Влюблённые в небо. Эликсир Доблести

Доброго всем! Несмотря на ремонт и разгром я всё же пытаюсь что-то набрать и отснять, поэтому продолжение романа о безумцах, расстались с которыми здесь, и вот что было дальше:
Рин совершенно права, когда говорит, что падать с неба удобнее всего в Намуну: зимой там глубокий снег, а летом мягкий мох.

Кай долго ворчал на нас за неосторожность и неосмотрительность, но дырку в баке заварил, промазал герметиком и ещё поставил пару заплаток на левое верхнее крыло, задетое пулемётной очередью. «Махаон» теперь стал выглядеть совсем как я — весь в шрамах. Ками, пожалуй, основательно намылила бы мне холку за то, что будто бы понапрасну рисковал, надо было уходить в облака и не связываться, как сказал, кстати, и Кай. Вот только уйти я бы не смог, догнали бы и расстреляли. Странно, что последний «призрак» не стал продолжать погоню, хотя вполне мог нас добить — разве что боеприпасы кончились. Словом, было о чём подумать, и на подлёте к родному городу мы хмуро молчали.

Однако, Ками словно бы не заметила заплаток на крыле, и вообще встретила нас как-то странно, словно и сама ломала голову над какой-то тайной.
— Что-нибудь случилось в наше отсутствие? — спросила Рин.

— Как сказать… — рассеянно ответила Ками, — Малыш, не трогай канистру, весь перемажешься! — крикнула она медвежонку, возившемуся с каким-то хламом, и наконец внимательно на нас посмотрела, — Кейн приходил, — сказала она, многозначительно понизив голос.
— Опять?! — удивился я, полагавший, что долговая пуля заставит нашего главного конкурента надолго умерить амбиции.
— Не опять, а снова. Просил у меня совета.
— И получил? — Рин одно ухо подняла, а второе опустила, став похожей на изумлённую собаку.

— Представьте, да. Уж не знаю, к чему это приведёт — думаю, воспользоваться моим советом у него кишка тонка.
— Странно уже то, что ты его не послала, — усмехнулся я, — какого же совета он хотел?
— Я его послала, — ответила Ками, — к Наю, — в её устах это прозвучало примерно как «к чёрту», — и даже с Наем по этому поводу пообщалась.

— И что Най? — насторожилась Рин.
— Сказал, что будет рад помочь, — пожала плечами Ками, — что ещё он мог ответить? Медведи не бросают своих.
— Но Кейн-то пока не медведь, — заметил я.
— Но мне стало его жалко, — развела руками наша грозная и суровая начальница, — Дик, ему только двадцать четыре… — она посмотрела в сторону Малыша, и я без слов понял, что материнский инстинкт у медведицы — страшная штука.
— Так чего он хотел? — напомнила Рин.

— Кейн-старший недавно купил контрольный пакет акций фармацевтической компании, — вместо ответа сказала Ками, — Малыш, я же сказала: канистру не трогай!

— Да из чего же мне сиденье сделать? — крикнул в ответ медвежонок, не выпуская из рук замасленную пустую канистру, которую пытался втиснуть между куском жести из остатков от смены кровли на ангаре, лежащим на боку стулом и сложной конструкцией из двух швабр и ведра.

Я подошёл и отобрал у него канистру, заодно окинул взглядом сооружение, но так и не понял, что это должно обозначать.
— Иди возьми в «Махаоне» чистую, из-под воды, — сказал я огорчённому медвежонку, — Кстати, а что это ты строишь?
— Разве не видно? — оскорбился Малыш, — Самолёт! — и умчался за обещанным трофеем.

Ками благодарно кивнула мне и досказала:
— В общем, понять его можно, но я бы удавила.
— Кого и за что? — удивился я, но Ками только махнула рукой, подразумевая, что Рин мне расскажет, а ей эта тема надоела.

— Ты был прав, — сказала Рин, — кровь ноалани в самом деле понадобилась для изготовления...- она замялась, — … я не знаю, как это назвать! Едва ли лекарством. Ты слышал когда-нибудь об Эликсире Доблести?

