Последняя любовь Самурая. Ч 46 Что узнал Вася

Ч 45
Утром нас разбудила горничная. Мы забыли повесить табличку «Не беспокоить», и она пришла, чтобы убрать номер. Очевидно, заглянув в спальню, она поспешила удалиться, но сделать это совершенно бесшумно не смогла, оттого мы и проснулись. Саша взглянул на часы и зевнул.
– Придется вставать.
– Почему? – Такая перспектива мне совсем не улыбалась, ведь уснули мы на рассвете.
– Скоро Вася объявится.

Он брился, а я паслась рядом в состоянии, близком к блаженству. То, что он время от времени поглядывал на меня в зеркало и вроде бы улыбался, блаженство мое лишь увеличивало. Я сочла момент подходящим и предложила:
– Почему бы нам не жить в одном номере?
– А мы как живем? – удивился Саша. Слово «мы» вызвало во мне бурный восторг.
– Зачем тогда еще один номер? – слегка обнаглев, спросила я. – Могли бы сэкономить.
– Не думай об этом, – усмехнулся он. – Твой номер я оплачу.


Ну, вот, здравствуйте. Я же совершенно другое имела в виду. Тут мои мысли потекли в ином направлении, и я сказала:
– Саша, ты вчера спрашивал, сколько денег я оттяпала у мужа. Если тебе нужны деньги… – договорить я не успела, он повернулся и молча посмотрел на меня. Нехорошо посмотрел. Не зло, не раздраженно, просто нехорошо, и я почувствовала себя под этим взглядом крайне неуютно. – Ой, кажется, сережку потеряла, – пискнула я и стала шарить руками по полу. Он отвернулся, а я с облегчением вздохнула. – Кофе заказать? – крикнула я уже из гостиной, все еще опасаясь приближаться к нему слишком близко.
– Выпью в баре, – ответил он.


Я попыталась сообразить, сердится он или уже нет. Тут зазвонил его мобильный, и я, схватив его, бросилась к Саше. Он взглянул на номер и ответил «да». Выслушал собеседника и перевел взгляд на меня.
– Вася?
Саша кивнул.
– Кривошеин ждет меня через два часа в баре «Толстяк». Это где-то в центре.
– Можно мне с тобой?
– Конечно, нет.
– Почему?
– Потому что он мент. А я собираюсь говорить с ним об изумруде. Ты вроде бы показания давала под протокол. Или я ошибся?
– Давала.
– Ну, вот. Глупо так подставляться.


– Что ты ему скажешь? – заволновалась я, сообразив, что идти к менту с изумрудом Саше совсем не безопасно. Вопрос он проигнорировал.
– Идем, накормлю тебя завтраком.
После завтрака мы вновь поднялись в номер.
– Отсюда ни шагу, – начал инструктаж Саша. – На дверь повесь табличку «Не беспокоить», никому не открывать, на звонки не отвечать. Поняла? – Я кивнула. – Отлично.


Он повернулся с намерением уйти, но я успела ухватить его за руку и запечатлеть на его губах поцелуй. Он вроде бы вздохнул. Надеюсь, это вздох сожаления оттого, что он не мог остаться.
Он отсутствовал часа четыре, и это было настоящим испытанием для меня. Я слонялась по номеру, считая минуты. Телевизор вызывал раздражение, на книге невозможно было сосредоточиться.
Наконец в дверь постучали, и я услышала Сашин голос:
– Открой.
Он вошел, снял пиджак, я несколько суетливо сновала рядом.
– Вы виделись? – кашлянув, задала я вопрос.


– Виделись.
– И что он сказал? – Я вовсе не была уверена, что Саша начнет рассказывать, но он, как видно, решил-таки посвятить меня в происходящее.
– История выглядит так: у Лысого в «Альбатросе» украли подвеску, которую он собирался подарить Кристине. Разумеется, ему это очень не понравилось, но в какой момент это произошло, он понятия не имеет, оттого и решил, что кулона навеки лишился. Однако на следующий день ему позвонил Мирон и сказал, что у него был парень, предлагавший купить у него это самое украшение.


– Откуда Мирон знал, что оно то самое, то есть украденное у Лысого?
– Лысый, оказывается, купил у него подвеску год назад. Вот Мирон вещицу узнал и сразу же позвонил Лысому. Дальше так. Мирон обещал, как только парень вторично появится, задержать его, чтобы люди Лысого успели подъехать и потолковать с ним по-свойски. Но Мирон так и не позвонил, а утром выяснилось, что старика убили. Дальше все понятно: звонок из гостиницы, менты вышли на тебя…


– Похоже на правду, – пожала я плечами.
– Похоже, – кивнул Саша. – Но от правды далеко.
– Почему ты так решил?
– Потому что мент здорово занервничал, как только я заговорил о камне.
– Ты показал ему изумруд?


