Школа Добра и Зла /Последнее "Долго и счастливо" /30 серия /Извинения и признания /часть 2

Экранизация романа С. Чайнани «Школа Добра и Зла: Последнее „Долго и счастливо“»

30 серия «Извинения и признания» (часть 1)

О том, как холодно стало в лесах, Агата и Тедрос подумали сразу же, как только прошли сквозь портал. Вернувшись после трех недель, проведенных на теплых лугах, в лишенную солнца зиму, они дрожали от холода, и никакие толстые плащи их не спасали. Хуже всего было то, что в морозном воздухе появился неприятный новый запах – тяжелый, сладковатый, тошнотворный запах гниющего дерева и разлагающихся трупов. Первый час после своего возвращения Агата и Тедрос дышали сквозь ткань своих плащей, пока немного не свыклись с этим кошмаром.


Судя по часам, утро было в полном разгаре, но ни теплее, ни ярче оно не становилось. Армия Мерлина продолжала шагать, разбившись на пары – молодой со стариком, – и только Агата и Тедрос шли друг с другом, а не со своими наставниками, которых они оба старались избегать.


Первое время все чувствовали себя в относительной безопасности – в лесу было пусто, попадавшиеся им на пути Добрые королевства, как и предсказывал Мерлин, скрывались за крепостными стенами, а жители злых королевств, таких как Рейвенбоу или Нижний лес, нападать на армию Добра – пусть и маленькую – не спешили, ждали, когда это сделает Директор школы.
Но затишье продлилось недолго.
Вскоре по обочинам тропы стали встречаться свежие могилы, увенчанные дымящими белыми звездами, на которых Мерлин написал имена погибших и похороненных им здесь героев. Шедший рядом с Белым Кроликом гном Юба записывал все имена в свой блокнот и беззвучно шептал молитвы по каждому из убитых.


К тому времени, когда маленькая армия остановилась, чтобы перекусить и немного отдохнуть, настроение у всех было подавленным, каждый невольно думал о том, что следующий шаг приближает его к собственной могиле.
И в то же время они продолжали верить, что у их вождя есть надежный план, который поможет им остаться в живых. Так уж все устроены – и люди, и сказочные герои. Боятся смерти, но продолжают верить в лучшее. Вот почему, когда Мерлин развел костерок на поляне и, вынув из своей шляпы, раздал сэндвичи с курицей и пирожки, все уселись в кружок, приготовившись услышать, каким образом маленькому отряду старых героев и юных учеников удастся разгромить превосходящую их в двадцать раз армию Зла.


– Иногда я задаюсь вопросом, – в полной тишине заговорил Мерлин, слизывая прилипшую к верхней губе капельку горчицы, – откуда на самом деле берется еда? Может, внутри моей шляпы есть дыра, которая ведет в четвертое измерение? Или жареные куры и хлеб магическим образом возникают прямо из воздуха? Но если так, то из чего, в таком случае, сделан этот сэндвич? Тоже из воздуха, получается? Занятная головоломка, верно?


Тридцать восемь глаз пристально следили за ним, тридцать восемь ушей ловили каждое его слово.
– Послушай, Мерлин, – с трудом сдерживая раздражение, сказал за всех Ланселот. – Ясен пень, что мы направляемся прямо в лес Стимфов, иначе давно уже повернули бы на восток. Если мы идем в этот лес, а не прямиком к школе, на то должна быть причина. И притом веская, я прав?


– Абсолютно, – кивнул Мерлин и полез в свою шляпу за зубочисткой.
– Ну и что дальше? Дальше что?! – выкрикнул Питер Пэн.


– Лес Стимфов – это как раз то место, где Директор собирается напасть на нас, – что тут неясного? – сказал Мерлин, ковыряя в зубах. – Кто-нибудь хочет кофе? Двадцать кружек – это, конечно, довольно серьезная нагрузка для моей бедной шляпы, особенно если учесть, что вкусы у всех разные – одному подавай черный кофе, другому со сливками, третьему с сахаром, четвертому…
– Да не тяни, Мерлин! – взвыл Джек.


