Хозяйка поместья. Глава 13/2. Мы победили (заключительная)

Глава 13/1
Все серии в Дневнике

Пьющий Кровь приехал на плантацию задолго до назначенного срока – два месяца.
Однажды вечером индеец остановился у большого дома и встретился на ступенях с Джейсоном. Они долго смотрели друг на друга тяжелым взглядом, наконец Блад сказал спокойно:
– Все сделано.


– Ты хочешь сам сказать это Кэтрин? – спросил чисто выбритый и хорошо одетый джентльмен.
– Нет. Передай ей только, что он пострадал за то, что сделал.

Джейсон задумчиво посмотрел вслед индейцу и медленно вошел в дом. Перед этим трое мужчин наслаждались послеобеденным бокалом вина. Поговорив с Бладом, Джейсон не вернулся в общество Адама и Гая, а прошел в большую гостиную, где Кэтрин в очаровательном платье из зеленого шелка беседовала со своей матерью.

Ему нравилось смотреть на них со стороны – Кэтрин с каждым днем становилась все красивее, и Рэйчел расцвела, голубые ее глаза светились покоем и умиротворением.


Улыбнувшись, он сказал обеим женщинам:
– Ничего страшного. Просто перед тем, как Кэтрин отправится спать, я хотел бы сказать ей несколько слов.
– Если это важно, можешь сказать мне сейчас.

Он покачал головой.
– Нет, позже. – И ушел.

После его ухода Кэтрин было уже не до разговора с матерью, мысли постоянно возвращались к Джейсону. Что он хотел сказать? Сославшись на головную боль, она рано поднялась в свою комнату.
В спальне Жанна помогла ей раздеться, Кэтрин накинула бирюзовый пеньюар и сама распустила волосы. Глядя на то, как эффектно она выглядела, никто бы не сказал, что с ней недавно произошло.

Но внутренне она еще не оправилась, и временами ей казалось, что это вообще невозможно. В ее отношениях с Джейсоном было много боли и разочарования. Сейчас они играли роли любящих мужа и жены столь искусно, что все были одурачены.
Ее невеселые мысли прервались, когда распахнулась дверь, отделяющая ее комнату от комнаты мужа. Ей стало страшно, когда она увидела приближающегося Джейсона.
– Вернулся Пьющий Кровь. Он попросил передать, что Давалоса нет и что он страдал за то, что взял тебя.

Джейсон заставил себя произнести эти слова, но после них во рту у него осталась горечь.
Пристально глядя на него, Кэтрин поняла, что весть о смерти Давалоса не принесла ей того избавления, которого она ожидала. Хотя она была рада, что он мертв. Но все равно между нею и Джейсоном оставалось слишком много преград.
Вернувшись домой, она решила забыть все, что с ней случилось, но не смогла волевым усилием сломить себя. Сейчас она смотрела на Джейсона, который не торопился уходить. Он перехватил ее взгляд, и она почувствовала, как растет в ней холодное чувство страха.

Привычным жестом Джейсон развязал галстук и бросил его на пол. Затем сбросил туфли. Он следил за ее реакцией на каждое свое движение, играя с ней, как пантера с кроликом. Вытянувшись на стуле, он протянул к огню камина длинные мускулистые ноги. Его лицо над белой шелковой рубашкой казалось еще краше. Перед Кэтрин был обаятельный, сильный мужчина, и этот мужчина был ее мужем.
Она не могла догадаться, о чем он думает, она не доверяла его улыбке, притаившейся в уголках рта. Дальше молчать было неловко, и Кэтрин спросила:
– Как ты думаешь, Рэйчел и Гай найдут когда-нибудь решение? Мне так жаль их.

Джейсон молча любовался ею. Даже с этими тенями под глазами она была ослепительно красивой, желанной и любимой. Больше, чем всегда.
– Я не думаю, что в их ситуации возможно простое решение, – ответил он, помолчав. – О разводе по-прежнему не может быть и речи. Теперь, по крайней мере, они могут видеть друг друга и знать, что их любовь взаимна. А это так много…

Она отвела глаза и, следуя своим мыслям, спросила:
– Как ты думаешь, а они.., они…
– Спят ли они вместе? – закончил он за нее. Кэтрин кивнула.
– Я сомневаюсь! Они больше не испытывают той страсти, что в юности. Но пойми меня правильно, думаю, больше всего на свете Гай хотел бы сделать Рэйчел своею – в полном смысле этого слова. Однажды он уже чуть было не привел ее к бесчестью и, любя ее, не пойдет на новый скандал. Нет, они не спят. Отец будет обожать Рэйчел до конца ее дней, он может предложить ей все, кроме брака. А по поводу их физического союза – тут я сильно сомневаюсь.

