“СВЕРХЪЕСТЕСТВЕННЫЕ МАТЕРИАЛЫ”. Дело № 002. “Аз есмь вендетта, или Смерть с ароматом луны”. Глава 11

Всем добра! Предыдущая глава тут:
babiki.ru/blog/proba-pera/202856.html

11. Вашингтон, округ Колумбия. Джорджтаун, Авраам Линкольн стрит, 1054. 22 ноября 2001 года. Четверг. 16:27.

— Нет, нет, нет, пожалуйста, только не это! – в отчаянии всплеснула руками Саманта Малдер, когда принтер на ее рабочем столе, убито «чихнув», заглох, успев распечатать только титульный лист доклада на конференцию по квантовой механике в Ванкувере в начале следующей недели, куда она летела выступать вместе со своим отцом.
Беда пришла за три дня до вылета оттуда, откуда ее не ждали: закончилась краска в картридже. А печатный черновой текст был нужен вот прямо под зарез здесь и сейчас: читать по бумажке доклад от начала до конца – совсем не комильфо.
Вздохнув, девочка, ловко взобравшись по стремянке, достала с верхней полки круглую, металлическую коробку с канцелярскими принадлежностями и, отыскав там запаску, распечатала свой файл в двух экземплярах. Убрав лестницу, Саманта принялась разбирать свои распечатки по номерам страниц. Именно в этот момент в ее рюкзаке под столом зачирикал мобильный.
На проводе оказался ее одноклассник.
Усадив свою белую, плюшевую зайчиху Бониту подле себя на тахту, школьница достала средство связи.
— Саманта, ты не забыла про «четверговое» послание от Оракула? – поинтересовался у подруги Джошуа Стирлинг, который увлекался, как и его однокашница, конструированием, мечтал стать инженером, а в свободное время с удовольствием варил зелья и осваивал заклинания.

— А ты не забыл опять на физкультуре урну Осириса? – в тон ему, вопросом на вопрос, ответила Саманта, и Джош скис. – Так, понятно. Ладно, обойдемся сегодня без зелья-варенья и просто прогуляемся. Можем заехать к Алексу и взять Квиквэга на прогулку. Я сейчас наберу Эмбер-Линн.
— Вауу! – обрадовался будущий колдун и восходящая звезда высоких технологий, и отсоединился. Саманта немедля полезла в контакты, однако «блудная подружка» отыскала ее сама.
— Возведи двести пятьдесят шесть в квадрат и подели на восемьдесят четыре, — вместо элементарного приветствия, на полном серьезе выдала Эмбер-Линн Лапьер, круглая отличница и гордость школы.

— А я-то думала, у тебя настроение на высоте после вскрытия пары-тройки сверхсекретных баз Пентагона, — не осталась в долгу Саманта. – Эмбер-Линн, квадратные корни и уравнения от тебя точно никуда не убегут.
— Окей. Через двадцать минут встречаемся у тебя.
Попрощавшись с подружкой и убрав мобильный телефон, Саманта решительно распахнула платяной шкаф, но неяркое, красноватое сияние, разлитое в комнате, заставило ее обернуться.
Свет исходил от серебряного кулончика-сердца на шее Бониты.
— Я знаю, что ты охраняешь меня, дорогая, — чмокнув зайчиху в нос, девочка застегнула темно-синее пальто до подбородка, обмотала шею оранжевым шарфом и нехотя одела беретку: старший брат с нее после возвращения только что пылинки не сдувал, и мог запросто навалять по полной, уйди она на прогулку с непокрытой головой.
Заглянув в лабораторию к отцу, Саманта вприпрыжку побежала по лестнице вниз, так как лифт оказался занят еще где-то на верхних этажах, а Джош Стирлинг и Эмбер-Линн Лапьер уже с энтузиазмом «втирали» что-то интересное пожилому консьержу.
— Вы хоть не сказали ему, что маленькие серые человечки и вправду существуют? – бдительно поинтересовалась Саманта у друзей уже на улице.

