Город, которого нет на карте. Когда что-то пошло не так

Доброго всем времени! А помните, вот тут мы с вами уехали из Лысогорска? Вернёмся, заглянем, что у них там творится?

Лысогорск – странное место. То ли близость перекрёстка геомагических линий делает его таким, то ли все существа, населяющие городок и окрестности, но только в Лысогорске почему-то можно наблюдать разные невероятные явления и причудливые сочетания. Например, хюльдру и Коровью Смерть, живущих под одной крышей.

Считалось, что эти магические существа изначально враждебны друг другу, поскольку обладают противоположным типом магии. Но реальность, как всегда, оказалась далека от теорий учёных-магов. Хюльдры и чупакабры не были антагонистами, они были конкурентами – те и другие использовали крупных копытных для пополнения своего магического резерва, и даже делали это нередко одинаково, но хюльдры сообразили разводить скот для своих нужд, а чупакабры предпочитали не обременять себя лишними хлопотами. Соответственно, когда чупакабра крала у хюльдры корову, хюльдра очень сильно злилась. Представьте, что у вас вашу любимую корову украли!

И далеко не всегда Коровья Смерть именно убивала животных – обыкновенно дело обходилось относительно небольшим заёмом жизненной силы, просто чаще всего маги сталкивались с чупакабрами в периоды, когда тем нужно было экстренно восстановить резерв, а животных для этой цели требовалось много, и силу из них вытягивали досуха…А вот доить коров, коз или лосих и пить молоко чупакабры не догадались – стоило посмотреть на квадратные глаза той, которая впервые попробовала молоко и узнала, откуда оно берётся. Кстати, между собой чупакабры общались крайне мало, в пары объединялись только на короткий сезон размножения, и детёныши отселялись от матери тоже довольно рано – всего лишь в семилетнем возрасте. А ещё у них не было имён. Никаких, совсем. Никто не связывал ни одну Коровью Смерть магией звуков истинного имени, а друг к другу они обращались чаще всего телепатически, просто на разных частотах – народ был неразговорчивый.

— Так не годится, — сказала Рийн Коровьей Смерти, — меня бесит называть тебя всё время «эй, ты!», это как-то глупо звучит!
— Так не называй, — пожала плечами Коровья Смерть.
— А как с тобой общаться? Или так и сидеть молча целыми днями? Я намолчалась, пока одна жила.
— Тогда можешь так и звать Коровьей Смертью, — предложила Коровья Смерть.
— Зашибись имя! – Рийн изобразила аплодисменты, — К тому же долго выговаривать.
Коровья Смерть только плечами пожала – она искренне не понимала, в чём проблема: в отсутствие других своих сородичей и других хюльдр ей вполне хватало телепатии на том уровне, на который была способна Рийн.
— А знаешь, — хюльдра прищурилась, — сокращу-ка я тебя до первых букв! И буду звать Косей!
— Зови, — согласилась Коровья Смерть.

Наверное, стоило бы пояснить, почему она осталась в Лысогорске, и не просто так, а в избушке хюльдры. Оказалось, что Косе пришлось менять место обитания – слишком близко подобрались люди с их хозяйственной деятельностью. Конечно, где люди, там домашний скот (хотя не всегда), но зато где люди – там и маги-Охотники. И она отправилась на поиски нового места, тихого, с обилием живности и подальше от крупных городов. Заповедник подошёл идеально – там ко всему прочему имелся ещё и геомагический перкрёсток. Обходя новые «владения», Кося случайно стала свидетельницей падения дерева прямо на Рийн – а хюльдры близки к людям настолько, что даже другие магические существа порой не с первого взгляда могут отличить их по типу магии, не говоря про внешность. Избушку Кося нашла по следам (это было до снегопада), а про сову сразу и не подумала, ей встречались хюльдры пару раз за жизнь, но оба раза это были восточные сородичи Рийн, и их души были воплощены в зверей, а не в птиц. Кося и решила, что белка или мышь просто прячется, лезть в дупло в хюльдриной спине она, разумеется, не стала.

Где хюльдра, там и коровы, а Косе совсем не помешала бы коровка на первое время – пусть даже и пришлось бы отправляться дальше. Коров у Рийн не оказалось, но зато было типичное для нормальной хюльдры понятие о долге благодарности за спасение жизни, и она не просто предложила, а прямо-таки настояла на том, чтобы Кося осталась жить в её избушке хотя бы до весны. Надо было видеть лицо Ярослава Лютого, когда ему об этом сообщили.

