Анна
Подлинная история Зорро, глава 22
Поскольку кое-кто как ни удивительно это читает, продолжаю графоманить. Остановились тут
Ситуация в Монтерее постепенно накалялась. Хоакин попытался было наброситься на Диего с ножом, и тому пришлось изрядно постараться, чтобы суметь одновременно избежать ранения, не разрушить образ бесполезного бездельника и не сломать Хоакину руку. К счастью, вмешалась Тереза, отобрала нож, надрала Хоакину уши и велела собрать раскиданные по площади сковородки и уцелевшие горшки для теста, раз уж пообещал помочь ей. Хоакин помрачнел, но подчинился, ворча, что никому не позволено безнаказанно бить его по голове, и Бернардо на всякий случай решил на попадаться ему на глаза. И чуть не попался на следующий же день — пришлось прятаться. Хоакин заметил его, но, поискав, не нашёл, зато завернув за угол столкнулся с гвардейцами. Капитан Брионис грубо толкнул его и обругал, Хоакин в ответ выхватил нож, и… естественно, его тотчас обезоружили, скрутили, избили и без чувств поволокли в тюрьму. А Бернардо опрометью бросился к хозяину.
Хоакина Кастенаду под залог отпустить отказались. Сеньор Рикко упирал на то, что юноша напал на офицера гвардии, и что наказание его должно послужить примером для остальных. Увидеться с ним нельзя, так как его содержат в отдельной камере. Одиночной. Специально устроенной именно для него, поскольку до сих пор ничего такого не требовалось. Диего только зубами скрипнул. Возле камеры он походил, посмотрел, как вкапывают столб для наказания кнутом — тоже новинка для Монтерея.
— Хоакина — кнутом, представляешь? — горько усмехнулся Диего, рассказывая Бернардо о результатах своего посещения гарнизона, — Он начнёт сопротивляться, и его убьют.
Бернардо пальцем начертил в воздухе букву «Z», и Диего кивнул.
Ночью на крыше гарнизонной тюрьмы появилась чёрная тень. Хоакин Кастенада, услышав над головой шаги и царапанье, надо честно сказать, изрядно перепугался. Он забился в угол и слушал, как шуршит сыплющаяся с потолка соломенная труха. Затем в потолке появилась длинная щель шириной с вынутую доску, и незнакомый голос негромко позвал:
— Хоакин Кастенада!
— Кто здесь? — так же тихо ответил Хоакин, отчасти уже догадываясь, что услышит «Зорро».
Так и оказалось. Зорро зачем-то велел Хоакину разозлить охранников так, чтобы они вошли в камеру. Зачем это было нужно, Хоакин не очень понял, но начал колотить в дверь, обзывать охранников и орать, чтобы его выпустили. Охранники разозлились, окрыли дверь, и тотчас один из них получил сильный удар ногой в живот от Хоакина, а на второго с крыши рухнуло что-то чёрное и тяжёлое, после чего оба очутились в бывшей камере Хоакина. Тот подобрал оброненное охранником ружьё и побежал к воротам. В этот момент капитан Брионис, привлечённый шумом, вышел на крыльцо казармы и увидел на крыше чёрный силуэт. Гадать было незачем — всякий слышал о Зорро. Капитан выхватил пистолет, прицелился, но тут от ворот грохнул мушкетный выстрел, и пуля чиркнула его по кисти, заставив выронить оружие. Зорро помахал Хоакину, тот отсалютовал ружьём — теперь они были в расчёте. Однако на площади Хоакин едва не попался ночному патрулю, и его схватили бы, если бы откуда ни возьмись не вылетел чёрный всадник на белом коне и не подхватил его в седло. Фантом был великолепным конём — таким же умным, как Торнадо, и, кажется, даже более быстрым и выносливым. Двоих седоков он нёс легко, хотя оба были достаточно не мелкие парни. Милях в трёх от города Хоакин объявил, что теперь он у себя дома. Вокруг простирались дикие холмы, где можно было прятаться очень долго.
С этого момента Хоакин Кастенада сделался бедствием для городских властей. Ежедневно он устраивал рейды к гарнизону, намереваясь отомстить за своё унижение. Дважды Зорро приходилось спасать его от гвардейцев, и раза три — гвардейцев от него. Наконец, однажды он опоздал: Хоакин со своими людьми немного не успел сбежать до прихода гвардейцев. Тем не понравилась надпись «Долой Рикко» на главных воротах Монтерея, они вознамерились непременно поймать нарушителей порядка, открыли стрельбу, и убили одного из соратников Хоакина. Наутро к воротам казармы оказалась ножом приколота записка, извещавшая, что за убийство одного своего Хоакин приговаривает к смерти двух солдат. Диего эта новость очень встревожила. Он справедливо опасался, что за убийство солдат гвардейцы перетряхнут все холмы и Хоакина выкурят оттуда, как барсука из норы. Он решил попытаться уговорить Хоакина изменить своё решение, но для этого надо было его найти.