– Как это ужасно! – с грустью произнесла Кэтрин. – Любить кого-то и не иметь возможности что-либо сделать.
– В самом деле?! – хладнокровно и с долей удивления спросил Джейсон. Взглянув на него и увидев ироническую нежность в его глазах, Кэтрин нервным жестом поправила на себе халат. Джейсон встал, сбросил с себя цветастый жилет, потом начал расстегивать перламутровые пуговицы на рубашке.
– Знаешь, Кэтрин, пора что-то делать с нашей отчужденностью. Я люблю тебя, и ты моя жена. Нельзя жить так дальше. Я не верю тому, что ты сказала тогда в хижине. Разве ты ненавидишь меня? Глаза выдают тебя – неужели ты думаешь, что я этого не замечаю?

Кэтрин подняла глаза, но, встретив его ласковый взгляд, тут же опустила их.
– Кэтрин, я люблю тебя. Поверь мне и позволь помочь тебе. Вместе мы преодолеем все трудности на нашем пути.

Она снова посмотрела на мужа. Не в силах вынести этой игры в кошки-мышки, она внезапно встала и умоляющим тоном произнесла:
– Я еще не готова к такой встрече, Джейсон. Пожалуйста, уйди. Только не сегодня вечером.
Он медленно покачал головой, и рубашка присоединилась к жилету.
– Ты никогда не будешь готова. С каждым днем то, что случилось, представляется тебе все более ужасным. Пойми меня правильно – это уже случилось, и теперь это уже прошло! Исправить ничего нельзя, как бы отчаянно мы этого ни желали. Я думаю, мы должны похоронить то, что он сделал, вместе с ним.
Ее глаза были широко открыты, во рту пересохло, она избегала смотреть на полуодетого мужчину, стоявшего перед ней. Джейсон сделал к ней шаг и, схватив за руку, притянул ее к себе. Она страдала в его объятиях, но он только провел губами по пышным душистый локонам.

– Видишь, нет ничего страшного. Помни, моя дорогая, я люблю тебя. И я не сдамся.
– Тогда почему же ты был так холоден, когда я сказала тебе? Ты ненавидел меня – я знаю это! Ты винил во всем меня – и ты никогда этого не забудешь!
Теплыми пальцами он поднял ее голову, чтобы посмотреть в глаза. Его собственные глаза были мрачны, но на этот раз Кэтрин увидела в них муку и боль.
– Мы забудем это! – твердо произнес Джейсон. Он нежно встряхнул ее. – Кэтрин, я люблю тебя. Мне трудно передать свои чувства, когда я все узнал, но я никогда не винил тебя. Верь мне! Тогда я чувствовал, что предал тебя. Мне хотелось убить Давалоса, и, наверное, это чувство отразилось на моем лице, но оно было направлено на него – не на тебя!

Глядя на его искаженное страданием лицо, она верила ему. Было очевидно, что он страдал так же, как и она. Желая утешить его, она непроизвольно прильнула к нему, ее рука нежно гладила его лицо. Джейсон поймал ее и прижал к своим губам.
– Кэтрин, никогда не думай, что я виню тебя. Мне страшно было представить тот ужас, через который ты прошла и который остался в тебе. Я не могу выдержать того, что ты так страдала по моей вине… Кажется, все, что я делал, причиняло тебе только боль и страдания.

Кэтрин положила голову ему на грудь:
– Ты доставил мне много радости, Джейсон. У нас есть Николае, и… я думаю, что у нас еще будут дети…
– Все, что случилось, не имеет значения. Даже если бы тебя изнасиловала вся испанская армия, я не стал бы любить тебя меньше. Забудь Давалоса!
– Я хотела бы сделать это. Но что-то случилось внутри меня. Когда ты ласкаешь меня, это уже не ты, а Давалос.

Руки Джейсона легли ей на плечи.
– Доверься мне, любовь моя.
Нежно, как укладывает мать больного ребенка, он уложил Кэтрин на кровать, медленно и осторожно раздел ее. Через секунду его теплое, сильное тело скользнуло рядом с ней, испуганной и дрожащей. Она не откликнулась на его прикосновение, уверенная, что не сможет почувствовать ничего другого. Но каждое прикосновение мужа было наполнено нежностью, он от нее ничего не требовал. Постепенно она почувствовала, как исчезло напряжение в ногах, а ее руки сами вдруг обвились вокруг его шеи. Джейсон почувствовал их тепло и пошутил:
– Вы делаете успехи, моя леди!

Чувствуя себя все более уверенной, Кэтрин поцеловала его и ответила:
– Да, делаю! – И это замечание удивило ее саму. Джейсон счастливо улыбнулся и прильнул к ней губами. Сначала она была неподвижна, потом он почувствовал, как к ней снова подкрался панический страх.
– Расслабься, Кэтрин. Помни, я не сделаю ничего такого, чего не захочешь ты. И прежде всего сосредоточься на мысли, что я твой муж и что я обожаю тебя.
– Я никогда не буду прежней. Я ничего не могу с этим поделать!

