"Дракон". Фэнтези, часть 1

Пущенная вдогонку стрела лишь вскользь задела панцирную чешуйку, даже не оставив на ней следа.
— Вот гад! – сквозь зубы выругался староста.
Его дочка стояла рядом, скромно улыбаясь, и тайком поглядывала на небо.
— Еще раз здесь замечу, уши надеру! – крикнул мужик вслед улетающему дракону.
Тот сделал вираж и громко расхохотался – ушей, как таковых, в этом обличии у ящера не наблюдалось.

День прошел на славу: и поесть удалось и погулять… со старостиной дочкой. Я возвращался в свое логово с довольной ухмылкой. Спикировал вниз, сложив крылья, и заскакал по каменной площадке. Странный дымок, тянувшийся из пещеры, служившей мне домом, а заодно и хранилищем для добытых сокровищ, немного настораживал. Кто-то вполголоса напевал старую рыцарскую песню. Я возмущенно фыркнул и проскользнул внутрь. Незваный гость слегка повернул голову, приветливо кивнул и нахально уселся на пол, вытянув к огню ноги.
— Зачем пожаловал, рыцррррь? – прорычал я, выдыхая из ноздрей дым.
— Да брось, приятель, — ответил он, и сунул мне под нос ляжку зажаренного на костре барашка.
— Шпашибо, — я вцепился в мясо клыками, придерживая норовящую дезертировать добычу лапой.
Некоторое время мы молчали, всецело поглощенные трапезой.
— Тебя что, опять из дома выгнали? – поинтересовался я, когда с барашком было покончено.
— Угу, — просто признался он.
— За что на этот раз?
— Да так, мелочи.
— Мак!
— Что?
— Ничего.
Рыцарь тяжело вздохнул.
— Ну, выпил немного, с кем не бывает? Потом на ярмарку пошел. Там подрался с кем-то, затем в лавку Рона заглянул, товар проверить… на вкус, потом девку какую-то за косу поймать пытался, а после… Ты чего?
Я катался по полу, прижав лапы к брюху и бил хвостом.
— Тебе смешно, — обиделся Мак, — а мне что делать?
— Извиниться перед пострадавшими, оплатить товар и вернуть косу на место!
— Да?
— Да!
— А кого давеча крестьяне с вилами и топорами по полю гоняли? Тоже мне, древний и мудрый Морисста… Тьфу! Язык сломаешь. И кто тебе только такое имя дал?
— Родители, — ответил я.
— Короче, Морисс.
— А почему ты думаешь, что мудрые и древние не имеют права побегать от крестьян? Надо же хоть иногда поразвлечься.
— Да ты каждый день только и развлекаешься! – Мак все еще горячился, хотя уже старался спрятать улыбку.
Шкодливый молодой дракон был притчей во языцех.
Мак (Макфферсон) был сыном богатого дворянина. В позапрошлом году папаша добился посвящения своего непутевого отпрыска в рыцари, надеясь таким образом урезонить чадо. Но воинская карьера, вопреки ожиданиям, еще больше испортила и без того несносный характер Мака. Он зазнался. И стал творить такое, от чего не только у родителей, но и у всех их знакомых волосы на головах становились дыбом. В конце концов терпение старого дворянина лопнуло, и он выгнал сына из дому. Дал ему немного денег (так, чтобы хватило на скромное пропитание), котомку с одежкой и «благословил» в дальний путь. Спустя неделю заметно присмиревший Мак постучался в двери отчего дома. Переминаясь с ноги на ногу, рыцарь попросил прощения у папы и мамы, получил таковое и около месяца был тихим и послушным мальчиком. А затем все началось сначала. Родитель смекнул, что метод выгоняния гораздо действеннее угроз и увещеваний, и снова послал сына совершать подвиги. Только вот на сей раз удача изменила молодому рыцарю. Недалеко от города на него напали разбойники, жестоко избили и обобрали до нитки.
Таким я его и нашел. Мак лежал в придорожной грязи полуживой от ран и холода. Я аккуратно забросил парня на спину и отнес в свое логово. Закутал в овечью шкуру, уложил его себе под бок и всю ночь согревал дыханием. А потом почти целую неделю выхаживал его как малое дитя. Поправлялся он весьма неохотно. Синяки-то зажили довольно быстро, а вот с переломами пришлось потрудиться. Около двух месяцев Мак провел в моей пещере. Сначала он боялся меня, не понимая, зачем крылатому чудовищу понадобилось помогать рыцарю, затем привык, а потом мы стали друзьями.
