Заря над городом. Глава 4: Что такое Свобода?(1)

О, как это было жутко, как тягостно: вернуться из солнечного мира, полного золотых одуванчиков и доброго, искреннего смеха, мира, где ты только что встретила друга, говорящего с тобой на одном языке – и снова неслышными шагами ступать по коридорам замка, плотно прижав к шёлковому платью руки в перчатках.



Убирать волосы, тщательно прикрывая уши, слушать высокомерные замечания Манедшелы, ронять слёзы в салат, после чего непременно раздастся возмущённый крик:

-Встань из-за стола и уходи! Уходи в комнату немедленно и не смей показываться, пока не прекратишь реветь… Пора научиться владеть собой в твои годы!



Почему здесь, в мире, где она выросла – так? Почему нельзя смеяться, когда хочется? Плакать, когда хочется? Говорить от сердца, как она говорила с Петей… Ну словом – быть самой собой?.. Бедная девушка не находила ответа на этот вопрос.
А ведь Красноярде… Да, Красноярде! Она говорила, будто человек с рождения- ну как птица… А она, Катя, – не человек? Или родившись в семье графини, она не имела права на то, удивительное, о чём рассказал Петя?.. «Нет страха, нет сомнения, и ничто более не гнетёт душу, точно за спиной вырастают крылья…»- вспомнилось ей…



О, как бы хотелось хоть раз, один-единственный разочек это почувствовать!.. Спросить его?.. Он должен знать, как…
На следующий день, едва окончив завтрак, она натянула вчерашнее цветастое платье и выскочила из дому, в царство залитой солнцем яркой зелени.



Всё было как давеча – яркие, озорно выглядывающие из травы головки одуванчиков, весёлые смешки маленьких созданий, притаившихся в траве и ветерок, смешно щекочущий лоб под волосами. Только не было вчерашнего знакомого. Может, он ей приснился?..
Проходя мимо места, где они встретились в первый раз, Катя внезапно вздрогнула: что-то резко просвистело мимо уха. Девушка обернулась к забору, и пущенная откуда-то головка репея стукнула её по лбу.



-Ой!

В щели между досок она разглядела знакомый синий прищур.



Сердце зашлось от радости:
-Слепой снайпер Петя,
Твой выстрел срикошетил!
Вылезай из засады, всё равно я тебя рассекретила.
-Катька-раззява,
Села в канаву!-
Коварно усмехаясь, ответил он и перемахнул забор.

-Признайся, я тебя напугал?



-Ещё чего. Я с самого начала подозревала, что ты где-то рядом, только прячешься.

Петя протянул ей на ладони целую горку репейника:

-Выбирай пули. Только учти, я кидаю всё равно лучше, так что рано или поздно сдаваться придётся тебе.



-Это мы ещё посмотрим!

…Какое это было сражение!.. Они прятались в зарослях осоки, ползли по-пластунски на животах, поднимались, выскакивали и обрушивали друг на друга целый артиллерийский залп колючек.




В решающей стычке в ход пошло всё: репейник, трава, пух одуванчика, тут и там попадавшийся под руки… В туче пуха и пыли, заслонившей, казалось, самое солнце, Катя вдруг врезалась в своего противника, незаметно подкравшегося сзади.



-Попалась Катерина,
Как муха в паутину!
Ну, сейчас будет тебе головомойка!!!
Они с хохотом рухнули в траву и принялись бороться.




-Петька-нахал,
Из-за спины напал!
Думаешь, я так просто сдамся?!

-Придётся, когда на обе лопатки уложу!

Петя, ухватив её за локти, ловко перевернул на спину, но в последний момент как-то странно дёрнул рукой и смешно, по-медвежьи завалился на бок. Катя вскочила и, торжествуя, прыгнула на него, припечатывая беспомощного к земле.




-Сдаюсь, сдаюсь!- задыхаясь от смеха, выдавил парень, подняв руки.-Признаю, ты победила! ААА, прекрати щекотать!!! Катькааа!!! Клянусь, не буду больше дразниться!!!

Тяжело дыша, они сидели в траве друг против друга, в руках – остатки колючек и пух одуванчика. Но продолжать битву не было сил.
-Петька маленький мальчишка,
Разорвал свои штанишки!-
Поддела Катя поверженного врага.
-Катька- русая коса,
Пух вцепился в волоса!


-Думаешь, поборола меня, так теперь всё? Можно важничать? Ишь, сидит гордая, как король ринга. Да не подвернись у меня рука…

Эта явная ложь заставила девушку открыть рот. Подвернулась рука!.. Как будто она не видела, как он беспомощно тряс ею, как бухнулся, словно плюшевая игрушка и откинулся на спину. Или?.. Удивительная догадка кольнула Катю. Она запнулась, широко распахнула глаза:

-Ты нарочно это сделал… Да? Притворился, будто упал, и дал мне выиграть. Но почему?..
-Ой, Катька…

Он засмеялся и лёг на траву: длинный, загорелый и складный в своей рваной рубахе, похожей на рыцарский плащ.

-Катька, смешная ты моя, ну не мог же я всерьёз с тобой драться! У нас вес разный, и косточки у тебя хрупкие, девчоночьи. Такой медведь, как я сломает — и не заметит!
-Значит… Обманывал, да?- Она покраснела от стыда и обиды.-Комедию разыгрывал, дурачил меня?..

