"Жертва". Рассказ

Ну вот, сказки закончились, осталось только серьезное.

Закатное солнце скрылось за горизонтом, и комары принялись за свою жертву с удвоенным, а то и утроенным энтузиазмом. Выругавшись сквозь зубы, я в очередной раз попробовал веревки на прочность, и в очередной раз убедился в том, что узлы сделаны на совесть – без ножа не обойтись.
За свою не очень долгую и не слишком плодотворную карьеру бродяги мне приходилось уже не единожды побывать в разных переделках, но до сего дня как-то удавалось выйти сухим из воды. А тут – пожалуйста: деревенька в шесть домов, и такие злые люди… Чудовище у них, видите ли, в лесах бродит. Жертв оно требует… человеческих. Своих-то отдавать жалко, вот и ловят таких неудачников, как я. А уж пришлого вора к столбу прикрутить сами боги велели. Чертовы комары, чтоб им подавиться!
Как она подошла, я не слышал, а потому вздрогнул от вкрадчивого девичьего голоса:
— Здравствуй, добрый молодец.
— И тебе здравствуй, красна девица. Ты и есть, что ли, чудище грозное?
Она рассмеялась.
— А что, разве похожа?
— Как-то не очень, — признал я.
— Отчим у меня дома, — вздохнула она. – Каждый день грызет. Я иногда сбегаю, в лесу хоть не так тошно.
— Не боишься?
— Кого?
— Ну, волков, кабанов, медведей. И этого вашего, опять же…
— Не боюсь. Тут землянка заброшенная недалеко, там и отсиживаюсь. Хочешь, вместе пойдем? – неожиданно предложила девушка.
— Хм… — задумался я. – А если деревенские обнаружат пропажу?
— Да ну, — отмахнулась она. – Никто ночью проверять не пойдет.
— Ну, хорошо, — сдался я.
Если не чудище, так комарье точно до утра заест до смерти. Да и руки уже затекли основательно. Моя спасительница, немого попыхтев, справилась с узлами безо всякого ножа, и спустя несколько минут мы направились к ее тайному убежищу.

Откровенно говоря, я бы никогда не подумал, что в норе под ворохом валежника кроется землянка. Скорее, принял бы ее за медвежью берлогу.
— Заходи! – девушка первой проскользнула в темноту, подавая пример.
Я, встав на четвереньки, вполз следом.
Внутри было уютно – сухо и тепло, а на дощатом полу лежали пара теплых одеял и пара валиков-подушек.
— Это ты для гостей запаслась? – со смешком полюбопытствовал я.
— А хоть бы и так, — отозвалась девушка, ставя на низкий стол зажженную свечу. – Нельзя, что ли?
— Ну, отчего же? – смутился я. – Можно.
— Есть хочешь? – смягчилась девушка.
— Хочу… Только назови мне сначала свое имя.
— Зоряна я.
— А я Деян.
— Есть картошки печеной немного, хлеб и квас.
— Отлично! – обрадовался я, только сейчас ощутив жгучий голод, позабытый возле столба.
Зоряна, сидя напротив, наблюдала, как я уминаю поздний ужин. Я же тайком поглядывал на нее – хороша девка! Стройная, как березка, глаза карие, черные волосы тугой косой до пояса.
— Сколько тебе лет? – спросил я.
— Шестнадцать, — ответила она.
— Замуж не зовут?
— Зовут. Да только отчим всех женихов отвадил. После того, как мамка моя померла, он от себя служанку отпускать не хочет.
— Так женился бы снова, если ему бабы в хозяйстве не хватает.
— Вот пойди и скажи ему.
Я вздохнул, глядя на ее нахмуренное личико. Похоже, Зоряна была у отчима не только служанкой.
— А у тебя невеста есть? – поинтересовалась она.
— Нет.
— Отчего же?
— Да кому нужен нищий бродяга? — с досадой ответил я.
— Мне, например, — Зоряна подняла глаза – пристальный, оценивающий взгляд. – Не хочешь до того, как уйдешь, провести эту ночь со мной?
— Ты всем гостям это предлагаешь?
Карие глаза зло сузились, тонкие пальцы сжались в кулак.
— Не хочешь, значит?
— Я тебя не понимаю. Честно.
— А чего тут непонятного? – усмехнулась девушка. – Жертвы чудищу каждый месяц приносят. И все мужчины. Я их освобождаю, провожу ночь — и отпускаю с миром. Назло деревенским и отчиму.
— Назло, значит, — задумчиво протянул я.
— Слушай, добрый молодец, — Зоряна приблизилась ко мне вплотную, — ты что, девка красная, чтобы тебя уговаривать?
Я закрыл глаза и медленно досчитал до пяти, с трудом подавив в себе проснувшееся желание.
— Не надо меня уговаривать. Я пойду, если позволишь.
— Иди, — она оскорблено отстранилась. – Раз уж мужской силой обделен.
Я молча выполз из землянки.

