Большая Страшная Бука против Антизахапа

Общеизвестно, что Большая Страшная Бука всегда поселяется там, где кто-нибудь да не ладит между собой. Она приходит неслышно, и действует сперва незаметно, исподтишка.





— Осторожно, — шепнёт она Иришке, любящей прыгать и шалить вместе с пацанами.- Не доверяй мальчишкам, как бы те ни делали вид, будто ты своя. Ни один мальчик ни с одной девочкой не дружит всю жизнь. Не веришь — спроси у старших! Увидишь, ещё пару лет — и эти перцы начнут за тобой ОХОТИТЬСЯ…




— Не стоит, не спорь,- Скажет она в другой раз, когда Ирка, поругавшись с Гаврошем и Мартином, забьётся в угол, сердито сопя.- Мальчик от природы лишён чуткости. Такие как они никогда тебя не поймут. Иди, иди к Майке, она тоже со своим дружком расплевалась. — Продолжит Бука, хвостом оттесняя Гавроша, хотевшего было подойти и попросить прощения.





Когда Майка, Иришка, и ещё несколько девочек, собравшись в кружок, станут смаковать нанесённые мальчишками обиды, Большая Страшная Бука направится к пацанам. Она непременно заметит, как потешно выглядят занявшиеся морализаторством девчонки, и как они задирают нос, воображая себя безгрешными. А кто, скажите, кто на прошлой неделе наябедничал Вере Васильевне, что её шаль свистнули известные лица для игры в мушкетёров?!
Обернувшись на свист и улюлюканье пацанов, девочки покраснеют, крикнут что-нибудь обидное, после чего всей компанией уберутся прочь. Подальше от «этих глупых и грубых забияк»!




— Не страшно,- мурлыкнет Большая Страшная Бука, довольно улыбаясь.- Ведь по сути, какая с этих зазнаек польза? Доверять им нельзя: чуть затеешь какую офигенную штуку- сдадут взрослым с потрохами. Вечно квохчут: «так не честно! Что скажет корооль? Что скажет тётя Мааша?» Ни фантазии у людей, ни смелости. В футбол с ними тоже не поиграешь- больно дохлые… Не, давайте лучше учредим Клуб Настоящих Мужчин! Нарисуем зашибицкую эмблему, придумаем Клятву Верности. И штаб построим! В самом лесу, где старые качели стояли. Что значит, «и сейчас стоят»? Да негодные они, ломайте! Зато и для штаба доски будут.













Когда взбудораженные вестью о порушенных качелях и засевшей в чаще леса банде хулиганов девочки приведут к штабу старших, всю толпу накроет залпом тухлых яиц и лежалых помидоров. И тут-то начнётся…




















— Это вы виноваты!!!
— Нет, вы!
— Почему оставили город без стражи?!
— Почему качели сломали, бессовестные?!
— А вы вообще молчите!!!
— Натворили бед, а мы молчать должныыыыыыыыыыыыыыы?!
— Глохните! Вы предательницы!













Задача Большой Страшной Буки — прибрать к лапам весь край, свив себе на месте города уютное гнездо. Закусив теми из жителей, кто наиболее криклив, раздражает визгом и суетой…





… остальных Бука организует в муравейник, систематически удовлетворяющий все её нужды. Одни добудут ей пищу, другие будут обязаны вычёсывать уши, третьи — слагать в честь Её Светлости Буки возвышенные поэмы…






Ни разбойничьих игр, ни футбола, ни милых девичьих посиделок у жителей города уже не будет: не останется сил и времени. Да и как играть, смеяться, шутить, если давно смотришь на соседа, как на врага? То и дело звучат в ушах и в памяти эти шепотки: «Все они на одно лицо. Все-чужие..» «будут за тобой ОХОТИТЬСЯ..» «А кто наябедничал Вере Васильевне, что её шаль свистнули… ?»
Хуже того- каждый из тех, кто попал в переплёт, втайне уверен: это он, твой вчерашний приятель, приманил в город Большую Страшную Буку! Как же такое забудешь?.. Как простишь?..



А Большую Страшную Буку никто не приманивал. Буки приходят сами, потому что ищут и ЧУЮТ разлад между людьми. Чуют даже его тень, и умеют раздувать её до чудовищных размеров. Им нужна территория, нужно новое логово. И не потому, что Большим Страшным Букам негде жить. У каждой Буки есть дом, часто даже несколько. Но так уж они устроены, таков их инстинкт: понавить гнёзд побольше.




ТАК! Пока не поздно, пока рознь и недоверие не пустили глубокие корни, пока МОЖНО ещё объединиться горожанам -давайте звать Антизахапа!






