ВЕЧНАЯ ЗЕМЛЯ. 37. Возвращение Вигго.
Уехали на Север Вигго и один из пленников-северян, и для оставшихся в Брунне рабов потянулись томительные дни ожидания. Ни для кого из северян не было секретом, что на родину Элиас отправил письмо. Как знать, выкупят лорда Хаффа, он вернется домой и, быть может, не забудет тех, с кем бок о бок провел самые тяжкие месяцы плена, с кем мерз в земляной яме, околевал с холода и голода в дикарской крепости всю суровую зиму. Всколыхнулась тоска по дому, по оставленной семье и близким. Эти люди, что еще несколько месяцев назад готовились к неминуемой смерти под плетью Вигго, ныне позволили надежде увлечь себя. К Элиасу шли и те, кто умел писать, составив несколько слов для любимых, и те, кто не знал грамоты. «Вернетесь домой, будете проезжать Данн-Фенем, передайте матушке, что я жив...» «В Оринне, ежели придется там быть постоем, спросите Манса-торговца, его все знают, он — мой деверь…» Голоса эти, робкие и молящие, отчаянные, страстные в своей вере, преследовали Элиаса во сне. Он хорошо понимал, как и остальные пленники, что передать все эти послания невозможно, Данн-Фенем, Оринн, Дармлох, Кримтана, Хидден-холл далеко друг от друга, и нет у него возможности навестить всех, каждый дом, где ждет чья-то мать, жена, дети. Понимали это и пленники, но последний месяц лета был для них всех озарен небывалой надеждой, пусть несбыточной, но от нее даже дышалось на чужой земле легче. Элиас много думал о доме и Мередит. Он мрачно прикидывал, сможет ли его жена собрать такой большой выкуп. Хафф не в силах был выделить на это пятьдесят монет, у них едва ли есть половина, особенно теперь, когда Север потерпел сокрушительное поражение и мужчины так и не вернулись в крепость. Но Мередит может поехать в столицу, король опекал ее и, возможно, не откажет в помощи… Элиас хмыкнул, не очень-то он теперь верил в королевскую помощь.
Так, между отчаянием и надеждой, пленники дожидались вестей и возвращения посланников Ансгара.

Вигго вернулся неожиданно скоро, намного раньше, чем ждал его вождь. Был вечер, и пленники по обыкновению, сидели у огня.

Вигго отдал поводья взмыленной лошади, легко соскочил на землю. К седлу второй лошади было привязано тело северянина.


Сперва Элиас решил, что тот мертв, но Вигго подошел, разрезал веревку, и тело упало на землю. Пленники с молчаливым ужасом смотрели на него. У несчастного была перевязана культя на правой руке, и такие же грязные, задубевшие от крови тряпицы намотаны были на ноге. Пленник слабо застонал, когда Вигго пнул его сапогом, он был жив. Волоча его за шиворот, Вигго направился внутрь, и двери за ними закрылись.


Пленники перешептывались и переглядывались, не смея говорить громко, но словно дыхание самой смерти пронеслось над двором Брунна, уничтожив ослепительную надежду. Наконец один из слуг мара пришел за Элиасом. Он привел его в ту же залу, где Элиас уже бывал несколько раз. Ансгар сидел за столом, подперев голову рукой, Вигго стоял перед ним, придерживая пленника. Тот стоял на коленях, но был так слаб, что если бы Вигго не держал его за плечо, упал бы и испустил дух.

— Элла! Проходи! — Ансгар кивнул северянину, но лицо его было сумрачным.
— Вигго только прибыл из Хаффа и привез вести.
Элиас и бывший надсмотрщик поглядели друг на друга с нескрываемой враждебностью, Вигго лениво ухмыльнулся.

— Твое послание я передал, господин, как и письмо, лично в руки госпоже Хаффа, — Вигго смотрел на Элиаса с нескрываемой издевкой. — И господину Хаффа.
Элиас вскинул голову, глаза его расширились, непроизвольно он шагнул к Вигго, но остановился. Кровь гулко стучала в висках. Господину Хаффа?

— У Хаффа есть хозяин, — продолжал Вигго, наслаждаясь своей миссией. — Леди нашла нового мужа, некоего лорда Лэнсборо, — Вигго расхохотался. — Он вроде бы считает себя другом погибшего лорда Хаффа! Он поклялся, что ты, северянин, мертв!

