Снова дома
Счастливое время в гостях у друзей пролетело незаметно, пора возвращаться домой, прихватив с собой море впечатлений, связку подарков и… пару любопытных вопросов)
Всё-таки дома всегда хорошо. Даже если он встречает тебя только тишиной. Ты-то знаешь, что тебя здесь всегда ждут, даже если не знают точно, когда ты вернёшься…
Оставив все прихваченные с собой вещи в коридоре, Диаваль украдкой заглянул в открытую дверь. Так и есть, госпожа здесь… Сидя спиной к двери, читает какую-то из своих колдовских книг.
Само собой вспомнилось недавнее предсказание… Ещё недавно он был полон решительности всё выяснить, а теперь крепко засомневался. А как выяснять, когда даже не знаешь, чего это касается и с какой стороны подступиться? Да и весь вид Малефисенты, мирный и расслабленный, мало походил на человека, делающего нечто тайное.
Помощник тихо фыркнул. А чего он ожидал? Можно подумать, ответ так и упадёт ему в руки… Можно подумать, на лбу у госпожи так и вырисуются те самые три руны. Можно подумать, этим рунам вообще стоит верить так серьёзно!

Все мысли улетучились сами собой. Всё-таки как быстро прошло его путешествие, но как же долго он не был дома! И появиться дома тихо и скучно было бы просто безобразием.
Минута — и он, глухо прошелестев крыльями в воздухе, в один миг преодолел пространство залы. Радостно вцепившись пальцами в мягкий чёрный бархат на её плече, он без зазрения совести разорвал эту благостную тишину:
— Каррр! Здррравствуй, госпожа. Твой блудный ворррон верррнулся!

Малефисента вздрогнула от неожиданности, и Диаваль, вспорхнув с ее плеча, опустился прямо на стол среди свитков и флаконов. Она тут же потрепала его по блестящим перьям:
— О, да! Конечно, узнаю свою болтливую птицу. Не успел прилететь, и тут же под руку каркает…

Тряхнув головой, он снова вспорхнул и, приняв свой обычный вид, кое-как пригладил свои взъерошенные волосы.
— Только не говори, что совсем не рада своему горю! Всё равно не поверю.
— Ты-то горе? — засмеялась Малефисента. — Да ты просто тридцать три несчастья!
— Ну, из песни слов не выкинешь, — словно извиняясь, юноша пожал плечами. — Знаешь такую магловскую примету: один ворон к горю, два — к радости вскоре, три — жди ложь и обман, четыре — денег полный карман...* Ну, и так далее. Лучше, конечно, когда таких, как я, четыре или семь.

— А семь почему?
— Потому что это самое любопытное, — многозначительно улыбнулся Диаваль, сделав широкий жест рукой поверх стола: — Семь – прольют на тайну свет!
— Осторожно, – предупредила Малефисента, — а то настой из наперстянки точно прольёшь. Кстати, о полных карманах: надеюсь, ты не привёз с собой половину леса?

— Не привёз, – вздохнул юноша. — Нас так замело, что мы пять дней просто сидели и ждали, когда это прекратится. А потом снегу намело столько, что хоть по пояс ныряй. Какие уж там поиски, разве что друг друга раскапывали…
Малефисента подозрительно взглянула на него, приподнимая бровь.
— Не поверю, что ты так и вернулся налегке!
— Само собой, — довольно улыбнулся Диаваль. — Не поверишь, и правильно сделаешь.

Поискав что-то в кармане, он протянул ей небольшую серебряную подкову на шнурке:
— Это тебе, госпожа! На счастье. Раз уж воронов у тебя не четыре, а только один, то пусть эта штука приносит тебе золотые галлеоны. Надеюсь, не подведёт!
— Хм… ну спасибо тебе, — улыбнулась Малефисента, вертя в пальцах подарок.
— Всё остальное получишь к концу месяца, — подмигнул юноша.

— Какое ещё остальное?
— Вот тогда и узнаешь, — с таинственным видом сообщил он. — Не мог же я приехать с пустыми руками! Мои друзья не могли отпустить меня налегке, а я не мог ничего не привезти своей госпоже… Кстати, не только я многое привёз с собой. Августа теперь живёт в Хогсмиде, можно будет чаще видеться и обмениваться…

Он оборвался на полуслове, заметив, что Малефисента внимательно, изучающе смотрит на него.
— Августа, значит, — заметила она и выразительно повела бровью, отводя от лица прядь тёмных волос.
— Что?.. — растерянно переспросил Диаваль. — Да ну, госпожа! Августа — она просто друг. Очень хороший друг, и ничего такого.

