“СВЕРХЪЕСТЕСТВЕННЫЕ МАТЕРИАЛЫ”. Дело № 001. “Матушка Гусыня, или Идеальный блудный сын”. Глава 17

Всем добра! 16 глава:
babiki.ru/blog/proba-pera/187779.html

17. Соммерсет-Хилл, штат Вирджиния. Коттедж Мэй-Линн Опеншо, у самого озера. 28 октября 2001 года. 19:41.

Мэй-Мэй была в бешенстве. Что себе эти федералы вообще позволяют?! К тому же, они оказались намного сообразительнее, чем от них ожидалось.
Хрусть! Китайский веер из слоновой кости сломался прямо у неё в руках, и Мэй-Линн с досадой отшвырнула в угол безнадёжно испорченную безделушку. Если бы они с Ромео были хоть чуточку порасторопней, то сейчас им наверняка было бы известно, что именно увидела в своём вещем сне Дэйна Скалли. Рыжая сучка быстро сложила два плюс два. Слишком быстро, опередив на этот раз её, дочь Лиллит и вестницу Хаоса.
И неизвестно, до чего ещё додумалась ушлая агентша. А ведь Тиамат её предупреждала, что слишком долгое пребывание в теле смертного и среди людей притупляет способности, дарованные от природы. Мэй и сама чувствовала, что начала незаметно, исподволь «сдавать». Но сдаваться не желала.
Чертовы защитные сигилы! Девушка яростно зашипела, отчего полопались и выкрошились в окнах витражные стекла. Нет, так не годится. В доме скоро станет холодно, а она все ещё по-прежнему наполовину человек. Но только пока. До Самхэйна осталось совсем чуть-чуть. Тем не менее, терпеть даже временные неудобства как-то не очень хотелось. Мэй устало щелкнула пальцами, отпивая из бокала ещё немного мартини, и выбитые стекла встали на место, будто ничего и не было.
Вот так-то лучше. В камине по-прежнему умиротворяюще потрескивал огонь, однако настроения это не прибавило. Сдвоенная сигила, «изобретенная» Дэйной, остановить её без обратного заклинания из «Красного гриммуара» (агенту Скалли все-таки респект, далеко не каждый додумался бы применить «код Да Винчи!») не остановит, но помешать может… Самое обидное заключалось в том, что прецедентов со дня сотворения мира не было (!), и она первая теперь вынуждена импровизировать на ходу, чего Мэй-Линн страсть как не любила. Отныне придётся двигаться вперёд вслепую, на свой страх и риск, полагаясь исключительно на интуицию, а не на информацию и факты: буквально сегодня федики всей бандой приехали в Вашингтон и что-то искали в «Нецзинтай», а что – одному Нечистому, пожалуй, известно… Весь Подземный мир над ней наверняка смеется, и даже сама Госпожа втихаря покручивает в её адрес пальцем у виска. Ну и пусть! Когда она обретет абсолютное могущество, телесная оболочка перестанет быть тормозом. И тогда тому, кто бросит Мэй-Линн вызов, точно не поздоровиться…

Хотя кое в чем она уже более чем преуспела и по-прежнему была на шаг впереди смертных. Девушка, облизнувшись, открыла свой ларец. Почти все готово. Жатва Тринадцати принесла свои плоды. Мэй-Линн рассчитала правильно, прихватив для отвода глаз, кроме сапогов-скороходов, очень серьёзный и могущественный артефакт – череп самого первого берсерка. Все-таки смертные такие предсказуемые существа! Дэйна так всполошилась по поводу пропажи, могущей не в тех руках запросто устроить зомби-апокалипсис, что не обратила должного внимания на явные нестыковки. Ну, например, на то, что астральных «муляжей» в витринах чуточку больше.
Мэй-Линн с любовью повертела в руках кольцо невозврата. По легенде, его можно использовать только однажды и по особой, исключительной причине. Мэй-Мэй усмехнулась. У Матушки Гусыни как раз форсмажор. Да и у неё тоже – следующего парада планет в ближайшие сто лет точно не предвидится. А быть посмешищем для всего Инфернального совета ещё столетие в её планы не входило…
Или, например, что сосуд с водой забвения опустел её стараниями наполовину. Использовать его прямо сейчас, что ли? Чтобы вездесущие Зачарованные агенты не испортили ей праздник. Но Мэй-Линн, подумав, решительно отставила в сторону флакон. Вода Стикса, как и кольцо не возврата – вспомогательный артефакт, не входящий в Главный Круг, и она ещё понадобиться для более важных целей. На поводу у своих эмоций идут только слабые, смертные, человеческие существа.
А вот вода живая и вода мертвая. Умыкнуть экспонаты с самых видных мест тоже не составило особого труда. Усиливающий «пояс» из нескольких артефактов – это вам не баран чихнул, господа. Тут банальным «крибле-крабле-бумс» и уничтожающим зельем не отделаешься…

