Влюблённые в небо. В плену у Драконьего атолла
Кому продолжение романа о романтиках? Остановились вот здесь

Когда с громким хлопком сгорел четвёртый предохранитель, до меня дошло, что рацию я не починю — видимо, молния что-то основательно повредила в электронных «мозгах». Мои мозги тоже пребывали не в лучшем состоянии, потому что один просторный спальник для двоих всё же тесноват, и если у Рин усталости оказалось больше, чем смущения, и она уснула почти мгновенно, пригревшись у меня за спиной, то я задремал вполглаза только к рассвету, и почти сразу проснулся от начавшегося кошмара. По прошлому опыту не одиночной ночёвки я знал, что во сне иногда ору — во всяком случае, в госпитале пару раз будил не только свою палату, но и две соседних. Пугать Рин мне не хотелось.

— По-моему, стойки шасси целы, — доложила она, возникнув у меня за плечом в лучшей манере Сая, — но песок высох, осыпался, колёса в нём совсем утонули, и едва ли получится освободить их без помощи тягача.
— И рации крышка, — поделился я, — значит, остаётся только один вариант: идти на ту сторону.
По закону подлости мы оказались с необитаемой стороны острова — утром это стало видно отчётливо. Солнце поднялось над плечом вулкана в загадочной дымке, затем эта дымка поднялась вверх, укутав вершины Драконьего Гребня в сизое одеяло, а через какой-нибудь час «одеяло» словно просохло, побелело и воспарило в вышину, растянувшись на полнеба перламутровой облачной цепью. Вечером опять будет гроза, заключил я.

Рин посмотрела в сторону Гребня — лес начинался почти сразу за широкой полосой серого вулканического песка и ближний к нам край был сочного зелёного цвета, но по мере подъёма в гору деревья смыкались, зелень темнела, а у вершин приобретала синеватый оттенок — на фоне весёлого неба исключительно недобрый на вид.

— А вдоль берега пройти нельзя? — спросила Рин.
— Нет, — я тоже сразу спросил про это Сая, когда впервые оказался на Драконьем атолле, — лес местами спускается к самой воде, там жутко переплетённые корни — запросто ноги переломать, и полно всяких мерзких тварей вроде водяных змей и ядовитых пауков.
— Фу, — с чувством сказала Рин, — а в лесу эти гады тоже есть?
— Без понятия, — честно признался я, — слышал только о призраках. Пауки и змеи вроде селятся вблизи воды… хотя на острове есть река, она падает в океан с высоченного уступа на той стороне, потрясающе красиво. Но откуда она берёт начало, никто не знает, потому что в этом лесу исследователей пропало едва ли не больше, чем всё население острова.
— Брось, — усомнилась Рин, — ты нарочно меня пугаешь!
— Это я не тебя пугаю, а себя уговариваю, что нет других вариантов. Мне тоже туда не хочется лезть. Но увы… в принципе, можешь меня здесь подождать…
— Ну уж нет! Напарники — значит, напарники! — нахмурилась Рин, — Кроме того, кто-то что-то говорил насчёт если мы выживем… — она многозначительно умолкла.
— И кое-кто даже соглашался со мной, — улыбнулся я, — И раз отступать некуда, идём собираться — боюсь, путешествие может занять пару дней.
Я не стал добавлять «в лучшем случае». Незнакомый неисследованный лес с не самой приятной репутацией — хорошо, если мы вообще выберемся оттуда живыми. Но сидеть и ждать тоже было нельзя, особых запасов у нас не было, потому что не предполагалось длительное сидение на необитаемом берегу, а Оками, получив, скажем, радиограмму, что мы не появились на Драконьем атолле, запросто свяжет это с грозовым фронтом и чего доброго внесёт нас в список невосполнимых потерь! Искать нас она не сможет начать раньше, чем послезавтра, когда вернётся Сай, потому что два наших соседа по аэродрому сейчас были на другом краю света — Эльвар доставлял почту в Приграничье Лайры, а Итан возвращался ему навстречу с далёкого Красного Берега, лежащего за Дивнолесьем. И у каждого из них было несколько промежуточных посадок плюс непредвиденные обстоятельства вроде грозовых фронтов и неисправностей мотора. Так что мы покопались во всех многочисленных ящиках по всей длине грузового отсека, нашли две банки тушёнки (они валялись там уже третий год и вообще говоря с ними срочно надо было что-то решать), пакет с неопознаваемой на первый взгляд крупой, подозрительно пылящий притом, плитку шоколада, жестянку из-под керосина, давно приспособленную мною под котелок, десяток яблок — личный запас Рин, унылую бортовую аптечку и мой армейский нож, уложили всё это в потрёпанный рюкзак, появившийся раньше меня и неизвестно чей, и приготовились двинуться в путь.

