Патронус

Клетка была совсем не тяжёлой, но нести её в руках было тем ещё удовольствием. Несмотря на все наложенные чары, её обитатели отчаянно пытались найти в ней слабое место и прогрызть себе путь на волю…

Шагая с клеткой в руках по коридорам замка под непрерывный скрежет зубов двух растопырников, Диаваль подбадривал себя тем, что пообещал себе как-нибудь наведаться к Сириусу в один из свободных дней. Во-первых, Снейп как-то слишком усердно начал новый триместр, подкидывая работы себе и окружающим. Вот так поваришься в этом котле за неделю — и к концу каждый раз чувствуешь себя выжатой мандрагорой А во-вторых, он и так уже давненько к нему не заглядывал. Сириус знает толк в отдыхе: у него всегда наготове кружка отличного эля, пара метких ободряющих фраз и неисчерпаемый запас рассказов, которыми он готов поделиться…


— О! На ловца и зверь бежит, — послышался чей-то голос совсем рядом. — Ты-то мне и нужен.

Выглянув из-за клетки, Диаваль увидел профессора Люпина. Тот, как всегда, дружелюбно улыбнулся ему.

— К чемпионату готовишься?
— Угу, — пропыхтел юноша и стукнул ладонью по боку клетки: внутри снова отчаянно заскреблись.
— Зайди потом ко мне, как сможешь, есть у меня к тебе одно дело.
— Хорошо… Да хоть сейчас!
— Куда тебе сейчас, — покачал головой Люпин, — отнеси лучше своих подопечных, куда тебе нужно, а потом придёшь.


— Потом я забуду, — честно признался Диаваль. — Только приди к нам в кабинет, там сразу что-нибудь ещё срочное объявится.
— А звери твои?
— Ничего, они не кусаются! И так скоро все зубы об эту клетку обломают. Пусть даже не мечтают оттуда выбраться!
— Ладно, — согласился Люпин, — пойдём, много времени я у тебя не отниму…


… С появлением Люпина класс Защиты от Тёмных искусств ощутимо изменился. Даже с порога чувствуешь, что здесь теперь новый хозяин: в бытность Снейпа здесь чаще стляла тишина, а у Люпина постоянно скребутся боггарты в сундуках или плещутся гриндилоу в больших стеклянных сосудах. И если при Снейпе здесь пахло книгами и горьковатым травяным духом, то при Люпине книжный запах никуда не делся, но к нему примешивался уютный запах чая и чего-то вкусного.

— Чай будешь? — словно прочитав его мысли, предложил Люпин. — Я как раз собрался заваривать.
— Нет, спасибо, — ответил Диаваль, с облегчением поставив громоздкую клетку на стол. — Я ненадолго, а то мне ещё эту парочку у Хагрида обустраивать… Надо их где-то поселить на зиму, потому что Снейп наотрез отказывается держать их в подземельях до весны.


— Ладно, — миролюбиво кивнул Люпин, — тогда давай сразу к делу. Ты, наверное, знаешь, что я в субботу даю спецкурс по защите от тёмных сущностей… Так вот, я бы хотел попросить тебя о помощи.
— Да, конечно… Чем я могу помочь?
— Ты смог бы продемонстрировать нашим гостям Патронуса?


— Кого?.. — озадаченно переспросил парень. — Это кто-то из ваших гриндилоу?
— Да нет, настоящего Патронуса. Обычного, с помощью заклинания.

Один из грызунов внутри клетки как-то тихо и глуповато пискнул; про себя Диаваль подумал, что этот звук, пожалуй, больше всего сейчас похож на его собственные мысли.

— А… кто такой Патронус, сэр?


Теперь пришла очередь Люпина посмотреть на него с удивлением: видимо, тот никак не ожидал от него такого невежества.

— Так ты не знаешь… Ладно, тогда считай, что вопрос снят.
— Нет уж, подождите, сэр, — торопливо возразил Диаваль, — я же теперь просто обязан узнать, кто это такой.

— Не кто, а скорее, что, — мягко пояснил Люпин. — Это очень мощные защитные чары, которые воплощаются из твоих самых счастливых воспоминаний.
— Как это?
— Ну допустим, ты чувствуешь приближение дементора. Страх и отчаяние берут над тобой верх. Но прежде чем это случится, ты можешь вызвать Патронуса, обратившись к своему самому счастливому воспоминанию. Чем живее ты вызываешь в себе эти воспоминания, тем сильнее действует твой Патронус.


— Но… это же легко! — удивился парень.
— А это кому как, — возразил Люпин. — Сейчас тебе, может, и кажется, что это легко. Но во-первых, в трудные минуты, а то и в боевых условиях, не так-то просто сосредоточиться на лучшем, что в тебе есть. Тут хотя бы вспышку вызвать, не то что телесного Патронуса…
— Что значит «телесного»?

Диаваль уже махнул рукой на своё невежество — он должен был выяснить всё до конца. Люпин поймёт и смеяться не будет, а вот перед кем-нибудь ещё оплошать не хотелось бы.


— Телесный Патронус — это та форму, которую принимает твой внутренний «защитник». Обычно это то живое существо, которое ближе всего соответствует твоему характеру. Ну, или реже — анимагической форме.

— Любопытно, — прошептал Диаваль. Своего Патронуса он, кажется, знает, даже ни разу не видев его в глаза. Странно, почему госпожа никогда не говорила ему об этих чарах? Почему, обучая его всевозможной сильной магии, никогда не упоминала этого?

