстрое, поэтому стараемся обходить острые углы и сглаживать неровности, иначе едва ли жили бы долго и счастливо. Откуда ты к нам попала? Родные есть?

— Никого не осталось, — прошептала хюльдра, — моя семья… мы никого не трогали, а потом люди стали вырубать наш лес — лес, в котором мы жили долгие века. Ну… сначала пытались договориться — но с людьми не договоришься, они насквозь лживы и продажны. Тогда мы стали защищаться — как умели, как могли. Пришли Охотники, я в это время была на дальнем пастбище, успела к самой раздаче, когда наш дом уже догорал от магического огня, невидимого простым зрением. Тогда я решила мстить и пошла к ведьме — у неё тоже с Охотниками не ладилось. Но она… она меня предала. Как все люди. Я оказалась запертой в крошечном подобии мира величиной с этот стол — хвост не вытянуть! Долго ли я там пробыла, не знаю, мне показалось — вечность и ещё три дня. Я уже ничего больше не хотела, только уйти подальше от людей, я почувствовала недалеко перекрёсток линий… и тут опять появились Охотники… — она кинула быстрый взгляд на Влада, — Да ещё и… с собаками.
Лилит и Олег одновременно открыли рты, собираясь возмутиться, но Кира жестом велела им молчать, и они подчинились.

— У нас маленькое общество, как я уже говорила, — голос мелиады звучал спокойно и даже слегка убаюкивающе, словно шелест листвы, — и мы дорожим друг другом. Мы не делимся на людей и нелюдей, на магов и немагов, потому что живём все вместе. И никого из своих в обиду не даём — никому и ни при каких обстоятельствах. Ты, конечно, можешь не верить, но в разное время все здесь присутствующие так или иначе спасали друг другу жизнь — и не требовали ничего взамен. У нас так принято. И поскольку ты никого не убила — к счастью — мы готовы предоставить тебе возможность показать, что ты можешь никому не причинять вреда. Испытательный срок, скажем, до весны.
— А потом что? — спросила Яна.

— А потом увидим — возможно, в заповеднике и найдётся местечко, — сказала Кира, — пока же я прошу Рину быть моей гостьей.
— Благодарю, — сказала хюльдра, впервые решившись посмотреть мелиаде в глаза, — я постараюсь не быть обузой… и ещё: моё имя — Рийн. Выговорить нелегко, но я не очень люблю, когда его коверкают.
— Значит, договорились! — заключила Кира, улыбнувшись в два раза солнечнее обычного, — Ребята, давайте жить дружно!

Возражений не последовало, и скоро умученную Рийн отпустили спать — Кира держала пару гостевых комнаток на всякий случай.
— А я бы всё-таки не стал ей вот так доверять, — проворчал Влад.

— А я и не доверяю «вот так», — улыбнулась Кира, — у меня всё под контролем, ты же знаешь. Девочке нужно время осмотреться. В конце концов, некоторым, не буду уточнять, кому, поначалу тоже не очень-то доверяли, а потом бац — и свадьбу сыграли!

Лиля уткнулась лицом Владу в грудь, и тому ничего не осталось, как только смутиться и признать, что Кира опять права.
И это ещё не конец ;)продолжение следует!

Смотрите больше топиков в разделе: Проба пера: рассказы, стихи, сказки и истории