Табор уходит в море 2
Чтобы добраться до цыганского лагеря, надо пересечь остров Расчудесия с юга на север. От Солнечной лагуны нужно пройти через джунгли, Луг Любви и бамбуковую рощу. Сразу за ней до самых Нипернадийских Жемчужных Отмелей расстилаются луга. Там и стоят цыганские шатры.

В первый раз фотографировать на острове попробовали сами цыгане. Именно с их кадров начинается наша история. Из десятка сносными оказались только два снимка, да и они… Как бы сказать…
Дело в том, что при прохождении портала, соединяющего два измерения с фотографиями, документами и прочими вещественными доказательствами того, что ты был где-то «там» могут произойти необратимые изменения. Иногда даже ломается техника… Майка далеко не сразу решилась дать свой фотоаппарат путешествующим на Расчудесию. Много раз и много кому отказывала. Но надо же хоть раз попробовать это сделать!
Фотик уцелел. Но снимки… Засветились что ли? В общем, особенно ничего не вышло, но хоть что-то!

Чтобы сделать вторую серию кадров, решили послать на остров с цыганами Майку. А заодно защитить фотик специальной магией! Уж что-что, а это наша волшебница Тиина умеет, человеческие изобретения, техника- её конёк. Заклишашка сработала! Правда, недолго. Поснимав с полчаса, Майка с удивлением прочла выступившую в объективе надпись:
СОВЕСТЬ ИМЕЙТЕ, КРАСАВИЦЫ.
Словом, типичный день в лагере морских цыган нам придётся описывать своими словами.
Начинается он бодро и весело часов в шесть утра. Девчата разводят костёр, месят тесто и пекут хлеб, парни ведут «Вольную» в открытое море, ставить сети. Надо сказать, разделение на «парней» и «девушек» весьма условно. Каждый сам себе выбирает роль, «мужскую» или «женскую», какая ближе. Маруся- «парень». Ей более по нраву море, паруса и роль добытчика, поэтому с утра она — на рыбалке вместе с женихом и Петшей.
После завтрака девушки садятся вышивать, Ванька берётся за приготовление обеда.
— Вышивки нужны да кружева плетёные- по ярмаркам возить. — Объясняет нам Радда.- Где споёшь и спляшешь, а где и работу нашу купят. На то жить будем! А пойдут дела в гору-так и самую землю эту выкупить можно. Будет отдельная страна, да с нашими законами. Плохо ли?
Петша и Маруська отправляются исследовать юго-западную часть острова.
— В старом Дворце Фей неладно,- докладывают они, вернувшись после полудня.- Кажется, там в отсутствие хозяев кое-что завелось…
— А берега Соломонова Фьорда совсем утонули в камыше!
Теперь пришло время отдохнуть и повеселиться! Да здравствуют танцы! Даже стеснительный и по-немецки сдержанный Петша, глядя на резвящихся девчат, не может усидеть на месте…









Вечер. Мыс Бьенвеню. Догорает закат, ребята купаются. Удивительно, но все, кроме Вани лезут в воду, не снимая одежды! Для нас, новомаковцев, это немного странно…


— Не фотографируй!- Эсмеральда с возмущением скрещивает на груди руки, увидев камеру.- Ещё не хватало меня… В мокром платье…
— Зачем же в платьях купаетесь, если всё равно под мокрым тело видно?
— Ну мало ли, что видно… Не снимать же одежду- друг при друге… Так до греха недалеко.
— Вам в самом деле так непривычно видеть голое тело?
— Мне даже то непривычно, что ты, дитё, меня об этом спрашиваешь!!! Что за разговоры в двенадцать лет?!
— Ну вы, цыгане, дикие…
— Это вы- дикие!)))
Наконец солнце заходит и табор возвращается в лагерь.
Все собираются у вечернего костра. Время для песен и долгих задушевных разговоров.
— Дом иметь очень важно… Такое место, куда снова и снова хочется возвращаться. Как вы думаете, этот берег… Мог бы стать таким местом?
— Хороший здесь воздух. Дышится легко. Здорово, что костры можно жечь хоть круглые сутки… Не придёт тётя Маша, не скажет: выметайтесь с дивана, а то мне спать негде!
— И соседи скандалить не начнут: распелись, мол, а ночь уж на дворе…
— А ты старинные-то песни знаешь, Радда? На родном языке?
-Нет, забыла.
— Эхх, жаль гитары нету… Петь- поём, а подыграть некому!
Чтобы узнать, как это — с музыкой, вечер песен решают повторить уже в Новомаке… Позвав для этого нашего лучшего барда-гитариста, Ромку Ромашкина!