Несколько секунд Джейсон лежал, глядя ей в лицо, потом крепко поцеловал ее. Она попыталась вырваться, но Джейсон не выпускал ее, продолжая ласкать ее тело, губами, руками, вкладывая в каждое свое движение любовь и нежность. То что Кэтрин была полна страха, он чувствовал по ее сопротивлению, но делал вид, что не замечает этого. И вдруг она ответила на его страсть. Потом она не могла вспомнить, когда исчезло отвращение и ее тело затрепетало не от страха, а от желания. Оно было единственным – почувствовать его в себе. Она чувственно задвигалась рядом с ним, а ее пальцы передали ему, какой огонь горит в ее лоне. Долгая дрожь пробежала по телу Джейсона при ее прикосновении, и с возгласом облегчения он нежно скользнул между ее бедрами – его руки притянули ее ближе, когда он вошел в эту зовущую плоть.

Каждой клеточкой своего существа она с готовностью откликалась на каждое его движение. Они в упоении занимались любовью, в ней не осталось даже воспоминания о Давалосе: как и раньше, был только Джейсон – Джейсон, единственный, кто вызывал в ней эти чувства, Джейсон, сильное тело которого делало их одним существом, – любящий ее Джейсон!

Она лежала в его объятиях без сил, положив голову ему на грудь, но внезапно встрепенулась и притянула его к себе, яростно бормоча:
– Никогда, слышишь, никогда не переставай любить меня! Я не переживу это снова, все эти мучения и несчастья!

Нежно поглаживая ее шелковистые волосы, рассыпавшиеся по подушкам, он наклонился над ней.
– Ты – моя жизнь, – просто сказал он. – И кроме тебя у меня нет ничего. В тебе весь мой мир и не бойся, что когда-нибудь я перестану любить тебя. Ты моя своенравная, упрямая, маленькая девочка. И единственная.
– Даже если мы сражаемся? – Глаза Кэтрин светились любовью и блаженством.
– Если мы сражаемся! Любимая моя, мы неизбежно будем сражаться! Я останусь таким же властным и высокомерным, каким был всегда, а ты, моя маленькая ведьмочка, по-прежнему будешь изводить меня немилосердно.

Внезапно лицо его стало серьезным.
– Что бы ни случилось, всегда помни, что мы с тобой – одно целое, что мы любим друг друга. Мы как два гладиатора, уцелевшие на арене. Шрамы у нас внутри, но с Божьей помощью мы победили, нашли нашу любовь, скоро эти шрамы исчезнут, и впереди нас ждет счастье.

Сердце Кэтрин переполняла любовь, в голове ее пела радость. Теперь она знала: каждое его слово – правда. Они победили.

*** К О Н Е Ц ***

Друзья, вот и завершилась еще одна постановка по зарубежной классической литературе. На этот раз последняя от меня.
Огромная благодарность, что были с нами! Сопереживали, оценивали поступки героев, а так же режиссерский реквизит и костюмы. Это придавало сил, стимулировало не бросать проект, завершить до конца.

Всё это время вас радовали следующие игроки:


И выход героев на поклон.

Довольно мужским вышел основной составчик! Семеро козлят мужчин и три женщины.



Тамару-Кэтрин играла Erin In Rouges, 2015.

Вторая ипостась Кэтрин — Erin Without You, 2015.
Здесь ей за 30. Именно такой мы видели ее в «Знатной плутовке», глава 19/2


История Джейсона и Кэтрин имеет продолжение в романе «Всегда, когда любишь» про Адама и его первую осознанную любовь, спустя 12 лет.
Аннотация звучит так:

Отца Саванны О'Раук убили, когда она была совсем ребенком, и девушка имеет все основания полагать, что убийца — богатый плантатор из Луизианы Джейсон Сэвидж. Поводом для расправы послужил таинственный золотой браслет, хранящий секрет баснословных индейских сокровищ. Саванна клянется жестоко отомстить Джейсону… Но по ошибке прекрасная мстительница принимает за Сэвиджа его незаконнорожденного брата — Адама Сент-Клэра. И не узы ненависти и кровной вражды навечно связывают Адама и Саванну, а узы любви, вспыхнувшей с первого взгляда.

Ставить данный роман я не буду. Принесу лишь отрывок, когда Джейсон впервые увидел девушку.


И озвучу любопытные заметки, касаемых перевода имён из трёх книг.
В первой — «Леди-цыганка» — индейца звали исключительно Блад Дринкер, указав лишь перевод прозвища лишь единожды.
В «Хозяйке поместья» его всегда обозначали Пьющий Кровь.
Во «Всегда, когда любишь» просто и лаконично — Кровопийца )).
Настоящее имя читатель, скорее всего, узнаёт в истории о Бладе. Про него тоже существует отдельный роман. Но он, вроде как, не переводился на русский язык, названия я не знаю.
Джейсона и фамилию Сэвидж так же переводили по разному.

Спасибо за внимание! 🌺


Смотрите больше топиков в разделе: Кукольные фотоистории и сериалы: комиксы, фотостори