Он, конечно, вернулся домой к родителям, которые за время отсутствия сына не находили себе места, целых полгода был паинькой, но… по истечению этого срока принялся за старое. Поэтому теперь Мак и сидел в моей пещере, обгладывая кость от барашка. Так. Стоп.
— Мак, — вкрадчиво позвал я.
-?
— Где ты взял этого бяшу?
— Хм… ну, купил, — рыцарь отвел глаза.
— Не вррри, — язычки пламени взметнулись вверх. Костер стал в два раза больше.
— Украл, — сознался Мак, краснея.
— У кого?
— У старосты. Эй, Морисс, чего опять такого смешного я сказал?
— Да я… сегодня его дочку… того… Ну и стадо уменьшил головы на две.
— Хе, — по лицу рыцаря скользнула злорадная ухмылка, — значит и эту голову на тебя спишут.
Подзатыльник получился внушительный.
— Полегче бы! – пожаловался Мак, потирая ушибленное место и поднимаясь на ноги.
— А ты свою вину на других не перекладывай! – нравоучительно сказал я, прищуривая янтарные глаза.
— Не надорвешься, — огрызнулся парень.
— Нет, — согласился я, — но вместо барашка на ужин у меня будет хорошо прожаренный рыцарь в собственном соку.
— Ты на что это намекаешь, ящерица? – недобро сощурился Мак, на всякий случай вытаскивая меч из ножен.
— На одного очень болтливого мальчишшшку, — просвистел я.
Драка была короткой и очень показательной. В том смысле, что очень наглядно показывала, что некоторые рыцари годятся только по кабакам шастать, да девок портить.
— Отпусти, а? – взмолился Мак, из всех сил пытаясь высвободиться из-под тяжести когтистой лапы.
Я отрицательно помотал головой и усилил хватку. Парень сдавлено пискнул. Минуты две я самоупоенно любовался на безвольно распластанное тело «врага», затем смилостивился и разжал когти. Мак поднялся на ноги, отряхнулся и злобно зыркнул на меня из-под длинной челки. Волосы у него отросли за то время, пока мы не виделись. Темно-каштановые, завязанные в хвост. Глаза у парня были серые с вкраплением зелени.
Пока Мак дулся на меня, сидя в дальнем конце пещеры, я выкидывал скопившийся за неделю мусор: кости, обгоревшие латы, остатки оружия.
— Ты так и будешь теперь там торчать? – миролюбиво полюбопытствовал я, когда с уборкой было покончено.
— Буду, — буркнул в ответ приятель. – А еще ничего тебе не скажу.
— Интеррессно.
— Пока не извинишься передо мной! – добавил Мак.
Я хрипло рассмеялся.
— За что? За то, что ты хотел добавить к списку моих преступлений убиенного тобой бяшу?
— Нет, за то, что ты сломал мой меч!
— Ой, просссти, пожалуйссста. Ты хотел сообщить мне, что его величество приказал своим рыцарям добыть некоторые части моего тела ко дню Рождества? (хвост, считаясь деликатесом, готовился к ужину, а голова вешалась на ворота, дабы другим драконам неповадно было).
Мак насупился еще больше.
— И это тоже, — сказал он.
— А что еще? Что король снарядил отряд из лучших, и теперь они хотят хитростью заманить меня в ловушку?
У рыцаря отвисла челюсть.
— Откуда ты…
— Вижу твои мысли, — перебил я приятеля.
Он недоверчиво покосился на меня.
— И что ты собираешься делать?
— Я собираюсь хорошенько поразвлечься. Ты со мной или как?
Мак почесал затылок.
— А ты уверен, что это безопасно?
— Нет. Я уверен в противоположном. Но именно такие развлечения мне нравятся больше всего.
Рыцарь хмыкнул.
— Я с тобой, Морисс.

Ходить по земле в драконьем обличии не слишком удобно – переваливаешься с боку на бок, как откормленная утка, да еще и хвост вечно за что нибудь цепляется. Сложенные перепончатые крылья лежат на спине добавочным грузом. Но пока что иначе я не мог. Мак уверенно шел рядом, насвистывая себе под нос.
— Денег не будет, — рыкнул на него я. За два часа путешествия это успело порядком надоесть.
— Чего? – не понял он.
— Не свисти, говорю.
