Совсем другая история. Часть 23

Продолжение романа! Немного веселья на сон грядущий — не всё же терзаться! ;) предыдущая часть


Неделя — седмица, если по-гиперборейски — пролетела незаметно. Как раз на неё пришлись празднования Начала Зимы (а в Гиперборее вообще нет однодневных праздников, уж если веселье — то с размахом!), и гости просто не знали, куда прежде всего бежать и на что дивиться. Майре больше всего понравились гонки на стругах по замерзающему заливу, под шелест шуги и азартные подвывания волков — гвардейцам в карауле полагалось носить волчий облик, но остаться в стороне от развлечений было выше их сил.


Пожалуй, будь у Майры побольше времени, она бы и сама с удовольствием попробовала принять участие в гонках, и даже всерьёз задумалась, не вернуться ли в Камнеград (она наконец выучила название) следующей осенью, просто так, отдохнуть и развеяться. Антуан, как самый учёный из компании, утверждал, что сама земля Гипербореи действует на людей исключительно благотворно, поскольку именно здесь прародина человечества. Инесса не вдавалась в такие подробности, но внезапно обнаружила, что счастлива, как никогда в жизни — это было не всеобъемлющее счастье, от которого задыхаешься, а мелкое, ежеминутное, от которого кровь бежит быстрее и хочется петь, смеяться и непременно двигаться. Она поняла теперь причину, по которой местное население перемещалось всё больше бегом, независимо от возраста — вовсе не холодом объяснялась такая прыть, а поразительной лёгкостью, наполняющей тело и душу. Каждая клеточка звенела, как серебряный бубенец. Даже Тоб поддался всеобщим настроениям, и хоть по-прежнему оставался хмурым, но хотя бы стал принимать участие в прогулках (правда, это объяснялось всего лишь окончанием всех приготовлений к дальнейшему пути — Тобу попросту стало нечего делать), держась подчёркнуто в стороне, но при этом не сводя глаз с Майры. Причём замечали это все, кроме самой шэллин.
— Завтра уезжаете? — спросил Яр вроде бы у Антуана, но с явным намёком, что ответить должна Майра.


— Да, наверное, — кивнула она, — Лёд в заливе ещё не такой крепкий, если нам выделят сопровождение, мы вполне сумеем добраться до тёплого течения. Хотя Нолан уверяет, что лучше зимовать здесь — он опасается, что выход в открытое море перекрыт ледовыми полями, и нас раздавит. Но я бы хотела рискнуть.
— А всегда говорила, что мечтаешь увидеть настоящую зиму, — упрекнул Яр.
— Обстоятельства, — туманно отозвалась Майра и нахмурилась.
— Обстоятельство, конечно, — кивнул гвардеец, — Хочешь, я всё улажу?
— Как это?
— Ну… скажем, почему бы вам всем не пойти ко мне в гости — в тренировочный зал, к примеру? Вы же никогда не бывали в волчьем логове, а?


— Что ты затеял? — насторожилась Майра и тут же ощетинилась, — Только посмей! Если с его головы хоть волосок упадёт из-за тебя, то…
— Тихо-тихо! — засмеялся оборотень, — Я не собираюсь ощипывать твоего ненаглядного! Просто дам ему возможность спустить пар — я же вижу, ему просто необходимо подраться. Где он ещё найдёт законную возможность?
— Эй, но я и твоей смерти пока не хочу!


— Да брось! До этого не дойдёт, уверяю тебя! К тому же не забывай, что я человек только наполовину…
— Вот о половине я никогда не забываю, — оскалилась Майра, — но не стоит недооценивать Тоба.
— Даже не думал, — серьёзно ответил Яр, — я всё-таки немного разбираюсь в людях.