— Думаю, мистер Мур уже давным-давно в курсе, — невозмутимо ответил Джош. Неопознанные летательные аппараты в районе Линкольн-стрит и парка Ист-Потомак в последние полгода действительно не были редкостью, хотя более реально по-прежнему было нарваться средь бела дня на полтергейст или столкнуться нос к носу с призраком в темном переулке.
Забрав у миссис Крайчек Квиквэга, дети отправились в парк. Огромная, бронзовая статуя, словно «лезущая» из-под земли, привлекала не только своей необычностью. Возле гротескной, жутковатой фигуры находился один из многочисленных входов в Темный вигвам, о котором знали исключительно Избранные. Поэтому неудивительно, что недалеко от реки Потомак находилась точка довольно сильной магической энергии, и сюда, словно светлячки на огонь, слетались зомби, бэнши, привидения всех мастей и прочая нежить, умудряясь в большинстве случаев оставаться незамеченной, либо, на худой конец, не заявлять публично о своем присутствии.
Тем не менее, иногда что-то шло не по плану, и на столе Фокса Малдера периодически оказывался очередной эпизод с грифом «Икс» исключительно благодаря неугомонной младшей сестре.
Четверг в вашингтонгском Темном вигваме был особым днем недели, когда открывались врата. И частенько именно в этот день с Той стороны и впрямь прилетало что-нибудь мало-мальски ценное: символ, намек, обрывок старинной рукописи или обломок артефакта…

Правда, враг тоже не дремлет, и «черные копатели» стремились воспользоваться «днем открытых дверей».

Поэтому детям показываться в «парке с железным человеком» без маполоков было категорически запрещено.
Вот и теперь Саманта Малдер, удрученно вздохнув, прочла заклинание невидимости и, размотав рулетку, отпустила Квиквэга «попастись по травке»: спускать собаку с поводка в самом эпицентре Силы не следовало. Сперва шпиц с радостью обследовал жиденькие, полуоблетевшие заросли и кусты, в которых в это время года можно было укрыться исключительно человеку-невидимке, ага. Дети, довольно хихикнув, дали друг другу «пять». Именно в этот момент собака, жалобно заскулив, привстала на задние лапы, замерев столбиком, как суслик, а затем натянула поводок.
— Квикки, фу! – прикрикнула на него Саманта, однако шпиц продолжал жалобно скулить.
В конце аллеи было Нечто.
И оно жило, двигалось, вопреки законам физики и биологии, потому что уже давно, очень давно не принадлежало к миру живых.

И Квиквэг залаял. Сперва растерянно, а потом более яростно и агрессивно: собаки, как и прочая живность, прекрасно чуют нечисть.
— Придется идти в разведку. Иначе этот рыжий перец всех посетителей распугает, и живых, и не-живых, — резюмировала Эмбер-Линн, и дети осторожно двинулись вперед по аллее.
Таинственная и явно недоброжелательная потусторонняя гостья исчезла. Но она была где-то поблизости; Квиквэг продолжал тихонько, недовольно ворчать, а шерсть на его загривке то и дело поднималась дыбом. Внезапно шпиц дернул на пятой скорости в кусты, едва не сбив Саманту с ног, а несколько секунд спустя появился оттуда с добычей в зубах и положил ее перед детьми, коротко и красноречиво сообщив:
— Гав!
— Квикки, что там у тебя? – вздохнув, Джош поднял с дорожки старую, стоптанную женскую туфлю и в недоумении повертел ее в руках.
— Дай-ка посмотреть, — Саманта решительно отобрала у однокашника необычную находку и поднесла ее к свету.
— Там что-то написано, — заглянула Эмбер-Линн подруге через плечо.
— «В синем море, в белой пене…», — прочла девочка. – Это еще что за фигня?
Ответа на этот риторический вопрос не было.
— Думаю, следует отнести ее в Бюро, — наконец объявила Саманта.
Друзья вопросительно посмотрели на нее.
— Фокс как раз сейчас ловит то ли масонов, то ли ассасинов, — пояснила школьница.

