Анна
Влюблённые в небо. Красный Берег
Продолжаем разговор!© Очередная глава романа о романтиках, с которыми расстались вчера здесь. А дальше случилось вот что:
Красный Берег лежит далеко от Наретты, на другом краю света, за океаном, Лайрой и Дивнолесьем. Перелёт туда занимает сутки с хвостиком, и то если не садиться для дозаправки. Когда я летал к Красному Берегу один, то после посадки обычно заваливался спать, оставляя разгрузку на потом. Вдвоём было проще — в полёте мы менялись, и к цели прибыли вполне пригодными для работы, хотя едва ли нормальный человек смог бы выспаться под тряску и рёв двигателя. Но мы-то приёмные медведи, как любит последние две недели повторять Рин.
Красный Берег называют красным именно из-за цвета, хотя и не возьмусь сказать, цвета чего: почвы там в основном красные, насыщенные где железом, где киноварью, а кроме того, тамошние леса весной и осенью стоят совершенно невероятно окрашенными — молодая листва имеет малиновый оттенок, а листва опадающая — насыщенно-алый. А в тех местах, где нет ни железа, ни киновари, на белом песке раскинулись заросли эрики, и весной они сплошь красные от мелких цветков.
Прихотливо вьющиеся между кочками эрик тропинки и дороги кажутся серебристыми реками.
С самолёта картина вообще невероятная. В Рин наконец проснулась эльфийская кровь, предполагающая восхищение растительностью: моя напарница таращилась на расстилающийся под нами травяной ковёр с таким ошалелым видом, что я заподозрил, что она попытается протащить в обратный путь контрабанду из нескольких кустов эрики. Нет, я бы не возражал, но ведь не приживутся — я пробовал…
Большая часть нашего груза была промаркирована «осторожно, хрупкое», и предназначалась для недавно построенного многопрофильного медицинского центра. Груз у нас приняли быстро — ждали, и с гордостью предложили нам прогуляться по территории парка. Парк тянул на целую страну. Сам комплекс построили в прибрежной зоне, и его территория охватывала кусок леса, верховья ручья, участок песчаной пустоши, поросшей эрикой, и тихую бухту с красным песком и сиреневой галькой.
Отдыхающие ещё не купались — вода считалась холодной, и пляж был совершенно пуст. Мы, конечно, направились к пляжу, но по дороге Рин встретила знакомую медведицу, работавшую в санатории, и я не стал мешать их болтовне, сказав Рин, что дождусь её на пляже.
К пляжу сначала вела гравийная дорожка, но затем она пересеклась с ручьём и вскарабкалась на деревянный настил, под которым мягко журчала вода. Лес тут был обычный зелёный, и пахло хвоей и немного морской солью — берег был совсем близко.
Спешить было некуда, я обдумывал обратный маршрут, и стук каблучков по доскам настила меня поначалу не насторожил. Мало ли, кто идёт навстречу. И только когда шаги изумлённо затихли, я поднял голову. Передо мной стояла Джой.
Вернее, сначала я оторопело рассматривал яркое чёрно-белое полосатое платье совершенно в стиле моего нового джемпера, а уж потом сообразил, что удивлён не только расцветкой платья.
— Ты как сюда попала? — изумился я.
— Ну… — Джой улыбнулась какой-то растерянной улыбкой, — наверное, стоит сказать: «из-за тебя». Я приехала с Кераном. Ему врач предписал лечение здесь, и вот… мы прилетели только вчера. А ты?
— А я час назад.
— Понятно. Керан на процедурах сейчас, а я решила осмотреть парк… надо же, а ведь могла пойти по магазинам и не встретить тебя!
Я не стал говорить, что мне жаль, что она не пошла по магазинам. Это было бы уж совсем невежливо, а мне не хотелось грубить ей. Я с некоторым удивлением обнаружил, что обида на неё совершенно прошла, и я даже благодарен Джой — если бы не она, едва ли я мог бы понять, какое сокровище Рин.
— Послушай…
Что-то в голосе Джой мне не понравилось, и я оказался прав: она порывисто вздохнула, шагнула ко мне, положила руки мне на плечи и принялась сбивчиво лепетать о том, как была неправа, и как сожалеет, что мы расстались. Она даже попыталась поцеловать меня, но не дотянулась.
— Ты… — она чуть не плакала, — ну ведь не можешь же ты всерьёз любить эту ушастую! Она же не человек!
— Верно, — спокойно согласился я, — но и я тоже — не совсем нормальный человек уж точно. Ты ведь сама это замечала, не так ли? А вы с Кейном отличная пара, я рад за тебя. А ему сочувствую. Извини, мне некогда, — я отвернулся и направился дальше к пляжу.
Ощущения были удивительно больничные, словно я должен чувствовать невыносимую боль, но так накачан лекарствами, что утратил всякую связь с собственным телом.