— Как думаешь, — спросил Диего у своего верного оруженосца, — может Тереза знать, где лагерь Хоакина?
Бернардо кивнул.
— Я тоже думаю, что знает. Так что пойдём к ней… — он не договорил.
По улице вихрем пронеслась Тереза верхом на пегой лошадке. Седельные сумки были битком набиты. Диего и Бернардо согласно кивнули друг другу, вскочили на лошадей и последовали за ней.
Тереза, несмотря на свою вспыльчивость, была девушкой неглупой, и слежку заметила, вернее, почуяла. Она завела лошадь за скалу, спешилась и стала ждать. Через некоторое время по тропе прошли две лошади. Тереза подождала ещё немного, но всё было тихо, и она решилась ехать дальше. Обернулась к своей лошадке, вздрогнула и невольно перекрестилась: лошадку держал под узцы дон Диего.
— Мне очень надо поговорить с Хоакином, — пояснил он, так как дольше молчать было неловко, а Тереза слов не могла найти от возмущения, — Но если ты не согласна, то можешь топать домой пешком.
— Это почему ещё? — удивилась Тереза.
— Потому что я забираю твою лошадь, — голос у него был ровный, даже немного скучающий, но Тереза как-то сразу ему поверила.
— Ладно, — проворчала она, — я отведу вас к Хоакину, но не потому, что боюсь идти пешком, а потому, что хочу посмотреть, как Хоакин набьёт вам морду!
Диего расхохотался:
— Тереза, тебе не говорили, что ты прехорошенькая, когда сердишься?
Тереза тоже рассмеялась и сердиться перестала. Хоакин встретил гостей радушно, но менять свои планы отказался наотрез.
— Вы знали Пепе, дон Диего? Вы не могли его знать — он так мало прожил. Ему было всего четырнадцать! Нет, дон Диего, не отговаривайте меня. Я намерен мстить за своих людей, за каждого из своих людей, за весь народ Калифорнии! Да что вы знаете о народе?
Диего нахмурился, и Хоакин поспешно извинился — уж кого-кого, а де ла Вега нельзя было назвать угнетателями. Долговых работников у них не было уже полвека, а арендаторы время от времени выкупали свои участки и становились собственниками земли. Но тем не менее, договориться с Хоакином Диего не удалось.
На другой день ближе к вечеру Диего увидел сержанта Гарсию. Тот с задумчивым видом разглядывал дубинку вроде тех, какие в ходу у басков.
— Что это у вас, сержант? — заинтересовался Диего.
— Дубинка, дон Диего. Это очередное нововведение сеньора Рикко — теперь патрульные вместо шпаг и мушкетов берут дубинки, чтобы не раздражать население.
— Не раздражать? — изумился Диего, — Да на мой взгляд, речь идёт уже не о раздражении, а о приближающемся бунте! Половина горожан переселилась в холмы! Смотрите, как пусты улицы!
— О, дон Диего, это вовсе не потому! — рассмеялся сержант, — Вы ещё не слышали про самый новый закон — в городе теперь вводится комендантский час. И вам тоже следует вернуться к себе, иначе мне придётся вас задержать, чего мне ужасно не хочется — вы же мой друг!
— Зачем столько новых законов?!
— Ну как же? Если закон не нравится людям, его не будут соблюдать. Если не соблюдают этот закон, надо принять ещё один, ещё хуже.
— А если и его не будут соблюдать?
— Тогда принять третий, по сравнению с которым первый будет казаться разумным и справедливым, его начнут исполнять.
— Это ваша идея? — поразился Диего глубине высказанной мысли. От сержанта он такого никак не ожидал.
— Ну, это же очевидно, — пожал плечами сержант, — Так что идите спать, дон Диего. А то вон идёт капрал Рейес, нам пора на патрулирование.
— Вы дежурите сегодня ночью? — у Диего по спине пробежал неприятный холодок.
— Да, дон Диего. Доброй ночи!
— Доброй ночи, сержант, — на душе у Диего скребли даже не кошки — пумы.
Не нужно было большого ума, чтобы понять, что сеньор Рикко и капитан Брионис решили подставить срежанта Гарсию и капрала Рейеса под пули Хоакина Кастенады, а затем убить и Хоакина.
Так что продолжение следует.
