Один сон и два письма

— А, вот и вы, Северус! Наконец-то вы здесь. Дело, хм, срочное и тонкое, и поручить такую ответственность я могу только вам…


Поскрипывая ступенями, Дамблдор бодро спускается со своей внутренней лестницы, ведущей к какому-то таинственному пространству в недрах директорского кабинета.

Снейп уже начинает подозревать, что именно в этих самых таинственных недрах и зарождаются самые безумные идеи Дамблдора. С которыми, разумеется, может справиться только он. Что на этот раз?..


— Если в двух словах, то в грядущем учебном году к нам в школу прибудут делегации из лучших студентов и преподавателей других магических учебных заведений.
— Вот как, — скептически хмыкнул Снейп. — По какому случаю?
— Неправильный вопрос вы задаёте, Северус. Надо бы начать с того, какой будет ваша задача.
— И какой же, сэр?
— Вам предстоит обучить наших студентов так, чтобы они не ударили в грязь лицом перед гостями. Само собой, им нужны дополнительные занятия по этому тонкому мастерству.

Снейп тяжело, почти обречённо вздыхает. Легко сказать, не ударили… Попробуй обучи тонкому мастерству тех, у которого какой-то непрошибаемый иммунитет к усвоению знаний! Семь потов сойдёт, пока втолкуешь элементарное таким дрожащим трясучкам, как Невилл, или таким полоумным сочинителям, как Луна Лавгуд. Сам потом будешь не рад, что связался.
— Вы имеете в виду мастерство зельеварения или защиты от тёмных искусств? — на всякий случай уточняет он.


— Что?.. Северус, ну зачем все эти глупости нашим гостям? Искусство танца, вот что от вас нужно!

Не успел Северус и рта раскрыть, чтобы возразить насчёт глупостей, как с трудом удержался, чтобы не раскрыть его от услышанного.
— Что, простите?..
— Танцы! Нам нужно, чтобы вы в ближайшие пару месяцев обучили студентов танцевать аргентинское танго.


Снейп судорожно сглатывает, чтобы убедиться, что у него не заложены уши и он всё правильно расслышал. Этот старый чудак накануне нового учебного года решил основательно поехать крышей?..
— Простите, сэр, но почему я? Вы же понимаете, что я совсем не умею этого.

Дамблдор непреклонно улыбнулся до ушей:
— Надо же, а Гораций и Филиус говорят совершенно другое.
— Значит, вы все втроём сошли с ума, — вдруг резко выпалил Снейп. Плевать, что будет дальше…
— Соберитесь с духом, Северус! Ваша задача — наглядно показать студентам, как исполняют танго.
— Я не могу выполнить вашу просьбу, — твёрдо и решительно повторяет Снейп.
— Бросьте, Северус! Большой зал уже подготовлен, вас ожидает прекрасная партнёрша…
— Да ни за что, провалиться мне на этом месте!


— Тюфяк соломенный, — презрительно бросил чей-то басистый голос. — Только и хватает мужества, чтобы огрызаться. В моё бы время посмел так дерзить — я бы тебе на веки вечные язык свернул.

Северус поднял голову. Со стены на него сурово зыркнул из-под бровей сэр Гектор Драгонхарт, поджав губы, едва заметные сквозь густые усы и бороду.


Вот так так… Все живые и мёртвые сговорились против него, что ли? Снейп отворачивается и скрипит зубами, готовый разнести в клочья и портрет сэра Гектора, и всю эту директорскую обитель.

Тюфяк, значит? Ну-ну. Сейчас они все убедятся, увидят собственными глазами, что это не Снейп дурак, а они идиоты, раз так упорно давят именно на него. Рождённые ползать танго не исполняют!


… В зале действительно отодвинуты все столы. Но к счастью, ещё нет ни одного студента. Нет вообще ни одной души из Хогвартса, кроме одного-единственного человека, которого он меньше всех ожидал увидеть…


Она стоит, опираясь на свой магический посох, улыбается одними уголками губ и выжидающе смотрит. По своей излюбленной привычке водит пальцами по поверхности…

Сердце удушающе колотится где-то в горле. Нет, у Дамблдора точно не все дома!