— А! Слушай, Морисс, давно хочу тебя спросить…
— Спрашивай, — согласился я.
Попавшаяся навстречу повозка шарахнулась в сторону. Точнее, конь понес. Издалека слышалась ругань его хозяина.
— А вот как ты с девушками?
— Ласссково.
— Да не. Я не про то. В смысле как ты их… любишь?
— Хм… как и все мужики. Ты такие вопросы задаешь, будто никогда с девушками в постели не был.
— Был! – покраснел он. – Потому и спрашиваю.
Суть его вопроса была мне ясна, но я не мог не ехидничать.
— Ты о том, что я большой и страшный? И как я их хрупких?
— Да!
— Так же, как и все, — убийственно повторил я.
Мак схватился за голову.
— Я их люблю в человеческом обличии, — снизошел до объяснения я.
— ???
— Чего тебе не ясно?
— Ты… умеешь… быть… человеком? – запинаясь на каждом слове, выдавил из себя рыцарь.
— Нет, — отрезал я. – Просто принимаю человеческий облик. Оставаясь по сути драконом. Меня выдают только глаза. Но я стараюсь их прятать. Навык, вырабатываемый с опытом.
— Но почему ты никогда не превращался при мне? Почему даже не сказал?
— Я думал, ты знаешь. Именно на это и рассчитывают ловцы. Заманить с помощью красивой девицы. Дракон в человечьем виде гораздо уязвимее. Они хотят поймать меня, когда я буду с ней.
— А ты? – спросил Мак.
— А я буду.
Путь до города был неблизкий. Сначала надо было пересечь поле, затем пройти через село со странным названием Болотце (болот там не было и в помине), потом по лесному тракту, и только за ним находилась крепостная стена Белозерца.
— Заночуем в селе, — сказал я. – Все равно за день нам не дойти. Да и снедью запастись не мешало бы.
— Угу, — согласился со мной приятель, у которого уже бурчало в желудке, и вид был очень усталый. – Ты в таком виде и пойдешь?
— Нет, конечно.
На трансформацию ушло около минуты. Быстро и безболезненно. Теперь перед Маком стоял не дракон с панцирем цвета стали, а высокий парень, одетый в льняные штаны, рубаху, плащ и высокие сапоги. Через плечо была перекинута дорожная сумка.
Рыцарь хмыкнул.
— Нет, я понимаю смена обличий, но откуда у тебя берется все остальное, а?!
— Ты про одежду и сумку?
— Ну да.
— Древняя магия, — туманно пояснил я.
Мак обиженно фыркнул, но с вопросами больше не лез.

Болотце встретило двумя бабками, неторопливо лузгающими семечки на лавке у забора. Они проводили нас внимательными взглядами, и тут же принялись обсуждать. Постоялый двор находился на противоположном конце села. Мы прошли по центральной улице, и вскоре уже сидели за низким дубовым столом, с жадностью поедая ужин, состоящий из картошки с телятиной и пива. Завсегдатаи разглядывали нас с нескрываемым любопытством.
— Ты во мне скоро дырку просмотришь, — не оборачиваясь сказал я мужику за столиком, что находился за моей спиной.
Тот смущенно закашлялся, но даже не подумал отвести взгляд. Я вздохнул. Селяне явно что-то знали, или предполагали скорое веселье. Оно, впрочем, не заставило себя долго ждать. Дверь трактира с грохотом распахнулась, и на пороге возник грузный крестьянин с арбалетом в руках. Где он достал подобную игрушку понятия не имею, но выглядела она внушительно, да и стоила немало. Наверное, целый год готовился к нашей встрече.
— Вот ты и попался, тварь, — злобно прошипел мужик.
Публика подалась вперед, дабы не пропустить ничего из начавшегося представления.
— Угу, — не стал отпираться я.
— Пойдем, покажу тебе кое-чего! – арбалетный болт был нацелен мне в голову.
Сомневаюсь, чтобы мужик попал, в случае моего дезертирства, но я и не собирался бежать.
Крестьянин вышагивал следом за мной, держа на прицеле, и то и дело подталкивал в спину. Мак плелся позади, явно ничего не понимая. Наше шествие закончилось дверями добротного дома, хорошо знакомого мне еще с прошлого здесь пребывания. Меня затолкали внутрь, рыцарь просочился следом, стараясь быть незамеченным, но мужик и так не обращал на него внимания.
— Вот! – рявкнул он, показывая на колыбель у окна. – Полюбуйся!