Смотрите больше топиков в разделе: Проба пера: рассказы, стихи, сказки и истории
Ситуация в Монтерее постепенно накалялась. Хоакин попытался было наброситься на Диего с ножом, и тому пришлось изрядно постараться, чтобы суметь одновременно избежать ранения, не разрушить образ бесполезного бездельника и не сломать Хоакину руку. К счастью, вмешалась Тереза, отобрала нож, надрала Хоакину уши и велела собрать раскиданные по площади сковородки и уцелевшие горшки для теста, раз уж пообещал помочь ей. Хоакин помрачнел, но подчинился, ворча, что никому не позволено безнаказанно бить его по голове, и Бернардо на всякий случай решил на попадаться ему на глаза. И чуть не попался на следующий же день — пришлось прятаться. Хоакин заметил его, но, поискав, не нашёл, зато завернув за угол столкнулся с гвардейцами. Капитан Брионис грубо толкнул его и обругал, Хоакин в ответ выхватил нож, и… естественно, его тотчас обезоружили, скрутили, избили и без чувств поволокли в тюрьму. А Бернардо опрометью бросился к хозяину.
Хоакина Кастенаду под залог отпустить отказались. Сеньор Рикко упирал на то, что юноша напал на офицера гвардии, и что наказание его должно послужить примером для остальных. Увидеться с ним нельзя, так как его содержат в отдельной камере. Одиночной. Специально устроенной именно для него, поскольку до сих пор ничего такого не требовалось. Диего только зубами скрипнул. Возле камеры он походил, посмотрел, как вкапывают столб для наказания кнутом — тоже новинка для Монтерея.
— Хоакина — кнутом, представляешь? — горько усмехнулся Диего, рассказывая Бернардо о результатах своего посещения гарнизона, — Он начнёт сопротивляться, и его убьют.
Бернардо пальцем начертил в воздухе букву «Z», и Диего кивнул.
Ночью на крыше гарнизонной тюрьмы появилась чёрная тень. Хоакин Кастенада, услышав над головой шаги и царапанье, надо честно сказать, изрядно перепугался. Он забился в угол и слушал, как шуршит сыплющаяся с потолка соломенная труха. Затем в потолке появилась длинная щель шириной с вынутую доску, и незнакомый голос негромко позвал:
— Хоакин Кастенада!
— Кто здесь? — так же тихо ответил Хоакин, отчасти уже догадываясь, что услышит «Зорро».
Так и оказалось. Зорро зачем-то велел Хоакину разозлить охранников так, чтобы они вошли в камеру. Зачем это было нужно, Хоакин не очень понял, но начал колотить в дверь, обзывать охранников и орать, чтобы его выпустили. Охранники разозлились, окрыли дверь, и тотчас один из них получил сильный удар ногой в живот от Хоакина, а на второго с крыши рухнуло что-то чёрное и тяжёлое, после чего оба очутились в бывшей камере Хоакина. Тот подобрал оброненное охранником ружьё и побежал к воротам. В этот момент капитан Брионис, привлечённый шумом, вышел на крыльцо казармы и увидел на крыше чёрный силуэт. Гадать было незачем — всякий слышал о Зорро. Капитан выхватил пистолет, прицелился, но тут от ворот грохнул мушкетный выстрел, и пуля чиркнула его по кисти, заставив выронить оружие. Зорро помахал Хоакину, тот отсалютовал ружьём — теперь они были в расчёте. Однако на площади Хоакин едва не попался ночному патрулю, и его схватили бы, если бы откуда ни возьмись не вылетел чёрный всадник на белом коне и не подхватил его в седло. Фантом был великолепным конём — таким же умным, как Торнадо, и, кажется, даже более быстрым и выносливым. Двоих седоков он нёс легко, хотя оба были достаточно не мелкие парни. Милях в трёх от города Хоакин объявил, что теперь он у себя дома. Вокруг простирались дикие холмы, где можно было прятаться очень долго.
С этого момента Хоакин Кастенада сделался бедствием для городских властей. Ежедневно он устраивал рейды к гарнизону, намереваясь отомстить за своё унижение. Дважды Зорро приходилось спасать его от гвардейцев, и раза три — гвардейцев от него. Наконец, однажды он опоздал: Хоакин со своими людьми немного не успел сбежать до прихода гвардейцев. Тем не понравилась надпись «Долой Рикко» на главных воротах Монтерея, они вознамерились непременно поймать нарушителей порядка, открыли стрельбу, и убили одного из соратников Хоакина. Наутро к воротам казармы оказалась ножом приколота записка, извещавшая, что за убийство одного своего Хоакин приговаривает к смерти двух солдат. Диего эта новость очень встревожила. Он справедливо опасался, что за убийство солдат гвардейцы перетряхнут все холмы и Хоакина выкурят оттуда, как барсука из норы. Он решил попытаться уговорить Хоакина изменить своё решение, но для этого надо было его найти.
