“СВЕРХЪЕСТЕСТВЕННЫЕ МАТЕРИАЛЫ”. Дело № 001. “Матушка Гусыня, или Идеальный блудный сын”. Глава 18

Всем добра! Остановились мы в прошлый раз здесь:
babiki.ru/blog/proba-pera/188420.html

18. Соммерсет-Хилл, штат Вирджиния. Старое кладбище. 30 октября 2001 года. 23:13.

Мёртвые не хотели общаться с живыми.
Они боялись. Боялись, потому что совсем недавно здесь было нечто настолько тёмное, что привело в неподдельный, первобытный ужас даже тех, кому терять уже было, в принципе, нечего.

И это было, пожалуй, все, что выудил из информационно-энергетического поля некрополя Фокс Малдер, зависающий в «позе лотоса» в паре метров от земли прямо посередине погоста.
— Ну, что там у тебя? – уже в который раз нетерпеливо вопрошал Крайчек, а Скалли растирала ладонями плечи. Спина немилосердно болела, и немудрено: о том, что им троим нужно отметить Самхэйн хотя бы чисто символически, она вспомнила только поздно вечером, и с утра уже успела раскаяться об этом: в магазинах Соммерсет-Хилла царило настоящее вавилонское столпотворение. Благо, пока она изнывала в очередях, мальчики приготовили тыквы и соорудили праздничный алтарь.

С костюмами тоже пришлось попотеть. В результате почти четырёх часовых поисков Скалли стала счастливой обладательницей наряда механической куклы («Боже, какой кошмар!») для себя и костюма Мрачного жнеца для Малдера. Крайчеку досталась только форма пилота ВВС времён Второй мировой войны, которая, надо сказать, сидела на этом «мелком засранце» как влитая.
— Скалли, ты издеваешья, да?! – возмутился Алекс, засунув нос в свой пакет, но, примерив его содержимое, сменил гнев на милость.
— Пилотка тебе очень к лицу, — улыбнулась Дэйна.
— Без комментариев, — вздохнул Малдер, натягивая на себя темно-серую робу с капюшоном в пол и задумчиво повертел в руках довольно острую косу, которая прилагалась к костюму.
— Ребята, сори, костюмы зелёных человечков уже разобрали, а у меня самой видок ещё тот, — посетовала Скалли, расправляя рюши и банты. – Тому из вас, кто скажет, что ЭТО мне идёт, прилетит в лоб не по-детски!
И напарникам волей-неволей пришлось держать свои комплименты при себе. Тем более, после прочтения трактата сборщика чайных листьев, который непонять каким образом замешался среди новых книг, их коллега мысленно витала далеко-далеко.
«…Собирать благословенную листву новолуния идут только отчаявшиеся, отчаянные души, танцующие по лезвию ножа между жизнью и смертью, бытием и небытием, ибо простым смертным почти не дано понять истинного вкуса Тьмы. Той Тьмы, которая появилась не на заре человечества вместе с человеком, а возникла из чёрной первоматерии еще задолго до Большого взрыва. Тьма молчала миллионы лет. И лишь с появлением людей оковы звенящей тишины пали, и Бездна почувствовала голод. Ненасытный, неутолимый Голод. И тогда Тьма начала охотится за особыми душами. Душами, которые отмечены печатью Каина или отчаянием, но не тем, которое проходит и уходит, как утренний туман или роса в час рассвета…

Душа, пахнущая ужасом, болью и безумием – особое лакомство, дорогой, изысканный десерт. Но душа, на которой самый страшный смертный грех убийства оставил свои стигматы – вот самая желанная добыча Матери Всей Тьмы…».

Мда, Алекс Крайчек влип. И влип серьёзно, хотя бывал и не в таких переделках. Как вовремя они сообразили для «малолетнего засранца» защитный талисман! Лучше поздно, чем никогда.
Тем не менее, она ощущала нарастающую тревогу. Долбаная интуиция! Между строк было зашифровано особое, персональное послание к ней, Дэйне Кэтрин Скалли, и чем быстрее она его разгадает, тем лучше будет для них троих. И для всего Соммерсет-Хилла.
Однако поздняя прогулка по кладбищу, вопреки её ожиданиям, вовсе не способствовала раскрытию каких бы то ни было тайн. Ужасно болели плечи и спина, хотелось поскорей принять душ, забраться под одеяло и просто забить на творящееся вокруг мракобесие до самого дня Икс. Она устала, чертовски устала. Уже больше недели они носятся по кругу, но кусают, совсем как Уроборус, свой собственный хвост. Да, бегают по кругу. Все когда-нибудь возвращается на круги своя. И чтобы дойти до конца, нужно вернуться в начало…

— Малдер, сворачивай сеанс, — вскомандовала Скалли, и напарник чуть не сверзился с высоты своего собственного, немалого роста. – У меня есть идея получше.
С этими словами Дэйна вручила Фоксу свой кристалл.
— Твоя пра…бабка Оливия была некромантом. Надеюсь, у тебя тоже получится.
— На детях, внуках и правнуках природа частенько отдыхает, Скалли, — напомнил напарнице Малдер. Именно в это мгновение маятник у него в руках, дрогнув, вытянулся в струнку параллельно земле, и им троим не оставалось ничего другого, как последовать указаниям их магического компаса.
Они петляли между усыпальницами и старинными памятникам, еле успевая за кристаллом и в любую секунду рискуя провалиться в подземное царство в самом что ни на есть буквальном смысле.
А мертвые и не думали успокаиваться. Они пытались о чем-то предупредить живых. Однако те, увлечённые погоней, не слышали потревоженного шепота десятков и даже сотен голосов, которые до носились прямо из могил.
Наконец они уперлись в фамильный склеп Кайзерманнов.

— Очень интересно, и что мы тут забыли? – вытащив на всякий случай пистолет, Алекс осторожно нажал на дверную ручку. Дверь, к их удивлению, оказалась незаперта. Либо Олимпия по рассеянности забыла её закрыть, навещая своих усопших родных, либо…
— Она была здесь. И с одним из захоронений что-то не так, — решительно объявила Скалли, едва они оказались внутри.
— И это явно не Карл Кайзерманн, — пробормотал Малдер, подержав ладонь над крышкой мраморного, добротного саркофага. Весь прах офицера полиции, до последней косточки, был на месте. Чего про его единственного сына сказать было никак нельзя.
— Череп Гюнтера. Его нет, — осевшим голосом еле проговорила Дэйна.
— Хреново, конечно, только твою интуицию к делу не пришьешь, — с этими словами Крайчек без особых усилий сдвинул в сторону тяжеленную плиту.
— Вот смотрю я на тебя, и иногда мне кажется, что… — Скалли не договорила и осеклась: скелет геройски погибшего на войне юноши покоился в могиле… целиком. С головой на плечах.
Несколько минут агенты молча переглядывались.
— Зуб даю, что череп ненастоящий, — только и сказала Дэйна, когда Крайчек вернул на место плиту. Впервые, пожалуй, за полгода своего ведьмовского «стажа» ей было невыразимо стыдно.
Тем не менее, уходила Скалли с кладбища с самым дурным предчувствием. Хотя бы потому, что погибший в Ливане почти двадцать лет назад лётчик при жизни был как две капли воды похож на её непутевого напарника.


(Продолжение следует)

Смотрите больше топиков в разделе: Проба пера: рассказы, стихи, сказки и истории