Ну, а пока пора сделать очередной гамбит. Череп первого берсерка, конечно, штука в хозяйстве крайне полезная, однако когда она обретет абсолютное могущество, то вполне сможет обходиться безо всяких ритуальных причиндалов, одним усилием мысли. Можно было бы, конечно, сплавить йорик какому-нибудь нехорошему парню, вроде чернокнижника или колдуна Худу, из любви к искусству, так сказать, и посмотреть на то, что получиться. Тоже из любви к искусству. Но теперь ей было вовсе не до подковерной мышиной возни в мире смертных.
За окнами догорали последние всполохи угасающего, тревожного, киноварно-брусничного заката. Умирающий Бог раздает прощальные дары своим блудным детям. Значит, и ей пора нанести визит. Конечно же, не с пустыми руками.

Аккуратно упаковав ритуальный атрибут в подарочную коробку, Мэй-Линн набросила на плечи густо-красный плащ с капюшоном и в одно мгновение растворилась в угольно-черном облаке тьмы.

Соммерсет-Хилл, штат Вирджиния. Управление шерифа. 28 октября 2001 года. 21:42.

Вокруг здания полицейского участка было негде яблоку упасть, однако народ продолжал все прибывать и прибывать, поэтому фраза: «ФБР, пожалуйста, посторонитесь!», произнесенная Малдером через мегафон, не возымела должного эффекта, и агентам пришлось телепортироваться к крыльцу, обнесенному желтой лентой. Как это ни странно, возле этого символического ограждения не было ни души – взволнованная, галдящая и явно чем-то напуганная толпа держалась на довольно приличном, почтительном расстоянии от яркой, подарочной коробки на самой верхней ступеньке.
— В ней череп берсерка, — прошептала Дэйна.
— Почему же тогда здесь целое паломничество, словно к мощам святых? – удивился Алекс.
— Знаешь, сынок, я вот уже полтора часа задаю себе тот же вопрос, — мрачно сказал подошедший к ним шериф Маршалл. – У этой штуки, которая в коробке, просто какая-то чумовая, нереальная энергетика!
— Но мы-то ничего не чувствуем, кроме того, что перед нами – тёмный артефакт, — возразил Малдер, и напарники согласно кивнули.
— Вот поэтому здесь и началась вся свистопляска. Люди шли к участку, как на звуки дудочки Крысолова.
— Мда, это по меньшей мере странно, — согласился с Алариком Крайчек.

— У меня такое впечатление, что их одурманили. Или зазомбировали, — развел руками шериф. – Я уже всего насмотрелся в Соммерсет-Хилле, но с подобным сталкиваюсь впервые…
— Сейчас разберёмся, — заверил его Малдер и, отогнув ленточку, поднялся на крыльцо. Собравшиеся горожане громко ахнули, когда специальный агент преспокойно взял коробку и… открыл её. А затем с криками неподдельного ужаса начали разбегаться во все стороны, сшибая с ног друг друг друга и патрульных полицейских, которые тщетно пытались сдержать натиск толпы. Скалли, забывшись, где находится, сделала привычный пасс руками, но из бегущих «заморозились» далеко не все, и она лишь удрученно вздохнула.
— Проблема несанкционированного митинга, судя по всему, решилась сама собой, — обескураженно пробормотал Алекс.
— Да уж. Одной головной болью меньше, — не скрывая своей радости, согласился шериф, однако вид у него по-прежнему был крайне озабоченный.
— Такое впечатление, что ты открыл при всех ящик Пандоры, Малдер, — Скалли решительно отобрала у напарника страшную «бандероль» и прошагала внутрь.
— Что ты собралась с ним делать? – полюбопытствовал Алекс.
— Узнать всю подноготную о его содержимом, — Дэйна невозмутимо пожала плечами.

