Бэйбики
Публикации
Разное
Интересненькое
Разное. Интересное
Маршруты московские... Сам себе экскурсовод
Юлия
Маршруты московские... Сам себе экскурсовод
Всем, заглянувшим в этот топик — здравствуйте!
Пишу о простом и обыденном — как часто, проходя или пробегая по улицам города, скользим взглядом вокруг — ну дома, ну памятник, воспринимая это как должное, не вникая в историю. Зато потом покупаем экскурсию, или турпутевку, и мчимся в «сиреневую даль», открывать для себя что-то новое и интересное, ведь рядом то все такое знакомое, сто раз виденное…
Очень захотелось поглубже «копнуть» в простой маршрут, которым хожу достаточно часто. Адрес простой — Москва, Хамовники, а именно от выхода из метро «Парк Культуры»-кольцевая до дома № 13 по Комсомольскому проспекту, а обратно — так же к метро, но с «заходом» на улицы Льва Толстого и Тимура Фрунзе. Туда хода минут 10, и обратно минут 20, но в один день решила плестись «нога за ногу», фотографируя и разглядывая все вокруг, представляя, что я турист и вижу все в первый раз. О некоторых зданиях я кое-что знала, не очень вдаваясь в подробности, но вот пришла домой, скачала фото, и пришла простая идея — сделать небольшой обзор «было-стало», что бывало, кто бывал и живал, с небольшим историческим описанием. Так сказать — сам себе экскурсовод. Но получилось — объемно, информации — много, писала топик долго, так сказать, «переваривая» полученную информацию.
Особенно поразили меня старые фотографии, начала 20 века, наверное, их совсем не просто было сделать, и огромное спасибо тем, кто сумел сохранить для нас историю.
Ну-с, приступим.
Хамовники — от слова «хам», что значит «лён». Изготовление льняных тканей называли тогда хамовным делом, а ткачей льняного полотна — хамовниками
На выходе из метро «Парк Культуры»-кольцевая упираемся взглядом в массивные белые здания.
Что это? Музей Москвы!
А были -Провиантские склады.
До начала стройки здесь была городская слобода с пустовавшими огородными участками и большими незастроенными владениями бояр Стрешневых возле бывшего Остоженного двора. Строительство велось в 1829-35 гг. Заказчиком строительства выступил Провиантский приказ — ведомство, отвечавшее за снабжение армии провизией.
Московские Провиантские склады изначально строились как хранилище запасов продовольствия для расквартированных рядом военных подразделений — Хамовнических, Спасских, Лефортовских казарм и др. В течение века склады использовались по прямому назначению — в качестве хранилища продовольствия. Это помогло сохранить первоначальный облик здания.
В начале 1930-х годов территория и здания Провиантских складов были переданы для организации хозяйства автобазы Генштаба РККА. Это полностью нарушило жизнь здания. Военные для своих нужд пристроили к зданиям складов массу «неказистых пристроек», внутри возвели бетонные пандусы для генеральских машин.
Органы государственной охраны памятников истории и культуры Москвы неоднократно, в течение нескольких десятилетий, поднимали вопрос о выводе автобазы из комплекса и его передаче под юрисдикцию профильных ведомств. Обсуждалось, кто именно получит здание — желавший его ещё в 2005 году Зураб Церетели, Московский Дом фотографии Ольги Свибловой, ГЦСИ и Музей кино и в итоге — получивший комплекс Музей истории Москвы.
В июне 2007 г. на старинной чугунной ограде Провиантских складов появилась вывеска «Музейное объединение «Музей Москвы». В 2011 году Музей Москвы полностью освободил здание Храма Иоанна Богослова под Вязом, где раньше располагался, и переехал в объект культурного наследия «Провиантские склады». В новые помещения комплекса зданий на Зубовском бульваре было перевезено более 990 000 музейных предметов — все собрание Музея Москвы: коллекция мебели, городского костюма, изобразительного и прикладного искусства, документальных источников по истории Москвы, фонд фотографий, редкой книги, археологических находок, нумизматики, фарфора и др.
Сегодня в Провиантских складах можно увидеть воссозданные экспозиции: «Древняя и средневековая Москва», «Москва XVIII—XIX вв.» и новые: «Москва. XX век. Лица эпохи», «Московская битва. Начало Великой Победы». Прошли там очень интересные выставки: „Ткани Москвы“, „Мода и революция“ и другие.