Рин я увидел только потом, когда оглянулся через плечо. Сразу вспомнились сказки, в которых герою запрещалось оглядываться назад под угрозой всевозможных напастей и бед. В моей сказке всё было как в жизни.
Джой всё ещё плакала никого вокруг не видя, но настороженно приподняв в мою сторону край шляпки, а Рин… Рин, кажется, стояла в начале дорожки уже достаточно давно. На её лице не было никакого выражения вообще, оно было абсолютно медвежьим, бесстрастным и спокойным, и лишь кончики ушей слегка подрагивали.
Она сделала шаг на дощатый настил. Потом ещё один — совершенно беззвучно в своих мягких сандалиях — прошла мимо Джой, словно тень, и так же точно мимо меня. Словно я был тенью. Не знаю, что она подумала, но мне захотелось начать оправдываться, окликнуть её, побежать за ней — а ещё придушить Джой, которая напрямую ни в чём не была виновата. Я пошёл вслед за Рин. Если верить вывешенному в начале дорожки плану, то настил кончался у пляжа, и оттуда можно было вернуться только тем же путём. Рин действительно была на берегу.
Стояла у самой воды и смотрела на медленно поднимающееся над волнами солнце — здесь оно очень долго раскачивается, а рабочий день начинается до восхода, пока нет жары.
Я обнял Рин, внутренне готовый к пощёчине, но она даже не отстранилась, просто стояла, как столб, словно меня тут нет.
— Рин…
Она подняла на меня глаза — совершенно сухие, но с расширенными как от боли зрачками.
— Рин, позволь напомнить, что мне ты ревновать запретила. А сама?
— Я не ревную, — она очень серьёзно на меня посмотрела, — Просто… знаешь, она права. Я ведь даже не человек, а ты… тебе… она подходит тебе гораздо больше, чем я. У вас даже вкусы в одежде одинаковые! И она такая красивая…
— Глупая медвежонка, — я просто не знал, что с ней делать, — вкусы в одежде у нас с Джой диаметрально разные, и в своё время мы часто из-за этого ссорились. Сегодня просто случайно полоски совпали, к тому же мой джемпер выбирал не я, а Сай. И позвольте уж мне самому решать, кто мне подходит, а кто нет. Что же до красоты… — я притянул её к себе, — … то внешность не имеет никакого значения, хоть в это и трудно поверить.
Я и сам удивился, когда это осознал.
Продолжение следует!
Купить куклу BJD можно в нашем Шопике
Смотрите больше топиков в разделе: Кукольные фотоистории и сериалы: комиксы, фотостори
Красный Берег лежит далеко от Наретты, на другом краю света, за океаном, Лайрой и Дивнолесьем. Перелёт туда занимает сутки с хвостиком, и то если не садиться для дозаправки. Когда я летал к Красному Берегу один, то после посадки обычно заваливался спать, оставляя разгрузку на потом. Вдвоём было проще — в полёте мы менялись, и к цели прибыли вполне пригодными для работы, хотя едва ли нормальный человек смог бы выспаться под тряску и рёв двигателя. Но мы-то приёмные медведи, как любит последние две недели повторять Рин.
Красный Берег называют красным именно из-за цвета, хотя и не возьмусь сказать, цвета чего: почвы там в основном красные, насыщенные где железом, где киноварью, а кроме того, тамошние леса весной и осенью стоят совершенно невероятно окрашенными — молодая листва имеет малиновый оттенок, а листва опадающая — насыщенно-алый. А в тех местах, где нет ни железа, ни киновари, на белом песке раскинулись заросли эрики, и весной они сплошь красные от мелких цветков.
Прихотливо вьющиеся между кочками эрик тропинки и дороги кажутся серебристыми реками.
С самолёта картина вообще невероятная. В Рин наконец проснулась эльфийская кровь, предполагающая восхищение растительностью: моя напарница таращилась на расстилающийся под нами травяной ковёр с таким ошалелым видом, что я заподозрил, что она попытается протащить в обратный путь контрабанду из нескольких кустов эрики. Нет, я бы не возражал, но ведь не приживутся — я пробовал…
Большая часть нашего груза была промаркирована «осторожно, хрупкое», и предназначалась для недавно построенного многопрофильного медицинского центра. Груз у нас приняли быстро — ждали, и с гордостью предложили нам прогуляться по территории парка. Парк тянул на целую страну. Сам комплекс построили в прибрежной зоне, и его территория охватывала кусок леса, верховья ручья, участок песчаной пустоши, поросшей эрикой, и тихую бухту с красным песком и сиреневой галькой.
Отдыхающие ещё не купались — вода считалась холодной, и пляж был совершенно пуст. Мы, конечно, направились к пляжу, но по дороге Рин встретила знакомую медведицу, работавшую в санатории, и я не стал мешать их болтовне, сказав Рин, что дождусь её на пляже.
К пляжу сначала вела гравийная дорожка, но затем она пересеклась с ручьём и вскарабкалась на деревянный настил, под которым мягко журчала вода. Лес тут был обычный зелёный, и пахло хвоей и немного морской солью — берег был совсем близко.