И хотя Кося заверила, что ни в коем случае не тронет ни одно здоровое животное, а Рийн поклялась присматривать за соседкой, лесничий продолжал смотреть на них обеих так, словно вот-вот перекинется волком. Была, конечно, и ещё одна причина переселения Коси в хюльдрину избушку – Карина. Собственно, и Рийн-то больше из-за неё безвылазно сидела в заповеднике.

Лысогорская криптопсихолог обладала уникальной способностью доводить до нервной дрожи любое магическое существо. Спокойно её воспринимала только лилит, и то потому, что точно знала, что не станет темой диссертации. Как она сама однажды пояснила Рийн, надо удачно выходить замуж, чтобы чувствовать себя как за каменной стеной. Но Карина не сдавалась, и, поскольку в заповедник её саму не отпускал муж (с учётом двухметровых сугробов и приближающегося срока родов это было совершенно правильно), то она подсовывала всякие опросные листы то Яне, то Ярославу, а иногда пыталась даже Олегу, но тот сразу предупредил, что забудет опросник в кармане, и даже угроза заставить тогда самого заполнять анкету не действовала.

— Что вы все на неё так реагируете? – удивлялась Яна.
— Да она песец мозга просто! – оправдывался Олег, — Представь себе опросный лист, в котором я должен указать свои сексуальные предпочтения!
— Ну и что?
— Ничего. Без опросного листа ведь не понять. И вообще, ей-то это зачем?
— Для науки.

— Науке, на мой взгляд, тем более без разницы! Мне особенно понравился вопрос про возраст, в котором я осознал свою гендерную принадлежность, — фыркнул Олег, — сколько себя помню, я никогда не считал себя девчонкой!
— Ну, так и написал бы – с рождения.
— А так нельзя, — сказал Олег каким-то странным тоном, явно изображая кого-то очень неприятного, — Потому что в первые три года после рождения личность себя не полностью осознаёт. А я первые три года вообще не помню. Ты свои помнишь?

— Э… — Яна задумалась, и память услужливо подсунула ей деревенскую тропинку к реке, жаркий полдень, травы выше человеческого роста и идущую к речке полоскать бельё маму, — Не все подробности, но кое-что помню.
— Это потому, что ты эмпат. Всем остальным проще избегать общения с Кариной – поверь.
— Поверю, что ж делать. Слушай… — Яна внимательнее вгляделась в заголовки выданных Кариной очередных опросников, — А тут вопросы для каменников!
— Всё логично, — кивнул Олег, — они позавчера не выдержали и сбежали в заповедник, хотя у Киры кормёжка лучше. Только представь, как надо было допечь Калле!
Для каменника, в самом деле, приём пищи был священным ритуалом, которому он истово следовал в любое время, когда не спал.

Сам он оправдывался тем, что его мозгу из-за интенсивной работы нужно больше питательных веществ, но Иса безжалостно добавляла, что растёт-то в итоге брюхо, а не мозг.

Сама она, как все современные девушки, периодически садилась на диету и становилась нетерпимой к несовершенствам своего ближайшего окружения. Окружение с головой уходило в изобретательскую деятельность, отчего кухню Киры заполнили всевозможные хитрые приспособления для приготовления еды, и если бы все они работали, как предполагалось, то Марилетте, прочно взявшей на себя обязанности шеф-повара, было бы почти нечего делать. Но Калле обычно слишком увлекался сложностью конструкции в ущерб функционалу, так что половина его изобретений использовалась в чисто декоративных целях.

Избушка хюльдры уже стала видна впереди, когда Яна схватила Олега за руку, а мир вокруг них ощутимо качнулся.
— Что за? – удивился Олег, — Землетрясение?
— Это не земля, — возразила Яна, — это какое-то искажение геомагического поля. Только я не пойму его природу…если бы ещё разок…

Словно в ответ на её пожелание пространство вокруг них снова всколыхнулось рябью.
— Ага, — обрадовалась Яна, — засекла источник! Это вон там! – она указала чуть в сторону от избушки, где над сугробом торчала банная труба.
— Готов спорить на шарлотку, что это Калле празднует свободу от магического надзора, — сказал Олег, — опять чего-то химичит!

