ВЕРХОВНЫЙ МАР. Виновные.

Он едва не загнал лошадь по дороге домой, стегал и стегал несчастное животное, обуреваемый слепым гневом. Покидая Даннотар, он даже не простился с маром, сам вывел лошадь из конюшни, воины во дворе крепости косились на него, но подойти не посмели. Даже его собственные люди держались поодаль, сильно отстав от мара в дороге. Поэтому он прибыл в Дромахэр один, уже в сумерках. Отдал взмыленную лошадь конюху, в два шага взлетел по ступеням. Проклятая сука! Прежде он испытывал к Мирне жалость, какое-то брезгливое чувство, какое испытывает сильный к слабому. Его воротило от ее вечно испуганного личика, тщедушного тела и замашек. Но эта тварь поистине дочь своего отца! Они оба поимели его, обвели вокруг пальца! И все в нем восставало против условий тестя. Не будет он послушно выполнять приказы мара, а это был именно приказ! Бальдрик выругался сквозь сжатые зубы, отпихнул зазевавшегося стража в коридоре.
— Господин… — Исилд вышла ему навстречу, поняла все по его потемневшему, перекошенному гневом лицу.

Но мар только свирепо глянул на нее.
— Отойди! — рявкнул он, не глядя, прошел мимо, к лестнице и начал подниматься в верхние покои, в комнаты своей жены.

Она испуганно вскочила при его появлении, неловко поклонилась, не сводя с него настороженного опасливого взгляда. Вид его был страшен и Мирна попятилась.

В два шага он поравнялся с ней, ударил наотмашь, с такой силой, что голова ее дернулась и она упала, ударившись о столбик кровати.

Из разбитой губы брызнула кровь, и Мирна прижала к ней пальцы. Он навис над ней, большой и страшный, волосы всклокочены, уголки сжатых губ подрагивают, налитые кровью глаза впились в ее побледневшее лицо взглядом.


Мирна же не отрываясь, смотрела на его руку в кожаной дорожной перчатке, попыталась отползти, но он рывком дернул ее вверх и поставил на ноги, и тут же она получила вторую оплеуху, удар пришелся по скуле, у нее зазвенело в ушах, и покои на миг покрылись мраком.
— Никогда больше не смей своим проклятым ртом произносить ее имя! — выплюнул он с ненавистью, и хорошенько встряхнул ее, Мирне показалось, сейчас голова ее оторвется от тела, если он не отпустит ее. Ослепленная болью и страхом, она даже не сразу поняла, о ком говорит мар. По щекам ее бежали крупные слезы, смешивались с кровью и капали с подбородка на платье, расползаясь там уродливыми алыми пятнами, а он все тряс ее, как не в себе.
— Поняла? Поняла меня?

Мирна закивала.
— Да! Да, господин! — судорожно зашептала она. Она была жалка, его проклятая жена, полуребенок, в чем только душа держится, но видно страха в ней пополам с подлостью. Он протянул руку к ее тощей шее, сжал, чувствуя, как быстро-быстро бьется жилка на ее горле.
— В следующий раз, как тебе в голову придет жаловаться отцу или очернять Исилд, помни, что я убью тебя, и это доставит мне удовольствие! Не попадайся мне больше на глаза! Видеть тебя не желаю!
Она беспомощно трепыхалась в его хватке, задыхаясь. И мару подумалось, еще мгновение или два и все будет кончено. С усилием он разжал руку.
— Сука! — сквозь зубы процедил он, отталкивая ее. Мирна упала на кровать, обхватила живот руками, ее сорочка задралась до самых бедер.

Увидев, как он отстегивает ремень с тяжелой пряжкой, она взмолилась:
— Не надо! Молю Вас, не надо! Мой ребенок!

Он навалился на нее всей тяжестью, подтащил за лодыжки к краю кровати и ногой раздвинул ее стиснутые колени.

Она больше не умоляла, только скулила чуть слышно, голова ее моталась из стороны в сторону, а ему хотелось ударить ее еще раз, чтобы заткнулась, бить, пока она не сдохнет.
Потом он оделся, застегнул ремень и перевязь с кинжалом, глянул на Мирну. Правый глаз ее заплыл, на скуле наливался багровый синяк, разбитые в кровь губы дрожали. Молча он вышел из ее покоев.
— Руперт! — рявкнул он в коридоре, — Кадван!
Командующий явился сразу же. Он по обыкновению, был молчалив, хотя уже понял, что госпожа чем-то провинилась. Перепуганный лекарь поклонился им обоим. Лицо мара было сумрачно, его кривила судорога гнева.
— Г-господин?

