Счастливый Дом на костях. Мёртвые невесты. Глава 14

Следующий день был посвящён работе над более поздней частью собранного на семейство Брукс материалов. После вкуснейшего завтрака, основу которого составила яичница приготовленная Дойлом, состав исследователей переместился в обжитую уже комнату к компьютерам и коробке бумажных документов.

Пощёлкав немного клавишами ноутбука и что-то, видимо, для себя отметив, Канделария начала с того места, на котором вчера остановилась.
– Бенджамин Брукс прожил 91 год и упокоился на семейном кладбище в 1888 году. Из живых продолжателей рода остался Эдриан, тот, который писал красивые письма, его старший сын Карл и младший сын Лиам. Была у четы ещё и дочь, но она умерла в четырёхлетнем возрасте. Вскоре скончались и Эдриан с супругой, не дожив до начала нового века. Бизнес, после смерти Бенджамина начал постепенно приходить в упадок. Эдриан больше любил читать, нежели интересовался новыми кожевенными технологиями или схемами импорта-экспорта. Позже, дело кое как поддерживали Карл и Лиам, но довольно долго эти двое больше тратили, чем зарабатывали. Оба, кстати, довольно долго не женились. Связать себя узами брака братья собрались лишь тогда, когда стало понятно, что пора спасать остатки семейного состояния. — писательница нажала клавишу и на большом экране появились фотографии двух мужчин, одетых по моде начала двадцатого века.
– А эти Бруксы, надо признать, красивые мужчины. — склонила голову к плечу Фейт, вглядываясь в портреты.

– Что да, то да. — подтвердила Канделария.- Это у них семейное. Кстати, вчера, в тех бумагах, что принесла Фейт, я нашла письмо Лиама брату. Он пишет, что, похоже, нашёл подходящую девушку, и предлагает Карлу вместе с ним перепроверить сведения о финансах её семьи. Это подтверждает предположение о браках по расчёту.
– Все нормальные люди женятся по расчёту. — фыркнул Эш.

– Конечно. — согласилась женщина. — Но большинство людей стараются к этому расчёту добавлять ещё и личную симпатию. Что б совсем уж тошно не было.
Дойл приподнял брови, но ничего в ответ не сказал.
– А ещё это говорит о том, что между братьями были близкие доверительные отношения, раз они обсуждали друг с другом такие темы. — вставила Фейт.
– Они действительно ладили, судя по всему. — согласилась Канделария. — В 1919 году Карл Брукс просит руки Роуз Мизи, дальней родственницы Джейсма Кэмпбелла, ведущего судостроителя в США. Роуз на тот момент уже была в разводе, что ставило её в несколько невыгодное положение в обществе. Да и больших денег у неё не было. Но Карл, похоже, собирался через этот брак как-то присосаться к бизнесу Кэмпбелла. Как-бы там ни было, но брак этот не состоялся. Роуз скоропостижно умерла от гриппа. Той самой « испанки» косившей население доброй половины планеты в те годы. В том же году Лиам, женился на Мэлани Уивер. Той самой, чьё колье вам так приглянулась — Канделария с любопытством взглянула на Дойла. То же самое сделала и Фейт, только во взгляде той была ещё доля изумления. — За невестой стоял превосходный трастовый фонд, доступ к которому Лиам и получил, несмотря на то, что брак их продлился всего несколько часов. Мэлани упала с лестницы и свернула себе шею, прямо в разгар свадебного банкета. Об этой истории писали, пожалуй все газеты того времени.