— Как думаешь, — спросил Диего у своего верного оруженосца, — может Тереза знать, где лагерь Хоакина?
Бернардо кивнул.
— Я тоже думаю, что знает. Так что пойдём к ней… — он не договорил.
По улице вихрем пронеслась Тереза верхом на пегой лошадке. Седельные сумки были битком набиты. Диего и Бернардо согласно кивнули друг другу, вскочили на лошадей и последовали за ней.
Тереза, несмотря на свою вспыльчивость, была девушкой неглупой, и слежку заметила, вернее, почуяла. Она завела лошадь за скалу, спешилась и стала ждать. Через некоторое время по тропе прошли две лошади. Тереза подождала ещё немного, но всё было тихо, и она решилась ехать дальше. Обернулась к своей лошадке, вздрогнула и невольно перекрестилась: лошадку держал под узцы дон Диего.
— Мне очень надо поговорить с Хоакином, — пояснил он, так как дольше молчать было неловко, а Тереза слов не могла найти от возмущения, — Но если ты не согласна, то можешь топать домой пешком.
— Это почему ещё? — удивилась Тереза.
— Потому что я забираю твою лошадь, — голос у него был ровный, даже немного скучающий, но Тереза как-то сразу ему поверила.
— Ладно, — проворчала она, — я отведу вас к Хоакину, но не потому, что боюсь идти пешком, а потому, что хочу посмотреть, как Хоакин набьёт вам морду!
Диего расхохотался:
— Тереза, тебе не говорили, что ты прехорошенькая, когда сердишься?
Тереза тоже рассмеялась и сердиться перестала. Хоакин встретил гостей радушно, но менять свои планы отказался наотрез.
— Вы знали Пепе, дон Диего? Вы не могли его знать — он так мало прожил. Ему было всего четырнадцать! Нет, дон Диего, не отговаривайте меня. Я намерен мстить за своих людей, за каждого из своих людей, за весь народ Калифорнии! Да что вы знаете о народе?
Диего нахмурился, и Хоакин поспешно извинился — уж кого-кого, а де ла Вега нельзя было назвать угнетателями. Долговых работников у них не было уже полвека, а арендаторы время от времени выкупали свои участки и становились собственниками земли. Но тем не менее, договориться с Хоакином Диего не удалось.
На другой день ближе к вечеру Диего увидел сержанта Гарсию. Тот с задумчивым видом разглядывал дубинку вроде тех, какие в ходу у басков.
— Что это у вас, сержант? — заинтересовался Диего.
— Дубинка, дон Диего. Это очередное нововведение сеньора Рикко — теперь патрульные вместо шпаг и мушкетов берут дубинки, чтобы не раздражать население.
— Не раздражать? — изумился Диего, — Да на мой взгляд, речь идёт уже не о раздражении, а о приближающемся бунте! Половина горожан переселилась в холмы! Смотрите, как пусты улицы!
— О, дон Диего, это вовсе не потому! — рассмеялся сержант, — Вы ещё не слышали про самый новый закон — в городе теперь вводится комендантский час. И вам тоже следует вернуться к себе, иначе мне придётся вас задержать, чего мне ужасно не хочется — вы же мой друг!
— Зачем столько новых законов?!
— Ну как же? Если закон не нравится людям, его не будут соблюдать. Если не соблюдают этот закон, надо принять ещё один, ещё хуже.
— А если и его не будут соблюдать?
— Тогда принять третий, по сравнению с которым первый будет казаться разумным и справедливым, его начнут исполнять.
— Это ваша идея? — поразился Диего глубине высказанной мысли. От сержанта он такого никак не ожидал.
— Ну, это же очевидно, — пожал плечами сержант, — Так что идите спать, дон Диего. А то вон идёт капрал Рейес, нам пора на патрулирование.
— Вы дежурите сегодня ночью? — у Диего по спине пробежал неприятный холодок.
— Да, дон Диего. Доброй ночи!
— Доброй ночи, сержант, — на душе у Диего скребли даже не кошки — пумы.
Не нужно было большого ума, чтобы понять, что сеньор Рикко и капитан Брионис решили подставить срежанта Гарсию и капрала Рейеса под пули Хоакина Кастенады, а затем убить и Хоакина.
Так что продолжение следует.
Смотрите больше топиков в разделе: Проба пера: рассказы, стихи, сказки и истории
Обсуждение (2)