Совсем другая история. Часть 20

Не унываем, продолжаем! тут остановились

Просто унылые пейзажи вскоре сменились откровенно суровыми. Место песчаных дюн заняли серые гранитные скалы, кое-где поросшие искривлёнными жестоким ветром соснами. Небо словно стало ниже, плотные свинцовые тучи опускались порой к самой воде, и порывы холодного ветра приносили с собой не солёные брызги, а снежную крупу. Временами Тобу казалось, что он различает какое-то движение на вершинах скал, но, вероятно, лишь казалось — вряд ли кто-то живой мог забраться наверх в такую погоду. Майра тоже стояла на носу, но чуть дальше — они не сговариваясь делали вид, что не замечают друг друга, притом оба избегали оставаться наедине, и дружно удивлялись, почему ещё два дня назад на палубе было буквально не протолкнуться, а сейчас вдруг все словно вымерли.


И если Тоб просто удивлялся, то Майра удивлялась сильно, потому что точно знала, где в данный момент находится команда — и получалось, что прежде они специально лезли на глаза, а теперь нарочно стараются не мельтешить. Конечно же, всё понимают. И разумеется, сочувствуют Тобу — это почему-то злило Майру больше всего.
— Ты бывала здесь раньше?


Вопрос прозвучал так неожиданно, что она даже вздрогнула.
— Что?


— Бывала ли ты здесь раньше? — терпеливо повторил Тоб.


— А… ну да. Да, три раза, ещё с отцом. Но все три раза летом. Правда, город так ни разу и не посмотрела хорошенько, — она смущённо улыбнулась.
— Почему? — спросил подошедший граф, — Не пускали?


— Нет, совсем нет! Просто первый раз стояла страшная жара — совершенно не гиперборейская была погода — и я умудрилась что-то не то съесть. Мне было тринадцать лет, и плохо мне было просто жутко. Второй раз хлестал проливной дождь, три дня к ряду, бродить под ливнем по незнакомому городу то ещё удовольствие, к тому же отец боялся, что я простыну. А третий раз было просто холодно… и некогда — мы стояли в гавани всего сутки, потому что взяли срочный груз, — Майра пожала плечами, — И мне ужасно любопытно посмотреть, так ли здесь много чудес, как врёт мой старпом — он здесь уже седьмой или восьмой раз.


— Я читал, что город очень красив, хотя до столицы ему далеко. Собственно, путеводители уверяют, что даже название города невозможно правильно произнести — франкские путеводители, я имею в виду — название «Петербург» дано готами в Средние века как калька с греческого, и означает попросту Каменный город. Местное название никто даже воспроизводить не берётся.
— Нолан его знает, — кивнула Майра и крикнула, — шэнти Нолан! Подойди на секундочку! Как называется по-здешнему этот город? — она указала на смутные очертания крепости, выступавшие из тумана на одной из прибрежных скал.


— Камнеград Северский! — прорычал старпом.


— Спасибо. Вот видите, граф — название совершенно зубодробительное, хотя гибернийский язык считается произошедшим от гиперборейского.
— Ну, — пожал плечами Антуан, — ничего удивительного, если учесть, что Гиперборея является колыбелью цивилизации вообще. Собственно, я и хотел бы добраться до легендарного Сердца Севера — если оно существует. Или же доказать, что его нет.
— Едва ли нам это позволят, — хмыкнула Майра, указав на берег.
Сейчас уже не оставалось сомнений в том, что там было движение. На фоне потемневших от непогоды крепостных стен отчётливо выделялись силуэты пяти белоснежных зверей, не то львов, не то волков — казалось, их шерсть излучает собственный свет.


— Громадные какие… — присвистнул Тоб, — и что, тут везде такие водятся?
— Везде, куда не надо совать нос чужакам, — кивнул старпом.


— Это Гиперборейские волки, княжеская гвардия, — пояснила Майра, и добавила для совсем непонятливых, — Оборотни.
продолжение следует

Смотрите больше топиков в разделе: Кукольные фотоистории и сериалы: комиксы, фотостори