Рядом с колыбелькой стояла жена крестьянина. Все такая же хорошенькая и стройная, как и прежде. Длинные черные волосы заплетены в тугую косу. Она взглянула на меня, и опустила глаза.
В колыбельке лежал малыш. Крепенький симпатичный мальчонка с соломенными волосами и янтарно-желтыми глазами. Он посмотрел на меня, смешно наморщил лобик, а затем чихнул и улыбнулся.
— Весь в папочку! – смахнул я слезу умиления.
— Вот и забирай это отродье! – прорычал крестьянин. – И чтоб духу вашего здесь больше не было!
Я перевел взгляд на маму. Она жалобно смотрела на сынишку.
— Не отдам!
— А кто тебя спрашивает, баба! Мало тебе тогда влетело, еще хочешь?!
Я резко обернулся. Глаза загорелись яростными огоньками.
— Ты бил беременную? – голос изменился на звериное рычание.
Мужик попытался выстрелить, но арбалет не срабатывал. Я не глядя протянул руку – висящая на стене плеть змейкой скользнула по воздуху и уткнулась мне в ладонь.
— Ни хрена себе! – прошептал забившейся в угол Мак.
Первый удар захлестнул запястье, выбивая оружие. Арбалет с глухим стуком упал на пол. Пружина звякнула, болт улетел в стену. Мужик попятился, но споткнулся и растянулся на половицах. Я бил его пока сам не устал. Рыцарь и молодая женщина стояли не шелохнувшись. Малыш заинтересованно повернул голову в мою сторону. Крестьянин сначала вопил в голос, потом только приглушенно стонал, а затем и вовсе затих.
— Сволочь! – сплюнул я, отбрасывая плеть.
Малыш протянул ко мне крохотные пухлые ручонки. Я прижал его к себе.
— Чейз, — сказал я женщине.
Она кивнула.
— Хорошо.
— Ты ведь не хочешь расставаться с ним, верно?
— Кем бы он ни был, это мой ребенок, и я его люблю.
Я улыбнулся. Порылся в сумке, вытащил тяжелый кошелек и протянул ей.
— На, держи. На первое время хватит. А потом, когда надо будет или если кто обижать станет тебя и малыша, — я снял с пальца перстень, — подумай обо мне. Я прилечу, обязательно.
— Я считала, ты забудешь… Если б пришел раньше. До него… — женщина горестно вздохнула.
— Когда Чейз подрастет, пусть прилетает в гости. Я буду ждать.
— Хорошо.
Под лавкой ныл крестьянин. Мы с Маком вышли на улицу. На небе мерцали далекие звезды.
— Ну что, на постоялый двор?
Приятель кивнул. Идти в ночь не имело смысла.

— Вот объясни мне недалекому, Морисс — сказал Мак, вытягиваясь на кровати в полный рост и укутываясь в одеяло, — почему столь ненавистный ему ребенок в колыбельке лежит, да еще живой и судя по виду вполне здоровый.
— Если б он был не живой, то лежал бы на кладбище, — проворчал я, переворачиваясь на бок.
Кровати стояли далеко друг от друга, но болтать без умолку рыцарю это не мешало.
— Опять издеваешься? – Мак обиженно выпятил нижнюю губу. Получилось смешно.
— Эту колыбель им подарили еще на свадьбу, в надежде на скорое появление внуков, коих к великому разочарованию не последовало в ближайшие три года. Винили, конечно, жену. Мол, бесплодная тебе досталась. Только на проверку не она, а муженек детишек не мог заделать.
Я помолчал.
— Он бы с удовольствием убил моего сына еще во чреве матери, да только до десяти лет, пока малый не окрепнет, его и мать охраняют.
— Кто? – рыцарь заинтересованно приподнялся на локте.
— Природа, дружище. Думаешь, остался бы хоть кто-нибудь из нас, если малышей было б так легко уничтожить? Пока нет своих сил защищаться, над драконом и его матерью будто щит. Его не пробьешь ничем. В смысле, убить нельзя… А потом он слабеет и исчезает. Вот тогда и гибнет еще неопытный молодняк.
— Понятно, — протянул Мак. – И много у тебя отпрысков?
— Пятеро.
— Ух ты! Когда только успел?
Я хмыкнул.
— И все такие же?