— Жесть! – обрадовался Джош, а Эмбер-Линн в недоумении пожала плечами.
— Не понимаю, к чему весь этот ажиотаж вокруг явного секонд-хенда.
Увы, дети слишком увлеклись своей необычной находкой и не замечали того, что творилось вокруг. Квиквэг, убедившись, что до него никому нет дела, с удовольствием опрокинул ближайшую металлическую урну и принялся с поистине щенячьим восторгом рыться в ней, разбрасывая вокруг обертки, фантики и прочий мусор.
В общем, катастрофа была замечена слишком поздно.
— Квикки, ты плохой мальчик, фу! – крикнула Эмбер-Линн на четырехлапого хулигана, который продолжал самозабвенно шуршать пустым пакетиком из-под чипсов, пытаясь просунуть в него свою лохматую морду, а Джошуа, вздохнув, принялся убирать «еврейский погром».
— Ты прав, бро. Нам следует подсуетиться, — с досадой крякнув, Саманта присоединилась к нему: нагоняй сперва от дворника, а потом от полисмена за беспорядок в парке был ей абсолютно ни к чему.
А Квиквэг крутился рядом, настойчиво повизгивая, и мешал убирать.
— По-моему, собака пытается нам сказать нечто важное, — наконец предположила Эмбер-Линн.
— Да у тебя прям не голова, а Дом Советов! – восхитился Джош.
Именно в этот момент у скамейки в свете фонаря что-то блестнуло.
— Гав! – радостно объявил Квиквэг, вольготно устроившись рядом в позе сфинкса.
— Блин, я все время забываю, что он фамилиар! – воскликнула Саманта и подняла с земли находку.
Посмотреть и впрямь было на что.

Лунный камень, или, вернее, адуляр, крайне редкий в природе, был в красивой, овальной оправе из старинного, уже потемневшего от времени серебра, и в свете ближайшего фонаря мерцал призывно и загадочно.
Саманта поднесла кулон к самому лицу.
— Сэмми, стой! А вдруг это опасный артефакт и на нем вообще порча?! – Джош в панике перехватил подругу за руку.
— Вот сейчас и узнаем. Не бойтесь. Это всего лишь Проводник. И Хранитель Воспоминаний, — заверила девочка своих однокашников и, накрыв талисман, оброненный явно какой-то другой колдуньей, левой рукой, закрыла глаза и сосредоточилась.
Внезапно вокруг стало светло, как днем. Даже Квиквэг, сев на хвост, высунул язык, с неподдельным, искренним интересом наблюдая за всем происходящим, хотя это был далеко не первый в его собачьей жизни контакт с Иными, или, попросту, с другой биологической формой жизни.
— Это Древние! И они пришли за нами! – взвизгнув, Джошуа и Эмбер-Линн в мгновение ока очутились под ближайшей скамейкой. А Саманта Малдер совершенно спокойно подставила лицо и руки с лунным камнем потокам ослепительного, белого света, льющегося с небес.
И сознание девочки тут же наводнили обрывки видений и картин.
— Нью-Хейвен, Коннектикут. Глория Уокер… умерла в собственном доме… Я вижу девочек… много девочек, которые никогда не рождались…
— А вы что здесь забыли?! Немедленно марш по домам, пострелы! – внезапно строго рявкнул патрульный полицейский, светя детям в глаза фонариком, и друзья, забрав Квиквэга, решили убраться из Ист-Потомак восвояси.
— Нам нужно в Бюро. Немедленно, прямо сейчас! – объявила Саманта, едва они покинули парк.
К счастью, словить такси не составило особого труда. Шофер очень удивился, узнав о цели путешествия своих маленьких пассажиров, и с опаской посмотрел на поскуливающего шпица под мышкой у Эмбер-Линн, однако послушно отправился по указанному адресу: с конторой шутки плохи.
Дежурный охранник на проходной в Бюро, как ни в чем ни бывало, с непроницаемым выражением лица выдал на всю компанию бейджи посетителей и, подумав, одел бейдж и на собаку: порядок есть порядок, и мало ли что…
— Пол, мистер Скиннер ещё у себя? – поинтересовалась Саманта у агента Стэнхоупа.
— Да. А по какому вопросу? – тут же проявил бдительность офицер, хотя прекрасно знал всю троицу: дети периодически приносили в Бюро очень важные улики, которые не раз оказывались решающими в поимке преступников. Правда, месяц назад детишки учудили – притащили в контору живого скунса, который был фамилиаром особо опасной колдуньи.