Спешить было некуда, я обдумывал обратный маршрут, и стук каблучков по доскам настила меня поначалу не насторожил. Мало ли, кто идёт навстречу. И только когда шаги изумлённо затихли, я поднял голову. Передо мной стояла Джой.
Вернее, сначала я оторопело рассматривал яркое чёрно-белое полосатое платье совершенно в стиле моего нового джемпера, а уж потом сообразил, что удивлён не только расцветкой платья.
— Ты как сюда попала? — изумился я.
— Ну… — Джой улыбнулась какой-то растерянной улыбкой, — наверное, стоит сказать: «из-за тебя». Я приехала с Кераном. Ему врач предписал лечение здесь, и вот… мы прилетели только вчера. А ты?
— А я час назад.
— Понятно. Керан на процедурах сейчас, а я решила осмотреть парк… надо же, а ведь могла пойти по магазинам и не встретить тебя!
Я не стал говорить, что мне жаль, что она не пошла по магазинам. Это было бы уж совсем невежливо, а мне не хотелось грубить ей. Я с некоторым удивлением обнаружил, что обида на неё совершенно прошла, и я даже благодарен Джой — если бы не она, едва ли я мог бы понять, какое сокровище Рин.
— Послушай…
Что-то в голосе Джой мне не понравилось, и я оказался прав: она порывисто вздохнула, шагнула ко мне, положила руки мне на плечи и принялась сбивчиво лепетать о том, как была неправа, и как сожалеет, что мы расстались. Она даже попыталась поцеловать меня, но не дотянулась.
— Ты… — она чуть не плакала, — ну ведь не можешь же ты всерьёз любить эту ушастую! Она же не человек!
— Верно, — спокойно согласился я, — но и я тоже — не совсем нормальный человек уж точно. Ты ведь сама это замечала, не так ли? А вы с Кейном отличная пара, я рад за тебя. А ему сочувствую. Извини, мне некогда, — я отвернулся и направился дальше к пляжу.
Ощущения были удивительно больничные, словно я должен чувствовать невыносимую боль, но так накачан лекарствами, что утратил всякую связь с собственным телом.
Рин я увидел только потом, когда оглянулся через плечо. Сразу вспомнились сказки, в которых герою запрещалось оглядываться назад под угрозой всевозможных напастей и бед. В моей сказке всё было как в жизни.
Джой всё ещё плакала никого вокруг не видя, но настороженно приподняв в мою сторону край шляпки, а Рин… Рин, кажется, стояла в начале дорожки уже достаточно давно. На её лице не было никакого выражения вообще, оно было абсолютно медвежьим, бесстрастным и спокойным, и лишь кончики ушей слегка подрагивали.
Она сделала шаг на дощатый настил. Потом ещё один — совершенно беззвучно в своих мягких сандалиях — прошла мимо Джой, словно тень, и так же точно мимо меня. Словно я был тенью. Не знаю, что она подумала, но мне захотелось начать оправдываться, окликнуть её, побежать за ней — а ещё придушить Джой, которая напрямую ни в чём не была виновата. Я пошёл вслед за Рин. Если верить вывешенному в начале дорожки плану, то настил кончался у пляжа, и оттуда можно было вернуться только тем же путём. Рин действительно была на берегу.
Стояла у самой воды и смотрела на медленно поднимающееся над волнами солнце — здесь оно очень долго раскачивается, а рабочий день начинается до восхода, пока нет жары.
Я обнял Рин, внутренне готовый к пощёчине, но она даже не отстранилась, просто стояла, как столб, словно меня тут нет.
— Рин…
Она подняла на меня глаза — совершенно сухие, но с расширенными как от боли зрачками.
— Рин, позволь напомнить, что мне ты ревновать запретила. А сама?
— Я не ревную, — она очень серьёзно на меня посмотрела, — Просто… знаешь, она права. Я ведь даже не человек, а ты… тебе… она подходит тебе гораздо больше, чем я. У вас даже вкусы в одежде одинаковые! И она такая красивая…
— Глупая медвежонка, — я просто не знал, что с ней делать, — вкусы в одежде у нас с Джой диаметрально разные, и в своё время мы часто из-за этого ссорились. Сегодня просто случайно полоски совпали, к тому же мой джемпер выбирал не я, а Сай. И позвольте уж мне самому решать, кто мне подходит, а кто нет. Что же до красоты… — я притянул её к себе, — … то внешность не имеет никакого значения, хоть в это и трудно поверить.
Я и сам удивился, когда это осознал.
Продолжение следует!
Купить куклу BJD можно в нашем Шопике
Смотрите больше топиков в разделе: Кукольные фотоистории и сериалы: комиксы, фотостори
Обсуждение (14)
Лиза и Ашот в гости.
Свадьба медведей из прошлой главы позабавила))