Ночь остудила влажной прохладой. Я медленно брел по лесу, размышляя надо всем, что случилось вчера и сегодня. Нет, ну надо же… надо же так извратиться. Поистине, фантазия людская не имеет границ. Из-за облака выплыла полная луна. Я остановился и снял рубаху. Татуировка в виде волка ожила, задвигалась, тенью стекая на землю. Огромный черный зверь легко встал на лапы и отряхнулся.
— Иди и разберись! — приказал я.
Волк кивнул.
— Да, если будет сопротивляться, на спину ее, как овцу. Только не убей, смотри. А то знаю я тебя, душегубца…
Зверь снова кивнул и, развернувшись, потрусил в сторону деревни.
— И не насиловать! – крикнул я вслед. – Она моя!
— Понял, — беззвучно отозвался демон, скрываясь во тьме.
Я лег на мягкий мох и закрыл глаза. Нищий бродяга, промышляющий мелким воровством. Бродяга, вынужденный скрываться за маской воришки. Все так странно. Впрочем, чего еще следовало ожидать? Сам виноват. Надо быть осторожнее в своих поступках. Доигрались вы, ваша светлость. До того доигрались, что остались почти ни с чем. Что бы сказал по этому поводу мой покойный батюшка? Да много бы чего сказал… Еще бы и подкрепил слова розгами. В двадцать лет пора бы и голову на плечах иметь, а не дожидаться, пока ее совсем снимут. Я тяжело вздохнул и, открыв глаза, уставился на бледно-желтый диск. Полная луна… Как в ту ночь, когда наш семейный дом пылал в пожаре. Они хотели убить чудовище, а в итоге погубили лишь невинные души. Прислуга моя была совершенно ни в чем не виновата. А я… я спасся. Выпорхнул из объятого огнем и дымом гнезда. Ладонь сама легла на правое плечо, где была татуировка орла со сложенным крыльями.

— Почему ты позволила ему уйти?! – звук пощечины, приглушенный крик. – Тебе, тварь, было сказано – ублажить, а после убить. Неужели так сложно запомнить?
— Я не смогла…
— Не смогла она! С прошлыми могла, а с этим не справилась!
Зоряна затравленно смотрела на своего отчима. Хрупкая девушка — на здоровенного мужика. Нет, жалкая нежить — на мучителя. Чудовище, которому приносили в жертву чужаков, случайно забредших в деревню к ночи на полнолуние. Пойманный и воплощенный в тело девочки-сироты дух, которого они чтили как защитника, которому поклонялись и поили кровью, при этом держа на привязи как собаку. Поистине, люди удивительные создания!
Черный волк словно соткался из ночного воздуха. Бесшумно скользнул к застывшему каменным изваянием мужику – и через пару секунд на землю осел труп.
Тоже мне, маг-самоучка. Как духа истязать, так это мы запросто, а как настоящего демона увидел, так растерялся, будто сопливый мальчишка. Даже слова сказать не сумел. Тьфу, ты… Я сплюнул, продолжая наблюдать за дальнейшими событиями.
Зоряна только тихонько охнула, отступив на пару шагов и не в силах отвести взгляда от желтых глаз волка.
— Не убивай меня, — жалобно дрожащим голоском попросила она.
— И не собирался, — ответил демон. – Ты пойдешь со мной.
— Куда?
— К моему хозяину.
— Нет! Я не хочу! Хватит с меня хозяев! – неожиданно взвилась девушка. Испуг тут же сменился гневом.
Плавное, почти неуловимое движение, и Зоряна рухнула как подкошенная – волк не привык тратить время на уговоры.
— Как овцу, так как овцу, — проворчал он, закидывая девушку на спину.