***
Тренировочный зал гвардейских казарм отличался от всех виденных Антуаном помещений такого типа разве только торчащей из макета крепостной стены шваброй, поразительно напоминавшей потрёпанный в боях штандарт. Ярослав тоже сразу швабру заметил, покраснел, торопливо извинился и убрал инвентарь в угол, бормоча себе под нос что-то нелестное в адрес дежурного шутника, позорящего гвардию перед гостями. Тоб усмехнулся, вспомнив, как сам однажды проделал такую же штуку — правда, потом была весьма болезненная порка, поскольку в колониальной армии Империи шутки не поощрялись. Интересно, как с этим в Гиперборее? На всех углах разглагольствовали, что это свободное государство, где уважают права личности, но что-то Тоб склонен был сомневаться в том, что каждой личности всё дозволено — иначе никакого государства давно бы не было.
— Небольшая разминка? — предложил Ярослав.
— Почему бы и нет, — пожал плечами Антуан, — только я не захватил шпагу.
— Обойдёмся, — улыбнулся оборотень, сунулся за макет крепости, чем-то побрякал и извлёк целый пук шпаг разной степени погнутости, — О, простите. У нас с утра курсанты занимались…
— Ничего страшного, — заверил Антуан, — я тоже когда-то был курсантом, поэтому могу обойтись и кривой шпагой. Так даже интереснее.
— А мне шпагу дадут? — поинтересовалась Майра.
— Кривую — выбирай! — предложил гвардеец.
Майра выбрала самую кривую — почти как ятаган, пару раз со свистом рассекла ею воздух и предложила:
— А давайте штурмовать крепость! Двое на двое, а?


— А я? — спросила Инесса.
— А ты будешь следить, чтобы всё было честно, — сказал Антуан, — и кто будет жульничать, того имеешь право стукнуть шваброй.
— Отлично! — Инесса схватила швабру и сразу приобрела поразительное сходство с сестрой, хотя вообще-то они были совершенно разными.


— Кто где? — равнодушно спросил Тоб, аккуратно распрямляя уже вторую шпагу — он не любил небрежного обращения с оружием, даже тренировочным.
— Чур я в крепости! — заявила Майра, — А потом — снаружи! Ну правда, я никогда такой штуки не видела, когда ещё поиграть дадут?!
— Граф? — капитан повернулся к Антуану.
— Всё равно. На ваш выбор — вы здесь хозяин.
— А вы — мои гости. У нас принято чтить гостей.
— Ладно, тогда я на штурме. Тоб?
— С тобой, конечно.
— Графиня, дадите сигнал?
Инесса отсалютовала шваброй.
Битва была жаркой, но короткой.


Ярослав отлично фехтовал, но то ли поддавался, то ли просто был немного рассеян — Антуан довольно быстро выбил у него оружие.


Майра сопротивлялась дольше — за стеной оказался сложен стратегический запас яблочных огрызков, хлебных корок и обгрызенных косточек, которыми она швырялась в нападающих с поразительной меткостью, так что вскоре они стали напоминать обитателей парижских трущоб. Причём Тобу доставалось явно больше. В конце концов он отшвырнул шпагу, взлетел на верх макета стены, используя для опоры бойницы, и спрыгнул на вражеского снайпера.


— Эй! — возмутилась Майра, пытаясь вырваться, — Это нечестно!
— А огрызками швыряться — честно? — парировал Тоб.
— Ничья! — объявила Инесса, — Как пишут в газетах в спортивном разделе, обе команды были дисквалифицированы!


— Ладно, можем поменяться, — предложил Ярослав.
— Чтобы они в нас мусором швыряли?!
— А там ещё что-то осталось? — нахмурился оборотень, оглядывая картину побоища в зале.
— Полно! — жизнерадостно заверила Майра.
У гвардейца стало такое лицо, что Тоб подумал, что не завидует дежурному — как бы того не ждал наряд вне очереди.
— А классической борьбой у вас занимаются? — спросил Тоб неожиданно для себя.


— Конечно. Только… — Ярослав смерил его взглядом, — мне бы не хотелось кого-то помять.


— Меня помять сложно.


— Тоб, не заводись, — вполголоса попросил Антуан, надеясь, что гвардеец не знает эускара и не поймёт сказанного.
Тоб не ответил. Ему никто не объяснял, что Майре не нравятся блондины, что Ярослав для неё — просто друг детства, и что вообще говоря драка в любом случае ничего не решает — он и не собирался решать. Ему не хватало хорошей трёпки, как определил однажды это состояние покойный отец.
продолжение следует

Смотрите больше топиков в разделе: Кукольные фотоистории и сериалы: комиксы, фотостори