А это — фото 1941 года, резервы уходят на фронт, слева на фото — вход станции метро „Парк Культуры“, впереди — те самые Провиантские склады.
Но продолжаем путь дальше — поворот из метро направо — и вот уже перед нами Комсомольский проспект.
Сейчас он выглядит примерно так же, как и в 80-е годы, машин только заметно прибавилось…
Комсомольский проспект проходит от Крымской площади (Садового кольца) до Лужнецкого моста.
Назван в 1958 году в «ознаменование 40-летия ВЛКСМ, в честь комсомольцев и молодёжи Москвы — активных участников реконструкции и благоустройства столицы, строительства Комсомольского проспекта и спортивного комплекса Центрального стадиона имени В. И. Ленина».
Проходит он побывшим улицам Чудовка, Фрунзенский плац и Большие Кочки. Все эти улицы практически сравняли с землей, снесли почти все здания. Про Больши Кочки никогда не слышала.
Улица с таким чудесным названием Чудовка названа так была по находившемуся здесь подворью кремлевского Чудова монастыря, который был основан в 1365 году митрополитом Алексием, разрушен в 1929—1932 годах.
Комсомольский проспект, дом № 3.
Доходный дом Чудова монастыря был построен в 1909 году, архитектор — И. П. Машков.
А вот Чудовка в ноябре 1941 года.
Церковь на фотографиях — храм Николая Чудотворца в Хамовниках, жив-здоров и в наши дни, находится совсем недалеко от метро. Заложена 21 мая 1679 года при царе Фёдоре Алексеевиче, а освящение основного храма состоялось 25 июня 1682 года. Храм был реставрирован в 1896, 1949 и 1972 годах и всё время оставался действующим.
Из интересных фактов — среди известных прихожан храма был Лев Толстой, который жил неподалёку и упоминал церковь в своих произведениях. Но о нем позже.
Много лет каждый приезд в Москву храм Николая Чудотворца посещает французская певица Мирей Матье.(!?)
Но продолжаю путь дальше, к дому № 13. Долгое время не знала, что это за особняк, сейчас в нем находится „Союз писателей России“.
Оказалось, очень интересное здание, называется Шефский дом.
В начале XVIII века на этом месте были палаты усадьбы А. Ф. Лопухина. Это были деревянные хоромы на каменных погребах, в мезонинном этаже размещался зал. В 1718 году усадьбу купил голландец И. П. (Джон) Тамес, директор находившейся рядом Хамовнической полотняной мануфактуры. В 1770—1880-х годах «на погребах» старых палат по инициативе И. И. Тамеса был построен новый жилой дом. В начале XIX века дом был включён в выстроенный рядом комплекс Хамовнических казарм. Он получил название Шефский дом, поскольку предназначался для расквартирования офицеров и шефа (почётного командира) полка. В 1817—1818 годах у жившего в Шефском доме полковника А. Н. Муравьёва собирались декабристы Н. М. Муравьёв, С. И. Муравьёв-Апостол, М. И. Муравьёв-Апостол, М. А. Фонвизин, Ф. П. Шаховской, И. Д. Якушкин и другие.
Таким он был в 1914 году.
По поводу упомянутых Хамовнических казарм — расположены они практически напротив Шефского дома, между ними и домом когда-то был плац, сохранились казармы до наших дней, сейчас там Военный Университет Министерства Обороны РФ.
А это фото 1941 года — плац, резервы идут на фронт, вот и церковь слева вдалеке, а справа Шефский дом.
Еще интересные здания, сохранившиеся до наших дней — Манеж (за Шефским домом). Манеж позднее использовался как тир, после ремонта здесь оборудован армейский спортивный зал.
В начале XIX века, когда были построены Хамовнические казармы, при них действовала православная церковь. В 1897 году архитектор Анатолий Гунст переделал колокольню церкви в пожарную каланчу и встроил её в здание пожарной части.
Хамовнический пожарно-полицейский дом в начале XX века стал одним из культурных центров столицы. Находится рядом с казармами.
При советской власти в здании были устроены коммунальные квартиры. В 1941 году каланчу снесли, поскольку она могла служить ориентиром для немецких лётчиков. В начале 2010-х годов каланча была восстановлена.
