Совсем другая история. Часть 8
Страсти накаляются. Прошу простить за картинки — постаралась ограничить их количество (увы, качество лучше не стало, а старушки у меня и вовсе ни одной нет). Но, надеюсь, текст это компенсирует. Здесьпредыдущая часть.

Дом семьи де Мюр стоял на окраине Ронсевальеса, в противоположном от церкви направлении. Это был добротный, хоть и не слишком большой, особнячок из местного серого камня, окружённый запущенным садом. Под проливным дождём выглядел он не слишком весело, к тому же высаженные перед дверью яркие летники прихватил недавний заморозок, и чёрные стебли с тряпочками жухлых цветков добавляли уныния к общей картине.

Антуан взялся за позеленевшее дверное кольцо и постучал. Довольно долго ничего не происходило, затем раздались шаркающие шаги и пожилая служанка с глазами комнатной собачки — слезящимися и чуть навыкате — отворила дверь. Антуан передал ей визитную карточку и осведомился, дома ли хозяйка. Служанка рассеянно кивнула и ушаркала вглубь дома, оставив дверь приоткрытой. Вроде и войти не приглашали, но дождь нравился графу исключительно в качестве объекта созерцания, так что он шагнул в прихожую и откинул капюшон непромокаемого плаща. Между прочим, плащ в самом деле был сухим, вот только одежда и волосы под ним оказались почему-то мокрыми. Тоб насмехался над этими новомодными тканями, предпочитая проверенный веками войлок с восковой пропиткой, и сейчас Антуан склонен был признать, что его компаньон совершенно прав. Он прислушался — дом был невелик, и голоса из гостиной до прихожей доносились вполне различимо:
— Бедная девочка может и права была… — голос плаксивый, и, кажется, принадлежал открывшей дверь служанке.
— Замолчи, — у второй женщины голос был негромкий, но властный, а тон сухой и деловитый, — и не смей ни слова говорить без моего позволения. Ты всё поняла? Проси.
Антуан торопливо шагнул обратно за порог и поёжился от потёкшей за шиворот дождевой воды. Оставалось только молиться, чтобы служанка не заметила мокрых следов в прихожей прежде, чем он снова войдёт. Но она не заметила. Старушка качала головой и вздыхала, шевеля губами, словно беседовала сама с собой. Каталина де Мюр выглядела совсем иначе, чем можно было представить по голосу. Это оказалась тучная дама лет сорока с лишним, явно молодящаяся и столь же явно пытающаяся это скрыть. Она улыбнулась настолько приторно, что Антуан сразу вспомнил Злую Мачеху из известной сказки.

— Ваше сиятельство!
— Мадам де Мюр, — Антуан поклонился даме, как того требовал этикет, — мы с вами не представлены друг другу, но меня привело к вам дело настолько исключительное, что я позволил себе пренебречь условностями. Речь идёт о вашей… — тут он посомотрел собеседнице прямо в глаза и скопировал её улыбку, — … назовём её воспитанницей, дабы избежать неточностей. Я имею в виду Инессу де Мюр.
— О… — Каталина сначала недоумённо округлила глаза, затем во взгляде метнулся испуг, но она быстро взяла себя в руки, — Что же… надеюсь, что смогу вам помочь, ваше сиятельство.
— Я слышал, что она помолвлена с баронетом Катро.
— Верно, и свадьба назначена на следующий месяц.
— А может, не стоит спешить?
— Что вы имеете в виду?
— Я имею в виду, что баронет и его матушка не осведомлены о вашем родстве с Инессой в достаточной мере?
— Н-нет… но…
— Представьте, что баронет узнает — мало ли — что вы не являетесь Инессе матерью, и можете претендовать лишь на небольшую часть наследства её отца — всего лишь как бездетная вдова.
— К чему вы клоните?

— К тому, что моё имение приносит весьма солидный доход, не считая состояния, накопленного несколькими поколениями предков. Приданое жены меня мало интересует, и все деньги остались бы в вашем распоряжении, как вы и привыкли.
— Позвольте, вы что, просите у меня руки Инессы?
— Почему бы и нет, — Антуан решил пока не говорить о венчании — с людьми вроде Каталины де Мюр такие разговоры следует вести при наличии нотариально заверенной копии свидетельства о браке, а граф не озаботился таковую захватить, — Я ничем не хуже баронета Катро, разве что старше, но в моём возрасте это ещё не недостаток для мужчины. Вы кажетесь весьма умной дамой, сударыня, подумайте: титул, имение и никаких финансовых претензий к вам.
— Право, я…
— Хотите спросить мнения Инессы? — понимающе улыбнулся граф.
— Нет. Нет, я… мне надо обдумать всё. К тому же Инессы нет дома — она уехала к тётке.
— Как уехала?! Когда?!