— Конечно, — хмыкнул я, это была моя любимая сказка в детстве, и я даже мечтал, как было бы здорово, если бы такой эликсир существовал на самом деле — я был ребёнком впечатлительным и довольно робким.
— Ну, вот его Кейн-старший и решил производить, — невозмутимо сказала Рин, то ли не читавшая сказок, то ли читавшая их не так увлечённо, как я.

— Да это же сказка! — не удержался я, — Нет никакого такого эликсира!
— Есть, — огорошила меня Рин, — действует только на гладкокожих, эффект не стойкий, но реальный. И в основе — кровь ноалани. И логично предполагать, что кровь живых ноалани усиливает действие.
— А почему бы не попросить у ноалани эту самую кровь? В конце концов, сколько её надо? Неужели больше, чем берут, скажем, для переливания?
— Ноалани не торгуют своей кровью — раз, — пояснила Рин, — для эликсира нужна не только кровь, но и сердце — два. Если кровь можно взять у живого, то сердце — только у трупа. Чем свежее, тем лучше.
— И кто же изобрёл такое лекарство? — поморщился я.
— Один мой полусородич.
— Это как? — заморгал я.

— Эльф из клана Ниш… травоед, — она презрительно сморщилась, — Они всегда были трусоваты, и это мешало им захватить верховную власть в Дивнолесье. И вот некий Инирэль ниш Рианэль, маг и алхимик между прочим, в ходе ряда исследований сумел получить состав, придающий принявшему его эльфу медвежью отвагу. Его опыты стоили множества жизней клану Тэрр — других моих сородичей, которые и без эликсира несколько безбашенны, а уж со стимулятором и вовсе теряли остатки чувства самосохранения. Зато травоедов это снадобье здорово выручало. В конце концов оно попало в разряд запрещённых к применению на территории Дивнолесья. Это я нашла в мамином дневнике, а из чего делается эта дрянь, мне сказала сейчас Ками. Кейн-старший вначале заказал одну дозу для сына — кто-то из эльфов Маринетты тишком продолжает варить зелье под заказ — а потом решил поставить производство на фабричный уровень.

— И как сыну, помогло? — у меня появилось чувство, как будто меня окунули с головой в помойное ведро: я сразу вспомнил дуэль и своё удивление вполне приличным поведением Кейна-младшего после ранения. А я-то, дурак, ещё подумал, что не такой уж он трус, каким его привыкли считать!
— Ну, — Рин передёрнула плечами, — это тебе виднее: ты же с ним после этого общался ближе всех, хоть и на расстоянии выстрела!

Сай был прав: не торопись приписывать врагу излишнего благородства.
— А здесь ему что надо было?
— А это самое интересное, — уши у Рин поднялись почти вертикально, — он же первый и единственный помощник отца во всех делах. И, видимо, узнал, что именно принял накануне вашей дуэли. И взбрыкнул. Теперь хочет помириться с ноалани, но не знает, с чего начать. Сая расспрашивать не рискнул, решив почему-то, что тот может передать разговор Кейну-старшему — надо же, так давно и так плохо знать Сая!
— Едва ли поэтому, — покачал я головой, зная Сая не так давно, но гораздо лучше, — Он просто побоялся, что Сай вообще не будет с ним разговаривать, если он признается, что принимал перед дуэлью эту дрянь для храбрости. Медведи очень трепетно относятся к вопросам чести, и Сай в первую очередь.

— Можно подумать, Ками не медведица!
— Медведица, а не медведь, вот именно, — кивнул я, — и не упустит случая насолить Кейну-старшему.
— И будет совершенно права. Хотела бы я знать, что сподвигло этого слизняка Кейна взбунтоваться против папаши!
— Едва ли нам об этом станут подробно докладывать, — съязвил я, целуя её.

И ошибся (с выводами, не с поцелуем).
Поэтому продолжение следует.


Купить шарнирную куклу, не BJD можно в нашем Шопике

Смотрите больше топиков в разделе: Кукольные фотоистории и сериалы: комиксы, фотостори