Правда, цыганских мотивов Ромка не знает совсем, но подстраивается по ходу дела.
За песнями следует практический урок. У Ромки просят гитару.


Рука Эсмеральды только в первую минуту неуверенно трогает струны. Вскоре мелодия обретает мощь и силу, видно, что с инструментом девушка когда-то была на «ты».
— Эхх, пошли плясать!



Петша, расшалившись, разбегается, иии…



— Вот так приземлился!
-Ох даёоошь, парень!
Маруська со смехом помогает подняться незадачливому прыгуну. К большому счастью для его штанов, прыжок пришёлся на нетронутое огнём бревно. Но костёр всё-таки рухнул и затух. Его решают не разжигать снова.

Ах зачем эта ночь
Так была хороша,
Не болела бы грудь,
Не страдала б душа…
-А эту я знаю, сама, бывало, петь любила!

— Смотрите-ка кто пожааловал!- Радда приподнимается на локте, разглядывая явившуюся не то с насмешкой, не то с удивлением.- А говорила: ноги в вашем таборе не будет… Говорила, мол, не цыганка я, испанка…
— Испанка и есть. Только память-то прошлого не спрячешь, коль уж вспомнила. Этот романс пела я, когда ЕГО повстречала. Закатился в тот раз к нам в табор… со скуки, поганец, чтоб его черти съели… Как увидела те синие глаза -пропала. Стою и тону. Давай, играй-играй, я подпою!

Полюбил я её,
Полюбил горячо,
А она на меня
Смотрит через плечо…
Патрисия(или всё-таки цыганка Зара?) пристраивается рядом с Раддой и долго, вдумчиво слушает, что выводят звучными голосами остальные. Потом наступает молчание.
— Почему ты всё-таки из табора ушла?
— Гордая была.- Патрисия хмыкает.- Не хотела, чтобы прогнали и опозорили, вот и сбежала первая. Пока ребёнка носила- у бабки пряталась, больной сказавшись. А как родила — взяла съестного на пару дней, башмаки выпросила у старой Лейлы да и в город подалась.
— А маленькая?
— На руках у бабки осталась. Хотела я их потом найти, как на кусок хлеба себе и им заработаю… Не нашла. Пропали…
— Скучаешь по дочке?
— А ты как думала? Родная ж кровиночка. Семья своя, кровная для цыганки — всё…
— Как думаешь… Следы-то их отыскать можно? Сейчас и опаски нет- внебрачных детей закон защищает… И границы открыты…
— Два века прошло. Революция, войны… Как тут сыщешь?


Наконец компания решает расходиться. Солнце почти закатилось да и прохладно становится.
— Зара… Может, поедешь с нами? На Расчудесию?
— Нет. Мало ли, что вспомнилось да что песня разбередила… То — прошлое. И тошно мне от него, вот ей-ей, видеть не могу ни шатров, ни костров, ни коней… Я -испанка, муж мой был коренной андалузец. На кой мне острова ваши?
Быстро и резко, точно сбросив с плеч нечаянное, непрошенноое настроение, Патрисия покидает компанию на опушке.