Для «дознания» был выбран пустой конференц-зал. Отогнув жалюзи, выглянув на улицу и убедившись, что митингующие разошлись, вернее, разбежались, и возле участка больше никто не околачивается, Скалли приступила к приготовлениям. Смешав ингредиенты из принесенного с собой «мешочка снов» на серебряной ленте и добавив к ним полынь, лаванду и ладан, Дэйна загрузила эту поистине «адскую» смесь в китайскую пагоду с колокольчиками, которую все тем же задним числом «отдолжил» у миссис Уэнрайт Алекс Крайчек, подожгла её и, разувшись и сняв пальто, преспокойно уселась посреди стола по-турецки, положив руки на колени ладонями вверх и закрыв глаза…
Увы, слишком увлекшись ритуалом выведения на чистую воду тёмного артефакта, который явно побывал не в тех руках, Скалли перестала замечать что-либо за пределами здания своим «внутренним зрением».

Как, например, отделившуюся от кленовой аллеи фигуру в темно-красном плаще, которая пересекла проезжую часть только что не по воздуху и, обогнув управление по периметру, остановилась аккурат напротив окон конференц-зала.

Посмотреть и впрямь было на что. Зависшая в полуметре над столом в позе лотоса рыжеволосая женщина была, пожалуй, одним из лучшим образчиков типичной, доброй, Зачарованной колдуньи. Спасение невинных, бла-бла-бла и прочая ерунда о высоких материях… Однако наблюдала за всем происходящим не только она одна.
Из-за угла показались две светловолосые, детские головы. Ввиду грядущего Хеллоуина Беннеты и Уиллерсы, поразмыслив, решили отменить домашний арест, но установили своим непоседливым чадам комендантский час: ровно 22:30. И теперь до его истечения оставалось всего ничего. Поэтому использовать это время дети, судя по всему, решили по полной.
— Смотри, Мэри-Энн, опять наш плащ из реквизитной! – возбуждённо зашептал Джейсон. – Разрази меня гром, если в нем не мисс Опеншо!
— Интересно, что Мэй-Линн здесь забыла? – удивилась девочка.
— Не знаю, подруга, но пялится она в чужие окна ох как неспроста! – от охотничьего азарта у юного «Шерлока Холмса» нетерпеливо подпрыгивал белобрысый вихор на макушке. – А вдруг она порчу на шерифа хочет навести?
— Ты серьёзно, что ли?! – Мэри-Энн не выдержала и тихонько хихикнула. – Мисс Опеншо мухи не обидит!

