Кнут и пряник: зачётная работа Люси-Марии

Монфандержильский Университет Дружбы Народов

Факультет: Искусствоведение
Курс: первый
Предмет: Роль искусства в развитии современного общества


Зачётная работа (эссе)
Тема: Искусство как способ разрешения межнациональных конфликтов

Автор: Люси-Мария Соледад
Куратор: Яга Кощеевна Схрумайкости
2023



Современный мир сложен и многообразен. Множество народов, племён и рас вынуждены жить, соседствуя друг с другом, постоянно ведя споры за принадлежность тех или иных территорий или преимущества своего образа жизни. Это в порядке вещей: мы, люди, очень разные, а разные культуры неминуемо порождают столкновения, неприятие, споры. Вопрос, который я намерена рассмотреть в своей зачётной работе, звучит так: какие методы спора наиболее эффективны, т. е. быстрее помогают найти приемлемое для нас решение конфликта? Сегодня в европейском обществе ценятся такие черты характера, как энергичность, интциативность, способность не видеть препятствий на пути к цели. Многих это подталкивает к простейшему выводу: в конфликте легче победить с помощью силы и натиска, подавляя противника авторитетом, властью или физическими средствами. Я же выдвигаю другую гипотезу: убеждать оппонента в своём превосходстве не следует. Лучший способ найти взаимопонимание— познакомить другую сторону с твоей родной культурой, дав возможность оценить её привлекательные стороны. Лучше всего — через искусство.
И тот и другой вариант конфликта я хочу рассмотреть на реальных жизненных примерах.

Моя хорошая знакомая воспитывалась в состоятельной семье. Они с братом готовились поступать в престижный университет, делать карьеру и зарабатывать хорошие деньги. Брат выполнил свой первоначальный план, а девушка в девятнадцать лет вдруг заинтересовалась своими корнями и народным творчеством. Она уехала далеко от дома, нашла соплеменников, училась их песням, танцам и в конце-концов решила сменить ранее выбранный ВУЗ на менее престижный. В кругу её семьи такое поведение воспринималось как чудачество и глупость. Брат писал сестре длинные письма, упирая на то, что девушка молода и неопытна, не понимает жизни, раз ценит какие-то танцульки больше хорошей работы, комфортной и сытой жизни и вообще должна слушаться старших, т. е. немедленно возвращаться домой.



Естественно, взрослому человеку такой тон общения понравиться не мог, почему сестра в конце-концов перестала отвечать на письма брата. Контакт их прервался.

Рассмотрим другой вариант влияния на оппонента. Посредством приобщения его к искусству, наполненному глубоким смыслом и энергетикой. Расскажу историю, случившуюся в нашем таборе этой зимой, о которой я до сих пор вспоминаю с улыбкой.
Где-то в ноябре к нам забрёл очень худой и заросший мужичок, который называл себя «Мохнатым».




Он утверждал, что цыган, как я и Радда. На вопросы, где его табор и отчего он решил покинуть родных, отвечал дикими историями о кораблях, грабежах и битвах, тут же смущался и начинал отрицать то, что говорил ранее. Слушать его рассказы без смеха было невозможно. Так или иначе мы заметили, что парень имеет склонность к устному мифотворчеству и решили поощрить такое полезное занятие. Мы старались не вышучивать его дикие истории, а поправляли, подсказывая слова, которые более уместны в описании быта цыган, задавали наводящие вопросы. Словом, делали вид, что верим забавным россказням совершенно. Спустя короткое время рассказы Мохнатого обрели некоторую стройность. Теперь он не утверждал, что «Наш баро, гроза всего побережья, недавно дрался одним гарпуном против целого экипажа этих, как их там, гаджо», а с чувством повествовал, как «славный Богдан Сивоус взял кнут и вышел усмирять дикого скакуна, к которому ни один ром приблизиться не решался!». Мы полюбили слушать такие сказки, и часто, сидя у огня, просили нового товарища поведать о своей богатой приключениями жизни.
На вопрос, какое имя дали Мохнатому при крещении, он сперва задумался, затем смутился и пробормотал, что в детстве звался Тимохой. С тех пор мы начали называть его так, чем явно доставляли горемыке удовольствие. Мы приодели его: я выпросила у тёти Радды один из узоров, которые она хранит в памяти и связала Тимохе тёплый свитер.