Ясное дело, паника в самом разгаре рабочего дня получилась просто эпическая, и, к тому же, было непонятно, кто опаснее – подозреваемая ведьма или её питомец…
Пол Стэнхоуп придушенно хрюкнул от смеха.
— Уф, хорошо, что наш инопланетный Пол сегодня на дежурстве, — с облегчением выдохнула Саманта уже у лифтов. – Обычный полицейский очень долго выносил бы ложечкой мозг…
Элизабет Пресли в приёмной не оказалось, поэтому искатели приключений двинули прямиком к начальской двери и осторожно поступали.
Однако ответа не последовало, и Саманта рискнула на дверную ручку.
… Уолтер Сергей Скиннер в позе лотоса свободно парил над своим рабочим столом, закрыв глаза.
— Офигеть! – невольно вырвалось у всегда спокойной, как удав, и уравновешенной Эмбер-Линн. А хозяин кабинета, вздрогнув от неожиданности, чуть не сверзился с довольно приличной высоты, успев в последний момент приземлиться на стол.
— Вечер добрый, юные Шерлоки. Чем обязан?
— Здрасьте, мистер Скиннер. У нас тут, э-э-э… улики по делу Фокса Малдера, — с этими словами Саманта выложила перед заместителем директора свои находки, предварительно завернутые в целлофановые пакеты для вещдоков по всем правилам – туфлю со странной надписью и медальон-талисман.
— Так-так, — внимательно изучив улики, Скиннер в задумчивости побарабанил пальцами по столу, а дети, затаив дыхание, наблюдали за ним. – Вот что. Сейчас мы спустимся к мистеру Спендеру и оформим все, что вы нашли, по всем правилам, и посылка улетит в Нью-Хейвен по назначению. С возвратом, естественно.
— Вауу! – незамедлительно обрадовалась вся троица и ломанулась к лифтам, по дороге чуть не сбив с ног Бетти Элвисовну и Мариту Ковварубиас. Девушки тащили в горшках диковинные растения с колючками, испускающие едва заметное голубоватое свечение, и увенчанные неоново-розовыми бутонами. Уолтер, с трудом опознав самые обычные кактусы, лишь тяжело вздохнул и поспешил за детворой. Его подчиненные, судя по всему, опять напортачили с каким-нибудь заклинанием. Или с гормонами роста инопланетного происхождения: пенаты Курильщика были настоящей пещерой Али-Бабы. Либо с тем и другим вместе. «Б-р-р! Хорошо, что они выбрали не «венерину мухоловку». Или артишок».
Наконец лифт остановился на цокольном этаже.
— Здорово, скауты! – поприветствовал Спендер своих маленьких гостей и обменялся со Скиннером твердым, дружеским рукопожатием. – Зуб даю, что они пришли по делу об акка бадорах.

— Акка…кто? – недоумевающе переспросил Джош, а Эмбер-Линн закатила глаза.
— Стирлинг, чем ты слушал? Я же о них на информационном часу рассказывала. Это эфтаназия, только по-сицилийски. Акка бадоры сперва бьют неизлечимо больных мужиков деревянным молотком по голове, а потом душат голыми руками…
— Или ногами, — добавила Саманта. – И поют при этом своим клиентам колыбельные. Только, чур, вы этого от меня не слышали!
— Вижу, детки, вы в теме. Но в нашем случае все, увы, не так просто, — с этими словами Курильщик, быстро заполнив форму, запаковал обувку в картонную коробку и приклеил к ней ярлык с кодовым номером, а затем внимательно рассмотрел медальон с адуляром.
— Он принадлежит миссис Глории Уокер. А еще я видела с ней детей, которые никогда не рождались, — пояснила Саманта. Рауль, услышав явно знакомое имя, нахмурился, а затем, выпав из столбняка, метеором пронесся вглубь хранилища мимо нескончаемых стеллажей. Все присутствующие еле поспевали за ним хвостиком.
В конце концов Спендер притормозил и, привстав на цыпочки, вытащил с одной из верхних полок старый ящик и, открыв его, извлек изнутри фотографию. На ней была изображена миловидная, темноволосая дама в строгом, твидовом костюме с группой детей в школьной униформе.
— Частная школа «Евлогия» близ Нью-Йорка, — прочла Саманта на обратной стороне фотографии и внезапно нахмурилась. – Постойте, это же те самые дети из моего видения! Которые никогда не рождались.
— Совершенно верно, — вздохнул Спендер. – Вы что-нибудь слышали о сверхсекретном проекте «Аврора»?

