Тайное становится явным

Как хорошо после долгого дня, наконец-то управившись со всеми делами, уже никуда не спешить и, вернувшись домой, как следует поужинать…

Изголодавшись за день, Диаваль ел так, что за ушами трещало. Поначалу даже говорить не хотелось, чтобы не портить себе удовольствие. Но потом, когда голод утих, а миска опустела, он принялся охотно делиться всем, что произошло за день.

Госпожа, как и всегда в последнее время, ела немного, а говорила ещё меньше. И пока она, меланхолично пережёвывая ломтики сыра, внимательно слушала его, Диаваль рассказывал ей обо всех делах вприкуску с остатками ужина:

— В общем, не зря я сегодня полдня провёл в бегах… Виггенвельдской коры нам теперь надолго хватит. И у Кайлы, представляешь, опять весь запас сушёного аконита кто-то умудрился подчистую выбрать. Пришлось тащиться через весь переулок к старику Малпепперу — он, конечно, сначала уверял, что ничего у него нет, а потом обнаружил целый мешок в кладовой. Сам не знает, что у него где лежит.


— Проще самим насушить, я же говорила, — заметила Малефисента.

— Завтра же и займёмся этим, — решительно пообещал он, взяв себе ещё хлеба. — Пойдём с тобой завтра на Терновую пустошь, нам много чего пора собирать. Наконец-то мне завтра никуда не надо, я почти всё сегодня принёс. Осталось только зайти в «Керидвен» за горелкой, но это уже здесь, в Хогсмиде. Не забыть бы в понедельник…


— И самое главное, не забудь забрать вещи Алисы, — спокойно добавила Малефисента. —Она уверена, что ты это сделаешь.


Собираясь поднести кусок хлеба ко рту, Диаваль так и застыл, держа руку в воздухе. И если он на какую-то долю секунды решил, что ему послышалось, то выразительный взгляд госпожи, который она с него не сводила, не оставлял места для сомнений.

— Э… кхм… угу, — растерянно и бестолково выдавил он из себя.

Но как? Откуда она знает?..


— Всё ещё ничего не хочешь мне рассказать? — осторожно, но с нажимом уточнила Малефисента.

Диаваль почувствовал, как под этим пристальным взглядом что-то решительно сдвигается у него внутри, давая волю всему, что он так долго держал в себе.

— Хочу… Давно хочу, — признался он, нечаянно зацепив рукой пустую миску. Поморщившись от неловкого стука, он поспешно отодвинул её в сторону: — Просто… никак не мог подобрать нужные слова.

— Ты думаешь, я не смогу понять слова «девушка»? — госпожа чуть заметно приподняла уголок губ.


— Да нет, просто… — замялся он, неловко разминая пальцы. Слова, как назло, подбирались ещё хуже, чем когда-либо. — Она ещё недавно была студенткой. Вот только окончила Хогвартс. Я не мог… нельзя было, понимаешь? Снейп мне сразу сказал: будешь водить шашни со студентками — вылетишь к Мордредовой бабке.

— Хм, — ещё больше удивилась Малефисента. — А я-то при чём к Снейпу и его многообещающим предсказаниям?

— Ты ни при чём, госпожа. Но как бы тебе сказать, — развёл руками парень, — не знал я, что ты на это скажешь. Ты же не веришь в любовь…


Лицо Малефисенты сразу заметно помрачнело. Повисло тревожное молчание — ни возражений, ни согласия… Сердце Диаваля комком подобралось к горлу.

— Ну и что, — наконец отозвалась она, пожав плечами и вскинув голову. — Это же твоя девушка, в конце концов?

— Конечно, — хмыкнул он, неловко улыбнувшись. — Но понимаешь, я хотел, чтобы вы с ней друг другу понравились. Это важно.

— И ты, конечно, придумывал блестящий способ сделать это, не представив нас друг другу?

Он снова хмыкнул, уже в открытую смеясь над своей неловкостью. Ну и дурак!


Но госпоже, похоже, было совсем не смешно. Она снова посерьёзнела, глядя на него ещё внимательнее.

— Скажи мне, Диаваль, — спросила она, не сводя с него глаз. – Скажи, она тебе действительно нужна… или просто пока что удобна?

Он непонимающе моргнул, ошарашенно уставившись на неё.
— Что?.. Прости… То есть… как это?

— Да так, — в голосе Малефисенты послышалось что-то жёсткое и хлёсткое, отчего ему стало не по себе. – Пока что она для тебя хороша, тебе нравится проводить время с ней, и только с ней… Но это пока. Временно подходящий выбор до тех пор, пока ты не найдёшь себе ту самую.


Оторопев, Диаваль хрустнул костяшками пальцев так, что казалось, какой-нибудь из них просто обязан вылететь. Что за дикие мысли? С ним ли она вообще говорит?..

