Совсем другая история. Часть 38

Делюсь продолжением! Тут предыдущая часть


— Странное место, — Злата шла рядом с вожаком первой упряжки, иногда касаясь ладонью собачьего загривка, словно подбадривая, — Вроде знакомое, но какое-то неправильное.
— Может, ты просто никогда не выходила к острову с этой стороны? — предположил Яр.


— Или это не тот остров, — покачала головой Злата, — и тебя ничего не смущает?
— Например?
— Например туман.
— Так открытая вода близко, море всё в осколках льдин, полыньи, вот и туман…
— Он тёплый.


Оборотень в ответ только хмыкнул. Тёплым туман был весьма условно, и от морозного отличался очень незначительно — разве что не оставлял на коже белых поцелуев холода.
— А горячие источники здесь могут быть? — спросил граф.


— Могут наверное, — без большой убеждённости отозвалась Злата, — и, пожалуй, хотела бы я набрести на такой — Тобу надо сделать перевязку, и горячая вода совсем не помешала бы.
— Кстати, у нас — в наших горах, я имею в виду — есть целебные воды, которыми лечат в том числе и раненых, — сказала Инесса, — и от некоторых источников тоже идёт пар. Правда, он воняет серой.
Тут справа от путешественников раздался сумасшедший свист, словно от локомотива, земля под ногами мелко затряслась, туман стал гуще и сверху начали падать дождевые капли. Все дёрнулись от внезапного резкого звука, но затем такой свисток, только приглушённый расстоянием, долетел откуда-то спереди, потом — сзади и чуть левее их пути, и граф сообразил, что это.


— А вот и горячие источники, — сказал он, — это гейзеры, горячая вода из них выбрасывается фонтаном. Смотрите под ноги, выходы у них небольшие, а температура может быть вполне достаточной, чтобы обварить.
— Ну, кто хотел горячей водички? — проворчала Майра, — Кстати, а вы заметили — снега-то под ногами давно нет, но скользко — жуть!


— И это не лёд, — поддержал Ярослав, — а какое-то… — он запнулся, неуверенно оглянулся на графиню, но наконец нашёл подходящее сравнение, — на каменное масло похоже. Только запаха почти нет. Или у меня нюх пропал.
— Последнее вернее, — покачала головой Злата, — без запаха в таких местах не обходится. Давайте попробуем выбраться на край этого гейзерного поля, там наверняка тёплая земля и даже может расти лишайник.
— А зачем нам лишайник? — удивился граф, — Мы же не олени.
— У нас кончается хинин, — пояснила княжна, — и надо искать ему замену. Кроме того, некоторые виды лишайника хорошо заживляют раны… даже такие.


— Ну тогда помолимся, чтобы нам повезло, — кивнул Антуан.
— Едва ли в этих местах вас услышит кто-то, кроме местных богов, — хмыкнул Яр.
— Тогда пусть слушают внимательно, — нахмурилась княжна, — потому что едва ли к ним часто обращаются здесь. О, смотрите, лишайники!
В самом деле, туман стал реже, и под ногами сделалось не так скользко, а собаки вскоре со скрежетом потащили нарты по камням, и пришлось их останавливать. Зато ближайшие валуны были все в разноцветных пятнах, и Злата принялась торопливо соскребать их ножом, словно боялась, что лишайники убегут.
— Ну вот, — сказала она наконец, — теперь будет некоторый запас. Надо поискать место для лагеря, потому что лучше нашего больного пока не таскать никуда, — она не стала уточнять, что вряд ли это займёт много времени. И без того у всех были сумрачные лица и вполне похоронное настроение.
— А там что? — Ярослав задумчиво рассматривал что-то сквозь туман, — Если бы мы были южнее, я бы сказал, что там лес…


— А я бы очень хотела, чтобы там оказался лес, — раздражённо обернулась к нему Злата, — а ещё лето и малины побольше! И чтобы солнышко по утрам видеть! Фантазии у вас, капитан… лес! — она фыркнула.
И тем не менее, из пелены тумана путешественники действительно вышли к лесу…


