Мария Титарчук
Любимый немец. Глава 12, часть 1
Всем добра! Предыдущая глава тут:
babiki.ru/blog/proba-pera/152664.html
ВНИМАНИЕ! Во избежание недоразумений, произведение по содержанию относится к разряду 18+ и в нем есть соответствующие иллюстрации. Всех несогласных, несовершеннолетних, а также лиц с тонкой психикой убедительная просьба проходить мимо.
12.
В затемненой гостинной интимно мерцали разнокалиберные свечи, а из «поющей чаши» посередине перевернутой пентаграммы поднимался густой, пепельно-серый кумар.
— Ты уверена, Инесса? – на всякий случай уточнил Евгений, с опаской озираясь по сторонам. Молодой писатель пригубил vinum sabbati самую малость, всего чуть-чуть, так как заклинание делалось на его крови, но ему казалось: вот-вот вместо названной сестры он увидит Бафомета. Или саму Темную Повелительницу во плоти, совсем как три года назад, в палате под капельницей после аварии, едва не стоившей ему жизни.
Однако Тиамат не спешила показываться – астральное зеркало было девственно-пустым, так как отражало исключительно все потустороннее, и любимец темных муз немного успокоился.
— Абсолютно и на двесте процентов. Только вот зачем тебе это – хоть убей, ума не приложу, — с этими словами колдунья переставила «поющую чашу» на комод, и гость в прострации уставился на надпись: «Samael Lillith» в самом центре ритуальной скатерти, что окончательно убедило его в правильности поставленной цели.
— Ты не поймешь, Инес – ведь ты до меня уже познала не одного мужчину, — глухим, изменившимся от волнения голосом проговорил молодой человек.
— Эжен, по-моему, ты перегрелся. Или заболел, — с сомнением покачала головой хозяйка апартаментов. – Или я тебя не устраиваю в постели? – ее глаза нехорошо сузились, а в них появились зеленоватые огоньки, не предвещающие ничего хорошего.
— Нет, нет, Инес, ты прекрасная любовница, поцелованная самой Тьмой… Только я всегда мечтал сорвать удивительный, благоуханный, девственный цветок в час луны, аромат которого перевернул бы всю мою жизнь…
— По-моему, она уже перевернулась вместе с тобой в машине, уходящей под лед. И ты сам хорошенько башкой о приборную доску приложился, — проворчала Инесса.
— Что есть нетронутая, непорочная чистота? – задумчиво проговорил Евгений, не обращая внимания на болтовню названной сестры, и не спеша, одна за другой, погасил все свечи, пока комната не наполнилась сумраком, живым и осязаемым, как никогда. Сумраком, в котором обитали потерянные, неприкаянные создания не от мира сего.
Но они не были одиноки, потому что у них была своя, Темная Госпожа, Матерь Изначальной Бездны, Матерь Всей Тьмы. – Легкая, радужная, невесомая пыльца на крыльях беззаботных мотыльков, славящих солнце и жизнь. И Создателя, даровавшего им всего несколько дней радости. А потом бабочка умирает, но воспоминания о ее красоте навсегда остаются в скрижалях Вселенной. Или нисходят золотым дождем на души, жаждущие вдохновения…
Ничто не проходит бесследно, Инес. Но, все же, главная миссия творца – запечатлеть прекрасное.
— Иными словами, поймать последний момент, — лукаво улыбнулась колдунья.
— Это ты о чем сейчас? – насторожился юноша. Под сердцем прошел уже хорошо знакомый, неприятный холодок. Евгений усмехнулся. Отголоски больной, умирающей совести, не более того.
— Какой же ты у меня дурачок, Эжен! – Инесса залилась звонким, мелодичным смехом, от которого молодой писатель совсем «скис». – Ты забыл? Все твои музы после «соития» с тобой отправляются в страну вечного вдохновения!
— Инес, прекрати! На этот раз я хочу всего лишь забрать у нее то, чего нету у других.
— Ну-ну, удачи. Только прежде чем отправляться на охоту за девственницами, перечитай Зюскинда. Парфюмер очень плохо кончил.
— Мерси за напоминание, — мрачно сказал Евгений, рассеянно почесывая за ухом одну из черных кошек Инессы…
Тиамат, конечно, будет им не очень довольна, не получив очередную душу на серебряном блюде, но разве он, Евгений Каминский, не доказал свою преданность Госпоже? И поэтому вполне имеет право на небольшие прихоти и лирические отступления.
Правда, темные силы думали иначе.
Однако писатель, мечтательно разглядывая фотографию Маргариты Кипеловой, только что добытую для него Инессой при помощи заклинания переноса, пребывал относительно этого в счастливом неведении.
— Ах, да, и вот еще что! Чуть не забыла, — с этими словами девушка, порывшись в комоде, извлекла оттуда небольшой сверток. – Для закрепления эффекта, так сказать.
— Шарф-душитель?! – ахнул Евгений, сунув нос в пакет, и тут же его отшвырнул. – Я не буду никого убивать!
— А тебе и не понадобиться этого делать, братец, — ухмыльнулась колдунья. – Успокойся и не кипиши, а то у тебя вид описавшегося щенка. Я перепрограммировала сей артефакт, вылив на него в новолуние приворотного зелья. Так что шарф-убийца превратился в талисман любви. Почти.
— Что это значит, твое «почти»?
— Прикончить теперь он никого не прикончит, но гарантированно и стопроцентно подарит незабываемые минуты той, кому он будет вручен… Да благословит тебя Тиамат, братишка. Ступай с Нечистым!
После подобного напутствия писатель, ясное дело, чуть не сосчитал ступеньки в ближайшем пролете подъезда, так как лифт не работал.