– Когда я сказал «Оставьте план войны мне», именно это я и имел в виду, – ответил волшебник. – У всех вас достаточно забот-хлопот и помимо заморочек с войной. Еще я говорил, что война будет бесполезна, если погибнет хотя бы еще один из известных сказочных героев. Защитный барьер мира читателей и так уже едва держится. Питер, Золушка, Джек, Спящая Красавица, Красная Шапочка, Гензель, Гретель, Пиноккио – вы, и только вы, остались между Директором школы и концом Добра, каким мы его себе представляем. Поэтому позвольте мне позаботиться о плане сражения, а вы с помощью своих юных помощников позаботьтесь о том, чтобы остаться в живых.


Тедрос взглянул на Агату, словно проверяя, не считает ли она, что оставлять весь план войны исключительно на усмотрение Мерлина – это ошибка, как думает он сам.
Агата поняла этот взгляд, кашлянула, прочищая горло, и спросила:
– Мерлин, ты только что сказал, что ведешь нас в лес Стимфов потому, что там Директор школы собирается напасть на нас. Поскольку лес Стимфов находится под контролем Директора, хотелось бы прояснить некоторые детали.


– Детали? – переспросил Мерлин, недовольно поджимая губы. – Какие еще детали? Директор планирует заманить нас в засаду прежде, чем мы доберемся до школы. Поскольку я узнал об этом заранее, то прикинул, где может быть самое подходящее место для такой засады. Наилучшим вариантом мне показался лес Стимфов.


В ответ послышался глухой, но дружный ропот.
– Он все-таки свихнулся, – пробормотал Тедрос, повернув голову к Агате.


– Но, Мерлин, если лес Стимфов находится под контролем Директора и там нас ждет засада, то это самое неподходящее место из тех, куда мы только можем направиться… – начал Ланселот.


– К черту стимфов! – перебила его Эстер. – Нам готовят засаду, я правильно поняла? И в засаде нас будут ждать две сотни оживших злодеев-зомби?


– Откуда волшебник вообще узнафайт что они делайт нам засад? – с насмешкой спросил Гензель. – И зачем нам в него ходить?
– Гензель прав этот раз, – согласилась с братом Гретель. – «Засад» ист «штурм»… «атак», причем неожиданный атак. Мы засад знайт, мы засад ожидайт, мы засад избегайт. Нихт неожиданный атак – нихт засад…


– Больше всего меня удивляет то, что наша будущая королева столько внимания уделяет моим планам, – сказал Мерлин, по-прежнему не сводя глаз с Агаты. – Хотя сама она до сих пор не знает, как ей уговорить Софи уничтожить кольцо. А между тем именно от этого зависит исход войны, не от меня.
Все замолчали.
Агата медленно подняла голову и посмотрела в лицо Мерлину.


– Либо умрет Директор, либо умрем все мы, Агата, – веско добавил маг. – Поэтому, будь я на твоем месте, я бы лучше сосредоточился на Софи, а не на стимфах.
Слова Мерлина эхом разнеслись по окрестному лесу.
Агата заметила, как пристально смотрит на нее Тедрос.
Остальные тоже посматривали на Агату, хмурились и молчали.
– С таким же успехом мы можем сделать себе харакири. Прямо здесь и сейчас, – нарушила тишину Золушка.


– Харакири? Не обязательно! – обернулась к ней Агата. – Я своими руками с удовольствием сверну тебе шею, злобная жирная дура, которую все терпеть не могут!


Золушка густо покраснела.
Остальные скромно потупились или отвернулись в сторону.
Агата посмотрела на Тедроса, но тот тоже отвел глаза.


Мерлин тяжело, по-стариковски, поднялся на ноги, отряхнул прилипшие к его ладоням хлебные крошки.
– Вот еще одна причина, по которой я на всю жизнь остался холостяком, – сказал он, не спеша направляясь к лесной тропинке. – Ради удовольствия есть в одиночестве, когда тебе никто аппетит не испортит.