-Едем домой?
— Знаешь чего, Эсмеральда…
Маруся с Иваном переглядываются.
-Мы тут посидели-послушали, посоветовались с Ванькой. Ведь правда для каждого цыгана семья- святое… Кровная-не кровная… А наша семья — это тётя Аля с дядей Степаном… Федя, Зося… Ну не можем мы без них! Два месяца, вон, живём сами по себе, а знаешь, какая тоска сосущая… Так мы решили… Вам мы помогли отстроить лагерь, «Вольной» паруса справили… Давайте дальше сами.
— Кааак!? Бросаете нас?!
— Домой хотим.
Петша, Радда и Эсмеральда так и всплёскивают руками:
— Вот так таабор у нас! Гляди, сейчас все разбегутся!
— Да нет, не разбежимся. У нас теперь есть общий дом. Остров. Мы тоже обязательно будем его навещать.
— А вы, ребята, не робейте. Теперь, когда дело на мази, вы и втроём справитесь. А с тобой, Петша, обязательно ещё попутешествуем!
— Оххх… Выходит, я теперь всё-таки капитан?
— Рулевой из тебя классный. С парусом Эсмеральда управится. Вспомните, как назад шли- всё сами, без нас с Маруськой сделали!
— Ну умники… Припомним ещё, во что нас втравили, да сами на середине пути ноги сделали!
— Жалеете что ли, что втравились?
— Почему сразу «жалеем»… Нет. Просто мала община… Как-то страшновато.
— Ничего. Прослышат про нас, морских рома, прочие отщепенцы- глядишь подвалит народу… Лиха беда начало!
Думаю так, что… продолжение следует!
А впрочем, жизнь покажет.
Попутного ветра ромалам!

Выражаем сердечную благодарность Тане Sultaschka за Петшу! Мы так рады, что он у нас теперь есть :)
Смотрите больше топиков в разделе: Интересное обо всем: поздравления, факты, фотоподборки

В первый раз фотографировать на острове попробовали сами цыгане. Именно с их кадров начинается наша история. Из десятка сносными оказались только два снимка, да и они… Как бы сказать…
Дело в том, что при прохождении портала, соединяющего два измерения с фотографиями, документами и прочими вещественными доказательствами того, что ты был где-то «там» могут произойти необратимые изменения. Иногда даже ломается техника… Майка далеко не сразу решилась дать свой фотоаппарат путешествующим на Расчудесию. Много раз и много кому отказывала. Но надо же хоть раз попробовать это сделать!
Фотик уцелел. Но снимки… Засветились что ли? В общем, особенно ничего не вышло, но хоть что-то!

Чтобы сделать вторую серию кадров, решили послать на остров с цыганами Майку. А заодно защитить фотик специальной магией! Уж что-что, а это наша волшебница Тиина умеет, человеческие изобретения, техника- её конёк. Заклишашка сработала! Правда, недолго. Поснимав с полчаса, Майка с удивлением прочла выступившую в объективе надпись:
СОВЕСТЬ ИМЕЙТЕ, КРАСАВИЦЫ.
Словом, типичный день в лагере морских цыган нам придётся описывать своими словами.
Начинается он бодро и весело часов в шесть утра. Девчата разводят костёр, месят тесто и пекут хлеб, парни ведут «Вольную» в открытое море, ставить сети. Надо сказать, разделение на «парней» и «девушек» весьма условно. Каждый сам себе выбирает роль, «мужскую» или «женскую», какая ближе. Маруся- «парень». Ей более по нраву море, паруса и роль добытчика, поэтому с утра она — на рыбалке вместе с женихом и Петшей.
После завтрака девушки садятся вышивать, Ванька берётся за приготовление обеда.
— Вышивки нужны да кружева плетёные- по ярмаркам возить. — Объясняет нам Радда.- Где споёшь и спляшешь, а где и работу нашу купят. На то жить будем! А пойдут дела в гору-так и самую землю эту выкупить можно. Будет отдельная страна, да с нашими законами. Плохо ли?
Петша и Маруська отправляются исследовать юго-западную часть острова.
— В старом Дворце Фей неладно,- докладывают они, вернувшись после полудня.- Кажется, там в отсутствие хозяев кое-что завелось…
— А берега Соломонова Фьорда совсем утонули в камыше!
Теперь пришло время отдохнуть и повеселиться! Да здравствуют танцы! Даже стеснительный и по-немецки сдержанный Петша, глядя на резвящихся девчат, не может усидеть на месте…