– Но, если предположить, что это не было несчастным случаем, то для чего Бруксам было убивать её в самый день свадьбы? — задумчиво проговорила Фейт. — Можно ведь было подождать и потом, по-тихому, как-то уморить её.
– Рискну предположить, что братья просто воспользовались подходящим случаем. Там был очень оригинальный, не сказать эксцентричный, брачный договор. — дополнил информацию Дойл. — некоторые пункты вызывали, мягко сказать, изумление. Впрочем, семейка этой Уивер, как и она сама, были те ещё чудаки. После гибели Мэлани они начала судится с Лиамом, но ничего у них не вышло.
– Бруксы поправили своё состояние и взялись за его приумножение с энтузиазмом, какого прежде на выказывали. — подхватила Канделария. — Но с тех пор, за этой семейкой закрепилась нехорошая слава. Всё-таки, смерть в один год двух невест, не прошла даром для репутации братьев.
– Тоже мне, Дом Эшеров. — хихикнула Фейт.
– Эштон, могу я угостится вашей сигаретой? — внезапно обратилась писательница к Дойлу. — Курю я редко и с собой сигарет не взяла. А сейчас вдруг захотелось. — женщина несколько смущённо улыбнулась.
Эш протянул ей пачку, а потом поднёс зажигалку.
– Спасибо. — Канделария с наслаждением затянулась и выпустила дым тонкой струйкой.
Фейт отвела глаза, борясь с желанием скорчить недовольную гримаску. К курению она относилась отрицательно и каждый раз огорчалась, видя как Эш достаёт очередную сигарету.
Канделария тем временем продолжила:
– Лиам через несколько лет спился. А Карл всё-таки женился. В довольно почтенном уже возрасте — далеко за пятьдесят. Это событие обошлось без происшествий. Невеста, хоть и не была бедна, к элите не принадлежала. Похоже, в этот раз целью брака было продолжение рода, а не обогащение. Вскоре после свадьбы миссис Брукс родила одного за другим двоих сыновей, продолживших семейное дело. Ныне оба уже отошли в мир иной, ничем подозрительным не отметившись и оставив после себя потомство — писательница сверилась с данными в компьютере — двоих дочерей и сына. Одна из дочерей увлеклась каким-то проповедником и бросив всё уехала с ним. Следы её затерялись. Похоже, с семьёй она порвала все отношения. Другая вышла замуж и тоже уехала. В Канаду. Там и скончалась от рака в конце 90-х. Та-а-к… Я ничего не упустила? — подняла голову женщина переводя взгляд с Дойла на Фейт и обратно.
– Вроде-бы нет. — откликнулась Фейт. — Разве что, миссис Айрис Брукс, жена Карла, была страстной поклонницей выпечки. От неё осталась целая куча рецептов пирогов, тортов, и печенья. — девушка протянула руку, взяла с пола стопку листков и продемонстрировала её собравшимся.
– Если вы не возражаете, я заберу это себе. — Эш протянул руку за рецептами. — Люблю, знаете-ли иногда, повозиться на кухне.
Все добродушно рассмеялись а Эш засунул пожелтевшие листки в карман, предварительно аккуратно их свернув.
-Вот мы и добрались до наших дней.- удовлетворённо вздохнула Канделария. — Ныне живут и здравствуют двое Бруксов. — Уильям Брукс — внук Карла, брат двух женщин о которых я только что сказала. Ему сейчас пятьдесят шесть. По замашкам он больше всего смахивает на того, первого Бенджамина Брукса. Такой же жестокий мутный тип, помешанный на власти и контроле. И его сын — Рональд Брукс двадцати семи лет от роду. Именно он и намерен в ближайшее время сочетаться браком с Памеллой Стрэнфилд.

– А кто его мать, она жива? — задала вопрос Фейт.
– Нет. — на этот раз ей ответил Эш. — Уильям по молодости женился на на какой-то модели, нарушив многолетнюю семейную традицию. Но модель как-то не прижилась в семье и через пару лет, после рождения Рональда, умерла от передоза.
– Ужас… — резюмировала Фейт. — А вообще, как же это интересно, вот так проследить жизнь одной семьи на протяжении двух веков! Сколько разных людей, какие трагические судьбы, какие жизненные коллизии…
– Очень интересно! — с воодушевлением поддержала её Канделария. — особенно, если научиться видеть, за строчками документов или за материальными предметами, живых людей.
– И что же, по вашему, угрожает Памелле? — прервал отстранённые рассуждения женщин Эш.
– Мне кажется, что Рональд, этим браком, хочет выйти из под влияния отца. Женитьба на Памелле обеспечит его материальную независимость. В принципе, у них с отцом отношения сложившиеся. Как-то они общий язык находят. Живут в одном доме, занимаются одним делом. Но… Не хочу даже говорить, только посмотрите на них — на экране снова появились фотографии. На этот раз современные цветные изображения. Вот отец и сын Бруксы на каком-то банкете. Оба в смокингах. И отдельно фотография мисс Стрэнфилд, стройной длинноволосой блондинки с недовольным лицом. — Посмотрите на младшего Брукса. Вглядитесь.
Рональд Брук был красив, как и его предки по мужской линии. А ещё он был эгоистичен, надменен и крайне жесток. И это отчётливо можно было прочесть в чертах его лица, если дать себе труд всмотреться.
– Как я понимаю, мисс Стрэнфилд богата? — почесал щёку Эш.
– Богата.- подтвердила Канделария. — Богата и крайне нервозна. Не раз лежала в клиниках по этому поводу. А это, как вы понимаете, даёт богатые возможности для её устранения.
– И вам её действительно так жалко, что вы готовы рискнуть? — приподнял брови Эш вперив в писательницу пронзительный взгляд ярких светлых глаз.

– Нет. Не жалко. Дело не в этом. — женщина отвела взгляд куда-то в сторону. — Просто если она выйдет за Рональда замуж и вдруг трагически погибнет, я себе не прощу, что не предупредила её.
– Значит дело не в ней, а в вас. — безжалостно констатировал Дойл. — Не надо этого стыдиться. Это нормально.
– Шея затекла. Пойду, разомнусь немного. — Канделария поднялась с дивана и ссутулившись вышла из комнаты.
Фейт так и подмывало попенять Дойлу за резкость, но она привычно сдержалась. Вместо этого девушка встала с пола, на котором сидела и подойдя к мужчине посмотрела ему в лицо:
— Что-то кушать уже хочется. Пойдём, посмотрим что там есть на кухне?
– Пойдём. — легко согласился тот и шутливо приобняв Фейт за талию легонько подтолкнул её к двери.

Смотрите больше топиков в разделе: Проба пера: рассказы, стихи, сказки и истории