– Не стану я извиняться, – упрямо повторила Агата.
Тедрос молча продолжая идти рядом с ней по тропинке.
– Она получила по заслугам, – фыркнула Агата, оглянувшись через плечо на шедших далеко позади Золушку и Пиноккио. – Ты на моем месте поступил бы точно так же, разве нет?
Тедрос снова промолчал.
– Ну хорошо, если ты собираешься устроить из этого семейную сцену, изволь, я извинюсь, но только тогда она должна извиниться первой, – сказала Агата.


– А она-то за что должна извиняться? – удивился Тедрос.
– Тедрос, она же постоянно изводит нас с самого первого дня нашего знакомства.
– Но раньше это тебя не беспокоило. До того момента, когда ты оскорбила ее. Десять минут назад.
– Это потому, что у меня лопнуло терпение!
– Или потому, что ты находишь допустимым срывать зло на других, оттого что не уверена в себе.
– Что?
– Агата, помнишь, на первом курсе мы были на уроке добрых дел у профессора Доуви и ты назвала меня тупым ослом, а затем…
– Ты пригрозил убить меня?
– От неуверенности в себе, – ткнул себя в грудь Тедрос, – я сорвал зло на девушке, – и он указал пальцем на Агату. – Как говорится, сам дурак.
– Однако ты передо мной тогда не извинился, – завелась Агата. – Так какого лешего я сейчас должна перед ней извиняться?
– Потому что ты лучше меня, ясен пень.


– И такую тактику ты намерен применять впредь? Всю нашу жизнь?
– А что, по-моему, эта тактика работает, разве нет?
– Ну ладно, – Агата закатила глаза. – Ладно, уговорил. Но учитывая, что в данный момент я не могу оказаться один на один с Золушкой, я извинюсь перед ней позже, в более подходя…
– Эй, Длинноносый! – крикнул Тедрос, обращаясь к Пиноккио. – Можно тебя на минуточку? Хочу кое о чем тебя спросить.
– Честно скажу, разговаривать с таким задавакой, как ты, мне совершенно не хочется, – поморщился Пиноккио. – Но поскольку ты все равно не отстанешь, так и быть, подойду. Ну, что тебе?


Пиноккио поравнялся с принцем, а Агата слегка приотстала.
– Послушай, Длинноносый, наверное, это ужасно утомительно – всегда говорить только правду? – спросил принц.
– А почему, ты думаешь, я так и не женился? – вопросом на вопрос ответил Длинноносый.


Агата еще слегка приотстала и оказалась рядом с Золушкой.
Она ожидала, что старая принцесса сейчас набросится на нее, закатит скандал на весь лес, но Золушка продолжала идти вперед молча, сосредоточенно глядя себе под ноги слегка прищуренными глазами. Сейчас в ней было что-то от пристыженного ребенка.
– Э… привет еще раз, – смущенно начала Агата. – Я хотела извиниться… Просто меня занесло, я не сдержалась и…
– Ты считаешь меня дрянью, – бесцветным голосом перебила ее Золушка. – Все считают меня дрянью. Недоброй, ехидной, грубой. Но никто, никто не хочет меня понять, а уж ты меньше всех.


– Это неправда, – возразила Агата. – Между прочим, меня тоже все считают грубой и резкой. Если честно, я боялась того, что обо мне подумают, но только пока не поняла, что…
– Да начхать всем на то, что ты там поняла! – ворчливо перебила ее Золушка. – И меня, между прочим, нисколько не колышет, что там обо мне подумают разные дураки вроде тебя. Ладно, все, проехали. Забудь все, что я сказала. Можешь считать, что твои извинения приняты, и проваливай отсюда. Договорились?


Золушка уставилась куда-то в сторону, давая понять, что их разговор закончен.
– Договорились, – вздохнула Агата.

30 серия (часть 3)

«Дорогие мои и любимые зрители, если вы читали книги и знаете последующее развитие событий, то убедительная просьба быть осторожными в своих высказываниях в комментариях, чтобы не заспойлерить дальнейший сюжет другим людям! Пожалуйста давайте уважать друг друга, не будем портить впечатление от чтения тем, кто знакомится с произведением впервые!
Искренне ваша, режиссер Изольда"

Смотрите больше топиков в разделе: Кукольные фотоистории и сериалы: комиксы, фотостори