Интервью с автором кукол - Аннет Химштедт (Annette Himstedt). Ангелика Фишер, ноябрь 2007

Во время сбора информации о жизни и творчестве Аннет Химштедт я наткнулась на любопытное интервью с художницей (2007 г.). Текст был на немецком языке, но я вооружилась электронным переводчиком и терпением, и хочу показать его вам.

Тех, для кого данная информация окажется не новой — прошу не судить строго. Остальных же, для кого творчество Аннет Химштедт только начинает открываться, приглашаю познакомиться с честными и довольно подробными ответами художницы на интересные вопросы.

Текст интервью размещён в открытом источнике https://www.puppen-uni-wien.at/interviewah.html и требует упоминания автора (что я с удовольствием и делаю: автор Ангелика Фишер).

Вопрос 1:
Как журнал «Бриджит» (женский журнал, лидер рынка с тиражом на тот момент около 200 000 экз. – прим.) обратил внимание на Ваши портретные куклы и когда примерно это было? Принесло ли это им тогда большую популярность?

Annette Himstedt:
В конце 1983 — в начале 1984 года я писала во все женские журналы, не будет ли им интересно опубликовать статью о моих куклах. Никто не ответил, кроме тогдашнего редактора журнала «Бриджит» (Энн Фольк возглавляла журнал с 1985 по 2001 год – прим.). Она сказала, что им будет очень интересно, но я должна изобразить детей, которые потом будут держать в руках собственных кукол. Я приглашала соседских детей и делала их портретных кукол. Редактор «Бриджит» пришла ко мне домой с командой из 5 человек. Я тогда еще жила в местечке примерно в 30 км от Падерборна.

Они пробыли 2 дня и сфотографировали детей со своими куклами. Это вызвало настоящую лавину. За ними последовало множество газет и журналов, в том числе бортовой журнал авиакомпании «Lufthansa» и журнал «Winners».

Бортовой журнал «Lufthansa» побил все рекорды. Это был такой прорыв, с которым я уже не могла справиться.

Между прочим, тогда же объявился один шейх из Эмиратов, который хотел изобразить свою дочь и племянницу, и я должна была приехать к нему на несколько месяцев.
Я не делала ничего подобного, потому что не хотела создавать портретные куклы по заказу, а хотела работать свободно.

После этого у меня было много телевизионных выступлений. Американские «NEWS» были у меня и снимали меня во время работы. Выпуск вышел в эфир в Америке 23 декабря 1994 года. Потом у меня было японское телевидение и еще множество разных межрегиональных телеканалов.


Вопрос 2:
Я слышала, что однажды Вы выступали по телевидению в программе у Томаса Готшалька (немецкого радио- и телеведущего, который в течение многих лет вел крупнейшее в Европе телевизионное шоу «Wetten, dass..?», которое привело к огромному успеху в Германии, Австрии, Швейцарии и Южном Тироле в период с 1987 по 2011- прим.) — можете ли Вы сказать, в какой передаче и когда это было? Есть ли в вашем архиве эта и другие записи?

Annette Himstedt:
Да, у Томаса Готшалька я была с куклами, с детьми и их матерями. На автобусе мы поехали в Мюнхен на прием. Это было очень смешно.

Потом я была в передаче с Мареем Амадо и Юргеном фон дер Липпе (немецкими телеведущими – прим.). Ещё я должна была выступать шоу-викторине „Большая Цена“ с Вимом Тельке. Он лично позвонил мне, я тогда очень удивилась.

Но я больше не делала этого, и тогда же я перестала давать интервью, потому что в большинстве журналов и даже газет было написано все что угодно, только не то, что я говорила.

Большинство телевизионных выступлений у меня есть на видеокассетах. Американские — только на американских носителях. Я никогда не смотрела их всех, потому что мне это было не важно. У меня были совершенно другие цели, и не было необходимости выставлять свою персону на первый план. Мне хотелось работать свободно и самой определять, что делать, и не позволять манипулировать собой.

Вопрос 3:
Почему Вы решили выпускать виниловые куклы самостоятельно, а не работать по контракту с другой более крупной кукольной компанией, например, Götz, Sigikid или Zapf?

Annette Himstedt:
По той же причине, по которой я не работала с другими компаниями. Ведь эти фирмы действовали бы только в своих интересах, а не в моих.

Ни одно предложение не могло заманить меня, а поверьте, их делали многие, кое-кто даже предлагал мне долю в компании.

В 1985 году Юнисеф (международная организация, действующая под эгидой Организации Объединённых Наций – прим.) обратился ко мне и спросил, смогу ли я смоделировать детей с разных континентов в фарфоре, которые затем будут проданы на большом телевизионном гала-концерте. Эту передачу должен был вести Йоахим Фуксбергер (немецкий актер и телеведущий – прим.). Мне это понравилось, и я сразу сказала, что пожертвую кукол. Я поддерживала Юнисеф с ранней юности.

Затем я полетела в Сенегал с представителем Юнисеф на 4 дня и действительно прочувствовала не себе Африку. Затем мы втроем с помощником по развитию отправились в трущобы и в глубь страны. Мы пересекли на каноэ реку, состоявшую только из грязи. Нам навстречу вышел вождь, которого только что „привили“ от холеры, потому что в его деревне разразилась эпидемия. Прививку сделали бритвой, я сама видела порез.