Но дальше по Комсомольскому проспекту не пойдем, а вернемся обратно, пойдем на улицу Льва Толстого, где находится дом писателя.
Из журнала „Огонёк“ от 3-го января 1926, № 1
»В Москве, в Хамовническом районе находится дом Льва Николаевича Толстого, где он прожил около 20 лет. Дом этот после революции был передан музейному отделу Главнауки, уже в 1920 году открывшему для посетителей верхний этаж, где помещался кабинет, рабочая комната Льва Николаевича, зал, гостиная, комнаты старших дочерей и некоторые другие помещения.
В настоящее время, в связи с приближающимся столетием со дня рождения Л. Н. Толстого, приступлено к реставрации и нижнего этажа. Будут восстановлены столовая, спальня Л. Н. и С. А. Толстых, детская и др. комнаты.
Для реставрации из Ясной Поляны перевезён ряд вещей, увезенных из Москвы Софьей Андреевной Толстой уже после смерти Льва Николаевича при ликвидации московского дома, проданного ею московской городской управе.
Кроме того, от разных лиц, в том числе от старого слуги Толстых, работающего ныне в Ясно-полянском музее, И. В.Сухотиной-Толстой получен ряд вещей, относящихся к дому.
Самая сложная из реставрационных работ — восстановление тех обоев, которые были при Толстых. Для этого по сохранившимся в некоторых местах образцам старых обоев будет сделан специальный заказ на обойной фабрике.
Помимо этого, по некоторым сохранившимся образцам мебели заказываются точные копии. Около месяца назад из Ясной Поляны была приглашена жившая свыше 15 лет в Хамовниках у Толстых в качестве прислуги М. В. Румянцева. которая дала исключительно ценные по количеству и деталям сведения, относящиеся к обстановке и быту дома Толстых.
Реставрационные работы ведутся научными сотрудниками дома Льва Толстого и Толстовского Музея при участии специалистов в области архитектуры и реставрации. Вследствие сложности и тщательности реставрационных работ, окончены они будут не ранее года или двух лет."
Улица Льва Толстого до 1920 года носила название Большой (Долгий) Хамовнический переулок. В 1920 году ее переименовали в улицу Льва Толстого.
1898 год. Л.Н. Толстой у своего дома.
1900-1910 годы.
А вот и сам Лев Николаевич идет по Хамовническому переулку.
Так дом выглядел в 1925 году.
1941 год. По улице Льва Толстого резервные войска идут на фронт.
1948 год. Начало улицы, вот и знакомая церковь, еще есть трамвайные пути…
1979 год. Ломать — не строить…
Сейчас на улице Льва Толстого остались еще старые дома, но застройка очень эклектичная.
Но двинемся дальше, к улице Тимура Фрунзе, через деловой квартал «Красная Роза», мимо вот такого коня, который почему-то называется «Лошадь Вечерняя Москва» .(?)
Огромная территория бывшей фабрики «Красная Роза» застроена всевозможными деловыми зданиями, но старые здания сохранены (думаю, не все) и отремонтированы.
История улицы Тимура Фрунзе (адрес нашей «Красной Розы») тоже весьма интересна. Нынешняя улица Тимура Фрунзе когда-то была переулком Овражки, потому что располагалась в овраге. В XVIII веке ее стали называть Теплым переулком — из-за расположенных здесь теплых бань купца Артемьева.
В ХVIII веке здесь была построена городская усадьба княжеского рода Всеволожских, которая сейчас «вплетена» в этот деловой мир.
В 1838 году усадьбу приобрел купец А.А. Ралле и организовал производство стеариновых свечей, затем — мыловаренную фабрику и парфюмерный цех (ныне фабрика «Свобода»).
В 1875 году территория перешла во владение французского купца Клавдия Осиповича (Клода-Мари) Жиро. Он начал активное строительство шелковой фабрики, которая впоследствии стала самым крупным шелкоткацким предприятием в Российской империи. Уже в 1879 году здесь работало 180 ткацких станков и паровая машина, а к началу Первой мировой войны на производстве трудилось более 4 000 человек на 1 800 станках. На фабрике выпускались высококачественные шелковые ткани из иностранного сырья.