Малефисента ещё внимательнее посмотрела на него.
— Августа — учёный-магозоолог. Она занималась изучением каких-то редких тварей, очень далеко отсюда. Но что-то у неё там не заладилось, и она недавно решила перебраться сюда, в Хогсмид. Теперь она устроилась в «Клюв и хохолок», вот как раз на днях приступает. А значит, мы будем знать первыми, если в продаже появятся нужные нам ингредиенты…

— А ты, я вижу, зря времени не терял, — Малефисента улыбнулась одним уголком губ, — у тебя скоро везде свои люди появятся…
— Ну, не без этого, — склонил голову набок Диаваль. — Августа искала работу и спрашивала, не найдётся ли в Хогсмиде чего-нибудь для неё. Я только подсказал, куда обратиться! А там её и без меня приняли… Она хорошая, правда.
— Не сомневаюсь, у тебя все хорошие…

— Зато тебе все подозрительны, — засмеялся помощник… и осёкся.
А ведь правда, если госпожа никому не доверяет, тогда… что это была за тайна, которая ей дважды выпала? Если, конечно, она есть.
— Кстати, что это мы всё обо мне, — начал он издалека, будто бы невзначай. — Расскажи лучше, госпожа, чем ты без меня дни коротала, пока тебе никто под руку не каркал. Тоска зелёная, наверное?
— Ну почему же, – уклончиво ответила Малефисента. — Не скажу, что у меня было так много времени скучать…

— Какая же ты бессердечная, — в притворной обиде поморщился Диаваль. — Интересно, кто же так всецело похитил твоё время?
— Да вот хотя бы это, — она махнула рукой, указывая куда-то перед собой.
Юноша повернул голову в ту же сторону и… не заметил ничего, кроме большого котла, прикрытого крышкой. Котёл никак не отвечал на его вопрос, просто стоял у самого окна… выходящего на север. К боку прилип мандрагоровый листок, уже присохший к поверхности.

— Да ладно?! — опешил Диаваль. — Госпожа, ты же сама говорила мне, чтобы я отписался об отказе! Что мы не будем ничего варить до конца года, что мы это сварим в следующую луну…
Малефисента молча кивнула.
— Ты меня обманула, госпожа!
— И в чём же? Я сказала, что мы с тобой не будем варить ничего до конца года. Но никто не обещал тебе, что этого не буду делать я.
Помощник хотел было что-то возразить, но только прикусил язык.

— Но как… Почему я тогда прислал им отказ?
— Ничего страшного. Сейчас сварим, настоим, разольём по флаконам, зато потом ты только всё передашь.
— Но зачем тогда я отказался? — непонимающе тряхнул головой Диаваль.
— А разве ты бы согласился уехать, если бы знал? — пожала плечами Малефисента. — Ты бы продолжал угрызаться совестью и остался мне помогать. Так и сидел бы здесь все эти дни, мхом покрывался.

— Ничего подобного, — насупился Диаваль. — Ты же была всё это время здесь, и ничем не покрылась.
— Не покрылась, — улыбнулась в ответ Малефисента, — и тебе не советую. Ты разве не заслужил за этот год немного свободы? Съездил к друзьям, не думая о зельях, котлах и обязанностях. Тебе разве плохо было?
— Нет, конечно! Но…
— Ну вот и не ворчи на меня вместо благодарности.

— Госпожа, я… — запнулся он, чувствуя, что слова встали в горле. — Но ты же… пока я там прохлаждался, а ты здесь… Ты что, всё это время над котлами колдовала?
— Конечно, не всё. Я начала его варить пять дней назад — как видишь, не только тебя за порог выпроводила. Сейчас оно настаивается, послезавтра как раз будет полнолуние — и на следующем этапе как раз можешь мне помочь.
— Да ты смеёшься! — фыркнул Диаваль. — Следующий этап — это влить настой чемерицы, перемешать и разложить на дне по кругу семь лунных камней… А потом ждать ещё неделю. И ради вот этого великого подвига я вернулся домой!
Оба посмотрели друг на друга и рассмеялись.