— Да ты что, госпожа, — решительно возразил он, глядя ей в глаза. — Какой ещё временно удобный выбор? Я уже сделал свой выбор. Зачем мне искать кого-то ещё?


Не отводя взгляда, Малефисента молча кивнула головой. Мельком облизнула пересохшие губы, поджала их в задумчивости.

— Ты знаешь, Диаваль, она сказала страшную вещь.
— Какую?
— Она верит тебе, как самой себе.


Диаваль запнулся и замолчал, теряясь, что ответить. Похоже, их разговор, о чём бы он ни был, зашёл куда дальше, чем можно ожидать…

— Да, — тихо отозвался он. — Я знаю это.

— Ты понимаешь, что это значит?

— Понимаю, более чем. И не сделаю ничего, что заставило бы её считать иначе.


От него не укрылось, что Малефисента с облегчением выдохнула. Но это было ещё не всё.

— Почему ты ни разу не пригласил её в гости?

Неловко прокашлявшись, Диаваль пожал плечами:

— Так ведь ты же здесь хозяйка. Мало ли как бы ты на это посмотрела?..

Малефисента, снова чуть заметно ухмыльнувшись, мягко постучала пальцами по столу:
— Прекрасно бы я на это посмотрела. И напомню тебе, что это также и твой дом, братец.


От неожиданности Диаваль засмеялся:
— Постой… Алиса спросила, не моя ли ты сестра?

— Она не спросила, она это утверждает, — госпожа выразительно приподняла бровь. — Даже признала, что мы похожи. Так что поздравляю, ты был очень убедителен.

— Ну, госпожа, — всё ещё веселясь, развёл руками парень, — прости, так уж получилось… Это было довольно давно, и я тогда не знал, как ей лучше объяснить. Боялся, что она не поймёт, что и как на самом деле. Ну и потом… разве это такая уж ложь? Всё равно ведь мы, считай, семья, правда? Ты моя госпожа, конечно, но прежде всего ты мой друг.


На это Малефисента не нашлась, что возразить, явно выбитая из своей железной скорлупы этим откровением.

— Ну вот, — ободряюще подмигнул он, по-птичьи склонив голову набок. — Или, по-твоему, я должен был просто сказать, что я твой помощник и болтливый ворон? Но не рассказывать же, в самом деле, о нашем потрясающем знакомстве, как ты оставила меня без штанов…

— Что?.. Нет, только посмотрите на него! — возмущённо покачала головой Малефисента, хотя он готов был поклясться, что лицо её при этом повеселело. — Между прочим, дорогой друг, у тебя был выбор: остаться либо без штанов, либо без головы. И если бы я знала, что ты предпочитаешь второе…

— Да ладно тебе, — расхохотался он, — самое главное, что ты спасла мне жизнь. И вообще-то, госпожа, мне действительно стоит ей об этом рассказать. Не про штаны, конечно, а о том, чем я тебе обязан.


— Ну вот ещё, — хмыкнула она, сметая пальцем со стола несуществующие крошки. — Глупости это всё.

— Никакие не глупости, — решительно возразил он. — Но я же говорил, Алиса была студенткой… До этого лета у нас толком не было времени ни увидеться, ни поговорить. А когда оно есть, то лучше ведь говорить о ней, чем обо мне.

— Кто бы мог подумать, — Малефисента чуть заметно улыбнулась, — оказывается, этот болтливый ворон умеет и держать язык за зубами…


Сейчас, пожалуй, впервые за прошедший месяц он видел на её лице настоящую, тёплую улыбку, и удивился ей примерно так же, как если бы в пустом котле внезапно обнаружилось золото.

Они оба немного помолчали, глядя друг на друга. Непривычная лёгкость внутри словно позволила Диавалю, наконец, в полную силу расправить крылья. Никаких больше недоговорённостей, и не нужно подбирать слова, чтобы преподнести новость, которая давно уже не новость…
И тут он вдруг сообразил, что с самого начала этой беседы сам кое-что упустил.

— Постой, госпожа, а как вы встретились с Алисой? Где?


На миг ему показалось, что Малефисента растерялась — но только на миг, прежде чем она снова невозмутимо выпрямилась.

— В Хогсмиде. Мы сегодня обе были у Ниссы. Она приходила, кажется, снимать какие-то мерки.
— Ничего себе, — удивился Диаваль, — а ты-то как там оказалась?
— А мне просто нужно было… кое-что ушить.

— Ушить, — фыркнул он. — Ела бы ты как следует, госпожа, и ничего бы не пришлось ушивать.

— Да ладно, — отмахнулась Малефисента, — ещё не хватало, чтобы ты взялся откармливать меня, как гуся к застолью.