Он очень удивился, что из ниток можно сплести оказывается «такую штуку», узор произвёл на него впечатление. Пришлось допытываться у Радды, что означает этот орнамент.
— Это морской рисунок,- пояснила тётя,- а ещё в нём зашифрован заговор на семейное благополучие, достаток и любовь!
Тут наш Тимофей сам пожелал взять спицы в руки.



Вязание у него пошло, хоть и не быстро, он увлёкся. Даже спрашивал, есть ли в перечне знакомых Радде узоров другие заговоры: «старый морской волк», «жрать от пуза» или «деньги на бочку!»
Спустя месяц вернулись из дальнего рейса наши товарищи.




Они потерпели бедствие на рифах, чуть не потеряли судно, а потом были унесены в открытое море со сломанным рулём и истрёпанным парусом. По счастью, ветер переменился и их в конце-концов пригнало во французкий порт. Там племя стояло несколько недель, успело не только починить парусник, но и продать большую часть домотканых ковров. Когда считали прибыль, оказалось, что она не покрывает затрат на шёлк, поэтому решили впредь обходиться более дешёвой нитью, а ценность товара увеличить за счёт затейливых рисунков, которые Радда охотно обещала сочинить.



— А что, так можно?!- Изумился Тимоха, послушав наши речи.- Придумай завитушки покрасивше да и сбывай за ту же цену, что шёлк?
— Ну, не совсем завитушки. Чтобы быть ценным, ковёр должен не только радовать глаз, но и рассказывать какую-нибудь историю. Вот как свитер твой.
— Охренительно!!!
Конечно, мы догадывались, что Мохнатый задумал недоброе, раз пришёл к нам, скрывая свой истинный род занятий. Но подумали, что «капля камень точит», глядишь разглядит парень, какие мы, цыгане, есть, а потом не пожелает делать пакости.
Однажды, когда у нас с Катей в гостях была соученица, мы гуляли в стороне от города. Я решила немного поплясать: место среди скал было чудесным, вдохновляющим.










Наша соученица Майя впервые видела цыганский танец и захотела сама попробовать. Правда, у неё-то получилось что-то совсем другое:








Все разошлись, а мне хотелось посидеть ещё на берегу моря, полюбоваться прибоем. Кроме того не оставляло ощущение, что из-за ближних холмов за нами кто-то пристально наблюдает. Вон, показался снова. Ну конечно, Тимоха!
-Что это ты делала?- вытращил он глаза, когда понял, что скрываться смысла больше нет.
Я объяснила, что белые скалы и прибой оказали на меня своё действие и тут же захотелось излить радость бытия в танце моего народа.
— В таборе ты пляшешь совсе-еем иначе!
— Хм… Может быть. Ведь в таборе нет ни белых скал, ни прибоя…
— Зато там много-много цветов, жемчужные отмели и птицы поют…
— Иногда и эта картина захватывает меня так, что хочется обнять всё вокруг. Но ты ведь понимаешь: такое чувство не придёт по заказу. Когда нужно выступать, мы просто делаем ногами то, что выучили раньше, тоже такие узоры… Как на ковре. А сейчас я и сама даже не знала, что делала.
— А что ты химичила с этой… другой девушкой?
— Пыталась её научить, как почувствовать место. Мы, цыгане, часто ходим босиком, чтобы иметь контакт с землёй. Лично мне земля даёт энергию и помогает ощутить связь с предками, которые были кочевыми…
— Гхыммм...- он с сомнением уставился на свои собственные, измазанные в земле ноги, явно не знавшие ботинок.
— Что же, желаешь тоже поучиться? Ведь ты ещё не окончил свитера… Знаешь. На твоём месте я не разбрасывалась бы настолько,- осторожно начала я.
— А и в самом деле,- Резко оборвал вдруг Тимоха разговор. В глазах его блестнуло что-то холодное.- Пора завязывать с пустяками. Хорошенького понемножку. Бывай!




