Влюблённые в небо. Очередной рейс

Продолжение романа-сериала! Остановились тут.
Солнце едва поднималось над краем горизонта, а мы уже были готовы лететь.


Мешок с письмами, два ящика кукурузного виски для бара на Крабьем острове, плотно увязанная, но всё равно оглушительно вонючая коробка с цветочным мылом — его делали на Лайре, но эта коробка почему-то летела на Драконий атолл с Тэрры, десяток баков с горючим — для дозаправки придётся садиться на берегу океана, либо дотянуть до Крабьего — но там не всегда есть горючее в нужном количестве. К тому же расход топлива у нас неуклонно рос, что тревожило меня всю последнюю неделю, поскольку могло означать кроме неисправности мотора (который уже всилу возраста не мог быть исправен) ещё и течь в баке. Найти течь мне не удалось, но не скажу, чтобы меня это успокоило. Оками сунула мне перед вылетом флакон герметика, чтобы при дозаправке промазать трещину, если таковая найдётся.


— Ты бывал на Драконьем атолле? — спросила Рин.
— Дважды, но оба раза с Саем. А что?
— Я не знаю, куда лететь.
— Не вопрос — я всё помню, — улыбнулся я, — До побережья за штурвалом ты, а там поменяемся.


— А правду говорят, что на Драконьем атолле есть действующий вулкан?
— Правду. Сама увидишь, — я запихнул в грузовой отсек коробку с мылом и поморщился, — Фу, ну и вонища!


— Не нравится запах? — приподняла бровь Рин.
— Тошнотворный. Прямо керанкейновский!


— О, так вот почему вы с Ками его так невзлюбили!
— Не только из-за запаха, — напомнил я.
— Конечно, — кивнула Рин, — но всё равно интересно. Ты точно не медведь?
— Точно. Но прожил в берлоге большую часть жизни.


— Запах мускуса, — она нагнулась к этикетке на коробке, — считается для людей афродизиаком. Медведи его не выносят.
— А эльфы?
— Смотря какие. Травоядные его не воспринимают вообще.
— А ты?
— Ну… — она пожала плечами, — я бы сказала, это запах добычи… но боюсь тебя шокировать.


— Ну да, я ведь такой неженка, — серьёзно кивнул я, — вот, кстати, хотел спросить: ваше племя не слишком любит полёты, как получилось, что ты стала пилотом?
— По пути расскажу, история долгая. Ну что, всё готово? От винта?
— От винта!
Рин забралась в кабину, я толкнул пропеллер, и мотор, пару раз кашлянув по-стариковски, зарокотал всеми своими лошадиными силами. Право, меня всегда интриговало, почему эквивалентом этой самой силы для моторов выбрали лошадь. Никогда не слышал, чтобы лошадь рычала, как медведь. Когда я плюхнулся в своё кресло, Рин уже вывела «Махаон» на дорожку, и вскоре земля нырнула куда-то вниз, в животе что-то подпрыгнуло, словно я проглотил живого кролика, а потом мы увидели солнце. С земли его ещё не было видно, только узкий золотой ободок, но здесь оно казалось белым шаром, лежащим на краю пёстрой тарелки земли.


Потом Рин взяла курс на побережье, и солнце осталось у нас за спиной, а перед нами раскинулась синяя уходящая ночь, а у горизонта смутно белел туман над Западным морем. Это было одно из тех зрелищ, которые хочется запечатлеть в памяти навсегда, и которые каждый новый день вытесняет похожими картинами.


Я покосился на Рин. Сегодня мне уже наполовину казалось, что вчерашний приём у эльфийского посла мне приснился, но тут она слегка повела ухом в мою сторону и улыбнулась. В кабине у нас довольно шумно, и прямо скажем, для разговоров не очень подходяще, но мне хватило и этой мимолётной улыбки. Вот теперь я точно вернулся.
Продолжение следует!

Смотрите больше топиков в разделе: Кукольные фотоистории и сериалы: комиксы, фотостори