— Но такого вызвать не каждому под силу, — продолжил Люпин. — Вообще не каждый волшебник способен вызвать Патронуса, тем более телесного — может не хватить концентрации… или достаточно сильных счастливых воспоминаний, чтобы преодолеть натиск тёмных сил. Или, скажем так, тьму внутри себя. Когда внутреннее отчаяние заглушает лучшее, что есть в тебе.


Юноша молча смотрел на него во все глаза.
– Но ведь… этому можно научиться?
— Можно, конечно. Не сразу, но можно. Чем больше светлых воспоминаний внутри тебя, тем легче будет это сделать.
— А может быть такое, что… человек вообще не способен вызвать Патронуса?
— Такое возможно, — кивнул Люпин. — Постоянно практикующие тёмные маги, например, не смогут это сделать, так как их внутренние силы перестроены подпитываться собственным гневом, злостью и жаждой разрушения. Или те, чья жизнь была слишком тяжела… кто пережил нечто страшное и не имеет в противовес чего-либо достаточно счастливого.

«Госпожа», — подумал Диаваль. – «Вот оно что… Неужели у неё нет никаких счастливых мыслей, достаточно сильных, чтобы произвести Патронуса?.. Даже бестелесного?»


Люпин молча смотрел на него своими спокойными добрыми глазами. Никакой насмешки или осуждения – скорее, должно быть, живой интерес, как это он ни разу не слышал о Патронусе?

— Спасибо, сэр. Мне как-то ни разу не приходилось с этим сталкиваться, — на всякий случай пояснил юноша.
— Ничего страшного, — чуть улыбнулся Люпин. — Это хорошо, что у тебя не было необходимости его применять.
— Но я готов научиться! Вы же сможете мне показать, как это делается? Я уверен, у меня получится. Тёмную магию я не практикую, а хороших воспоминаний у меня хватит…


— Хмм… Боюсь, что мне сейчас некогда, — неожиданно торопливо заметил Люпин, зачем-то переставив на столе мирно стоявший сундук. — К субботе готовлюсь, сам понимаешь… Не волнуйся, если ты не умеешь, то я попрошу кого-то ещё.

Диаваль озадаченно посмотрел на него.
— Сэр, мне правда несложно. Мне достаточно объяснить главное, остальное я сам.
— Кстати, можешь попросить Северуса, — предложил Люпин, — он это прекрасно умеет и, честно говоря, я был уверен, что он и тебя этому обучил.


Помощник тихо фыркнул. Попросить Северуса, как же… Вот уж кого, а его точно не стоит посвящать в то, что он собирается ассистировать Люпину!
Да и потом… Снейп, значит, умеет вызывать Патронуса? Неужели в его душе, при его-то ворчливой и желчной натуре, найдётся больше неких светлых чувств, чем у его госпожи?..

Всё больше вопросов возникало у Диаваля, и всё меньше внятных ответов укладывалось в его голове. Что-то не так было во всём этом… Что-то не так было прежде всего с самим Люпином.
Наконец он нащупал главный вопрос, не дававший ему покоя:
— Сэр… Можно узнать, почему вы попросили меня вызвать Патронуса для наглядности?
— А почему бы и не тебя, — улыбнулся Люпин. — У тебя добрая душа, я подумал, что ты отлично с этим справишься.
— Да, но… разве вы бы справились хуже?


Люпин замялся, прочищая горло.
— Знаешь, когда перед публикой красуется некий всемогущий маг, — иронически заметил он, — это не очень вызывает доверие, правда? Важно показать, что магия, которую собираются освоить те, кто пришёл, доступна и другим. То есть не только я на это способен, но и ты, и… кто-нибудь ещё. Как только люди это увидят, они охотнее поверят в себя, правда?

В этом что-то было, Диаваль не мог не согласиться. Он молча кивнул, всё ещё размышляя над всем, что услышал.

— Кстати, сама по себе формула довольно проста, — добавил Люпин. — Expecto Patronum — она сама за себя говорит. И спиралевидное движение палочкой от себя, вперёд. По часовой стрелке.


— Спасибо, сэр! Я сегодня же попробую, — пообещал Диаваль, воодушевившись.
— Ты бы сначала своих подопечных к Хагриду доставил, — напомнил ему Люпин. — Патронус от тебя никуда не сбежит, а вот эти — вполне могут.

Юноша спохватился, забирая клетку со стола.
И всё же… Если магия Патронуса так проста в исполнении, то почему Люпин объяснил ему это только на словах? Почему не захотел показать, как это делается? Они потратили на разговор куда больше времени, чем могли бы потратить на вызов Патронуса.
Почему Люпин так решительно против? Он не произвёл Патронуса сейчас; он не хочет делать этого в субботу на своём курсе. Что мешает ему это сделать: внутреннее отчаяние или… тёмная магия? Ведь есть же что-то, за что его так сильно ненавидит Снейп? Что-то, что… заставило его собственный нож почернеть.


За дверью он осторожно опустил клетку на пол. Дрожащей от волнения рукой извлёк свой рунический нож из-за пояса. Вот, сейчас он получит ответ на свои догадки…

Нож, вопреки всем ожиданиям, был совершенно чист. Так же, как выражение лица Люпина — всегда честное и искреннее, без тени злости и мрачности.
Но тогда что же в этом всём не так?..


Смотрите больше топиков в разделе: Кукольные фотоистории и сериалы: комиксы, фотостори