Снейп решительно оборачивается к директору.
— Сэр, это невозможно. Не знаю, что вы задумали, но я не допущу этого.
— Почему же?
— Потому что леди Малефисента не умеет танцевать танго.

Дамблдор смеётся, смотрит на него сквозь очки-половинки как на нашкодившего мальчишку:
— А почему вы так решили, Северус?
— Потому что в кои-то веки, сэр, мне известно больше, чем вам. Леди Малефисента появилась на свет, когда никакого танго ещё и в помине не было. Она чудом находится сегодня здесь, и требовать от неё того, чего вы хотите — всё равно что заставить вон ту колонну, или того каменного дракона со времён основателей станцевать джигу и разбить на глазах у всех!


— Хм, вот значит, как?..

Она вскидывает брови, смотрит на него взглядом, не предвещающим ничего хорошего.

— Так по-вашему, я — живая реликвия, что-то вроде говорящей колонны?.. И вы боитесь, что я рассыплюсь в песок у вас на глазах?

Вот теперь Снейп действительно готов провалиться сквозь землю. Почему, какого чёрта он всегда портит всё своим дурным языком?..


Он обязательно всё исправит. Он не даст ей опозориться при всех, он… ещё не знает, что будет делать. Но он этого так не оставит.
Снейп решительно подходит к Ней, привлекает к себе за талию:
— Неправда. Я никогда так не думал. Давайте я поведу вас так, как мы оба умеем. К чёрту танго, к чёрту Дамблдора. И если им не понравится, то они ничего не смыслят… пусть ищут себе кого-то другого.

Снейп хочет взять Её за руку, но она решительно отводит её. Он ищет ответ в Её лице, но она смотрит не на него, а куда-то сквозь пространство за его плечом…


Кто там?..
Снейп оборачивается, но не видит никого. Ни директора, ни тех, кого он должен обучать. Одни лишь зловещие тени в проёме под колоннами, но ведь это всего лишь тени, они мелькают и исчезают в темноте, и снова мелькают…

Он снова поворачивается к Ней… и протягивает перед собой опустевшие руки. Она тоже стремительно исчезает, и струится сквозь его пальцы.


Песок, холодный белый песок сыплется из его ладоней, протекает сквозь пальцы на пол…
Что же он наделал?


… «Если бы я хоть кому-нибудь рассказывал свои сны, меня бы давно уже забрали в больницу Святого Мунго», — в очередной раз подумал профессор Снейп за чашкой кофе.

Странное дело, давно ему не снился такой бред… Видимо, он вчера переутомился. Сегодня стоило бы просто отдохнуть. В конце концов, он в отпуске!
Всё-таки остаться на лето в Хогвартсе было хорошей идеей. Просто решить и остаться, никому ничего не объясняя. Так нужно, и точка. Здесь ему удобнее заниматься своей деятельностью. Здесь рядом лес, луг, озеро — идеальное пространство для сбора ингредиентов. Он наконец посвятил себя своим давним задумкам, успешно проверил кое-какие моменты и написал три статьи в «Современное зельеварение».

Хорошо, когда работа и увлечения идут отдельно. Такая работа, как у него, даже любимое занятие превратит в каторгу. Дождаться бы ещё, что Диаваль ответит… Уже и август пришёл, а он всё молчит. Вообще каким-то подозрительно тихим этот парень стал ещё с зимы.


Снейп уже подумал, не написать ли своему помощнику, чтобы поторопить его с решением. Подумав, решил всё же не давить на него пока, хотя бы до двадцатых чисел. Вдруг сам ещё созреет?

Но вместо этого он сам получил одно за другим два письма. Ни одно из них, конечно, было не от Диаваля, но… оба взбудоражили.


Одно из них принесла какая-то незнакомая сова, но именно это письмо профессор решил вскрыть первым. И не ошибся: письмо было от Неё.
Снейп удивился, что письма давно уже носит не её ручной ворон: должно быть, с птицей что-то случилось, она была старой и больной… Или погибла в зубах одного из фестралов Запретного леса. Во всяком случае, он давно не видел этого ворона ни с письмами, ни у Неё на плече. Да и её саму… когда он в последний раз видел? Всего-то один раз за этот год.