— Ты так и пойдёшь? — полюбопытствовал я.
Рин надела те самые очаровательные штанишки, что вчера днём на Крабьем, и я ею искренне любовался, но одно дело — смотреть, и совсем другое — идти в таком виде через лес. Я-то среди ветоши для разных технических нужд отыскал старую рубашку без пуговиц, зато из плотной ткани — в куртке было бы слишком жарко, а ходить по лесу в одной майке армейский инструктор, помню, настоятельно не советовал.
— А что не так? — Рин с вызовом задрала подбородок, и я с немалым трудом загнал подальше мысль, которая выползла из подсознания ещё ночью, когда Рин предположила, что нам вполне хватит места в одном спальнике.

— Там высокая трава, лианы, колючки и пропасть кусачих тварей, для которых твои ножки — мечта гурмана. И под кофточку они тоже набьются, и погрызут тебя до костей. Надо что-то более закрытое, хоть рубашку, да и штаны подлиннее, у тебя рабочий комбез под креслом не запихнут? И шлем захвати — сверху на голову будет всё время сыпаться мусор. Ты что, первый раз лес видишь?
— Близко — первый, — призналась Рин, — Я выросла в Намуне, там тундра. А ты?
— А я воевал в Дивнолесье, — ответил я резче, чем намеревался, потому что поймал себя на том, что мне не хватает большого количества восторженных воспоминаний о Намуне, чтобы делиться ими.

— О, ну то есть ходить по лесу тебя научили. Ладно, пойду переоденусь… слушай, а можно без шлема? Я сварюсь в нём! Ты же шлем не берёшь? — Рин жалобно сложила уши.
— У меня грива не такая, как у тебя, из моих волос мусор вытрясти намного проще, — пожал плечами я, — Впрочем, как хочешь. В самом деле жарко.
Полчаса спустя мы уже поднимались на первую террасу Драконьего Кряжа.
Продолжение следует.
Смотрите больше топиков в разделе: Кукольные фотоистории и сериалы: комиксы, фотостори

Когда с громким хлопком сгорел четвёртый предохранитель, до меня дошло, что рацию я не починю — видимо, молния что-то основательно повредила в электронных «мозгах». Мои мозги тоже пребывали не в лучшем состоянии, потому что один просторный спальник для двоих всё же тесноват, и если у Рин усталости оказалось больше, чем смущения, и она уснула почти мгновенно, пригревшись у меня за спиной, то я задремал вполглаза только к рассвету, и почти сразу проснулся от начавшегося кошмара. По прошлому опыту не одиночной ночёвки я знал, что во сне иногда ору — во всяком случае, в госпитале пару раз будил не только свою палату, но и две соседних. Пугать Рин мне не хотелось.

— По-моему, стойки шасси целы, — доложила она, возникнув у меня за плечом в лучшей манере Сая, — но песок высох, осыпался, колёса в нём совсем утонули, и едва ли получится освободить их без помощи тягача.
— И рации крышка, — поделился я, — значит, остаётся только один вариант: идти на ту сторону.
По закону подлости мы оказались с необитаемой стороны острова — утром это стало видно отчётливо. Солнце поднялось над плечом вулкана в загадочной дымке, затем эта дымка поднялась вверх, укутав вершины Драконьего Гребня в сизое одеяло, а через какой-нибудь час «одеяло» словно просохло, побелело и воспарило в вышину, растянувшись на полнеба перламутровой облачной цепью. Вечером опять будет гроза, заключил я.

Рин посмотрела в сторону Гребня — лес начинался почти сразу за широкой полосой серого вулканического песка и ближний к нам край был сочного зелёного цвета, но по мере подъёма в гору деревья смыкались, зелень темнела, а у вершин приобретала синеватый оттенок — на фоне весёлого неба исключительно недобрый на вид.

