Хроники бросания веера. Глава 26.

Глава 25 здесь.


Тюдзё отпил чай и внимательно посмотрел на девушек.

— Ваша игра прелестна, но не согласитесь ли вы продемонстрировать нам игру на кото?
— На кото? – Юки смешалась и бросила испуганный взгляд на Айко, неспешно перебирающей струны бивы.

— Когда я подходил к дому я слышал прелестную игру на кото. Разве это была не одна из вас? – тюдзё прищурился.

Айко нервно сглотнула и опустила голову:
— Нет, господин тюдзё, прошу прощения господин тюдзё.

— Что ж, значит это была другая ученица?
Айко опустила голову ещё ниже:
— Да, господин тюдзё, это новая ученица Ока-сан. Она…приехала из Эдо….

— Что же вы прячете такое сокровище?
— Она ещё даже не майко, господин тюдзё и не может развлекать г остей, тем более таких важных господ, как вы и…
Но тюдзё поддержал Нобу-сан.

— Пустое. Если она хотя бы на десятую часть так же прелестна, как её игра, я готов послушать её.
— Но…
— Я настаиваю…

Юки в ужасе таращилась на Айко.

— Я спрошу у Ока-сан…и….есть ещё кое-что….Она…принесла обет молчания в память о покойной матери…
— Однако, это не мешает ей играть на кото, верно?
Айко кивнула.

— Чтож тогда мы ждём. Пусть госпожа Айко-сан сходит за ней, а мы пока с вами сыграем в тосэнкё.

Юки, решив, что чем больше её гости выпьют, тем больше вероятность, что их обман не раскроют, подогревала один кувшин за другим.

Наконец сёдзи раздвинулись и на пороге появилась бледная Айко в сопровождении загримированного Себеро.

Юки едва поверила своим глазам – если бы она не знала мальчика, она бы ни за что не догадалась кто на самом деле эта милая май-ко.

Себеро поклонился гостям и стал играть.

Его игра была подобна пению птиц, жалобе ручья и вздоху влюбленных. Когда он играл мир вокруг словно бы переставал существовать для него.

А его слушатели уносились мыслями вдаль в страну благих воспоминаний.

— И где эта девчонка научилась так играть?

— Последний раз я слышал такую игру только в доме господина Токугава. Его дочь была мастерицей играть на кото.

— Однако, это не уберегло её от злой судьбы.
— Увы, талант отнюдь не залог счастья.


Придя домой господин Нобу сложил такие стихи:
Песнь печальная
Злой рок предвещает.
Сыграй же ещё.


***

Ночи стали теплее, небо очистилось от облаков. Над домом висела чистая непорочная луна. Сэцубун* провел черту, отделяя зиму и старый год, от новой полосы жизни, даря надежду на возрождение.
— Сколько тебе лет, сестрица?

— Сегодня мне кажется, что не меньше сотни.

— Тогда тебе придётся съесть сто бобов**.

— Думаешь мы правильно поступили, оставив мальчиков в «Глицинии»?

— Это самое безопасное место во всём Киото. Никому и в голову не придёт туда сунуться.
Мэри вздохнула. Даже её жизнерадостность померкла за ежеминутной тревогой за сына и жизнь брата. Она долго смотрела на луну, вдыхая свежий вызвежженный воздух. Может быть, она вспоминала свои юные годы в Лондоне? Как весело было танцевать полночи напролет, даря улыбки красивым незнакомцам! Гвендолин так искусно перешивала свои старые платья, что Мэри всегда была самой хорошенькой девушкой на всех вечерах! Или, быть может, она вспоминала огромные звезды Африки? Она любила смотреть с мужем в ночное небо, слушая как он рассказывает легенды о Кассиопее, Персее и Волопасе… Когда-то они тоже жили, страдали, любили, а теперь стали звездами… Но даже там, на небе, они годами ждут встречи и все, что мы можем это молиться, чтоб не пошёл дождь… Вопреки всему, она чувствовала, что могла бы остаться здесь и полюбить эту загадочную, непостижимую страну.

— Что там надо говорить?

— Они-ва сото! Фуку-ва ути!****

— За дело, Артур, счастье в этом доме сейчас крайне необходимо.


* Сэцубун (яп. 節分 разделение сезонов) — последний день перед началом каждого сезона, но обычно его относят к наступлению весны. Фактически — японский Новый год по лунному календарю. Следующий день называется риссюн (яп. 立春). Отмечается 2, 3 или 4 февраля.
**по традиции в этот день принято съесть столько бобов сколько человеку лет.
*** Праздник связан с ритуалом изгнания демонов они, заключающемся в ритуальном разбрасывании бобов, при этом произносится магическая фраза «Они-ва сото! Фуку-ва ути!» — «鬼は外! 福は内!» (Демоны вон! Счастье в дом!). Бросание бобов в чёрта должно отогнать злых духов и злые намерения, а также помогает провести предстоящий год в благополучии и добром здравии.

Продолжение следует

Смотрите больше топиков в разделе: Кукольные фотоистории и сериалы: комиксы, фотостори