Рис Лэнсборо… муж Мередит… Его жена вышла замуж снова… У Хаффа новый хозяин… Элиаса пробрала дрожь, но он ни мгновенья не сомневался, что ненавистный дикарь говорит правду, как бы ни хотелось ему верить в противное.
— Выкуп платить они отказались, лорд Хаффа велел нам убираться.
Вигго дернул пленного северянина, и тот наконец поднял голову, отважился поглядеть на Элиаса.
— Это правда, — тихо выговорил он, — простите, лорд…

Элиас стоял, сжимая и разжимая кулаки, обуреваемый гневом и унизительным стыдом. Нет, на королевскую милость он не рассчитывал, но он верил жене, верил другу… С Рисом вместе они прошли не один военный поход, он бы доверил ему в бою свою жизнь! Почему же тогда Рис солгал? Почему Мередит ему поверила!

Желваки ходили под кожей, вены на руках северянина вздулись, но он все так же хранил молчание, и тогда заговорил Ансгар.
— На нашей земле позор предательства смывают кровью! Будь это жена, предавшая мужа, или другой родич… Твоя женщина заслуживает смерти, Элла! Твой король отступился от своего верного меча, твоя семья отреклась от тебя. Мне жаль, ты — достойный человек, я это вижу.

Элиас молча, исподлобья смотрел на вождя бруннов.
— Будь ты членом моего дома, за тебя вступились бы все мои родичи, но у вас на Севере не так. У вас каждый сам за себя.

В голосе Ансгара не было насмешки, только утверждение и грусть.
— Если это так, мне нечем заплатить тебе за мою свободу, — наконец глухо сказал Элиас.

-Да, Элла, нечем.
Ансгар будто разом потерял интерес к Элиасу и Хаффу, он смотрел на Вигго и пленника, стоящего на коленях перед его столом.
— Почему он в таком состоянии?

Вигго пожал плечами.
— Он пытался сбежать, — отозвался он. — Дважды.
— Что ж, ступай, Элла.

Элиас не помнил, как вышел наружу, в теплые летние сумерки. Хотелось закричать, ударить, убить… Он вспомнил Риса в тот последний день, перед битвой, они сидели перед костром бок о бок… Новый лорд Хаффа… Да, ему хотелось убить его сейчас!
В темноте к нему приблизилась тень, остановилась нерешительно, и Элиас узнал Стьерру.
— Мне жаль, Элла, — тихо сказала она.

От сочувствия в ее голосе стало совсем невмоготу, он прошел мимо нее, ничего не ответив, поплелся в сарай к пленникам. Стьерра долго еще стояла в темноте, глядя на его широкую спину, поникшие плечи и светловолосую голову, пока он не скрылся в сарае.
Смотрите больше топиков в разделе: Кукольные фотоистории и сериалы: комиксы, фотостори
Так, между отчаянием и надеждой, пленники дожидались вестей и возвращения посланников Ансгара.

Вигго вернулся неожиданно скоро, намного раньше, чем ждал его вождь. Был вечер, и пленники по обыкновению, сидели у огня.

Вигго отдал поводья взмыленной лошади, легко соскочил на землю. К седлу второй лошади было привязано тело северянина.


Сперва Элиас решил, что тот мертв, но Вигго подошел, разрезал веревку, и тело упало на землю. Пленники с молчаливым ужасом смотрели на него. У несчастного была перевязана культя на правой руке, и такие же грязные, задубевшие от крови тряпицы намотаны были на ноге. Пленник слабо застонал, когда Вигго пнул его сапогом, он был жив. Волоча его за шиворот, Вигго направился внутрь, и двери за ними закрылись.


Пленники перешептывались и переглядывались, не смея говорить громко, но словно дыхание самой смерти пронеслось над двором Брунна, уничтожив ослепительную надежду. Наконец один из слуг мара пришел за Элиасом. Он привел его в ту же залу, где Элиас уже бывал несколько раз. Ансгар сидел за столом, подперев голову рукой, Вигго стоял перед ним, придерживая пленника. Тот стоял на коленях, но был так слаб, что если бы Вигго не держал его за плечо, упал бы и испустил дух.

— Элла! Проходи! — Ансгар кивнул северянину, но лицо его было сумрачным.
— Вигго только прибыл из Хаффа и привез вести.
Элиас и бывший надсмотрщик поглядели друг на друга с нескрываемой враждебностью, Вигго лениво ухмыльнулся.

— Твое послание я передал, господин, как и письмо, лично в руки госпоже Хаффа, — Вигго смотрел на Элиаса с нескрываемой издевкой. — И господину Хаффа.
Элиас вскинул голову, глаза его расширились, непроизвольно он шагнул к Вигго, но остановился. Кровь гулко стучала в висках. Господину Хаффа?

— У Хаффа есть хозяин, — продолжал Вигго, наслаждаясь своей миссией. — Леди нашла нового мужа, некоего лорда Лэнсборо, — Вигго расхохотался. — Он вроде бы считает себя другом погибшего лорда Хаффа! Он поклялся, что ты, северянин, мертв!