– Этого не понадобилось. Я сказал, что Кристина хвалилась подарком своим подружкам и в тот вечер появилась на сцене, украсив им свою нежную шейку, что очень не понравилось Лысому. Он сорвал с девицы подвеску, чему есть свидетели. Затем я сообщил, что, по моим сведениям, изумруд, о котором идет речь, действительно был знаком Мирону, но вряд ли Лысый купил камень у него. Мент держался молодцом, но было видно, что упоминание об изумруде совсем его не порадовало.


– То есть он на самом деле не знал, что искал?
– Точно. А теперь здорово напуган.
– Еще бы. Если камень исчез из дома Райкова во время убийства, выходит, Лысый имеет к этому убийству прямое отношение. Хоть мент и продажный, но должен понимать, чем дружба с Лысым может для него обернуться.
– Уверен: он бы это пережил. Но тут что-то еще…
– Что?


– Пока не знаю. Но то, что мент почувствовал себя очень скверно, не вопрос. Я посоветовал ему отправиться в отпуск, пока погода хорошая, а главное, забыть о твоем существовании. Он заверил, что уже забыл. Расстались мы практически друзьями, – улыбнулся Саша.

* * *
К вечеру у нас появился Вася, по его физиономии стало ясно: не с пустыми руками. Так и оказалось. Он прошел, сел в кресло и предложил:
– Давай-ка выпьем.
– А есть за что? – спросил Саша.
– Есть, есть. Я тут такого успел накопать…


Они выпили, и Вася стал рассказывать. – Значит, так… – тут он покосился на меня, но Саша кивнул, предлагая ему продолжать, а я вздохнула с облегчением. – Оказывается, у Райкова возникли проблемы с компаньоном. Возникли они довольно давно, примерно за год-полтора до его гибели, взаимное недовольство то затихало, то шло по возрастающей. Короче, парни ненавидели друг друга.
– Отчего бы тогда не разбежаться? – задал вполне резонный вопрос Саша.


– Все не так просто. Там крутились большие деньги, и не только их собственные. Кое-кого из этой публики ты хорошо знаешь. Так вот, эти люди держали ребят в узде с целью сохранить свои доходы, с другой стороны, решить вопрос в пользу одного из двух претендентов тоже не могли, так как одни приняли сторону Райкова, другие – его компаньона Зиновьева. В общем, скорее всего, оба до сих пор держались бы в одной упряжке, трудясь на благо себе и своим партнерам, если бы не это ограбление, которое поставило крест на затяжном конфликте.
– И смерть всей семьи Райкова подозрений не вызвала?


– Конечно, вызвала. Не у ментов. Те-то знали: Зиновьев вряд ли решился бы устранить компаньона в подобной ситуации, уж очень опасно заедаться с такими людьми. Но вот Беспалый… Он у Райкова дочку крестил, не скажу, что они были друзьями, да и Беспалый не тот человек, чтобы бояться запачкать руки, коль речь идет о больших деньгах, но…



– Но то, что кто-то решил его обойти, ему по вкусу не пришлось.
– Еще как не пришлось. Короче, он принял самое деятельное участие в расследовании.
– И что?
– Смог накопать только то, что пропавшая девка, якобы участвовавшая в резне, некоторое время спала с Лысым. Она работала в сауне, где тот часто появлялся.


– Вполне достаточно, чтобы выстроилась цепочка.
– Вполне. Но с Зиновьевым Лысого как будто ничего не связывало, а с девкой, как ты сам понимаешь, трахался не только он, но и три десятка других клиентов. Лысый вел себя спокойно, все отрицал. А потом они с Беспалым и вовсе подружились. Теперь Зиновьев рулит бизнесом в одиночку, причем весьма успешно. Хотя знающие люди утверждают, что Беспалый до сих пор не успокоился и жаждет заполучить того, кто провернул такое у него под носом. Помнишь, ты сказал: Лысый не ментов боялся? В самую точку. Боится он своих. В первую очередь Беспалого. Как тот себя поведет, еще вопрос. А Беспалого слушают. Так что жизнь Лысого теперь напрямую зависит от этого камушка. Надеюсь, это тебе поможет, – закончил Вася, глядя на Сашу со значением.
– Посмотрим. В любом случае тебе спасибо.


Смотрите больше топиков в разделе: Кукольные фотоистории и сериалы: комиксы, фотостори