В годы своего расцвета фабрика вырабатывала более 6 млн м разнообразных шёлковых тканей ежегодно. Это было единственное предприятие текстильной промышленности России, выпускавшее плательные ткани из натурального шёлка.
В 1885 и 1896 годах фабрика была отмечена особым знаком качества императорской семьи — предприятие удостоилось права изображать государственный герб на своих вывесках и рекламе.
С фабрикой были связаны два скандала. Во-первых, Жиро запустил новый покрасочный цех в обход всех нормативов — спускал в Москву-реку химикаты, но утверждал, что отходы безвредны, так как система оборудована фильтрами. Проверка выявила вредность этих веществ, и обман был раскрыт.
Вторая история закончилась для француза еще хуже. Клавдий Осипович, как звали иностранца на русский лад, пришивал на свои ткани этикетки другой, более успешной фабрики — Товарищества Сапожниковых. После обнаружения подделки Жиро выслали из Российской империи, но фабрика продолжила работу, а руководителями стали его сыновья.
Лев Толстой, который жил в Хамовниках, где развернула свою деятельность фабрика«К.О. Жиро Сыновья», в своем трактате «Так что же нам делать?» писал:
«Против дома, в котором я живу, — фабрика шелковых изделий, устроенная по последним усовершенствованным приемам механики. Сейчас, сидя у себя, слышу неперестающий грохот машин и знаю, что значит этот грохот, потому что был там. Три тысячи женщин стоят на протяжении 12 часов за станками среди оглушительного шума и производят шелковые материи…»
Сейчас
И прежде
В мае 1919 года декретом Советского правительства фабрика была национализирована. По просьбе коллектива оно было названо именем героини немецкого народа коммуниста Розы Люксембург — Московский ордена Октябрьской Революции шелковый комбинат им. Розы Люксембург «Красная Роза».
Во время Великой Отечественной войны комбинат снабжал войска парашютными тканями.
Был при фабрике маленький магазинчик, остался у меня оттуда красивый платок, из куска крепдешина.
Некоторое время назад, все в том же «Музее Москвы», проходила выставка «Ткани Москвы», посвященная ткацким производствам, находившимся в Москве. Сейчас, задумав написать этот топик, стала пересматривать фотографии с выставки, искать в интернете образцы тканей фабрики Жиро. «Красной Розы» нашла, все с той же выставки, но уже поздние, думаю, многим знакомые.
А что же образцы Жиро? Нашла совсем неожиданный ответ, интервью кураторов выставки «Ткани Москвы» Гусевой и Селивановой.
Вопрос: Значит, при каждой текстильной фабрике существовал серьезный архив?
Гусева: Фотографии, личные дела, образцы тканей, ассортиментные альбомы, кроки (эскизы рисунков (от фр. croquis). — в общем, все, что связано с рабочим процессом. В каких-то случаях производства могли отдавать отдельные артефакты в фонды музеев, какие-то передавались из частных рук. В этом смысле особенно грустная история — у фабрики «Красная Роза», которая до революции принадлежала семье французского фабриканта Клода-Мари Жиро. После 1917 года был издан указ об уничтожении материалов, связанных с прошлым фабрики, с ее основателями. Но был и второй этап уничтожения — после распада СССР, когда фабрики теряли свои позиции, не выдерживая экономических условий. «Красная Роза» закрылась, и все оказалось на свалке. Мы слышали истории художников, работников фабрики, которым звонили и сообщали, что производство объявляется банкротом и у них есть три дня, чтобы забрать личные вещи. В этой ситуации архив уже никому не принадлежал. Художники забирали абсолютно все, что видели, — не только свои, но и чужие кроки, чужие ткани, пытались сохранить части истории фабрики. Но все равно большая часть, конечно, была уничтожена.
Селиванова: «Красная Роза» была флагманом, звездой всей советской текстильной промышленности. И в результате ничего не осталось от дореволюционной части и почти ничего — от советского времени.
Вот и ответ на мой вопрос.
«Я плакалъ».
Вот и все, поход подходит к концу. По Большому Чудову переулку направляюсь к метро, напоследок полюбовавшись старым домом, который мне нравится, особенно его балкончики, а сам он такой кривенький. Вот он, слева, в глубине, 1912 год.
Сейчас.
Пока, старичок! Еще увидимся!
P.S. Спасибо за внимание и терпение всем, кто дочитал до конца. Надеюсь, было не скучно.