Бальдрик глядел на лекаря. Неужто этот жалкий, пугливый человечишко осмелился предать его в его же собственном доме? Он кивком указал на Руперта.
— В колодки его.
— Да, господин.
Руперт весь побелел, губы его шевелились, но он не мог произнести ни слова.

— Хочу знать, сколько еще писем моей жены он передал, — сухо сказал мар. На лекаря они оба смотрели как на человека, чья участь уже решена и не представляет никакого интереса.
Руперта увели, а Бальдрик добрел до своих покоев, где его ждала Исилд.
— Он не виновен!

— Тебя это не касается, — в раздражении отмахнулся мар. Но Исилд не отставала. Боги, эти женщины будто сговорились в неповиновении!
— Руперт почти все время теперь при мне.
— Не выгораживай его.
— Бальдрик…

— Я буду спать один, — буркнул он, и та послушно поклонилась и тихо вышла их опочивальни. Не раздеваясь, в дорожной одежде и сапогах, заляпанных грязью, он сел на кровать, опустив голову, и долго сидел неподвижно. Пять сотен всадников и восемь сотен пеших воинов… Столько он не получит, если не пойдет на поводу у мара… Сколько его союзников отступятся тогда от своего слова, один, пять, десятеро? В бессильном гневе он заскрипел зубами.

— Ты сдохнешь, — мрачно пообещал он, — сдохнешь.

Лекарь уже пять дней сидел в яме, на цепи, и каждый житель Дромахэра мог видеть его, чтобы знать, какая кара последует за предательство господина.
— Его счастье, что не идет дождь, — говорит Кадван, глядя, как во дворе упражняются с мечами воины. — В яме холодно, он там скоро окоченеет.

Бальдрик молчит.
— Впрочем, кто-то оставил лекарю шерстяной плащ, — усмехается себе в бороду Кадван. — Очень великодушно!
Его господин все мрачнеет, преувеличенно внимательно наблюдает за воинами.
— Почему ты не казнишь его, господин?

— Потому что это не он предал меня.
Кадван это знает. Для этого даже не нужны слова ведьмы, все его чутье говорит, что лекарь не повинен. Но посидеть в яме ему полезно в назидание, да и тот, кто передает письма, будет чувствовать себя в безопасности. План этот нехитрый, но многое может пойти не так. Мирна не станет более писать, Руперт умрет от холода или болезни на цепи, а может, человек этот покинет Дромахэр. Все рабы и слуги, каких молодая госпожа привезла с собой из Даннотара, теперь под пристальным оком командующего. В основном это девушки-служанки, одна работает теперь на кухне, другая — стирает белье. Из мужчин с Мирной приехал только Руперт, и только он вхож к своей госпоже. Надолго из крепости никто не отлучался. Руперт ходил в соседние деревеньки, лечить крестьян. Прачка по полдня на реке Сейланн. Могла ли она передать кому-то письмо, а этот кто-то — отвезти его в Даннотар? При мысли, что на собственной земле его живут предатели, за его спиной проворачивают свои делишки, его захлестывал гнев.

— Господин! — Кадван широким шагом идет через весь двор, молча вручает мару письмо, запечатанное воском.

Баьдрик вскрывает его, хмуро читает.
— Сука! — только и выговаривает он.«Дорогой отец, прошу Вас, пришлите воинов для моего сопровождения! Я в тягости, и боюсь, что не произведу на свет свое несчастное дитя, ибо мой муж суров со мной и едва не убил. Молю Вас, спасите мою жизнь и жизнь Вашего внука!»

В ярости он комкает письмо.
— Мы схватили рабыню госпожи, — ровно говорит Кадван. — Она не долго отпиралась и созналась, что оставляет письма на берегу, чтобы потом их забрали. Второго человека мы не нашли, господин.
Мар стоит, тяжелым взглядом глядя на верхний этаж, где за решетчатым окном она, Мирна! С каким бы удовольствием он убил ее, своими же руками задушил эту гадину! Но он только кивает командующему.
— Девку убей, к покоям госпожи стражу. Никаких больше писем, ясно тебе?

И такое у мара лицо, что Кадван понимает — новой оплошности тот не простит. В яме может оказаться и он сам.
— А лекарь?
Бальдрик только махнул рукой, мол, выпусти. К обеду причитающую девушку проволокли по двору Дромахэра, оттащили к реке, где она стирала белье.


Несчастная охрипла, так долго и тщетно молила о снисхождении. Один из стражников накинул на ее шею веревку, с привязанным к ней камнем, и толкнул в реку. Через минуту все было кончено. Кадван некоторое время еще глядел на ровную гладь воды, потом отвернулся и пошел к крепости.

Смотрите больше топиков в разделе: Кукольные фотоистории и сериалы: комиксы, фотостори