Прежний, недоработанный артефакт портала у каменника конфисковали и благополучно отправили в Центральное хранилище артефактов, но творчество такая штука, что под замком его не удержать. Меж тем, искажение геомагического поля заметили не только Яна и Олег, но и обитательницы избушки, по крайней мере, и Рийн, и Кося, и Иса выскочили из домика даже без курток и слаженно принялись ломиться в дверь бани, предусмотрительно подпёртую изнутри кочергой.
— Отойдите-ка, — сказал им Олег, примериваясь к двери заклинанием.
— Дверь потом навесишь, — предупредила его Рийн на случай возможных осложнений.

За дверью жалобно зазвенела упавшая кочерга.
— Я всё-таки профессионал, — пожал плечами Олег, заглядывая в баню, — Эй, Калле, ты чего тут устроил?
Ответ был неразборчивым, но очень многословным, из чего следовало, что каменник сделал очередное открытие века, которое некуда применить. Он выскочил из бани, потрясая штуковиной навроде любимого Денисом Костровым поискового артефакта, и принялся сбивчиво объяснять, что с помощью этого можно открывать портал не только в другие миры, но даже перемещаться во времени, правда, только в прошлое и очень ненадолго, буквально на несколько секунд.
— И какой в этом прок? – удивилась Рийн.
— Практически никакого, — пояснила Яна, — существует теория, что при перемещении во времени нельзя исправить совершённую ошибку, можно её только повторить.
— Да нет вэ! – замотал головой Калле, — Мовно испъявить! Нувно тойко иметь сийную вою! Вот Оег бы смог!
— Даже не подлизывайся, — открестился Олег, — подопытным кроликом не буду!
— А язве ты не хотесь вейнуть ту сгоевсую сайвотку?

— Я лучше новую шарлотку испеку, вкуснее сгоревшей, — не поддался Олег, — и вообще, дай сюда эту игрушку! – он требовательно протянул руку, и бедному Калле ничего не оставалось, кроме как печально вложить в неё своё новое изобретение.

В отместку он наотрез отказался заполнять выданные Кариной анкеты, как Яна его ни улещивала.
Конфискованный у Калле артефакт портала следовало бы сразу сдать в архив, но Олег задумчиво окинул взглядом дверь Ларисиных владений и прошёл мимо. На недоумённое молчание Яны он пояснил, что сначала хотел бы показать новое изобретение каменника аретфакторам – интересно мнение Дениса на сей счёт, потому что прежняя версия артефакта портала не давала таких геомагических возмущений, как эта. Мало ли, что… Яне тоже было любопытно, и вскоре странная вещица, напоминающая старинный компас, уже лежала на столе перед старшим артефактором. Надо сказать, что за зиму Денис и Олег не то чтобы наконец сдружились, но по крайней мере перестали бесконечно провоцировать друг друга на конфликт, и, в общем-то, со стороны Олега передачу нового необычного артефакта сразу Денису, а не сначала в архив, можно было расценить даже как попытку наладить дружеское общение.

— Что скажешь? – полюбопытничала Марина.
Они втроём с Яной и Олегом благоговейно наблюдали за тем, как Денис исследовал новый артефакт – у него был в самом деле уникальный дар.

— Калле – гений, — сказал Денис, — жаль, я не успел поработать с первым вариантом этого артефакта, леший бы побрал это двадцать пятое декабря! Принцип работы очень оригинальный: артефакт срабатывает только при наличии у пользователя активного стихийного дара, и можно установить время, через которое пользователь автоматически вернётся в точку отправления, если ставится цель, например, просто разведать, что там, за границей мира. Очень удобно. Кроме того, этот артефакт может перемещать не только в пространстве, но и во времени, как бы дико это ни звучало. Другое дело, что поставить эксперимент будет затруднительно: во-первых, опасно, с учётом наших минимальных знаний о законах преломления времени, а, во-вторых, у меня нет стихийных способностей, — сказав это, Денис стал совсем грустным.

— Тебе нужен доброволец для эксперимента? – ненавязчиво поинтересовался Олег.
В глазах Дениса тут же вспыхнул тот самый нездоровый интерес, какой Яне случалось наблюдать у большинства коллег-магов (и у собственной мамы иногда), когда им сулили возможность узнать нечто новое. Сам Олег, кстати, тоже этим страдал, хоть сейчас изо всех сил пытался напустить на себя незаинтересованный вид.