Смотрите больше топиков в разделе: Интересное и необычное: фотоподборки, факты, разное
Пишу о простом и обыденном — как часто, проходя или пробегая по улицам города, скользим взглядом вокруг — ну дома, ну памятник, воспринимая это как должное, не вникая в историю. Зато потом покупаем экскурсию, или турпутевку, и мчимся в «сиреневую даль», открывать для себя что-то новое и интересное, ведь рядом то все такое знакомое, сто раз виденное…
Очень захотелось поглубже «копнуть» в простой маршрут, которым хожу достаточно часто. Адрес простой — Москва, Хамовники, а именно от выхода из метро «Парк Культуры»-кольцевая до дома № 13 по Комсомольскому проспекту, а обратно — так же к метро, но с «заходом» на улицы Льва Толстого и Тимура Фрунзе. Туда хода минут 10, и обратно минут 20, но в один день решила плестись «нога за ногу», фотографируя и разглядывая все вокруг, представляя, что я турист и вижу все в первый раз. О некоторых зданиях я кое-что знала, не очень вдаваясь в подробности, но вот пришла домой, скачала фото, и пришла простая идея — сделать небольшой обзор «было-стало», что бывало, кто бывал и живал, с небольшим историческим описанием. Так сказать — сам себе экскурсовод. Но получилось — объемно, информации — много, писала топик долго, так сказать, «переваривая» полученную информацию.
Особенно поразили меня старые фотографии, начала 20 века, наверное, их совсем не просто было сделать, и огромное спасибо тем, кто сумел сохранить для нас историю.
Ну-с, приступим.
Хамовники — от слова «хам», что значит «лён». Изготовление льняных тканей называли тогда хамовным делом, а ткачей льняного полотна — хамовниками
На выходе из метро «Парк Культуры»-кольцевая упираемся взглядом в массивные белые здания.
Что это? Музей Москвы!
А были -Провиантские склады.
До начала стройки здесь была городская слобода с пустовавшими огородными участками и большими незастроенными владениями бояр Стрешневых возле бывшего Остоженного двора. Строительство велось в 1829-35 гг. Заказчиком строительства выступил Провиантский приказ — ведомство, отвечавшее за снабжение армии провизией.
Московские Провиантские склады изначально строились как хранилище запасов продовольствия для расквартированных рядом военных подразделений — Хамовнических, Спасских, Лефортовских казарм и др. В течение века склады использовались по прямому назначению — в качестве хранилища продовольствия. Это помогло сохранить первоначальный облик здания.
В начале 1930-х годов территория и здания Провиантских складов были переданы для организации хозяйства автобазы Генштаба РККА. Это полностью нарушило жизнь здания. Военные для своих нужд пристроили к зданиям складов массу «неказистых пристроек», внутри возвели бетонные пандусы для генеральских машин.
Органы государственной охраны памятников истории и культуры Москвы неоднократно, в течение нескольких десятилетий, поднимали вопрос о выводе автобазы из комплекса и его передаче под юрисдикцию профильных ведомств. Обсуждалось, кто именно получит здание — желавший его ещё в 2005 году Зураб Церетели, Московский Дом фотографии Ольги Свибловой, ГЦСИ и Музей кино и в итоге — получивший комплекс Музей истории Москвы.
В июне 2007 г. на старинной чугунной ограде Провиантских складов появилась вывеска «Музейное объединение «Музей Москвы». В 2011 году Музей Москвы полностью освободил здание Храма Иоанна Богослова под Вязом, где раньше располагался, и переехал в объект культурного наследия «Провиантские склады». В новые помещения комплекса зданий на Зубовском бульваре было перевезено более 990 000 музейных предметов — все собрание Музея Москвы: коллекция мебели, городского костюма, изобразительного и прикладного искусства, документальных источников по истории Москвы, фонд фотографий, редкой книги, археологических находок, нумизматики, фарфора и др.
Сегодня в Провиантских складах можно увидеть воссозданные экспозиции: «Древняя и средневековая Москва», «Москва XVIII—XIX вв.» и новые: «Москва. XX век. Лица эпохи», «Московская битва. Начало Великой Победы». Прошли там очень интересные выставки: „Ткани Москвы“, „Мода и революция“ и другие.