— Да почему сразу гуся? — со смехом возразил юноша. — Вот что, давай всё же попытаемся как-то ещё раз устроить особый ужин? А то глупо как-то выходит… Не так я хотел преподнести тебе эту новость.

Госпожа хотела что-то ответить, но вдруг осеклась и замолчала, настороженно обратившись в одной ей известные мысли.

— Подожди, так ты говоришь, что хотел рассказать мне об этом… Значит, это и был тот особый повод, когда…

— Ну да, — кивнул Диаваль. — И это тоже. Но не думай об этом, госпожа. Всё в наших руках, захотим – устроим когда угодно. А не захотим — так и пёс бы с ним, правда?

Он ободряюще подмигнул ей. Не хватало ещё, чтобы сейчас она почувствовала себя виноватой за тот сорвавшийся ужин. Кой чёрт его за язык дёрнул?

— А вообще-то я бы хотел пригласить Алису к нам, когда она вернётся.


– Прекрасная идея, – Малефисента одобрительно кивнула головой. — Давно пора было это сделать, братец…

— Дурак я, — виновато поморщился юноша. — А ведь хотел же… И упустил всё то время, пока она была в Хогсмиде. Да и вообще… лето какое-то выдалось сумасшедшее. Сначала турнир, потом… не до того стало. Ну хотя бы Русу успел вдогонку написать, что не приеду.

— То есть?..

— Да мы просто на турнире ещё договорились, что я к нему приеду. Соберёмся, в лес сходим, редкостей всяких соберём. А потом всё изменилось, и…

— Что такого изменилось? Лето ещё не закончилось. Впереди у тебя целых полмесяца.


— Да ты чего, госпожа! — отмахнулся Диаваль. — Куда уж теперь… И когда? И потом, я тебя здесь не брошу, даже не думай.

— Вот сам и не думай, — возмущённо отозвалась Малефисента. — Если ты считаешь, что я немощна и мне нужна нянька, то зря! Даже такая забавная, пернатая и болтливая, как ты.

— Ну вот, — беззлобно проворчал он, нахохлившись, — во мне уже не нуждаются. Ещё и гонят взашей…


— А как же тебя не гнать? Не так уж много времени у тебя в запасе, — напомнила госпожа. — Но если не будешь валять дурака, то где-то с неделю ещё успеешь погостить.

— Ты серьёзно, что ли?

Он озадаченно уставился на неё, пытаясь убедиться, что она не шутит. С Малефисентой иногда не разберёшь, когда она серьёзна, а когда не совсем…

— Госпожа, я всё же думаю, что я сейчас нужнее тебе здесь.

— Эй, — притворно возмутилась она, — дай мне отдохнуть от себя хотя бы неделю! Решишь все свои дела в Хогсмиде, и отправляйся к своему другу.


— И думай потом всю неделю, что тут творится, – фыркнул Диаваль. – Знаешь, в тот раз зимой я хотя бы оставлял тебя здесь бодрой и весёлой. А сейчас…

Он прикусил язык, заметив, что Малефисента вдруг резко помрачнела.

— Ладно, глупость я ляпнул…

— Вот именно. Ничего со мной за неделю не случится. И если ты переживаешь, что мне тут без тебя будет скучно, то меня ещё ждут зелья и мази для драконьего заповедника — как раз до осени хватит всё это варить.

— И всё сама! — нахмурился юноша.

— Конечно! Как раз никто не будет каркать под руку…


Он с неодобрением посмотрел на неё и отвернулся. Понятное дело, она будет только рада уйти в дела с головой. Но как бы сказать о том, что его больше всего беспокоит… Знать бы вообще, в чём причина, и насколько опасно сейчас оставлять её с этой причиной один на один.


— Всё бы тебе шутки шутить, — буркнул он. — А мне, знаешь ли, нужна гарантия, что я вернусь — и застану здесь и замок, и тебя, и всё остальное…

— И не надейся, — хмыкнула Малефисента, — никуда я от тебя не денусь, и замок не прихвачу.

— Я серьёзно, госпожа. Я должен быть уверен, что тебя здесь никто не обидит.


— Кто? — Малефисента с вызовом вздёрнула бровь. — Во-первых, невелика обида — раз в пару дней отправиться в Хогсмид за едой. А во-вторых, Диаваль, будь уверен: я испепелю любого, кто только попробует это сделать.


Оба внимательно посмотрели друг на друга.

– Да уж, — заметил Диаваль, снова протягивая руку за тарелкой, — вот теперь, пожалуй, я верю, что тебя действительно не страшно оставить на несколько дней.




Смотрите больше топиков в разделе: Кукольные фотоистории и сериалы: комиксы, фотостори