Поляна оказалась словно специально подогнанной под размеры палатки, под ближайшим выворотнем нашёлся прозрачный родник с вполне пригодной для питья водой, саму же поляну покрывала на удивление зелёная и мягкая невысокая травка.
— Мятлик, — уверенно, хотя и не без удивления опознала Злата, — с ума сойти. Интересно, если мятлик здесь с колосками соцветий, нет ли ещё чего такого же летнего?
— Ты хотела малины? — поинтересовался Яр.
Он влез в палатку, отодвинув полог головой, потому что обе руки оказались заняты. Злата, Инесса и Майра неверяще уставились на полную пригоршню мелких, но вполне спелых и совершенно одуряюще пахнущих ягод.
— Где ты их взял?! — поразилась Злата.


— Их там полным-полно, — ответил за оборотня таким же странным манером забравшийся в палатку Антуан, — я тоже принёс. Хотя это невероятно, но тем более глупо было упускать возможность!


— Ты хотела малины… — медленно выговорила Майра, поворачиваясь к Злате и задумчиво её разглядывая, — И очень хотела, чтобы тут оказался лес…


— Майра, — Инесса положила руку сестре на плечо, но та лишь досадливо дёрнулась.
— Почему бы тебе не пожелать чего-то более глобального? Скажем, чтобы Тоб поправился, а?
— Майра… — лицо у княжны сделалось виноватым, печальным и слегка испуганным, — Майра, ради всех богов! Да я больше всего на свете хотела бы, чтобы с Тобом всё было в порядке, но от моего желания едва ли что зависит!


Майра ещё несколько секунд смотрела на неё в упор своими разноцветными глазами (Антуан потом клялся, что совершенно не разноцветными, а вполне одинаковыми, только почему-то жёлтыми), потом губы у неё дрогнули, словно она собиралась заплакать, и она торопливо отвернулась.
— Извините, ваша светлость.
— Майра, пожалуйста, не надо…


— Ничего, — Майра опустилась на колени возле спящего Тоба, — сколько будет действовать морфий на этот раз?
— Не могу сказать, — покачала головой Злата, — пару часов, может, немного дольше.
— А потом?
— А потом осталось полторы дозы.
— Ясно.
Больше она ни о чём не спрашивала и вообще ни слова не произнесла за весь бесконечный вечер.


Прошло два часа и ещё два, Тоб не проснулся, и Майра, до рези в глазах всматривавшаяся в его лицо, в конце концов тоже задремала, положив голову ему на грудь и слушая частые неровные удары сердца, делавшиеся постепенно всё глуше. Антуану очень хотелось устроиться с другой стороны от нарт (Злата запретила лишний раз перекладывать раненого), но он старательно держался в стороне — иначе не мог поручиться, что не даст волю слезам, а это было бы уже совсем неподобающе.
— Граф, — Злата вполне понимала, что родственники и друзья умирающих больных страдают иногда больше самих пациентов, и решила попытаться хоть немного, хоть на время разрядить гнетущую атмосферу ожидания, — граф, вы хорошо знаете историю вашего рода?


— Меня так старательно пичкали ею в детстве, — покачал головой Антуан, — только давайте-ка уже все договоримся, если никто не против, обходиться в дальнейшем без официоза. Близкие друзья называют меня Тан.


— Ладно, — кивнула княжна, — я вот что хотела узнать: как-то в библиотеке мне попалась средневековая хроника времён Карла Великого, и было там упоминание о какой-то битве в Ронсевальском ущелье…
— Было такое, — кивнул Антуан, — наверное, это самая романтическая часть истории моего рода, — он усмехнулся, — по крайней мере, за последние пятнадцать поколений.


— Расскажешь? — Инесса эту историю знала, но ей тоже очень хотелось плакать, и она была рада немного отвлечься — помочь Тобу и сестре она всё равно ничем не могла, даже молиться уже сил не было, слова путались и забывались, словно их кто-то выдувал из памяти.
— Расскажу, — кивнул Тан, — Итак, давным-давно…
Продолжение следует

Смотрите больше топиков в разделе: Кукольные фотоистории и сериалы: комиксы, фотостори