Вечер. Мыс Бьенвеню. Догорает закат, ребята купаются. Удивительно, но все, кроме Вани лезут в воду, не снимая одежды! Для нас, новомаковцев, это немного странно…


— Не фотографируй!- Эсмеральда с возмущением скрещивает на груди руки, увидев камеру.- Ещё не хватало меня… В мокром платье…
— Зачем же в платьях купаетесь, если всё равно под мокрым тело видно?
— Ну мало ли, что видно… Не снимать же одежду- друг при друге… Так до греха недалеко.
— Вам в самом деле так непривычно видеть голое тело?
— Мне даже то непривычно, что ты, дитё, меня об этом спрашиваешь!!! Что за разговоры в двенадцать лет?!
— Ну вы, цыгане, дикие…
— Это вы- дикие!)))
Наконец солнце заходит и табор возвращается в лагерь.
Все собираются у вечернего костра. Время для песен и долгих задушевных разговоров.
— Дом иметь очень важно… Такое место, куда снова и снова хочется возвращаться. Как вы думаете, этот берег… Мог бы стать таким местом?
— Хороший здесь воздух. Дышится легко. Здорово, что костры можно жечь хоть круглые сутки… Не придёт тётя Маша, не скажет: выметайтесь с дивана, а то мне спать негде!
— И соседи скандалить не начнут: распелись, мол, а ночь уж на дворе…
— А ты старинные-то песни знаешь, Радда? На родном языке?
-Нет, забыла.
— Эхх, жаль гитары нету… Петь- поём, а подыграть некому!
Чтобы узнать, как это — с музыкой, вечер песен решают повторить уже в Новомаке… Позвав для этого нашего лучшего барда-гитариста, Ромку Ромашкина!


Правда, цыганских мотивов Ромка не знает совсем, но подстраивается по ходу дела.
За песнями следует практический урок. У Ромки просят гитару.


Рука Эсмеральды только в первую минуту неуверенно трогает струны. Вскоре мелодия обретает мощь и силу, видно, что с инструментом девушка когда-то была на «ты».
— Эхх, пошли плясать!



Петша, расшалившись, разбегается, иии…



— Вот так приземлился!
-Ох даёоошь, парень!
Маруська со смехом помогает подняться незадачливому прыгуну. К большому счастью для его штанов, прыжок пришёлся на нетронутое огнём бревно. Но костёр всё-таки рухнул и затух. Его решают не разжигать снова.

Ах зачем эта ночь
Так была хороша,
Не болела бы грудь,
Не страдала б душа…
-А эту я знаю, сама, бывало, петь любила!

— Смотрите-ка кто пожааловал!- Радда приподнимается на локте, разглядывая явившуюся не то с насмешкой, не то с удивлением.- А говорила: ноги в вашем таборе не будет… Говорила, мол, не цыганка я, испанка…
— Испанка и есть. Только память-то прошлого не спрячешь, коль уж вспомнила. Этот романс пела я, когда ЕГО повстречала. Закатился в тот раз к нам в табор… со скуки, поганец, чтоб его черти съели… Как увидела те синие глаза -пропала. Стою и тону. Давай, играй-играй, я подпою!

Полюбил я её,
Полюбил горячо,
А она на меня
Смотрит через плечо…
Патрисия(или всё-таки цыганка Зара?) пристраивается рядом с Раддой и долго, вдумчиво слушает, что выводят звучными голосами остальные. Потом наступает молчание.
— Почему ты всё-таки из табора ушла?
— Гордая была.- Патрисия хмыкает.- Не хотела, чтобы прогнали и опозорили, вот и сбежала первая. Пока ребёнка носила- у бабки пряталась, больной сказавшись. А как родила — взяла съестного на пару дней, башмаки выпросила у старой Лейлы да и в город подалась.
— А маленькая?
— На руках у бабки осталась. Хотела я их потом найти, как на кусок хлеба себе и им заработаю… Не нашла. Пропали…
— Скучаешь по дочке?
— А ты как думала? Родная ж кровиночка. Семья своя, кровная для цыганки — всё…
— Как думаешь… Следы-то их отыскать можно? Сейчас и опаски нет- внебрачных детей закон защищает… И границы открыты…
— Два века прошло. Революция, войны… Как тут сыщешь?