— Нет. Этот один. В других случаях я не думал о продолжении рода, потому детеныши получились простыми, человеческими. Мужья тех женщин даже и не подозревают, что это не родные чадушки. С их матерями я спал исключительно ради удовольствия. Но с ней все не так. Ее я любил. И сейчас, пожалуй, все еще люблю. От нее я хотел ребенка. Своего. Дракона. Хватит вопросов, а? Много будешь знать, в суп попадешь.
— К кому?
— К родне моей. Менее о всяких рыцарях заботливой.
Мак замолчал. Поворочался еще немного и заснул. Я лежал, прислушиваясь к его мерному дыханию, и думал о том, каким вырастет Чейз. Образы постепенно менялись, перетекали друг в друга, составляя картины, манили, звали за собой в далекое царство сна. Я сомкнул веки, позволяя себе окунуться в реку видений.
Мы поднялись рано утром, умылись, собрались, позавтракали и отправились в путь. Сегодня нам предстояло пересечь лес и к вечеру выйти к городским воротам. Я уверенно шагал по дороге, Мак тащился рядом, то и дело зевая.
— И что тебя вечно куда-то тянет? – возмущался приятель. – Сидел бы тихо в своей пещере, или укрылся где-нибудь.
— Скучно, — ответил я.
— Зато безопасно.
— Знаешь, чем сейчас занимаются эти ребята?
— Чем? – покладисто клюнул рыцарь.
— Готовят мне «жертву». Завтра они хотят доставить ее в мою пещеру. Глупо до дикости. Не пойму, с чего они взяли, что я должен обесчестить девицу перед тем, как ее съесть? Может, в нетронутом виде она мне больше будет по вкусу.
— Морисс, — обратился ко мне приятель, — можешь мне объяснить, зачем мы все-таки идем в Белозерец?
— Как это зачем? Я хочу добраться до девицы раньше.
— Чтобы ее съесть? – съехидничал Мак.
— Угу. Будешь хорошим мальчиком, и тебе кусочек оставлю.
— Какая гадость, — скривился он. – А серьезно, ты когда-нибудь ел человечину?
— Нет. Предпочитаю более покладистую пищу. Ведь девица сама согласилась стать «жертвой». Пусть и за деньги, но все же согласилась. Так с чего ей возражать, если я воспользуюсь ее услугами немного раньше назначенного срока? Как думаешь, Мак?
— Ну не знаю, — покачал головой рыцарь. – А вдруг они ее сторожат?
— Разумеется. Но они сторожат у дверей, а с обратной стороны есть окно.
— Откуда ты знаешь? – сощурился приятель.
— Вижу, — просто ответил я.
— Отсюда? Хорошее же у тебя зрение.
Я усмехнулся.
— Не жалуюсь.
Тракт был почти пустой. Повозки и телеги проезжали редко, еще реже попадались верховые. Мы шли по узенькой тропке чуть поодаль от дороги, чтобы как можно меньше мозолить глаза путникам. Конечно, встреча с городской стражей у ворот была неизбежной, но не думаю, что они кидаются докладывать начальству о каждом прибывшем в Белозерец. Тем более, если чужак послушно платит за вход.
Мак резко остановился. Я, задумавшись, приотстал и уткнулся ему в спину. Повернулся и встретился носом с наконечником стрелы. Нас окружили пятеро молодцев. Судя по испуганному выражению лица приятеля, его давних «знакомых».
— Ты смотри-ка! – радостно начал их старшой. – Не тот ли это доблестный рыцарь, что в прошлом году пожелал расстаться со своим имуществом в пользу нашей скромной команды?
— Ага, — согласился с ним одноглазый разбойник. – Он самый. Теперь еще и дружка с собой прихватил, чтоб нам больше досталось.
— А им в прошлый раз досталось? – спросил я у бледного как полотно Мака.
— Ннну, не совсем, — пролепетал он.
— Досадно, — вздохнул я. – Но поправимо.
— Хватит трепаться, — прервал меня старшой. – Выкладывайте деньги!
— А мне, может, жалко, — нахально сказал я.
Кто-то из разбойников отпустил тетиву. Я поймал стрелу, зажав ее в кулак. Язычки пламени затрепетали на ветру, попробовали на вкус одежду, сначала осторожно, а затем яростно принялись глодать ее обладателя. Полминуты, и разбойник осыпался горсткой пепла. Остальные попятились, стараясь укрыться за деревьями. Но огонь настиг их и там.
— Я не ем людей, Мак. Но иногда приходится их убивать, — я посмотрел на приятеля. – Вынужден, к сожалению.