Все присутствующие, включая Уолтера Скиннера, отрицательно покрутили головами.
Квиквэг, спущенный с поводка и обутый в специальные бахилы, не спеша трусил вдоль стеллажей, усиленно принюхиваясь. В хранилище вещдоков находилось нечто неустановленной природы, не-живое, но еще и не-мертвое, и шпиц пытался определить, откуда, как говорит его бессмертный хозяин, «нерусским духом пахнет»…
— Ровно десять лет назад, в 1991-м году, едва не разразился грандиозный скандал, и одну из самых лучших, частных школ Америки чуть не прикрыли из-за этой вот приятной дамы на фотографии. Миссис Уокер была не просто блестящим педагогом и прекрасной классной дамой. Она являлась куратором всего проекта… Надеюсь, дети, вы знаете, что такое евгеника?
Вся троица дружно кивнула.
— Наблюдая годами за детьми, Глория Уокер, у которой первое образование было медицинским, а второе – музыканта-педагога, озадачилась как-то раз усовершенствованием рода человеческого и вплотную занялась исследованиями в области евгеники. Эта дама не только возомнила себя Господом Богом, но и пошла дальше, предприняв попытку соединить магию и науку…

В «Евлогии» довольно большая румынская диаспора со своими традициями и суевериями, поэтому вместе с учениками по обмену с родины легендарного Дракулы приехала и община калушари.
— Калушари? – дети разом приоткрыли рты, услышав незнакомое слово.
— Да. Хранители традиций. Они следят, выполняют ли их соотечественники все обряды и ритуалы правильно. Однако под видом этих ортодоксальных «духовных отцов» скрывались высококлассные генные инженеры, подкованные в оккультизме, само собой. Соединив науку и колдовство, они, представьте себе, нашли «философский камень» генетики – вырастили ребенка в пробирке.

Эти дети, конечно же, отличались от всех остальных. Их ай кью достигал 265 единиц и выше, и у них было по 56 хромосом, то есть, удвоены 4, 5, 12, 16 и 22 пары. Таким образом, повысились интеллект, сила, физическая выносливость и продолжительность жизни. Из побочных эффектов у некоторых были расстроенная психика и склонность к убийствам, но «калушари» это не останавливало. У девочек было кодовое, тайное имя «Аврора» с порядковым номером, у мальчиков – «Абель». Дефектных экземпляров называли соответственно «Лилит» и «Кейн» (Каин). Проект уже перешел на следующий, более высокий уровень – вживление вакцины с видоизмененным генетическим кодом обычным детям, как его вдруг свернули. Официальная причина – несоответствие условий работы всем необходимым нормам и стандартам. А Глория Уокер проходила обычным свидетелем и, по ее словам, «и слыхом не слыхивала о генетических мутантах из пробирки». Как следовало из протокола допроса, ее совсем не насторожили явные особенности ее подопечных – она искренне считала, что работает с самыми обычными, хоть и очень талантливыми, детьми. Проект «Аврора» был закрыт.
— А кто его финансировал? – с тревогой поинтересовался Скиннер. Фрагменты мозаики в его голове начали со скрипом подходить друг к другу.
— Сэр Фаустус Блэквуд. Еще тогда он был очень амбициозным молодым человеком. Да, кстати, Уолтер, настоящий протокол по делу «Авроры» десятилетней давности буквально на днях мне подсунули под дверь… Я думаю, это «сюрприз» далеко не последний.
— Боже мой… — вдруг потрясенно проговорил Скиннер, спешно доставая мобильный телефон. – Дети погибших как раз все учатся в «Евлогии», и еще неизвестно, успели они получить вакцину в начальных классах или нет…
Рауль Спендер направился к столу, и дети поспешили за ним. В этот самый момент в хранилище раздался страшный грохот.
Квиквэг, которого нюх привел практически в самое начало пути, увидев «статуи», глухо заворчал и, ухватившись за простыню-саван, потянул ее на себя, однако та по дороге за что-то зацепилась…
— Матерь Божья… — Скиннер потрясенно перекрестился.
«Каменные девы» ожили и, выбираясь из груды черепков, изумленно оглядывались по сторонам, не понимая, где находятся.
Вид у обеих был еще тот.
— Где я? Что со мной произошло? – первой подала голос Пенелопа Оуэнс, тщетно пытаясь отряхнуться, однако ее черный «total look» оказался безнадежно испорченным.
— Который сегодня день? – осведомилась Патриция Дрейфус, яростно вытряхивая из волос битый щебень.
— Вы в безопасности, милые дамы. Но вам следует показаться врачу, — заверил Скиннер обеих потерпевших и набрал доктора Джереми Хиггинса: случай был как раз по его части.
А Курильщик занялся вещдоками.
Получив, наконец, на руки “бандероль”, Саманта Малдер, закрыв глаза, прочла заклинание переноса.
В том, что сюрпризы будут продолжаться, никто из них, включая Квиквэга, и не сомневался.

(Продолжение следует)

Смотрите больше топиков в разделе: Проба пера: рассказы, стихи, сказки и истории