Он исчез за скалами.
Кого именно дожидался Тимка у белых скал, я узнала значительно позже.
Он был сам не свой все праздники, часто исчезал из общей компании и бродил где-то, а иногда брал чайку и целый день пропадал в море. «Рыбачил», отвечал он на расспросы, но рыбы мы не видели. Из города сообщили о готовящейся атаке на Расчудесию и умней всего было бы, как советовали феи, оградиться защитным кольцом, никого не впускать и не выпускать с острова. Но я ждала в гости университетских подруг, да и Леонтий с невестой обещали заехать на Рождество… Словом, посоветовались и решили, что лучше будем бдительнее, но изолировать остров не станем.
Где-то спустя три недели недалеко от места, где в прошлый раз сошлись мы с Тимохой, показались трое. Они подозрительно озирались, но успокоились, узрев Мохнатого, поджидавшего их.



— Ну чмырики, еле собрал вас всех, — усмехнулся тот, что выглядел прилично одетым, и даже поблёскивал перстнями, украшавшими массивные пальцы.
— Мог бы и пошустрей вызвать, Босс,- Бросил Мясник, поигрывая багром и кольтом. Вид у него был недовольный.
— Сперва надо было выискать укромное место. Там у моря всё как на ладони. Сперва вокруг лежали эти, бензином мазаные… Они хоть полудохлые, а всё ж видят и слышат. Теперь набежала хренова туча гномов… Вон, так и зырят!- С неодобрением бросил Босс взгляд на тёти Машину новогоднюю композицию.



— Не бойтесь, здесь за скалой не засекут… А ты, Мохнатый, гляди-ка, приоделся! — Криво усмехнувшись, Мясник рассматривал свитер.
— Не трожь,- Младший резко отбросил руку товарища.
— Ишь ты, недотрогой заделался,- Сивый Ус соскалил зубы. — Ну, рассказывай, что узнал?
— Не-а..- Тимоха насупился и молчал.
— Что «не-а»? Не густо у них что ли золотишка?
— Как не густо… Долларов триста из заграничной припёрли… И брюликов крупных мешок в таборе хранится. Один-с лошадиную голову, так и сверкает!
— И? Дальше..?
Наступило молчание.



— Что «дальше»?- Внезапно вмешался Мясник, зло блестя глазами.- Ты, Босс, совсем слепой? Он два месяца в таборе просидел… одет как бог, откормлен, глядит орлом… А мы за пять лет, что на тебя, крысу береговую, пашем- и на квартиру нормальную не заработали! Думаешь, охота и дальше камушки переть, чтобы ты их загнал да мизерный процент нам отстегнул?! Дураков мало!
— Ты на кого…
— А что «на кого»?- Подал свой голос и Сивый Ус.- Может, нам надоело… Может, тоже хотим послать всю эту голодную жизнь на чёртовы рифы и жить по-человечески! А то гляди, понимаешь, как ты с нашей подачи что сыр в масле катаешься. А сами…
«Сыр в масле» побледнел. Казалось, ещё минута — и произойдёт нечто душераздирающее. На всякий случай пираты отскочили на почтительное расстояние.
Но ничего не случилось. Босс засмеялся:
— Дело, дело, птенчики! Ну а что же… Рано или поздно надо умнеть… Лады. Уговор, значит, такой: за эту ходку, если хорошо сработаем, куплю каждому хату в элитном районе, на счёт кину по пол лимона. Тачку -одну на компанию, но хорошую и смратфоны… Это-для начала, а если дальше дела пойдут…
— Я вам не помощник,- Оборвал начальника Мохнатый. — Не хочу.
— Ты в уме?!.. В кои-то веки собрались как люди заработать…
— Моё слово твёрдое, не думай… Отблагодарю как царь.
— Очень мне надо твоё «отблагодарю»! Ты пробовал, делив с кем-нибудь кусок хлеба, потом вонзать ему нож в спину? Нет? Я у них своим был… Ел до сыта впервые в жизни…
— Ааа… Да ты продался. За цыганские харчи, а?!
— И теперь — на своих..?! Бей его, Мясник!