— А вдоль берега пройти нельзя? — спросила Рин.
— Нет, — я тоже сразу спросил про это Сая, когда впервые оказался на Драконьем атолле, — лес местами спускается к самой воде, там жутко переплетённые корни — запросто ноги переломать, и полно всяких мерзких тварей вроде водяных змей и ядовитых пауков.
— Фу, — с чувством сказала Рин, — а в лесу эти гады тоже есть?
— Без понятия, — честно признался я, — слышал только о призраках. Пауки и змеи вроде селятся вблизи воды… хотя на острове есть река, она падает в океан с высоченного уступа на той стороне, потрясающе красиво. Но откуда она берёт начало, никто не знает, потому что в этом лесу исследователей пропало едва ли не больше, чем всё население острова.
— Брось, — усомнилась Рин, — ты нарочно меня пугаешь!
— Это я не тебя пугаю, а себя уговариваю, что нет других вариантов. Мне тоже туда не хочется лезть. Но увы… в принципе, можешь меня здесь подождать…
— Ну уж нет! Напарники — значит, напарники! — нахмурилась Рин, — Кроме того, кто-то что-то говорил насчёт если мы выживем… — она многозначительно умолкла.
— И кое-кто даже соглашался со мной, — улыбнулся я, — И раз отступать некуда, идём собираться — боюсь, путешествие может занять пару дней.
Я не стал добавлять «в лучшем случае». Незнакомый неисследованный лес с не самой приятной репутацией — хорошо, если мы вообще выберемся оттуда живыми. Но сидеть и ждать тоже было нельзя, особых запасов у нас не было, потому что не предполагалось длительное сидение на необитаемом берегу, а Оками, получив, скажем, радиограмму, что мы не появились на Драконьем атолле, запросто свяжет это с грозовым фронтом и чего доброго внесёт нас в список невосполнимых потерь! Искать нас она не сможет начать раньше, чем послезавтра, когда вернётся Сай, потому что два наших соседа по аэродрому сейчас были на другом краю света — Эльвар доставлял почту в Приграничье Лайры, а Итан возвращался ему навстречу с далёкого Красного Берега, лежащего за Дивнолесьем. И у каждого из них было несколько промежуточных посадок плюс непредвиденные обстоятельства вроде грозовых фронтов и неисправностей мотора. Так что мы покопались во всех многочисленных ящиках по всей длине грузового отсека, нашли две банки тушёнки (они валялись там уже третий год и вообще говоря с ними срочно надо было что-то решать), пакет с неопознаваемой на первый взгляд крупой, подозрительно пылящий притом, плитку шоколада, жестянку из-под керосина, давно приспособленную мною под котелок, десяток яблок — личный запас Рин, унылую бортовую аптечку и мой армейский нож, уложили всё это в потрёпанный рюкзак, появившийся раньше меня и неизвестно чей, и приготовились двинуться в путь.

— Ты так и пойдёшь? — полюбопытствовал я.
Рин надела те самые очаровательные штанишки, что вчера днём на Крабьем, и я ею искренне любовался, но одно дело — смотреть, и совсем другое — идти в таком виде через лес. Я-то среди ветоши для разных технических нужд отыскал старую рубашку без пуговиц, зато из плотной ткани — в куртке было бы слишком жарко, а ходить по лесу в одной майке армейский инструктор, помню, настоятельно не советовал.
— А что не так? — Рин с вызовом задрала подбородок, и я с немалым трудом загнал подальше мысль, которая выползла из подсознания ещё ночью, когда Рин предположила, что нам вполне хватит места в одном спальнике.

— Там высокая трава, лианы, колючки и пропасть кусачих тварей, для которых твои ножки — мечта гурмана. И под кофточку они тоже набьются, и погрызут тебя до костей. Надо что-то более закрытое, хоть рубашку, да и штаны подлиннее, у тебя рабочий комбез под креслом не запихнут? И шлем захвати — сверху на голову будет всё время сыпаться мусор. Ты что, первый раз лес видишь?
— Близко — первый, — призналась Рин, — Я выросла в Намуне, там тундра. А ты?
— А я воевал в Дивнолесье, — ответил я резче, чем намеревался, потому что поймал себя на том, что мне не хватает большого количества восторженных воспоминаний о Намуне, чтобы делиться ими.

— О, ну то есть ходить по лесу тебя научили. Ладно, пойду переоденусь… слушай, а можно без шлема? Я сварюсь в нём! Ты же шлем не берёшь? — Рин жалобно сложила уши.
— У меня грива не такая, как у тебя, из моих волос мусор вытрясти намного проще, — пожал плечами я, — Впрочем, как хочешь. В самом деле жарко.
Полчаса спустя мы уже поднимались на первую террасу Драконьего Кряжа.
Продолжение следует.
Смотрите больше топиков в разделе: Кукольные фотоистории и сериалы: комиксы, фотостори






Обсуждение (13)
Мысль о том, что Рин может шевелить ушами, просто приводит в восторг!))