— Послушай, госпожа, — заметил он между делом, — я ведь всё-таки негодяй.
— И почему на этот раз?
— Потому что я обещал устроить тебе особый повод, а сам…
— Да брось, — возразила Малефисента, слегка покачивая кулон на шнурке. — Все особые поводы уже прошли, чего теперь об этом? Можно сказать, дело к весне идёт…
— Все, да не все, — хитро улыбнулся помощник.— Есть ещё один важный повод… в конце этого месяца. И тут уж, госпожа моя, ты от меня не отвертишься.

Обходя родные стены в приподнятом настроении, он вдруг поймал себя на мысли: а ведь руны не соврали! Всё так и есть: госпожа, её решительность и тайное, немного обманное намерение ему поспособствовать. Он бы и правда ни за что не согласился, если бы знал…
Но тогда, если все три предсказания оказались правдой… значит, руны его всё-таки слушаются?

* Похоже, Диваль подразумевает одну из вариаций этой народной приметы:



Смотрите больше топиков в разделе: Кукольные фотоистории и сериалы: комиксы, фотостори
Всё-таки дома всегда хорошо. Даже если он встречает тебя только тишиной. Ты-то знаешь, что тебя здесь всегда ждут, даже если не знают точно, когда ты вернёшься…
Оставив все прихваченные с собой вещи в коридоре, Диаваль украдкой заглянул в открытую дверь. Так и есть, госпожа здесь… Сидя спиной к двери, читает какую-то из своих колдовских книг.
Само собой вспомнилось недавнее предсказание… Ещё недавно он был полон решительности всё выяснить, а теперь крепко засомневался. А как выяснять, когда даже не знаешь, чего это касается и с какой стороны подступиться? Да и весь вид Малефисенты, мирный и расслабленный, мало походил на человека, делающего нечто тайное.
Помощник тихо фыркнул. А чего он ожидал? Можно подумать, ответ так и упадёт ему в руки… Можно подумать, на лбу у госпожи так и вырисуются те самые три руны. Можно подумать, этим рунам вообще стоит верить так серьёзно!

Все мысли улетучились сами собой. Всё-таки как быстро прошло его путешествие, но как же долго он не был дома! И появиться дома тихо и скучно было бы просто безобразием.
Минута — и он, глухо прошелестев крыльями в воздухе, в один миг преодолел пространство залы. Радостно вцепившись пальцами в мягкий чёрный бархат на её плече, он без зазрения совести разорвал эту благостную тишину:
— Каррр! Здррравствуй, госпожа. Твой блудный ворррон верррнулся!

Малефисента вздрогнула от неожиданности, и Диаваль, вспорхнув с ее плеча, опустился прямо на стол среди свитков и флаконов. Она тут же потрепала его по блестящим перьям:
— О, да! Конечно, узнаю свою болтливую птицу. Не успел прилететь, и тут же под руку каркает…

Тряхнув головой, он снова вспорхнул и, приняв свой обычный вид, кое-как пригладил свои взъерошенные волосы.
— Только не говори, что совсем не рада своему горю! Всё равно не поверю.
— Ты-то горе? — засмеялась Малефисента. — Да ты просто тридцать три несчастья!
— Ну, из песни слов не выкинешь, — словно извиняясь, юноша пожал плечами. — Знаешь такую магловскую примету: один ворон к горю, два — к радости вскоре, три — жди ложь и обман, четыре — денег полный карман...* Ну, и так далее. Лучше, конечно, когда таких, как я, четыре или семь.

— А семь почему?
— Потому что это самое любопытное, — многозначительно улыбнулся Диаваль, сделав широкий жест рукой поверх стола: — Семь – прольют на тайну свет!
— Осторожно, – предупредила Малефисента, — а то настой из наперстянки точно прольёшь. Кстати, о полных карманах: надеюсь, ты не привёз с собой половину леса?

— Не привёз, – вздохнул юноша. — Нас так замело, что мы пять дней просто сидели и ждали, когда это прекратится. А потом снегу намело столько, что хоть по пояс ныряй. Какие уж там поиски, разве что друг друга раскапывали…
Малефисента подозрительно взглянула на него, приподнимая бровь.
— Не поверю, что ты так и вернулся налегке!
— Само собой, — довольно улыбнулся Диаваль. — Не поверишь, и правильно сделаешь.

Поискав что-то в кармане, он протянул ей небольшую серебряную подкову на шнурке:
— Это тебе, госпожа! На счастье. Раз уж воронов у тебя не четыре, а только один, то пусть эта штука приносит тебе золотые галлеоны. Надеюсь, не подведёт!
— Хм… ну спасибо тебе, — улыбнулась Малефисента, вертя в пальцах подарок.
— Всё остальное получишь к концу месяца, — подмигнул юноша.