Пираты смешались в дикой свалке.
— Стоять!- Голос Босса покрыл остальные. — Разойдитесь, идиоты! С Мохнатым будет разговор особый… Потому как и трудности у него особые. Это-то я догоняю в отличие от вас, чумазых.
Отряхнув Тимоху и приобняв его за плечи, Босс повёл затем такие речи:
— Ты, старик, не думай, я всё понимаю… Завязать решил, жить спокойнее, друзья, семья и всё такое. Вполне, вполне одобряю, тем паче, что хитёр ты не больно и нашим ремеслом долго не прокормишься. Загребут однажды и поминай как звали. Только гляди, братец: на переправе коней не меняют и старых товарищей бросать тоже вроде как не годится. Ты нам слово давал дельце до конца довести, так что табор твой, уж извини, придётся обчистить… Давай сделаем как решили и разойдёмся по-хорошему, а?
— Я цыганом быть хочу. Хочу у них остаться. Они не знают, кто я… Пусть и не знают!
— Не дури. Что тебе в той дыре? Цветочки, песенки, тра-ля-ля, фенечки плести будешь? За гроши… Ну ладно, пусть гроши и стоящие. Но я-то тебе предлагаю хорошую жилплощадь и серьёзные бабки. Им- по пол лимона, как обещал. А тебе за труды…
Он прошептал что-то Тимохе на ухо. Глаза того вылезли из орбит:
— СКОЛЬКО?
— Не слышал? Повторить?
— Не-ааа…
-То-то. На новую жизнь хватит. И жизнь, заметь, весьма комфортную!



Мохнатый засопел:
— Условие. Девчонок не трогать…
— Как скажешь.
— Совсем! И Петшу тоже.
— Гы-гы-гыы! Это ботаник тот что ли? Лапки как у суслика небось, баб защитить слабо…
— Зубы не скаль. Отвалятся.
— Ладно, мелкий. По рукам! А теперь, чмырики, у меня для вас принеприятнейшее известие!
Босс достал смартфон и, войдя в интернет, сунул всем троим под нос статью новомаковской Контрразведки
— Какой-то падле пернатой вы, придурки, на глаза попались. Сколько раз говорил: в лесу наши дела не обсуждать, там ушей много… Теперь Ус и Мясник морды свои засветили. В розыске вы. Хорошо хоть фоторобот Мохнатого хренового качества и никто нашего казачка засланного не опознал. Так и быть, олухи, выручу вас. На дело в этот раз идём вместе. Меня не знают, провезу вас на остров… как у Бога за пазухой!
Посовещавшись ещё с полчаса, заговорщики разошлись.
— Так помни, Мохнатый! Уговор дороже денег… Но и деньгами я тебя, чертяка, на сей раз не обижу!

***

Гости наши приехали. Новый год отметили шумно и с песнями:






На острове было теперь людно, и мы с Петшей окончательно решили, что ни стражу ни защитные чары ставить не станем. Зачем? Пост в интернете наверняка напугал злоумышленников, а если всё-таки сунутся — такой куче народа их нечего бояться.
И всё бы могло обойтись благополучно, не случись меж нами та досадная размолвка на третий день праздника. Тётя Радда разозлилась на меня за «аморальное поведение», на Ивана — за то, что по новомаковской привычке полез купаться голышом, а на Волю с Леонтием -видно просто потому, что подвернулись ей под горячую руку.




В итоге всем нам пришлось уехать. Катюша посмотрела-посмотрела, что вокруг творится, дочку в охапку и тоже домой собираться стала.




Мою добрую подругу Майю я сама попросила остаться: утешить Петшу, который очень горевал из-за нашей ссоры.



Так по моей милости влипла и Майечка в эту историю. Дальнейшие события записаны с её слов:

« Дня три или четыре прошло, как все разъехались. Видим — плывёт к нашему берегу баржа!




— Кругом, кругом!- девушки кричат, -на мель сядешь!
А барже хоть бы что… Ну, втащили её на берег. Купец, шёлк и кружево продаёт, а у Эсмеральды как раз оно и кончилось. Да и мне материи купить захотелось, давно мечтаю себе цыганское платье сшить. Стали мы товар перебирать, а из самого большого тюка вдруг- глядь!- Страшенные морды вылезли!