— Было бы о ком жалеть, — проворчал он. – Они, небось, не одного на тот свет отправили. А меня? Помнишь, как они меня отделали?
— Но не убили, — тихо сказал я.
— Угу. По случайности.
Я вздохнул. Мак все равно не поймет. Не люблю причинять зло даже тем, кто того заслужил. Не мне их судить.

На закате мы уже были у ворот. Стража нас придирчиво осмотрела, но не нашла ничего подозрительного. Ответ, что двое странствующих рыцарей пожелали ненадолго задержаться в столь славном городе их вполне удовлетворил. Мы заплатили положенную сумму и беспрепятственно проникли в Белозерец.
Узкие и широкие, короткие и длинные улицы, переулки и тупики были старательно вымощены камнем. В центре шикарные дома знати и богатых купцов, ближе к окраинам разжившихся ремесленников, а в трущобах, как и полагается, жили бедняки. Моя «жертва» обитала ближе к последнему кварталу. Я хотел стразу отправиться к ней, но Мак ныл и причитал, что вымотался за день и хочет есть. Пришлось заворачивать в ближайшую таверну. После сытного ужина и получасового отдыха, рыцарь был готов к подвигам. Руководствуясь внутренним чутьем и зрением, я довольно быстро отыскал нужный мне дом. Как я и говорил, у дверей стоял караул из двух дюжих парней в доспехах и при полном вооружении, еще трое находились в прихожей. Мы обошли их, оставшись незамеченными. Окно спальни было плотно затворено, я заглянул в щелку ставень. Девушка уже спала, или притворялась спящей.
— Мак, — окликнул я приятеля.
— ?
— Я сейчас проникну туда, а ты стой здесь и жди. Ежели что, крикнешь. Понял?
— Ладно, — согласился он.
Выдох, и слюда растворилась вместе с превращенным в пепел деревом. Я бесшумно скользнул вниз, подкрался к кровати, и прежде чем «жертва» успела что-либо предпринять, засунул ей кляп и связал руки.
— Вот так лучше.
Девушка возмущенно мычала и рвалась во все стороны.
— Тихо, тебя все равно никто не услышит. Будет лучше, если ты замолчишь и перестанешь дергаться, – глаза загорелись хищным блеском.
Они испуганно притихла.
— Хорошшшо. Сейчас я буду задавать тебе вопросы, если ответ утвердительный – кивай, если нет – мотай головой. Ясно?
Девушка кивнула.
— Умница. Итак: завтра тебя должны доставить в мое логово?
Кивок.
— И ты добровольно на это согласилась?!
Снова кивок.
— Подкупили или бескорыссстно?
Девушка выразительно посмотрела мне в глаза.
— Ах да… Значит, подкупили.
Она гордо отвернулась.
— Впрочем, какая мне разница? – я провел рукой по ее щеке. Девушка отдернулась. – Ты милашшшшка. Поиграем?
Но поиграть нам не дали. В дверном проеме появились четверо воинов во главе с командиром. У всех арбалеты, заряженные серебряными болтами. Такие ребята точно не промажут. А хуже всего висящие у каждого из них на шее медальоны. Опытные ловцы, ничего не скажешь – хорошо подготовились. Против защитных амулетов мой огонь бессилен. Они делаются лучшими магами из чешуи убиенных драконов. Здесь использована наша сила, переплетенная с заклинаниями древних.
— Руки за спину! Живо! – приказал командир.
На меня надели стальной ошейник с длинной цепью, концом которой обмотали запястья.
— Освободите девушку!
Несостоявшаяся жертва поправила растрепанные волосы и зло прошипела:
— Надеюсь, подыхать ты будешь долго и мучительно!
Мак, все это время смотревший в окно, развернулся и побежал в сторону ворот. Я опустил голову. Тоже мне, друг…
Меня отволокли в темницу, приковали к стене. Командир дал знак своим воинам подождать за дверью, а сам долго смотрел мне в лицо. На его губах застыла злорадная ухмылка. Чую, долго она мне еще в кошмарных снах видеться будет!
— Глупый ящер, — наконец изрек он. – Думал обхитрить нас? Как видишь, мы оказались умнее. Так легко соблазнить тебя смазливой мордашкой девочки. Сам пришел. Спасибо, что не стал утруждать нас подъемом на гору.
— На здоровье, — ответил я. – Хотя тебе, мудрый рыцарь, пешая прогулка не помешала бы. Глядишь, лишний жирок с живота б убрал.