— Утром. Знаете, последние пару дней она неважно себя чувствовала, вот я и отпустила её развеяться, — Каталина де Мюр натянуто улыбнулась, — Магазины, народ…
— Так вы не против моего предложения?
— Ну, я…
— Подумайте. Всего наилучшего.
Он вышел обратно под дождь и задумался.

Инесса уехала, ни слова не сказав — позавчера ещё никуда не собиралась. Разве только её зачем-то увезли из Ронсевальеса? Но кто и зачем? И тут снова отворилась дверь и на улицу воровато выглянула служанка. Заметив графа, она поманила его пальцем и кивнула на садовую калитку. Антуан пошёл за ней, и сердце у него сжалось от нехорошего предчувствия. Уведя молодого человека в самый глухой угол сада, служанка обернулась к нему и залилась слезами. Из сбивчивого рассказа старушки выяснилось, что накануне вечером Инесса крепко поссорилась с матерью — впервые за всю жизнь. Каталина приступила было к ней с выбором свадебного платья, а Инесса вдруг заявила, что уже обвенчана, а потому решать за неё мать больше не вправе, и вообще она сию минуту собирается и уходит. Каталина пришла сначала в ярость, долго кричала и отхлестала дочь по щекам, но та продолжала упорно твердить, что обвенчана, да не с кем-нибудь, а с графом Ронсевальским!
— Кто же знал, кто же знал! — причитала старушка.
— Где она? Куда её увезли?
— Ох… кто же знал… в доме скорби она, конюх с горничной вдвоём повезли, скрутили, простынями связали… ох, горе, горе какое! Я и то думала, помешалась девочка, за нелюбимого идти не желая! А тут ваше сиятельство… кто же знал?
— Давно её увезли?
— Да сегодня на рассвете, не возвращались ещё, — всхлипнула старушка, — Ох, что будет…
— Ничего хорошего, — мрачно пообещал граф и направился к калитке.

Через несколько минут из Ронсевальеса, разбрызгивая грязь, вылетел всадник в непромокаемом плаще.
продолжение следует
Смотрите больше топиков в разделе: Кукольные фотоистории и сериалы: комиксы, фотостори

Дом семьи де Мюр стоял на окраине Ронсевальеса, в противоположном от церкви направлении. Это был добротный, хоть и не слишком большой, особнячок из местного серого камня, окружённый запущенным садом. Под проливным дождём выглядел он не слишком весело, к тому же высаженные перед дверью яркие летники прихватил недавний заморозок, и чёрные стебли с тряпочками жухлых цветков добавляли уныния к общей картине.

Антуан взялся за позеленевшее дверное кольцо и постучал. Довольно долго ничего не происходило, затем раздались шаркающие шаги и пожилая служанка с глазами комнатной собачки — слезящимися и чуть навыкате — отворила дверь. Антуан передал ей визитную карточку и осведомился, дома ли хозяйка. Служанка рассеянно кивнула и ушаркала вглубь дома, оставив дверь приоткрытой. Вроде и войти не приглашали, но дождь нравился графу исключительно в качестве объекта созерцания, так что он шагнул в прихожую и откинул капюшон непромокаемого плаща. Между прочим, плащ в самом деле был сухим, вот только одежда и волосы под ним оказались почему-то мокрыми. Тоб насмехался над этими новомодными тканями, предпочитая проверенный веками войлок с восковой пропиткой, и сейчас Антуан склонен был признать, что его компаньон совершенно прав. Он прислушался — дом был невелик, и голоса из гостиной до прихожей доносились вполне различимо:
— Бедная девочка может и права была… — голос плаксивый, и, кажется, принадлежал открывшей дверь служанке.
— Замолчи, — у второй женщины голос был негромкий, но властный, а тон сухой и деловитый, — и не смей ни слова говорить без моего позволения. Ты всё поняла? Проси.
Антуан торопливо шагнул обратно за порог и поёжился от потёкшей за шиворот дождевой воды. Оставалось только молиться, чтобы служанка не заметила мокрых следов в прихожей прежде, чем он снова войдёт. Но она не заметила. Старушка качала головой и вздыхала, шевеля губами, словно беседовала сама с собой. Каталина де Мюр выглядела совсем иначе, чем можно было представить по голосу. Это оказалась тучная дама лет сорока с лишним, явно молодящаяся и столь же явно пытающаяся это скрыть. Она улыбнулась настолько приторно, что Антуан сразу вспомнил Злую Мачеху из известной сказки.