Антизахап — это мохнатый монстрик, выращенный доброй феей. Действует он весьма своеобразно: сперва высматривает между не ладящими двух особо горластых и непримиримых…



Вот например: юная оторва Алексашка и Роза Ивановна, строгая блюстительница манер и приличий. Обоих монстрик цепкими лапами хватает за горлышко и ворча: «Славно, обе терпеть друг друга не могут! Чем больше желчи — тем вкусней рагу!» быстро тащит в свою пещеру.
— Одиссейкаа, спасииии!- Визжит Алексашка, но поздно! Быстрые ноги Антизахапа делают своё дело.




Крепко связав пленников, мохнатый начинает возиться с костром, попутно расхваливая вкус рагу, которое получается из таких разных-преразных, да ещё злых друг на друга! И тут обнаруживает, что где-то забыл спички!
Вот незадача!
Ну ничего, спички найдутся. Он живо их добудет! А лакомые кусочки пусть покамест разругаются как следует. Ведь каждый из них сейчас примотан к врагу ненавистному, а это куда как неприятно! Как пить дать разругаются… С этими словами Антизахап исчезает.
— Не вздумай начинать склоку!- Строго говорит Роза девушке.- Нельзя идти на поводу у этого чудовища…
— Это я-то, тётя Роза, ссоры начинаю?!- Возмущённо всхлипывает та.- Это я командую, как кому причёсываться, как за стол садиться… Я учу ребят, как перед Букой получше выслужиться?.. Малыши и так забитые ходят… Это я в лесу первая на мальчишек кричать начала?.. Шли-то к ним по-хорошему поговорить сперва. Все беды от меня… Во всём всегда молодёжь виновата, тётя Роза, да?!



— Ах детка-детка..- Дама качает головой.- То когда было… Гляди сейчас-то мы с тобой где? На волоске от гибели. Куда уж прошлые обиды разбирать. Выбираться надо…
— Разве я собиралась… Нет! Я сама думаю, как выбраться…
— Если не поссоримся, не съест нас сразу чудище!- Решает Роза.- Слышала ведь, говорит: « пускай разругаются»…
— Нет,- Алексашка чуть не плачет,- съест. Ему главное, чтобы были очень разные и враги. Вот какие мы есть… Так что ругайся-не ругайся…
— Ну а если… перестанем мы быть врагами? Ну хоть на полчаса?
— Помиримся типа?..
— «Типа»...- Морщится Роза.- Что за речь у тебя…
— Опять?!
— Ладно-ладно, прости, не буду.
— Ты тоже извини… Я от страха сперва совсем поехала, разоралась…
— «Поехала» она… Ох, ну ладно. В конце концов, ты взрослая девушка, выросла какая выросла, зачем мне тебя перекраивать. Да и других тоже… Быть бы нам всем живыми-здоровыми и чтобы склок этих не было, а кто как разговаривает — не суть важно…
Потом они соображают, что ноги-то остались не связанными, а значит можно, согласовывая шаги, подобраться к шершавой стене пещеры, об неё перетереть верёвку, которой стянуты…





И вот пленники свободны! Взявшись за руки, они стремглав бегут вон из мрачной пещеры. Скорее! Скорее! Пока не вернулся монстр!
Проведённый в логове Антизахапа час и стремительный побег оказал влияние на обеих. Роза словно бы помолодела, утратила часть своей напыщенной важности. Лицо её горит румянцем, она озорно смеётся и с увлечением повествует приятельницам, как они с Сашенькой вырвались из когтей людоеда.




Алексашка сильно задумалась о том, чего старшие думают и чувствуют. Вообще, почему они такие?.. Вроде не такие уж и стрёмные, вон тётя Роза- вполне нормальный человек… Обсудив это с друзьями, зовёт одну из кумушек:
— А не собраться ли нам всем вместе, тёть Типа? Отпразднуем наше спасение, посидим… В семейном кругу! Как раньше.



А там, за столом, будут и споры ( но уже без ненависти и звенящей в каждом слове злобы!), и вопросы, и расспросы…
— Значит, вы кричите и ругаетесь потому, что вам страшно за маленьких? Страшно, что им сделают больно, если не будут слушаться? А мы думали, вы для Большой Страшной Буки стараетесь… Думали, что вы ей служите, продались…
— Да ну её… Думаете, не видим, что под себя эта Бука гребёт? Ещё как видим-то, милые… Оседлала город старая анафема… Вас, бедолажек, совсем загоняла…



Это ещё не победа. Горожане стали дружней, но всё ещё нет полного согласия. Многим страшно, многим кажется, что вместе со сковавшей их бедой уйдёт порядок, цивилизация, мир.
— Уж кое-как жизнь устаканилась, пусть с Букой энтой, — Считает Алевтина, исповедующая народную мудрость «Обтерпишься — и в аду ничего». — Пусть уж… как есть! А то прогонишь её — и не будет у нас закона, хоть такого, плохонького… Каки страсти начнутся!..
— Вечно вы, старики, держитесь за ветхие скрепы!- Хмурит брови Лаванда, ярая сторонница прогресса.- Как же вам не понятно, что нельзя из страха мириться с тем, что унижает человеческое достоинство?! Законы должны меняться, и мы…
— Та-та-та! Затараторила! Ломать- не строить! Поживи сперва с моё, погляди, как и что на свете делацца… Думаешь, просто это — таку гидру со трона свалить?! А ну как опять ребятишек жрать начнёт? Их не жалко тебе, а?!