— Это мы с тобой так думаем. И наши родители, и учителя в школе, и госпожа директриса. Мэй-Линн очень странная, ты не находишь? Есть в ней что-то нездешнее, непонятное. Она непохожа на всех остальных ведьм. Потому что она не ведьма.
Бац! Отцовский цейсовский бинокль очутился на земле, и Мэри-Энн похолодела от страха. К счастью, «шпионский» дивайс оказался цел и невредим, и маленькая любительница приключений воспользовалась им по назначению как раз вовремя: фигура в красном у неё на глазах…растаяла в воздухе.
— Хорошо, твоя взяла. Тогда кто же нам преподает изо и все остальное? Призрак? Женщина-невидимка? Инопланетянка? Оборотень?
— Не знаю. Слыхала про «люциферову кровь»?
— А то. Только, здается мне, кое-кому вредно ужастики смотреть на ночь глядя, — отвесив Джейсону щелбан, Мэри-Энн осторожно двинулась вдоль стены полицейского участка к освещенному окну первого этажа
— Ты что творишь? У нас на все про все пятнадцать минут! Надо ещё Кассандру забрать у Сьюзи Патмен. Забыла про наше алиби? – сердито зашипел Беннет. К тому же, юный колдун, хоть поблизости никого не было, продолжал все равно ощущать присутствие, чужое и тёмное. И это ему определённо не нравилось.
— Я только одним глазком. Хочу убедиться, что с шерифом Маршаллом все в порядке, — возразила девочка и заглянула в конференц-зал. Рыжеволосая дама из ФБР, которую она видела несколько дней назад, парила в нирване над столом и, естественно, не заметила, как белый дым, валящий причудливыми клубами из бронзовой пагоды, сначала стал густо-красным, а потом угольно-черным. И Мэри-Энн отчаянно застучала рукой в стекло.
— Мэм, очнитесь немедленно, вам грозит опасность!
В этот миг внутри истошно заверещала пожарная сигнализация, и дети дали деру при помощи телепортации, чуть не забыв по дороге про пикинеса Уиллерсов, которого предстояло ещё выгулять за десять минут.
Вдали завыла сирена спасателей. Дэйна, вздрогнув, моментально выпала из астрала и, пребольно приземлившись на пятую точку, в прострации уставилась на витающие вокруг неё клубы чёрного дыма. А Малдер, Крайчек и шериф, не сговариваясь, вооружились маркерами, позаимствованными со стола Ширли Бреннан, и кинулись рисовать защитные сигилы на окнах и на дверях.
— Мэм, с вами все в порядке? – встревоженно заглянул в конференц-зал помощник шерифа.
Скалли не успела ничего ответить – офис наводнила целая толпа пожарных. И лишь когда спасатели, убедившись в том, что тревога действительно была ложной, уехали, Дэйна, наконец, смогла заняться делом. Осторожно поковырявшись пинцетом в основании черепа, она извлекла на свет Божий маленькую, плоскую лепешку землисто-серого цвета и, стараясь не дышать в специальном, только что заговоренном респираторе, определила явно галлюциногенное вещество в стеклянный флакон с нанесённой на дно защитной сигилой.
Необычная находка немедля пошла по рукам.
— Это ещё что за хрень? – в конце концов не выдержал шериф.
— Мускус осьминога из свиты карибского божества Катулу, или Ктулху, — совершенно спокойно пояснила Скалли. – Вызывает кошмарные видения наяву, панику и массовую истерию.
— Это тот самый, который у Лавкрафта, что ли? Не смешите меня, — недоверчиво усмехнулся Аларик.
— Ага. Только у Ктулху есть куча последователей по всему миру, которые жаждут сеять хаос и разрушение. Правда, до церкви Тиамат им еще далеко, но если в глубинах Тихого океана проснется гигантский монстр, очень хреново будет всем, — пояснила Дэйна. – И, о да, эта штука у меня в руках действительно работает, так что флакон без крайней нужды и без противогаза с заклинанием открывать никому не советую.
— Офигеть! – ахнул офицер О'Брайен.
— Вот именно, молодой человек. Ну, а поскольку наша проблема решена, советую всем разойтись по домам, господа. Время уже позднее, а у нас всех был тяжёлый день, — с этими словами Скалли, подхватив коробку, направилась к выходу.
— Эй, первый берсерк ведь не будет сегодня ночевать с нами под одной крышей? – всполошился Алекс, уже на улице догнав напарницу.
— Все зависит только от тебя, брат, — Дэйна вручила ему свою ношу.
— Выставочный зал «Сигизия», — вздохнув, вскомандовал Крайчек, и «ящик Пандоры» тотчас испарился, оставив после себя ещё одну нерешенную загадку «города ведьм».

(Продолжение следует)

Смотрите больше топиков в разделе: Проба пера: рассказы, стихи, сказки и истории