— Какое ещё остальное?
— Вот тогда и узнаешь, — с таинственным видом сообщил он. — Не мог же я приехать с пустыми руками! Мои друзья не могли отпустить меня налегке, а я не мог ничего не привезти своей госпоже… Кстати, не только я многое привёз с собой. Августа теперь живёт в Хогсмиде, можно будет чаще видеться и обмениваться…

Он оборвался на полуслове, заметив, что Малефисента внимательно, изучающе смотрит на него.
— Августа, значит, — заметила она и выразительно повела бровью, отводя от лица прядь тёмных волос.
— Что?.. — растерянно переспросил Диаваль. — Да ну, госпожа! Августа — она просто друг. Очень хороший друг, и ничего такого.

Малефисента ещё внимательнее посмотрела на него.
— Августа — учёный-магозоолог. Она занималась изучением каких-то редких тварей, очень далеко отсюда. Но что-то у неё там не заладилось, и она недавно решила перебраться сюда, в Хогсмид. Теперь она устроилась в «Клюв и хохолок», вот как раз на днях приступает. А значит, мы будем знать первыми, если в продаже появятся нужные нам ингредиенты…

— А ты, я вижу, зря времени не терял, — Малефисента улыбнулась одним уголком губ, — у тебя скоро везде свои люди появятся…
— Ну, не без этого, — склонил голову набок Диаваль. — Августа искала работу и спрашивала, не найдётся ли в Хогсмиде чего-нибудь для неё. Я только подсказал, куда обратиться! А там её и без меня приняли… Она хорошая, правда.
— Не сомневаюсь, у тебя все хорошие…

— Зато тебе все подозрительны, — засмеялся помощник… и осёкся.
А ведь правда, если госпожа никому не доверяет, тогда… что это была за тайна, которая ей дважды выпала? Если, конечно, она есть.
— Кстати, что это мы всё обо мне, — начал он издалека, будто бы невзначай. — Расскажи лучше, госпожа, чем ты без меня дни коротала, пока тебе никто под руку не каркал. Тоска зелёная, наверное?
— Ну почему же, – уклончиво ответила Малефисента. — Не скажу, что у меня было так много времени скучать…

— Какая же ты бессердечная, — в притворной обиде поморщился Диаваль. — Интересно, кто же так всецело похитил твоё время?
— Да вот хотя бы это, — она махнула рукой, указывая куда-то перед собой.
Юноша повернул голову в ту же сторону и… не заметил ничего, кроме большого котла, прикрытого крышкой. Котёл никак не отвечал на его вопрос, просто стоял у самого окна… выходящего на север. К боку прилип мандрагоровый листок, уже присохший к поверхности.

— Да ладно?! — опешил Диаваль. — Госпожа, ты же сама говорила мне, чтобы я отписался об отказе! Что мы не будем ничего варить до конца года, что мы это сварим в следующую луну…
Малефисента молча кивнула.
— Ты меня обманула, госпожа!
— И в чём же? Я сказала, что мы с тобой не будем варить ничего до конца года. Но никто не обещал тебе, что этого не буду делать я.
Помощник хотел было что-то возразить, но только прикусил язык.

— Но как… Почему я тогда прислал им отказ?
— Ничего страшного. Сейчас сварим, настоим, разольём по флаконам, зато потом ты только всё передашь.
— Но зачем тогда я отказался? — непонимающе тряхнул головой Диаваль.
— А разве ты бы согласился уехать, если бы знал? — пожала плечами Малефисента. — Ты бы продолжал угрызаться совестью и остался мне помогать. Так и сидел бы здесь все эти дни, мхом покрывался.

— Ничего подобного, — насупился Диаваль. — Ты же была всё это время здесь, и ничем не покрылась.
— Не покрылась, — улыбнулась в ответ Малефисента, — и тебе не советую. Ты разве не заслужил за этот год немного свободы? Съездил к друзьям, не думая о зельях, котлах и обязанностях. Тебе разве плохо было?
— Нет, конечно! Но…
— Ну вот и не ворчи на меня вместо благодарности.