За каждой спорщицей собирается молчаливый сном тех, кто с ней согласен. Они не поднимают голоса, помня по опыту, что ругаться — себе дороже… Они молчат, но сопят согласно… Да, теперь Антизахапа не проведёшь! Не приходится, как в первый раз долго высматривать и примериваться, кого ухватить. Кто здесь главный, становится ясным с первого взгляда!




— Политические противнички!..- Довольно урчит он- Ах, какой вкусный, какой вкусный-превкусный из них получается супчик!
— Каки мы политические!? Сдурел, ась?- Орёт с перепугу тётя Аля.- Нее, мы так… Поспорили чутка…
— «Таки» политические! Которые по части общественного устроения ругаются и с друг другом не согласны, политические и есть!- Довольно ворчит мохнатый, разводя костёр.
Лаванда с Алевтиной лихорадочно вспоминают, что рассказывали им первые пленники. Как тем удалось выбраться из пещеры?.. Правило первое- не спорить и не ссориться… Попробовать помириться… Ну или сделать вид перед чудовищем!



— Мы вовсе не противники,- Кидает первый камушек Лаванда.- Вам показалось. Это был… был… всего лишь товарищеский диспут. А вообще-то между нашими позициями принципиальной разницы нет. Я говорю, что законы писать должны сами горожане, а Алевтина Степановна- что, эээ… с изменениями не надо спешить…
— Даа, да!- Поддакивает тётя Аля просветлев.- И то верно, и енто правда, слышь?
— Обознался,- Разочарованно рычит монстрик, развязывая верёвку.- Валяйте отсюда обе! Невкусные вы…
Женщины, тихонько смеясь, возвращаются в город.



— А таки-дело ты говоришь!- Замечает тётя Аля.- Со страху сказанула, да вышло складно. Как бишь?.. Спешить не надобно, осторожно да с рассудком… А всё ж со временем законы писать сами будем?
— Ну… Вроде так.
— Ай молодец девка! Так тому и быть!




Никто уже не запирается в своих мыслях, не глядит косо на соседа, не считает себя-любимого умнее всех остальных. Город сплочён! Но Антизахапа не проведёшь. Он помнит, с чего всё началось: со ссоры мальчишек и девчонок! И если не разрешить её, Большая Страшная Бука всё ещё будет иметь шанс сеять рознь и кривотолки. Поэтому он хватает Танюшу, самую строгую и приличную из девочек и отъявленного хулигана Ладьку…



— Оставь, оставь!- Вопят оба и дрыгают ногами.
— Мы уже не цапаемся, мы, эт самое, всё осознали!!! За качели пардончик, другие построим, чтоб мне всю жизнь перловку лопать!.. Клянусь не ржать над вами, заучками, по крайней мере вслух, делать книксены, с голым задом на балах не танцевать и… и… чё ещё, Танюха?
— Больше не станем за спиной говорить нехорошее! Я обещаю и других девочек попрошу, меня послушают… Если кто-нибудь нахулиганит, с ним самим поговорим… по-доброму! А взрослых звать не будем…
Да и горожане теперь не зевают: окружают монстрика и заступаются за малышей.



— Ишь, умные, дьяволы..- Рычит он, уходя.- Когда бы каждый из вас на другого указал и его обвиноватил- ещё можно было б вас приготовить и съесть. А раз повинились оба и навстречу пошли — пиши пропало… Мир, дружба, жвачка… Никакого, можно сказать, вкуса не будет!




Беда миновала! Исчезла рознь, а с ней страх и бездумное подчинение той, которая всегда была чужой горожанам. Только несколько любимцев, прикормленных и прирученных Букой, остаются подле неё. Может, приказать им устроить в городе новый разгром?..



Да нет, не выйдет. Слишком дружны те, другие… Слишком много их. Большой Страшной Буке ничего не остаётся, кроме как покинуть это гнездо.



Прикормленные сперва бегут за ней, но, подумав, возвращаются. Кто её знает, эту хвостатую?.. Сегодня ты ей слуга, а завтра гриль-жаркое… Городские -они хоть добрые, справедливые.
Примите их назад, ребятишки! Розги, пожалуй, заслужили продавшиеся. Но не корите их всю жизнь, не зовите «чужими» и «предателями». Им ещё предстоит учиться настоящей дружбе.


На этом сказочке конец, кто всё понял — молодец! ;)

***
Фотомонтаж Юлии yuliabey
Сценарий Чарли и тёти Маши.
В роли Большой Страшной Буки почётный гость города Новомака — Великолепная Лапка:



Смотрите больше топиков в разделе: Интересное обо всем: поздравления, факты, фотоподборки