— Было бы неплохо, — отозвался Денис, — а что, ты готов рискнуть?
— Да, — сказал Олег.
— Нет, — одновременно возразила Яна, — Нет, только не ты!
— Почему? – искренне удивился Олег, — Если я без артефакта лазил в довольно дальних и несоседних мирах, то с артефактом и поблизости…
— Идём вместе, если, как ты пытаешься меня уверить, риска никакого!
— Вместе не получится, — вмешался Денис, — артефакт работает с одним типом магии одномоментно. Вместе можно только по очереди.

— Тогда почему бы не пойти мне? – спросила молчавшая до сих пор Марина, — приключения я люблю не меньше вашего, и стихийный дар у меня вполне себе!
— Пойду я, — решительно заключил Олег, жестом остановив поток возражений, — речь не о приключении, а о серьёзном эксперименте. Вам в неизвестность лучше не соваться.
— Ну, знаешь! – возмутилась Маринка, — Только из-за того, что мы с Янкой женщины…
— Нет, не из-за этого, — вздохнула Яна, принимая его решение, — Мариш, мы – люди. И если что-то пойдёт не так…

— То я сумею вернуться в свой мир без всякого артефакта, – закончил за неё Олег, — Денис, что нужно делать?
— Погоди, сейчас настрою! – заторопился Денис, словно опасаясь, что подопытный хюльдрэ передумает, — Так, время пусть будет пять минут – осмотреться хватит, и мы с ума не сойдём в ожидании!
— Угу, — пробурчала Маринка, — как чего интересное, так мне только с ума сходить, а приключения достаются другим…
— Олег… — прошептала Яна, на миг прильнув к мужу, — будь осторожен!

— Не переживай за меня. Я вернусь – ты моя путеводная звезда…ну, не плачь – это всего пять минут!
На секунду он подумал, что каких-то пару лет назад он был абсолютно свободен в принятии самоубийственных решений, потому что не надо было думать ни о ком, кроме самого себя. Потому что никому особенно не был нужен. Нет, свободы он точно больше не хотел!

— Олег, готов? – спросил Денис.
— Как пионер, — хмыкнул Олег.

— Тогда ладони нужно поднести вот сюда…
Денис не успел досказать, пространство качнулось, и Олег исчез. Яне на секунду показалось, что где-то в сердце в этот момент что-то оборвалось, и возникло замороженное пустое пространство, в котором раньше была какая-то часть души самого любимого…минуты текли нестерпимо медленно, словно время сделалось осязаемым, и липким, как патока.
— Четыре пятьдесят, — сказал наконец Денис, — Пять…четыре…три…два…время!

Ничего не произошло. В кабинете они по-прежнему были втроём. Яна достала телефон, набрала номер Олега – абонент был вне зоны действия сети.
— Костров, я тебя убью, — без всякого выражения пообещала она, и Денис серьёзно испугался: глаза у неё в этот момент были совершенно стальные. Жуткие.

— Он не виноват! – встряла Марина, — И потом, если ты его убьёшь – это что, поможет вернуть Олега?
— Нет. Но это меня немного утешит, — ответила Яна совершенно в манере своего мужа, так что не понять было, шутит она или нет, — Пойду Владу сдаваться – он будет в восторге! – добавила она тем же тоном.
— Денис? – спросила Марина, когда за Яной закрылась дверь, — У тебя есть версии?

— Есть, — признался Денис, — я не понял, где устанавливается время. Возможно, это время пребывания в другом мире, и оно отличается от нашего.
— Как в легенде про Рипа ван Винкля? – догадалась Марина.
— Именно. Там прошло три часа, а тут триста лет. Там пять минут, а здесь…
— Господи! Если Янке это объяснить, она тебя точно убьёт!

— Я даже сопротивляться не буду, — нахохлился Денис, — давно я так не облажался! И ведь была мысль не брать добровольцем этого проклятого Иванова! Он чудовище страшнее брогана, поверь: не знаю, как ему удаётся, но он искажает работу любых артефактов. Как я мог об этом забыть? Надо было гнать его отсюда поганой метлой!
— Может, такой эффект из-за того, что он хюльдрэ? Может, Рийн сможет что-то подсказать…
— Хюльдры не при чём, — покачал головой Денис, — со мной не особенно откровенничали на эту тему, но, насколько я понял по обрывкам фраз, хюльдрэ наш Олежка только наполовину. А на вторую половину он чёрт знает, кто…Знаешь, когда он только появился у нас здесь, был у меня в работе один интересный артефакт – Зерцало Истины…
— Из тех, что когда-то делали цверги? – уточнила Марина, потому что под таким названием встречались и поделки людей, гораздо менее соответствовавшие громкому имени.