Хлыст обжег щеку. Я тихонько зашипел.
— Ехидничаешь? Ну-ну. Не долго осталось. Ты же знаешь, что нам от тебя нужно?
Я невинно похлопал глазами.
— Понятия не имею.
Командир расхохотался. Похоже, все происходящее его очень забавляло.
— Твой хвост, ящерка.
Я наклонил голову, внимательно себя осмотрел, и расстроено заявил:
— Но у меня нет хвоста!
— Будет, — пообещал рыцарь. – Завтра утром я приду сюда со своими ребятами и палачом. Он у нас мастер своего дела. Думаю, ты согласишься ради него сменить облик. А пока… спокойной ночи.
— И тебе тоже, рыцарь.

Висеть на запястьях, удерживая вес всего тела очень неудобно – руки затекли, шею сдавливало кольцо ошейника. Спать не хотелось совершенно. А вот думать хотелось. Например, о том, как сбежать. Попасть в лапы местному палачу мне совсем не улыбалось. Расставаться с хвостом, к которому я так привык за сто с лишним лет тоже. Да и голова, коей собирались украсить городские ворота, мне не помешает. Еще и этот… горе рыцарь куда-то подевался. Я тяжело вздохнул. Мак…
Мак, после того, как схватили его друга, решил следовать за стражами и пленным на безопасном расстоянии. Он дождался, пока из темницы уйдет командир, потом еще некоторое время походил под стенами, раздумывая, как бы ему проникнуть в подвал. Внезапно осенившая его идея стала поводом для решительных действий.
— Чего надо? – спросил сонный надзиратель у рыцаря.
— Я по приказу Его Величества, — ответил незнакомец. – Пропустите меня к пленному.
Надзиратель недоверчиво и долго изучал молодого рыцаря.
— Иди за мной, — наконец сказал он.
В двери повернулся ключ. Я вздрогнул. Неужели командир решил не дожидаться утра, и приступить к пыткам прямо сейчас? Тусклый свет на мгновенье ослепил привыкшее к темноте глаза.
— Заходи! – послышался голос надзирателя.
Кто-то осторожно спустился вниз по ступеням.
— Ну вот, теперь все в сборе, — довольно сказали наверху.
Дверь захлопнулась, снова повернулся ключ, оставляя нас с приятелем в интимной обстановке.
— Молодцааа, — протянул я.
Мак виновато опустил голову. Он понял, что его тоже обманули. Только слишком поздно.
— Может, снимешь с меня цепи, а? Хоть какая-то польза от тебя будет.
— Дда, сейчас. Попытаюсь.
Рыцарь добрых минут двадцать с сопением и пыхтением возился с цепями и ошейником.
— Ну вот, — довольно высказал он, когда я был свободен. – А теперь бежим отсюда!
— Не могу, — ответил я.
— Че-то я не понял…
— А ты не замечаешь вокруг ничего необычного? – спросил я с издевкой.
— Нет, — ответил приятель. – А что тут не так?
— Заклятия, друг мой. Тут все пропитано магией древних. Думаешь, если б я мог разорвать цепи и сжечь стену, то стал бы здесь сидеть?
— Вот гадство! — с чувством произнес Мак.
— Согласен.
— И что же нам теперь делать? – судя по голосу рыцаря, он бы готов в любой момент расплакаться от отчаяния.
— Хм…
— И это все, что ты можешь сказать?! – Мак начал распаляться. – Между прочим, это по твоей милости мы здесь сидим! Если б тебя не понесло за этой полусумасшедшей девицей, мы бы были дома, и в любой момент могли бы сбежать!
— Заметь, у меня дома, — спокойно возразил я. – К тому же эти твои «бы» кое-кого не устраивают.
— Почему это?
— Да потому, что они не знают, где мое логово! – рыкнул я.
— Но…
— Что но?! Думаешь, они в мою пещеру хотели ее притащить? Если где-то есть кости и несколько сундучков с золотом, это вовсе не означает, что там обитает живой дракон!
— А чью же пещеру они тогда нашли? – осторожно поинтересовался Мак.
— Тролля. Причем в соседней горе. Я для господ рыцарей слишком хорошо спрятан, чтобы так просто было добраться. О моей пещере знаешь только ты, и надеюсь, тебе хватит ума и мужества никому о ней не трепаться.
— Почему? – снова заладил приятель.