Что-то больно кольнуло Снейпа раньше, чем он успел осадить себя. Решив не давать волю этой мысли, он погрузился в чтение…
Написала Она очень много. Так много, что свиток пришлось долго разворачивать. А ведь он был уверен, что она уже забыла об их последнем разговоре! Кажется, всё, что попадалось ей на глаза обо всех русалках и их разновидностях, она не поленилась переписать в этом письме.
Решив опустить подробности, Снейп поскорее добрался до конца письма. Трудно сказать, чего он ожидал, но внизу оказалась одна-единственная сухая строчка, которая отозвалась в нём новым болезненным уколом:

«Надеюсь, что-нибудь из этого окажется вам полезным и пригодится в ваших испытаниях».


Что-то внутри вскипело. Снейп торопливо свернул письмо и сжал его в руке. И это всё? Просто так написать целый трактат о русалках и вручить ему на самостоятельное изучение? Даже без предложения обсудить это при встрече?

Поймав себя на этой мысли, профессор тут же помрачнел. Опять всё сначала… Ничего с ним время не сделало. Три месяца не виделись, а он всё так же надеется на какую-нибудь встречу, случайную или не очень, и во всём ищет повод для этого. А ведь Она одним этим письмом даёт понять, что ей это и даром не сдалось.


Отодвинув злополучный свиток от себя подальше, Снейп наконец вспомнил о втором письме. Собственно, его бы как раз следовало прочитать первым… Но по опыту профессор давно уже знал, что от вести, принесённой фениксом, особенно в отпуске, ничего хорошего не жди.


Директор, как всегда, оказался краток и загадочен:

«Дорогой Северус! Мне жаль беспокоить вас в отпуске, однако у меня к вам есть два срочных дела. Поскольку вы сейчас здесь, прошу вас зайти ко мне сегодня в пять вечера, думаю, вам будет интересно это обсудить.

С уважением к вашей самоотверженности и преданности нашему общему делу, Дамблдор.»


Свернув письмо обратно, Снейп скептически закатил глаза. Срочные дела, да ещё и два сразу! И ни слова о том, что это может быть. Ясное дело, чтобы заранее не спугнуть.

Идти, конечно же, придётся. Хотя, пожалуй, впервые за лето Снейп пожалел, что не уехал домой в Коукворт — кто знает, может, оттуда бы его дёрнули с меньшей вероятностью. Хотя кого и зачем обманывать?


До пяти вечера было ещё далеко. Северус снова непроизвольно протянул руку за первым письмом… Ещё достаточно времени, чтобы написать и отправить Ей письмо. Если она думает так легко отмахнуться от него, то не получится. Он уже успел уловить во всём, что она написала, несколько таких любопытных моментов, каких он ни разу нигде не встречал. И если всё, что написано, правда — кто знает, вдруг где-нибудь в письме закралась Её очередная шутка? — то у него в запасе ещё целый август, чтобы проверить это всё в деле…


И нечего себя одёргивать. Всё это чисто научный живой интерес, не более. Ему будет небезразлично до тех пор, пока он не перестанет вести себя так, как будто ему и вправду не всё равно.
Сейчас он напишет ей письмо и предложит встретиться… дней через пять. Как раз успеет сам проверить некоторые свойства слёз селки, чтобы не выглядеть одураченным.


Главное, чтобы к тому моменту Дамблдор не поломал все его планы. Подозрительно это всё. Какого бы чёрта сразу не написать по-человечески, что за дела? Жди теперь до вечера, что за очередные два злостных сюрприза ему уготовлены…
Ну уж во всяком случае, одно можно сразу исключить: обучать студентов аргентинскому танго его точно не заставят.


P. S. Профессор Дамблдор — житель SeLenGa

Смотрите больше топиков в разделе: Кукольные фотоистории и сериалы: комиксы, фотостори