Наконец компания решает расходиться. Солнце почти закатилось да и прохладно становится.
— Зара… Может, поедешь с нами? На Расчудесию?
— Нет. Мало ли, что вспомнилось да что песня разбередила… То — прошлое. И тошно мне от него, вот ей-ей, видеть не могу ни шатров, ни костров, ни коней… Я -испанка, муж мой был коренной андалузец. На кой мне острова ваши?
Быстро и резко, точно сбросив с плеч нечаянное, непрошенноое настроение, Патрисия покидает компанию на опушке.

-Едем домой?
— Знаешь чего, Эсмеральда…
Маруся с Иваном переглядываются.
-Мы тут посидели-послушали, посоветовались с Ванькой. Ведь правда для каждого цыгана семья- святое… Кровная-не кровная… А наша семья — это тётя Аля с дядей Степаном… Федя, Зося… Ну не можем мы без них! Два месяца, вон, живём сами по себе, а знаешь, какая тоска сосущая… Так мы решили… Вам мы помогли отстроить лагерь, «Вольной» паруса справили… Давайте дальше сами.
— Кааак!? Бросаете нас?!
— Домой хотим.
Петша, Радда и Эсмеральда так и всплёскивают руками:
— Вот так таабор у нас! Гляди, сейчас все разбегутся!
— Да нет, не разбежимся. У нас теперь есть общий дом. Остров. Мы тоже обязательно будем его навещать.
— А вы, ребята, не робейте. Теперь, когда дело на мази, вы и втроём справитесь. А с тобой, Петша, обязательно ещё попутешествуем!
— Оххх… Выходит, я теперь всё-таки капитан?
— Рулевой из тебя классный. С парусом Эсмеральда управится. Вспомните, как назад шли- всё сами, без нас с Маруськой сделали!
— Ну умники… Припомним ещё, во что нас втравили, да сами на середине пути ноги сделали!
— Жалеете что ли, что втравились?
— Почему сразу «жалеем»… Нет. Просто мала община… Как-то страшновато.
— Ничего. Прослышат про нас, морских рома, прочие отщепенцы- глядишь подвалит народу… Лиха беда начало!
Думаю так, что… продолжение следует!
А впрочем, жизнь покажет.
Попутного ветра ромалам!

Выражаем сердечную благодарность Тане Sultaschka за Петшу! Мы так рады, что он у нас теперь есть :)
Смотрите больше топиков в разделе: Интересное обо всем: поздравления, факты, фотоподборки






Обсуждение (14)
Романтика… костёр… Луна...
А если дождь?
Или того пуще — зима надвинется?
И что кушать нашим путешественникам?
А кушают они пока рыбу и салаты из всего того, что под ногами и вокруг растёт. Щавель там, яблоки дикие, ещё чего… Флорой Расчудесии я так подробно не интересовалась, но там много чего есть поживиться)))
Вот мне тоже казалось, что еще одной цыганки не хватает как будто, но я только сейчас поняла, что Патрисия и Зара это одно и то же лицо, и что у неё такая история… Так что, какую девушку-то искать? Она уже взрослая ведь поди? Как выглядела младенцем, глаза там, волосы, может еще какие приметы?
Патрисия говорит, «я испанка» и очень сердится обычно, когда поминают её прошлую жизнь. А про этого ребёнка она вообще только Петькиной жене сказала, не знаю уж как та её разговорила… Не хочет вспоминать.
Но его будет ооочень непросто достать…