Рис Лэнсборо… муж Мередит… Его жена вышла замуж снова… У Хаффа новый хозяин… Элиаса пробрала дрожь, но он ни мгновенья не сомневался, что ненавистный дикарь говорит правду, как бы ни хотелось ему верить в противное.
— Выкуп платить они отказались, лорд Хаффа велел нам убираться.
Вигго дернул пленного северянина, и тот наконец поднял голову, отважился поглядеть на Элиаса.
— Это правда, — тихо выговорил он, — простите, лорд…

Элиас стоял, сжимая и разжимая кулаки, обуреваемый гневом и унизительным стыдом. Нет, на королевскую милость он не рассчитывал, но он верил жене, верил другу… С Рисом вместе они прошли не один военный поход, он бы доверил ему в бою свою жизнь! Почему же тогда Рис солгал? Почему Мередит ему поверила!

Желваки ходили под кожей, вены на руках северянина вздулись, но он все так же хранил молчание, и тогда заговорил Ансгар.
— На нашей земле позор предательства смывают кровью! Будь это жена, предавшая мужа, или другой родич… Твоя женщина заслуживает смерти, Элла! Твой король отступился от своего верного меча, твоя семья отреклась от тебя. Мне жаль, ты — достойный человек, я это вижу.

Элиас молча, исподлобья смотрел на вождя бруннов.
— Будь ты членом моего дома, за тебя вступились бы все мои родичи, но у вас на Севере не так. У вас каждый сам за себя.

В голосе Ансгара не было насмешки, только утверждение и грусть.
— Если это так, мне нечем заплатить тебе за мою свободу, — наконец глухо сказал Элиас.

-Да, Элла, нечем.
Ансгар будто разом потерял интерес к Элиасу и Хаффу, он смотрел на Вигго и пленника, стоящего на коленях перед его столом.
— Почему он в таком состоянии?

Вигго пожал плечами.
— Он пытался сбежать, — отозвался он. — Дважды.
— Что ж, ступай, Элла.

Элиас не помнил, как вышел наружу, в теплые летние сумерки. Хотелось закричать, ударить, убить… Он вспомнил Риса в тот последний день, перед битвой, они сидели перед костром бок о бок… Новый лорд Хаффа… Да, ему хотелось убить его сейчас!
В темноте к нему приблизилась тень, остановилась нерешительно, и Элиас узнал Стьерру.
— Мне жаль, Элла, — тихо сказала она.

От сочувствия в ее голосе стало совсем невмоготу, он прошел мимо нее, ничего не ответив, поплелся в сарай к пленникам. Стьерра долго еще стояла в темноте, глядя на его широкую спину, поникшие плечи и светловолосую голову, пока он не скрылся в сарае.
Смотрите больше топиков в разделе: Кукольные фотоистории и сериалы: комиксы, фотостори






Обсуждение (57)
Элиас и так-то не слишком верит в королевскую помощь, пятьдесят на пятьдесят. А уж после ответа тем более!
А Рис обознался — по крайней мере, поначалу — искренне.
Да. так и было, а теперь поздно на попятную, считает лорд Лэнсборо. Да и может, дикари лгут, это ж дикари!
Кроме того, шотландцы имели привычку отправлять выкупленных английских лордов живыми, но в дороге не кормить.
— «Упс! Хлипковат лорд-
северяниннормандец оказался, дороги не перенес, как жаль»…И кроме маров, заключивших договор, новые марства (баронства/графства) на Пустоши возникают и исчезают каждый день, как произошло с родами Даубе и примкнувших к нему Раума и того, третьего.
Не знаю, может я преувеличиваю))
А это, пожалуй, главная причина невозможности договориться. На Пустоши только начинается централизация власти, и там, где один мар «за», два других «против» и наоборот. Коалиции стихийные и временные.
Какие там пленные, северяне отступали с огромными потерями, по выжженной ими же земле(
Ансгару определенно нравятся шотландцы!
Только Стьерру Асгар напрасно приплел, вдруг она однажды уйдет с Элиасом, тогда мир между Пустошью и Хаффом снова под угрозой
Стьерра, которая заранее знала исход, тоже северянину сочувствует.
А вот «друг», который даже не попытался вызволить друга, а вместо этого предпочел жить его жизнью- это, канеш, удар в спину. Очень недальновидно со стороны Риса. Получил теперь персонального врага. А у Элиаса теперь развязаны руки, что очень на руку Ансгару.
Это Элиаса больнее всего и ударило. Это Мередит он знает чуть больше года, а с Рисом рос вместе, воевал, дружил…
Так и есть, осталась самая тонкая часть плана.
А кому симпатизируешь?
Вот-вот!