А это — фото 1941 года, резервы уходят на фронт, слева на фото — вход станции метро „Парк Культуры“, впереди — те самые Провиантские склады.
Но продолжаем путь дальше — поворот из метро направо — и вот уже перед нами Комсомольский проспект.
Сейчас он выглядит примерно так же, как и в 80-е годы, машин только заметно прибавилось…
Комсомольский проспект проходит от Крымской площади (Садового кольца) до Лужнецкого моста.
Назван в 1958 году в «ознаменование 40-летия ВЛКСМ, в честь комсомольцев и молодёжи Москвы — активных участников реконструкции и благоустройства столицы, строительства Комсомольского проспекта и спортивного комплекса Центрального стадиона имени В. И. Ленина».
Проходит он побывшим улицам Чудовка, Фрунзенский плац и Большие Кочки. Все эти улицы практически сравняли с землей, снесли почти все здания. Про Больши Кочки никогда не слышала.
Улица с таким чудесным названием Чудовка названа так была по находившемуся здесь подворью кремлевского Чудова монастыря, который был основан в 1365 году митрополитом Алексием, разрушен в 1929—1932 годах.
Комсомольский проспект, дом № 3.
Доходный дом Чудова монастыря был построен в 1909 году, архитектор — И. П. Машков.
А вот Чудовка в ноябре 1941 года.
Церковь на фотографиях — храм Николая Чудотворца в Хамовниках, жив-здоров и в наши дни, находится совсем недалеко от метро. Заложена 21 мая 1679 года при царе Фёдоре Алексеевиче, а освящение основного храма состоялось 25 июня 1682 года. Храм был реставрирован в 1896, 1949 и 1972 годах и всё время оставался действующим.
Из интересных фактов — среди известных прихожан храма был Лев Толстой, который жил неподалёку и упоминал церковь в своих произведениях. Но о нем позже.
Много лет каждый приезд в Москву храм Николая Чудотворца посещает французская певица Мирей Матье.(!?)
Но продолжаю путь дальше, к дому № 13. Долгое время не знала, что это за особняк, сейчас в нем находится „Союз писателей России“.
Оказалось, очень интересное здание, называется Шефский дом.
В начале XVIII века на этом месте были палаты усадьбы А. Ф. Лопухина. Это были деревянные хоромы на каменных погребах, в мезонинном этаже размещался зал. В 1718 году усадьбу купил голландец И. П. (Джон) Тамес, директор находившейся рядом Хамовнической полотняной мануфактуры. В 1770—1880-х годах «на погребах» старых палат по инициативе И. И. Тамеса был построен новый жилой дом. В начале XIX века дом был включён в выстроенный рядом комплекс Хамовнических казарм. Он получил название Шефский дом, поскольку предназначался для расквартирования офицеров и шефа (почётного командира) полка. В 1817—1818 годах у жившего в Шефском доме полковника А. Н. Муравьёва собирались декабристы Н. М. Муравьёв, С. И. Муравьёв-Апостол, М. И. Муравьёв-Апостол, М. А. Фонвизин, Ф. П. Шаховской, И. Д. Якушкин и другие.
Таким он был в 1914 году.
По поводу упомянутых Хамовнических казарм — расположены они практически напротив Шефского дома, между ними и домом когда-то был плац, сохранились казармы до наших дней, сейчас там Военный Университет Министерства Обороны РФ.
А это фото 1941 года — плац, резервы идут на фронт, вот и церковь слева вдалеке, а справа Шефский дом.
Еще интересные здания, сохранившиеся до наших дней — Манеж (за Шефским домом). Манеж позднее использовался как тир, после ремонта здесь оборудован армейский спортивный зал.
В начале XIX века, когда были построены Хамовнические казармы, при них действовала православная церковь. В 1897 году архитектор Анатолий Гунст переделал колокольню церкви в пожарную каланчу и встроил её в здание пожарной части.
Хамовнический пожарно-полицейский дом в начале XX века стал одним из культурных центров столицы. Находится рядом с казармами.
При советской власти в здании были устроены коммунальные квартиры. В 1941 году каланчу снесли, поскольку она могла служить ориентиром для немецких лётчиков. В начале 2010-х годов каланча была восстановлена.
Но дальше по Комсомольскому проспекту не пойдем, а вернемся обратно, пойдем на улицу Льва Толстого, где находится дом писателя.