— Ваше сиятельство!
— Мадам де Мюр, — Антуан поклонился даме, как того требовал этикет, — мы с вами не представлены друг другу, но меня привело к вам дело настолько исключительное, что я позволил себе пренебречь условностями. Речь идёт о вашей… — тут он посомотрел собеседнице прямо в глаза и скопировал её улыбку, — … назовём её воспитанницей, дабы избежать неточностей. Я имею в виду Инессу де Мюр.
— О… — Каталина сначала недоумённо округлила глаза, затем во взгляде метнулся испуг, но она быстро взяла себя в руки, — Что же… надеюсь, что смогу вам помочь, ваше сиятельство.
— Я слышал, что она помолвлена с баронетом Катро.
— Верно, и свадьба назначена на следующий месяц.
— А может, не стоит спешить?
— Что вы имеете в виду?
— Я имею в виду, что баронет и его матушка не осведомлены о вашем родстве с Инессой в достаточной мере?
— Н-нет… но…
— Представьте, что баронет узнает — мало ли — что вы не являетесь Инессе матерью, и можете претендовать лишь на небольшую часть наследства её отца — всего лишь как бездетная вдова.
— К чему вы клоните?

— К тому, что моё имение приносит весьма солидный доход, не считая состояния, накопленного несколькими поколениями предков. Приданое жены меня мало интересует, и все деньги остались бы в вашем распоряжении, как вы и привыкли.
— Позвольте, вы что, просите у меня руки Инессы?
— Почему бы и нет, — Антуан решил пока не говорить о венчании — с людьми вроде Каталины де Мюр такие разговоры следует вести при наличии нотариально заверенной копии свидетельства о браке, а граф не озаботился таковую захватить, — Я ничем не хуже баронета Катро, разве что старше, но в моём возрасте это ещё не недостаток для мужчины. Вы кажетесь весьма умной дамой, сударыня, подумайте: титул, имение и никаких финансовых претензий к вам.
— Право, я…
— Хотите спросить мнения Инессы? — понимающе улыбнулся граф.
— Нет. Нет, я… мне надо обдумать всё. К тому же Инессы нет дома — она уехала к тётке.
— Как уехала?! Когда?!

— Утром. Знаете, последние пару дней она неважно себя чувствовала, вот я и отпустила её развеяться, — Каталина де Мюр натянуто улыбнулась, — Магазины, народ…
— Так вы не против моего предложения?
— Ну, я…
— Подумайте. Всего наилучшего.
Он вышел обратно под дождь и задумался.

Инесса уехала, ни слова не сказав — позавчера ещё никуда не собиралась. Разве только её зачем-то увезли из Ронсевальеса? Но кто и зачем? И тут снова отворилась дверь и на улицу воровато выглянула служанка. Заметив графа, она поманила его пальцем и кивнула на садовую калитку. Антуан пошёл за ней, и сердце у него сжалось от нехорошего предчувствия. Уведя молодого человека в самый глухой угол сада, служанка обернулась к нему и залилась слезами. Из сбивчивого рассказа старушки выяснилось, что накануне вечером Инесса крепко поссорилась с матерью — впервые за всю жизнь. Каталина приступила было к ней с выбором свадебного платья, а Инесса вдруг заявила, что уже обвенчана, а потому решать за неё мать больше не вправе, и вообще она сию минуту собирается и уходит. Каталина пришла сначала в ярость, долго кричала и отхлестала дочь по щекам, но та продолжала упорно твердить, что обвенчана, да не с кем-нибудь, а с графом Ронсевальским!
— Кто же знал, кто же знал! — причитала старушка.
— Где она? Куда её увезли?
— Ох… кто же знал… в доме скорби она, конюх с горничной вдвоём повезли, скрутили, простынями связали… ох, горе, горе какое! Я и то думала, помешалась девочка, за нелюбимого идти не желая! А тут ваше сиятельство… кто же знал?
— Давно её увезли?
— Да сегодня на рассвете, не возвращались ещё, — всхлипнула старушка, — Ох, что будет…
— Ничего хорошего, — мрачно пообещал граф и направился к калитке.

Через несколько минут из Ронсевальеса, разбрызгивая грязь, вылетел всадник в непромокаемом плаще.
продолжение следует
Смотрите больше топиков в разделе: Кукольные фотоистории и сериалы: комиксы, фотостори






Обсуждение (25)
мои братья близнецы со своими избранницами)
За графа не переживайте — он твёрдо знает, чего хочет, а таким людям сопутствует удача во всём!
Зубочистку в механический карандаш зажимала, а котошерсть — не додумалась. А ведь её целое море у меня по углам валяется. И длинношёрстная, и жёсткая, и подшёрсток — тут и кисточка, и целый валик.
Иду читать продолжение. И комментарии.
Тут мне И и А чем-то напомнили других известных героев. — Софья! — Алёшка! — Софья! — Алёшка!