(Продолжение следует)
Смотрите больше топиков в разделе: Проба пера: рассказы, стихи, сказки и истории
babiki.ru/blog/proba-pera/152664.html
ВНИМАНИЕ! Во избежание недоразумений, произведение по содержанию относится к разряду 18+ и в нем есть соответствующие иллюстрации. Всех несогласных, несовершеннолетних, а также лиц с тонкой психикой убедительная просьба проходить мимо.
12.
В затемненой гостинной интимно мерцали разнокалиберные свечи, а из «поющей чаши» посередине перевернутой пентаграммы поднимался густой, пепельно-серый кумар.
— Ты уверена, Инесса? – на всякий случай уточнил Евгений, с опаской озираясь по сторонам. Молодой писатель пригубил vinum sabbati самую малость, всего чуть-чуть, так как заклинание делалось на его крови, но ему казалось: вот-вот вместо названной сестры он увидит Бафомета. Или саму Темную Повелительницу во плоти, совсем как три года назад, в палате под капельницей после аварии, едва не стоившей ему жизни.
Однако Тиамат не спешила показываться – астральное зеркало было девственно-пустым, так как отражало исключительно все потустороннее, и любимец темных муз немного успокоился.
— Абсолютно и на двесте процентов. Только вот зачем тебе это – хоть убей, ума не приложу, — с этими словами колдунья переставила «поющую чашу» на комод, и гость в прострации уставился на надпись: «Samael Lillith» в самом центре ритуальной скатерти, что окончательно убедило его в правильности поставленной цели.
— Ты не поймешь, Инес – ведь ты до меня уже познала не одного мужчину, — глухим, изменившимся от волнения голосом проговорил молодой человек.
— Эжен, по-моему, ты перегрелся. Или заболел, — с сомнением покачала головой хозяйка апартаментов. – Или я тебя не устраиваю в постели? – ее глаза нехорошо сузились, а в них появились зеленоватые огоньки, не предвещающие ничего хорошего.
— Нет, нет, Инес, ты прекрасная любовница, поцелованная самой Тьмой… Только я всегда мечтал сорвать удивительный, благоуханный, девственный цветок в час луны, аромат которого перевернул бы всю мою жизнь…
— По-моему, она уже перевернулась вместе с тобой в машине, уходящей под лед. И ты сам хорошенько башкой о приборную доску приложился, — проворчала Инесса.
— Что есть нетронутая, непорочная чистота? – задумчиво проговорил Евгений, не обращая внимания на болтовню названной сестры, и не спеша, одна за другой, погасил все свечи, пока комната не наполнилась сумраком, живым и осязаемым, как никогда. Сумраком, в котором обитали потерянные, неприкаянные создания не от мира сего.
Но они не были одиноки, потому что у них была своя, Темная Госпожа, Матерь Изначальной Бездны, Матерь Всей Тьмы. – Легкая, радужная, невесомая пыльца на крыльях беззаботных мотыльков, славящих солнце и жизнь. И Создателя, даровавшего им всего несколько дней радости. А потом бабочка умирает, но воспоминания о ее красоте навсегда остаются в скрижалях Вселенной. Или нисходят золотым дождем на души, жаждущие вдохновения…
Ничто не проходит бесследно, Инес. Но, все же, главная миссия творца – запечатлеть прекрасное.
— Иными словами, поймать последний момент, — лукаво улыбнулась колдунья.
— Это ты о чем сейчас? – насторожился юноша. Под сердцем прошел уже хорошо знакомый, неприятный холодок. Евгений усмехнулся. Отголоски больной, умирающей совести, не более того.
— Какой же ты у меня дурачок, Эжен! – Инесса залилась звонким, мелодичным смехом, от которого молодой писатель совсем «скис». – Ты забыл? Все твои музы после «соития» с тобой отправляются в страну вечного вдохновения!
— Инес, прекрати! На этот раз я хочу всего лишь забрать у нее то, чего нету у других.
— Ну-ну, удачи. Только прежде чем отправляться на охоту за девственницами, перечитай Зюскинда. Парфюмер очень плохо кончил.
— Мерси за напоминание, — мрачно сказал Евгений, рассеянно почесывая за ухом одну из черных кошек Инессы…
Тиамат, конечно, будет им не очень довольна, не получив очередную душу на серебряном блюде, но разве он, Евгений Каминский, не доказал свою преданность Госпоже? И поэтому вполне имеет право на небольшие прихоти и лирические отступления.
Правда, темные силы думали иначе.
Однако писатель, мечтательно разглядывая фотографию Маргариты Кипеловой, только что добытую для него Инессой при помощи заклинания переноса, пребывал относительно этого в счастливом неведении.
— Ах, да, и вот еще что! Чуть не забыла, — с этими словами девушка, порывшись в комоде, извлекла оттуда небольшой сверток. – Для закрепления эффекта, так сказать.
— Шарф-душитель?! – ахнул Евгений, сунув нос в пакет, и тут же его отшвырнул. – Я не буду никого убивать!
— А тебе и не понадобиться этого делать, братец, — ухмыльнулась колдунья. – Успокойся и не кипиши, а то у тебя вид описавшегося щенка. Я перепрограммировала сей артефакт, вылив на него в новолуние приворотного зелья. Так что шарф-убийца превратился в талисман любви. Почти.
— Что это значит, твое «почти»?
— Прикончить теперь он никого не прикончит, но гарантированно и стопроцентно подарит незабываемые минуты той, кому он будет вручен… Да благословит тебя Тиамат, братишка. Ступай с Нечистым!
После подобного напутствия писатель, ясное дело, чуть не сосчитал ступеньки в ближайшем пролете подъезда, так как лифт не работал.
(Продолжение следует)
Смотрите больше топиков в разделе: Проба пера: рассказы, стихи, сказки и истории
Обсуждение (0)