Из журнала „Огонёк“ от 3-го января 1926, № 1
»В Москве, в Хамовническом районе находится дом Льва Николаевича Толстого, где он прожил около 20 лет. Дом этот после революции был передан музейному отделу Главнауки, уже в 1920 году открывшему для посетителей верхний этаж, где помещался кабинет, рабочая комната Льва Николаевича, зал, гостиная, комнаты старших дочерей и некоторые другие помещения.
В настоящее время, в связи с приближающимся столетием со дня рождения Л. Н. Толстого, приступлено к реставрации и нижнего этажа. Будут восстановлены столовая, спальня Л. Н. и С. А. Толстых, детская и др. комнаты.
Для реставрации из Ясной Поляны перевезён ряд вещей, увезенных из Москвы Софьей Андреевной Толстой уже после смерти Льва Николаевича при ликвидации московского дома, проданного ею московской городской управе.
Кроме того, от разных лиц, в том числе от старого слуги Толстых, работающего ныне в Ясно-полянском музее, И. В.Сухотиной-Толстой получен ряд вещей, относящихся к дому.
Самая сложная из реставрационных работ — восстановление тех обоев, которые были при Толстых. Для этого по сохранившимся в некоторых местах образцам старых обоев будет сделан специальный заказ на обойной фабрике.
Помимо этого, по некоторым сохранившимся образцам мебели заказываются точные копии. Около месяца назад из Ясной Поляны была приглашена жившая свыше 15 лет в Хамовниках у Толстых в качестве прислуги М. В. Румянцева. которая дала исключительно ценные по количеству и деталям сведения, относящиеся к обстановке и быту дома Толстых.
Реставрационные работы ведутся научными сотрудниками дома Льва Толстого и Толстовского Музея при участии специалистов в области архитектуры и реставрации. Вследствие сложности и тщательности реставрационных работ, окончены они будут не ранее года или двух лет."
Улица Льва Толстого до 1920 года носила название Большой (Долгий) Хамовнический переулок. В 1920 году ее переименовали в улицу Льва Толстого.
1898 год. Л.Н. Толстой у своего дома.
1900-1910 годы.
А вот и сам Лев Николаевич идет по Хамовническому переулку.
Так дом выглядел в 1925 году.
1941 год. По улице Льва Толстого резервные войска идут на фронт.
1948 год. Начало улицы, вот и знакомая церковь, еще есть трамвайные пути…
1979 год. Ломать — не строить…
Сейчас на улице Льва Толстого остались еще старые дома, но застройка очень эклектичная.
Но двинемся дальше, к улице Тимура Фрунзе, через деловой квартал «Красная Роза», мимо вот такого коня, который почему-то называется «Лошадь Вечерняя Москва» .(?)
Огромная территория бывшей фабрики «Красная Роза» застроена всевозможными деловыми зданиями, но старые здания сохранены (думаю, не все) и отремонтированы.
История улицы Тимура Фрунзе (адрес нашей «Красной Розы») тоже весьма интересна. Нынешняя улица Тимура Фрунзе когда-то была переулком Овражки, потому что располагалась в овраге. В XVIII веке ее стали называть Теплым переулком — из-за расположенных здесь теплых бань купца Артемьева.
В ХVIII веке здесь была построена городская усадьба княжеского рода Всеволожских, которая сейчас «вплетена» в этот деловой мир.
В 1838 году усадьбу приобрел купец А.А. Ралле и организовал производство стеариновых свечей, затем — мыловаренную фабрику и парфюмерный цех (ныне фабрика «Свобода»).
В 1875 году территория перешла во владение французского купца Клавдия Осиповича (Клода-Мари) Жиро. Он начал активное строительство шелковой фабрики, которая впоследствии стала самым крупным шелкоткацким предприятием в Российской империи. Уже в 1879 году здесь работало 180 ткацких станков и паровая машина, а к началу Первой мировой войны на производстве трудилось более 4 000 человек на 1 800 станках. На фабрике выпускались высококачественные шелковые ткани из иностранного сырья.
В годы своего расцвета фабрика вырабатывала более 6 млн м разнообразных шёлковых тканей ежегодно. Это было единственное предприятие текстильной промышленности России, выпускавшее плательные ткани из натурального шёлка.