— Госпожа, я… — запнулся он, чувствуя, что слова встали в горле. — Но ты же… пока я там прохлаждался, а ты здесь… Ты что, всё это время над котлами колдовала?
— Конечно, не всё. Я начала его варить пять дней назад — как видишь, не только тебя за порог выпроводила. Сейчас оно настаивается, послезавтра как раз будет полнолуние — и на следующем этапе как раз можешь мне помочь.
— Да ты смеёшься! — фыркнул Диаваль. — Следующий этап — это влить настой чемерицы, перемешать и разложить на дне по кругу семь лунных камней… А потом ждать ещё неделю. И ради вот этого великого подвига я вернулся домой!
Оба посмотрели друг на друга и рассмеялись.

— Послушай, госпожа, — заметил он между делом, — я ведь всё-таки негодяй.
— И почему на этот раз?
— Потому что я обещал устроить тебе особый повод, а сам…
— Да брось, — возразила Малефисента, слегка покачивая кулон на шнурке. — Все особые поводы уже прошли, чего теперь об этом? Можно сказать, дело к весне идёт…
— Все, да не все, — хитро улыбнулся помощник.— Есть ещё один важный повод… в конце этого месяца. И тут уж, госпожа моя, ты от меня не отвертишься.

Обходя родные стены в приподнятом настроении, он вдруг поймал себя на мысли: а ведь руны не соврали! Всё так и есть: госпожа, её решительность и тайное, немного обманное намерение ему поспособствовать. Он бы и правда ни за что не согласился, если бы знал…
Но тогда, если все три предсказания оказались правдой… значит, руны его всё-таки слушаются?

* Похоже, Диваль подразумевает одну из вариаций этой народной приметы:
Спойлер



Смотрите больше топиков в разделе: Кукольные фотоистории и сериалы: комиксы, фотостори






Обсуждение (21)
И спасибо за примету, не слышала про такую)))
Примета, кстати, существует в разных вариантах, их вроде около 19 существует в природе) Те же 3 и 4 могут в разных версиях означать ложь и богатство, дочь и сына, смерть и рождение, и много чего ещё другого) Некоторые версии обрываются на 7 воронах, другие продолжаются по 13 включительно)
Прикольная примета) тоже не знала про неё!
Получается что он понял эту тайну по-своему. Ну и к лучшему) Зато Малефисента может жить спокойно, он её не будет колупать и допытывать)
П. П. С. А как переводятся 8 и 10 пункты приметы с картинки?
Спасибо! Тот редкий случай, когда в обеих формах можно говорить))
Да, у Малефисенты железное алиби, точнее, полное отсутствие того, что может вызвать подозрения)
Пока что так, во всяком случае)
8 — желание, 10 — время счастливого блаженства))
Я там ещё две версии добавила под спойлер)
Диавалю действительно стоит заняться рунами, способности определённо есть!
Символика с воронами интересная, никогда не сталкивалась раньше))
Это правда! Но у обоих есть и то, чего они друг другу не расскажут ;)
Да, внезапно подогналось то, что он принял за доказательство! Но это и хорошо, кому-то очень повезло не попасть под допрос (хотя он бы всё равно ничего не дал))
Рада, что было интересно! Там очень много версий)
Диаваль-ворон шикарен конечно, и еще глаз так и цепляется за колечко Малефисенты
Домой возвращаться приятно и так уютно описаны эти строки предвкушения — вот это уже половина удовольствия от возвращения)
Кулон в виде подковы понравился, красивый подарок.
Ооо, да! Я представила себе её реакцию
Спасибо, Марин! Насчёт колечка особенно приятно, я его делала для неё к балу, как могла))
Конечно! Всегда приятно возвращаться туда, где ты по-настоящему дома, где тебя ждут))
Спасибо! В вороньих глазах хороший подарок должен хоть немного блестеть))
А ведь точно!
А я обещала, что и дар получит своё подтверждение, и тайное не станет явным ;) Госпожа так или иначе сварила себе железное алиби!))
Ворон такой ворон, не может не
доклёвыватьсядоискиваться до правды, хотя и не всегда добирается до неё))Twelve for health — слушай, похоже, мельник был в курсе, чтобы мельница молола и сам он был жив-здоров, нужно было именно 12!
И да, похоже, теперь мы знаем о ещё одной магической способности Диаваля.
Есть такие задатки, да) Прямой связью с рунами владела его матушка, на самом деле, но дядя ему в своё время предусмотрительно ничего не сказал об этом. А теперь эта способность по воле случая проявилась)
Дар к рунам — есть такое, не зря они всегда его притягивали)