Потом мы пошли в деревню, это было в полуденный зной, я была на грани теплового удара и это было не очень хорошо. Потом мы пошли в центр деревни под большое дерево, это было место встречи деревенских старейшин, которые встречались там каждый день. Помощник по развитию спросил от моего имени, могу ли я сфотографировать детей, после долгого времени они позволили мне это сделать. Но подобрали они мне только мальчишек. Когда я попросила их разрешить фотографировать и девочек — они отказались. Они утверждали, что девочки ничего не стоят. Они даже не могли понять, что я отчаянно этого хочу. Но мне все-таки удалось их убедить.

Так получилось, что я, между прочим, сфотографировала и Фату, довольно застенчивую и серьезную девушку. — Кого это теперь удивляет…

Ночевали мы в глинобитной хижине на голом полу без одеял или чего-то в этом роде. Тараканы бегали по полу, они были повсюду. Там не было воды и ничего, что напоминало бы о гигиене. Я получила там отравление сальмонеллой, которое потом было очень трудно вылечить.

За эти годы я многое пережила, часто было очень тяжело. Когда мы вернулись домой, Юнисеф изменил концепцию. Они хотели сделать маленьких кукол, размером 20 см., которые должны были стоить в то время от 20 до 30 немецких марок, и 5 немецких марок должны быть для Юнисеф. Я точно знала, что это будет означать конец для моих кукол. Изготовить достаточно респектабельную куклу за 20 марок просто невозможно. Я отказалась!

Это был опыт работы с Юнисеф. И так было со всеми, кто хотел работать со мной.
В течение первых 10 лет у меня еще были лицензионные договоры с распространителями, и это означало, что лицензиаты (то есть дистрибьюторы) имеют право моих кукол производить. Никому я не давал такого права, несмотря на договоры, и все этого придерживались.

Плохо дела обстояли с Mattel. Я вела с ними 10-летнюю борьбу, потому что компания Mattel никогда не покупала права на продукт, а просто распространяла его. Mattel производит все свои товары самостоятельно. Всякий раз, когда я была в Mattel, на подписных турах, я сидела перед 8-10 людьми, которые хотели убедить меня, что для меня было бы лучше производить куклы в Mattel. Такого сотрудничества с Маттел у нас не было и никогда больше не будет. Но в конечном счете Маттел принимали мои условия. Правда, внешне они всегда делали вид, что производят моих кукол, что меня, признаюсь, очень раздражало, но они только покупали их у меня, а меня выгоняли.
Это было очень тяжелое время для меня, и через 10 лет я расторгла с ними контракт, и сама стала продавать своих кукол в США.

Это было, начиная с коллекции 1996 года. Тогдашний президент Mattel после этого каждый год посещал меня на Toy Fair в Нью-Йорке, что меня очень порадовало. Начиная с 1996 года, кроме Германии, я сам распространяла кукол во всех странах. В Германии я делала это сама с 1998 года.

Оторваться от немецких продаж стоило мне очень дорого, я вынуждена была участвовать в судебном процессе, потому что распространители не хотели отказываться от кукол.

В Голландии так же, там процесс я выиграла без ограничений.

То же самое было с производством винила в Испании, даже там мне пришлось поучаствовать в процессе, я, правда, его выиграла, но мне все равно пришлось заплатить много денег.



Вопрос 4:
Что побудило Вас перенести производство винила из Испании в Германию?

Annette Himstedt:
Я потому перенесла производство винила к себе в Падерборн, что куклы становились все более сложными, и удалённое сотрудничество больше не срабатывало. Вы же сами видели, как мы здесь работаем. Такое возможно только в том случае, если у вас все есть под боком.

В то время, правда, всё это было еще не так сложно и качественно, но основы мне были понятны, и я знала, чего хочу, но другие не хотели того же, чего хотела я. Им все казалось слишком сложным. Это было слишком утомительно.

Вот почему я не работала ни с одной другой компанией. Для всех речь шла только о прибыли, а вовсе не о куклах. Куклы были лишь средством достижения цели.

Если бы я оставила производство в Испании или если бы я позволил другим фирмам уговорить меня производить у них, моих кукол сегодня бы не было.



Вопрос 5:
Вы знаете, сколько клубных подарков (маленьких Лизхен) было изготовлено в 1998 году?

Annette Himstedt:
С маленькой Лизхен я совершенно не могу назвать точных цифр. В то время из-за некоторой смены персонала в клубе не все было зафиксировано. Но их было более 4000 штук.

Вопрос 6:
Будете ли Вы снова что-то показывать на выставках (например, Нюрнбергской ярмарке игрушек) или на биржах (например, Eschweger Puppenfestages, DollArt в Дармштадте) в течение следующих нескольких лет?

Annette Himstedt:
На Нюрнбергскую ярмарку игрушек и ярмарку игрушек в Нью-Йорке мы больше не ездим. Теперь у нас только 33 официальных дилера, а эти две ярмарки — это просто ярмарки для реселлеров. Это уже того не стоит, потому что мы больше не ищем дополнительных трейдеров.

Перейдем ли мы на другие мероприятия, я пока не знаю, но из-за нехватки времени прямо сейчас я скажу: „нет“.

Вопрос 7:
Будете ли Вы снова создавать фарфоровые куклы, которые производятся как уникальные или ограниченной серией, а также не выйдет ли на рынок мануфактурная кукла (винил/ фарфор)?

Annette Himstedt:
Может быть, когда-нибудь я снова сделаю фарфоровую куклу, но только совсем маленьким тиражом. Но виниловую куклу я, конечно, не стану делать в фарфоре.

Смотрите больше топиков в разделе: Интервью с мастерами кукол и игрушек: секреты, истории успеха