В 1885 и 1896 годах фабрика была отмечена особым знаком качества императорской семьи — предприятие удостоилось права изображать государственный герб на своих вывесках и рекламе.
С фабрикой были связаны два скандала. Во-первых, Жиро запустил новый покрасочный цех в обход всех нормативов — спускал в Москву-реку химикаты, но утверждал, что отходы безвредны, так как система оборудована фильтрами. Проверка выявила вредность этих веществ, и обман был раскрыт.
Вторая история закончилась для француза еще хуже. Клавдий Осипович, как звали иностранца на русский лад, пришивал на свои ткани этикетки другой, более успешной фабрики — Товарищества Сапожниковых. После обнаружения подделки Жиро выслали из Российской империи, но фабрика продолжила работу, а руководителями стали его сыновья.
Лев Толстой, который жил в Хамовниках, где развернула свою деятельность фабрика«К.О. Жиро Сыновья», в своем трактате «Так что же нам делать?» писал:
«Против дома, в котором я живу, — фабрика шелковых изделий, устроенная по последним усовершенствованным приемам механики. Сейчас, сидя у себя, слышу неперестающий грохот машин и знаю, что значит этот грохот, потому что был там. Три тысячи женщин стоят на протяжении 12 часов за станками среди оглушительного шума и производят шелковые материи…»
Сейчас
И прежде
В мае 1919 года декретом Советского правительства фабрика была национализирована. По просьбе коллектива оно было названо именем героини немецкого народа коммуниста Розы Люксембург — Московский ордена Октябрьской Революции шелковый комбинат им. Розы Люксембург «Красная Роза».
Во время Великой Отечественной войны комбинат снабжал войска парашютными тканями.
Был при фабрике маленький магазинчик, остался у меня оттуда красивый платок, из куска крепдешина.
Некоторое время назад, все в том же «Музее Москвы», проходила выставка «Ткани Москвы», посвященная ткацким производствам, находившимся в Москве. Сейчас, задумав написать этот топик, стала пересматривать фотографии с выставки, искать в интернете образцы тканей фабрики Жиро. «Красной Розы» нашла, все с той же выставки, но уже поздние, думаю, многим знакомые.
А что же образцы Жиро? Нашла совсем неожиданный ответ, интервью кураторов выставки «Ткани Москвы» Гусевой и Селивановой.
Вопрос: Значит, при каждой текстильной фабрике существовал серьезный архив?
Гусева: Фотографии, личные дела, образцы тканей, ассортиментные альбомы, кроки (эскизы рисунков (от фр. croquis). — в общем, все, что связано с рабочим процессом. В каких-то случаях производства могли отдавать отдельные артефакты в фонды музеев, какие-то передавались из частных рук. В этом смысле особенно грустная история — у фабрики «Красная Роза», которая до революции принадлежала семье французского фабриканта Клода-Мари Жиро. После 1917 года был издан указ об уничтожении материалов, связанных с прошлым фабрики, с ее основателями. Но был и второй этап уничтожения — после распада СССР, когда фабрики теряли свои позиции, не выдерживая экономических условий. «Красная Роза» закрылась, и все оказалось на свалке. Мы слышали истории художников, работников фабрики, которым звонили и сообщали, что производство объявляется банкротом и у них есть три дня, чтобы забрать личные вещи. В этой ситуации архив уже никому не принадлежал. Художники забирали абсолютно все, что видели, — не только свои, но и чужие кроки, чужие ткани, пытались сохранить части истории фабрики. Но все равно большая часть, конечно, была уничтожена.
Селиванова: «Красная Роза» была флагманом, звездой всей советской текстильной промышленности. И в результате ничего не осталось от дореволюционной части и почти ничего — от советского времени.
Вот и ответ на мой вопрос.
«Я плакалъ».
Вот и все, поход подходит к концу. По Большому Чудову переулку направляюсь к метро, напоследок полюбовавшись старым домом, который мне нравится, особенно его балкончики, а сам он такой кривенький. Вот он, слева, в глубине, 1912 год.
Сейчас.
Пока, старичок! Еще увидимся!
P.S. Спасибо за внимание и терпение всем, кто дочитал до конца. Надеюсь, было не скучно.
Смотрите больше топиков в разделе: Интересное и необычное: фотоподборки, факты, разное
Обсуждение (23)