Небольшой домик вдалеке от города встретил нас светом в окнах и приветливо приоткрытой дверью. Все же кое-кого мне удалось спасти из пожара.
— А, хозяин пожаловал, — с улыбкой встретила меня Бажена. – Ох, еще и принес кого-то!
— Выдели ей комнату на ночь, — велел я, переступая порог.
— Так ведь это ж нежить, — присмотревшись, удивленно заметила хранительница.
— Без тебя бы не догадался…
— Чего злой-то такой? Или не угодила я тебе чем?
— Всем ты мне угодила. Просто на жаре у столба простоял почти весь день. А оно, знаешь ли, настроения не поднимает.
— Опять в воришку играл? – прозорливо догадалась Бажена.
— Угу.
— Досталось?
Я дернул плечом.
— Так надо было.
— Надо так надо, — не стала спорить хранительница. – Иди, вымойся. Я тебе купальню приготовила. И ужин на столе.
— Спасибо, я уже ел.
— Веревки у столба поглодал?
Я ухмыльнулся.
— Ладно, поем.
— Вот то-то ж!

Отмывшись и наевшись, я, довольный, лег спать. Может быть, все не так уж и плохо.
Она пришла ко мне рано утром, нагая и приятно пахнущая цветочными духами. Я подвинулся, освобождая место рядом, но наглая девчонка скинула одеяло и устроилась на мне сверху.
— Что, опять откажешься? – в карих глазах плясал бесовский озорной огонек.
Я улыбнулся, схватил ее за талию и перевернул, оказавшись сверху сам.
— Нет. Теперь не откажусь.

Утро любви выдалось жарким.
Зоряна лежала под боком, положив ладони мне на грудь.
— Скажи, почему ты сбежал? Я слышала о роде Заградских – старом и влиятельном.
— Я ошибся, а за ошибки надо платить. Мой род никогда не показывал людям, на чем держится их сила. Никто раньше не видел наших ручных демонов.
— Любопытно выходит, — усмехнулась она, — люди готовы уничтожать одних духов, убивая себе подобных ради других. А ты? Ты ведь не человек?
— Полукровка. Единственный в нашем роду. Белая ворона. Впрочем, отец любил меня и таким. А почему тот маг заставлял тебя спать со своими жертвами прежде, чем убить их?
— Не знаю, — пожала плечами девушка. – Ему так хотелось. Он меня и сам пользовал, и чужакам отдавал, а деревенским говорил, что дух-хранитель почтил его вниманием и живет с ним как дочь…
— Тебе нравится быть нежитью? – спросил я. – Каково это – жить в чужом немертвом теле?
— Я уже привыкла, — призналась Зоряна. – И не помню воли.
— Совсем?
— Совсем.
— Хочешь уйти? – спросил я, заглянув ей в глаза.
— Куда?
— Куда угодно.
— От тебя – нет.
— Почему?
— Ты же сам сказал своему волку, что я твоя. Разве не так?
— Влюбилась?
— А нельзя?
— Можно. Но если ты захочешь, я дам тебе свободу.
— А если нет?
— Тогда пеняй на себя. Второй раз предлагать не стану.
— Я не уйду, Деян.
— Ну что ж, сама виновата… дурочка.

В который раз убеждаюсь, что любовь – штука загадочная. Когда красавцы любят чудовищ, когда дух способен с первого взгляда влюбиться в полукровку и по доброй воле остаться навеки рядом… Забавно. И немного страшно.
Вдалеке послышались первые раскаты грома. Скоро начнется гроза. И очередная охота. Сколько их там? Десяток, два? Ладно, на месте и выясним. Волк черной тенью скользил рядом, в небе над головой парил орел. Я улыбнулся своим мыслям и коснулся пальцами груди там, где была новая татуировка – крылатой девушки с карими бесовскими глазами.

Смотрите больше топиков в разделе: Проба пера: рассказы, стихи, сказки и истории