— Да. Причём очень древнее, минимум десятый век до нашей эры, ещё до Античности…в общем, я сдавал Зерцало в архив, а этот чудик как раз шёл мне навстречу…
— Вы столкнулись, и артефакт разбился?!
— Если бы! Он взорвался у меня в руках, стоило Иванову со мной поравняться! Я долго потом искал, что и почему он мог сделать.
— Нашёл?
— Увы! Всё, что удалось найти о цвергских Зерцалах, это то, что они не выносят соседства тёмных сущностей. Никакой конкретики. Можно только гадать, кого в те времена подразумевали под «тёмными сущностями».
— Может, как раз хюльдр? Они с цвергами часто соседствуют…

— Тогда так и написали бы, что хюльдры. Я боюсь, что рано или поздно этот милый мальчик сорвётся и устроит нам тут Рагнарёк местного разлива…хорошо хоть, что он не пьющий…Ладно, лирика это всё! Тебе задание: иди в библиотеку, ищи всё, что у Мирона есть по артефактам порталов, и если найдёшь, то ещё труды по сравнительной хронологии, там, правда, больше теория…но хоть что-то для отправной точки размышлений!

Влад даже не ругался, только развёл руками – ну, что тут сказать, Олег в своём репертуаре! Не бывало ещё такого, чтобы была возможность вляпаться в историю, а Олег бы остался в стороне.
— Как думаешь, он…? – спросила Яна, отчаянно надеясь, что Влад придумает рациональное объяснение для сбоя эксперимента и уверит её в скором благополучном возвращении мужа.

— Да вряд ли пропал с концами, — пожал плечами Влад, — я сколько раз надеялся…в смысле, он из любой переделки вывернется, как уж…ешь его ёж…удивительно, как Дениска его подпустил к работающему артефакту, знает ведь, что Олег в этом плане чистая аномалия! Знаешь, я не удивлюсь, если окажется, что настройки времени сбились, и Олег вернётся через пять часов. Или дней.

Или лет. Этого Влад не сказал, но Яна додумала сама, и стало ей окончательно тоскливо, так что она углубилась в отчёт. Сначала для себя, потом для Карины – просто чтобы не думать.

Но рабочий день скоро закончился, отчёты тоже, на Лысогорск опустились лиловые мартовские сумерки, и Влад решительно приказал Яне отправляться домой. Или хотя бы к Кире. Наверное, пойти к Кире было бы правильнее всего, но…Яна заметила впереди две очень знакомых фигуры, и свернула на боковую аллею. Видеть Дениса и Маринку ей сейчас хотелось меньше всего. Умом она понимала, что артефакторы ни в чём не виноваты, но что-то внутри требовало разрядки, а драка с соседями в этом качестве хоть и отлично подошла бы, но не годилась по жизненным показаниям. Лучше побыть одной.

Она дошла до оврага, ещё до краёв заполненного снегом, вспомнила, как Олег рассказывал ей про встречу с белым почтовым китом, а потом – как они добывали омелу Ириске на лечебный амулет, и почувствовала, что сердце вот-вот разорвётся на части. Олег, Олежка, где ты?!

… Очнулась она в снегу. Судя по насквозь мокрой куртке и джинсам, валялась довольно долго. Голова не кружилась, мир вокруг тоже, геомагический фон стабильный. Но ощущение удара пыльным мешком осталось.

Яна кое-как доковыляла до дома, даже не взглянула в сторону приветственно запищавшего щенка, плюхнулась на диван прямо в куртке, достала из кармана телефон и несколько мгновений пристально на него смотрела, словно добиваясь снятия блокировки силой мысли.

И только собралась с духом всё-таки пошевелить пальцами, как телефон засветился, зажужжал и на экране высветился входящий вызов от Олега. Дурноту как рукой сняло.

— Олег! Олежка, где ты, что с тобой?!
— Я минут через двадцать буду дома, — сказал Олег каким-то странноватым голосом, — потому что кто со мной – по телефону не расскажешь. Сама увидишь. Только не ругайся.

Какое ругаться! Яна подхватила на руки изумлённо вякнувшего кутёнка и закружилась с ним по комнате.

Продолжение следует!

Смотрите больше топиков в разделе: Проба пера: рассказы, стихи, сказки и истории