— Потому, что я тебе, идиоту, доверяю.
— Морисс, ты… ты… — Мак все-таки не выдержал и разревелся.
Я сел рядом с ним.
— У меня были свои причины молчать. Особенно, зная твою болтливость. Мне было необходимо не дать им найти свое логово.
— Нас теперь убьют, — прошептал он.
— Сомневаюсь, — хмыкнул я.
Приятель вытер слезы, шмыгнул носом и заинтересованно взглянул на меня.
— Мне очччень нравится вон та решетка на потолке.
— Чем? – не понял Мак.
— Своей непрочностью. Так. Я сейчас подсажу тебя туда, а ты возьми вон тот… хм… инструмент, и попытайся ее открыть.
— А…
Я закрыл глаза. Сосредоточился. И через несколько мгновений перед рыцарем был стальной дракон.
— А! – сказал Мак.
— Давай быстрее! – скомандовал я. – Что ты там опять возишься?
— Сейчас! – ответил приятель. – Все.
Решетка выпала у него из рук, я поймал ее на лету зубами и аккуратно положил на пол, стараясь не шуметь.
— Держи цепь и вылезай, — сказал я. – Как перекинусь, спустишь ее вниз и поможешь мне вылезти.
Вскоре мы с Маком стояли рядом с тюремными воротами. Несколько поцарапанные (лаз слишком узкий), немного потрепанные, но весьма довольные. Я снова сменил обличие.
— Садись на спину, — прошептал я.
Приятель проворно вскарабкался по крылу, устроился, держась за выступы на шее, и скомандовал:
— Полетели!
Несколько мощных взмахов, и мы были в воздухе. Раздосадованная стража старательно стреляла нам вслед, но ни один болт так и не достиг цели.

Мак скромно топтался у входа в пещеру. Оттуда вот уже с полчаса доносились крики и стоны. Затем вышел дракон. На его лице сияла удовлетворенная улыбка.
— Хорошшша! – восхищенно сказал я. – Хочешь?
Мак недовольно поморщился.
— Морисс, зачем ты вообще притащил ее сюда? Тебе прошлого раза было мало?
— В прошлый раз нас грубо прервали, — ответил я. – А теперь мы оба получили то, что хотели.
— А ты уверен, что она этого хотела? – сощурился рыцарь.
— Нууу, — протянул я. – Так хочешь, или отпускать?
— Нет, — он помотал головой. – Не люблю использованный товар.
Я заглянул в пещеру.
— Эй, цыпа, можешь выходить!
Моя теперь уже состоявшаяся «жертва» вышла из логова, одеваясь на ходу и очень грязно ругаясь.
— Ничего себе! — удивился Мак, — а я и не знал, что девушки так умеют!
— Умеют, — хмыкнул я. – Тебя подвезти, красавица, или сама дорогу найдешь?
Она снова выругалась.
— Значит, сама найдешь, — сделал вывод я.
— Можешь хотя бы на равнину спустить!
— Без проблем.
Мак посмотрел, как я слетел вниз со скалы, ссадил со спины свою ношу, затем поднялся обратно.
— Ну, что она? – полюбопытствовал приятель.
— Сказала, что запомнила дорогу, и теперь приведет сюда рыцарей.
— Ну-ну, — усмехнулся Мак. – Думаю, тролль обрадуется столь знатным гостям.
— Конечно, — подтвердил я. – К тому же к нему завтра прибудет все семейство. На пару недель. Все пятнадцать родичей. И на них, почему-то не действуют огнеупорные амулеты.

Закатное солнце скользило лучами по склонам гор. Далеко внизу шумела, разбиваясь о камни, река. Золотисто-алые облака плыли по небу, скрываясь за вершинами. В пещере уютно потрескивали дрова, и вкусно пахло жареным мясом.
— Ну, как тебя приняли родители? – спросил я у приятеля.
— Хорошо, — ответил он. – Соскучились.
Я улыбнулся.
— Слушай, Морисс, — Мак задумчиво смотрел в огонь.
— ?
— Я давно хотел спросить тебя… Ты ведь затеял всю эту историю не ради сохранности своего логова, верно?
— Верно, — кивнул я.
— А для чего тогда?
— Хотел проверить, струсишь ли ты, или все-таки спасешь своего старого дракона.
— Морисс…
— ?
— Ну, ты и сволочь!

Смотрите больше топиков в разделе: Проба пера: рассказы, стихи, сказки и истории