Захохотали, защёлкали зубами! Девочки закричали, к лесу побежали, Петша с тем, что баржу вёл, драться стал, я тоже на него напрыгнула, да как укушу за руку!
— Мелкий!!!- Это он взвыл, — Убери от меня эту гиену да пакуй сам, а то я, ей-ей, за себя не поручусь!
И тут Тимоха, новенький цыган, прыг сверху! Замотал верёвкой так, что рукой не двинуть, а у самого глаза виноватые-виноватые… «Не кричи,- шепчет,- никого не тронут, мы только золото и брильянты возьмём..» Тоже грабителем оказался! Ну надо ж как!
Стали эти бандиты в шатрах рыться, выскребли всю выручку, платья в узел завязали… А сами всё про «алмазы» переговариваются, где, мол, запрятаны… Искали-искали, да в кустах и открыли тайник. Эсмеральда с Латиффой- в слёзы! «Оставьте, говорят, хоть костюмы для выступлений! Мы их так долго шили!» «А может, вам ещё счёт в банке открыть? Хе-хе-хе..»
И тут кто-то нас всех сфотографировал. Смотрим: Тимоха, «Мелкий» этот стоит и держит в руках телефон главного! Тот застыл, где стоял.



— Брось, — говорит Тимоха, — Босс, камушки и платья. Забирай своих орлов, да чтоб духу вашего тут не было, не то эту фотку…
-Дурень,- говорит Босс,- знаешь хоть, чей номер набирать, чучело? А ну отдай смартфон!
Тимоха немного повозился.
— Сообщение ушло абоненту «Козлы из ментовки»…



— Щщщенок!!! Я с тебя живьём шкуру…
— … вместе с твоими паспортными данными, понял, Богдан Олегович? И с координатами острова. У тебя и твоих людей десять минут. Уматывайте, пока не поздно!
— Мерзавец!!! Вшивый недоумок! Какого чёрта ты нас сдаёшь!? Думаешь, я кинул бы тебя? Я уже квартиру тебе купил и в банке распорядился насчёт гонорара…
— Начерта,- Тимоха говорит,-мне твой гонорар? На кой квартира? Здесь моя семья, и она меня сделала в десять раз богаче, чем ты в силах, ясно тебе, мясо акулы? У меня теперь имя есть, я тайны знаю… как узоры разговаривают, как достаток и любовь себе наколдовать, и ногами выделывать такие кренделя…
-Спятил,- Упавшим голосом пробормотал Босс, он же Богдан Олегович.
— Я-то может и спятил, а ты гляди не опоздай… Уматывай. Скоро сюда спецназ по ваши души явится.
С руганью и проклятьями погрузились на баржу незванные гости. Выволокли её в море, завели мотор и были таковы! А Тимоха совсем потерянный ходит, чуть не плачет… Развязал нас и говорит: «Теперь пойду. Не поминайте лихом!»
— Что ты, — говорит Латиффа, — Тимочка, не думай, что ругать тебя станем! Мы ведь понимаем: тебе непросто развязаться было… Ты молодец!



— Ну-ну… Уж и молодец…
— Правда! Всех выручил! Если хочешь, оставайся. Ты всё равно для нас уже свой.»

Как видите, Тимофей, выбирая между материальным достатком и жизнью цыгана, выбрал второе. Он сам признавался мне впоследствии, что пожелал принадлежать к нашему народу больше, чем желал богатства, обещанного Боссом. Таким образом я делаю однозначный вывод: сокровища культуры, которыми делишься с ближними, легче привлекают их сердца и могут даже изменить жизненные приоритеты. Главное- делиться не навязчиво, не с позиции «более умного», а как товарищ с товарищем. Именно так мы все себя с Тимохой и вели, чем заслужили его уважение.

***

P.S. ТЁТИ МАШИ: Вот только не надо говорить, что я оставила остров Расчудесия без охраны!!! Я несколько дней провела близ его берегов в акваланге, держа наготове пушку со снотворным.
Но, как часто бывает в этой жизни, незадолго до приезда пиратов отправилась пить чай. Подоспела только к финалу, когда на острове уже орудовал выехавший из Новомака «спецназ»:




Среди поклажи, брошенной злоумышленниками, опознала свой браслет:



Дааа ужжжж… Хороши гуси!

Смотрите больше топиков в разделе: Интересное и необычное: фотоподборки, факты, разное