Петя поднялся. В глазах его не было насмешки, только виноватый вопрос: «Не сердишься?»

-Всё равно здорово получилось,-он запустил в неё головкой одуванчика.-Ну скажи, здорово? Катька, не молчи, мне страшно. Ну Катюшка… Что я должен сделать, чтобы ты меня простила?



-Расскажи про неё.

Юноша встретил серьёзный взгляд потемневших голубых глаз. Катя была сосредоточена, и плотно сжатые губы, в уголках которых ещё затаилась обида, выражали какую-то тайную решимость. Какую? Петя не знал. Он понял только, что спросила она о Красноярде, Девушке-Заре, той, чьим учеником он вчера себя назвал.

-Хорошо, расскажу. Скажи только, о чём? Ведь в ней – так много!
-Ты знаешь, как можно её увидеть?..

Он поведал о том, что знал. Об Океане, чьи волны к утру тоскуют, ожидая рассвета, о яркой вспышке, как молния пронзающей сердца, и первом луче, в котором сияет улыбка Прекрасной, прощающей ночи её пустые страхи.






-Только знаешь, Кать… Возможно, что всё это: предчувствие, тоска, волшебная заря, в лучах которой явилась людям Красноярде — было лишь в мечтах народа… Мой… гм… хороший друг был на берегу Океана, видел рассвет… Её — не было.

Он очень старался, чтобы в сердце простодушной девушки не закралось его же сомнение: живёт ли Прекрасная на свете? Ходит ли, как они, по земле? Или же нет ничего, кроме отблеска, луча, легенды?..

-Может быть… может… она пришла откуда-то из Океана, но люди подумали…

Катя не расстроилась и не упала духом. Вдумчивый взгляд её устремился за горизонт:

-А далеко это, Океан?..
-Он в двух милях от города, в горной части страны. Хочешь отправиться туда?
-Мне надо спросить её кое о чём…
-Если ты спросишь, глядя на солнце, то в сердце своём прочтёшь её ответ, так говорят старые люди.
-Не знаю… Мне ни разу не было ответа, сколько я ни спрашивала.
-Попробуй сейчас! Спроси громко, пусть тебя слышит ветер, деревья и птицы. Кто знает, какими путями передаются движения души?..

Катя перевела дыхание. Да, наверное… Она оглядела сад, голубую гладь весеннего неба, качающиеся от ветра одуванчики… Набрала воздуха в грудь:

-Если я из знатного рода… Мне не дано быть свободной? Такой как вы?



Вопрос был и прост и сложен- как сама Катя… Вместе с кажущейся наивностью в нём была скрыта глубина, которую он сразу ощутил и — горькое сиротливое чувство, испугавшее его в этой вроде бы беспечной девушке. Петя задумался. Вспомнился почему-то вчерашний день, измученные крестьяне, приехавшие на базар, единственный доступный им праздник, подбежавший на улице Лапсик…



-Да ведь и мы не свободны. Катюшка, у каждого на земле свои цепи: одни не могут уйти с поля до вечера, другие — от станка… Третьи- попробуй не услужи барыне, зад исполосуют!
-Но ты-то!- Девушка сморщила бровь:- Ты сам вчера говорил, что ушёл от своих хозяев! Разве ты… тоже в цепях?
-И у меня… свои.- Он вздохнул.- Полиции не попадайся, по улицам лишний раз не шастай… В разговоры ни с кем из бар не встревай- не ровен час узнают, что бродяга… Сразу казённую квартиру получу! И вот ещё: есть мне нечего, обогреться негде, каким умом жить- не знаю, а своего не хватает… И вдруг оказалось, что мой давний дружок… очень на меня надеется. Вроде как вместе век коротать хочет. Один-то он пропадёт ни за грош, а со мной… Вот и рассуди: брать мне его под крыло или нет?
-Чего же тут думать!- Катя робко улыбнулась- Конечно бери, раз любишь!
-Эххх… Думаешь, взял-и всё? А если воспитать мозгов не хватит? Или вообще испорчу пацана?.. Вырастет вот таким же шалопаем!
-Здесь как раз всё просто, — Катя смело и прямо посмотрела ему в глаза.- Вдвоём прожить легче и веселее… И не важно, кто кого воспитывает! Две головы- не одна, тут и посоветоваться можно и друг дружку подстраховать. Где один получше сообразит, а где другой. Это как дважды два!
-Ну может быть, может быть…

Они замолчали, и Катя, мысленно перебирая услышанное, почувствовала недосказанность.

-Возможно… ты и прав, но у меня цепей- больше… -Она вздохнула.- Больше чем у вас всех! Ты вот даже представить себе не можешь, каково это- жить в замке, и сколько всего нам нельзя…
-Очень даже представляю. Нельзя смеяться больше, чем одним уголком рта, ходить не цыплячьей походкой, дышать, пукать, петь народные песни, ругаться, как мужики на базаре, честно отвечать на любые вопросы и прямо говорить придворным подхалимам, что они подхалимы и к тому же дураки.



Катя дико вытращилась на него:

-Откуда ты всё это знаешь?!
-Ой, я-то насмотрелся на светские привычки за всю жизнь! Видел и королевских особ и графьёв и баронов… Для них весь этот жуткий этикет- часть жизни. Но зачем о нём думать тебе? В тебе главное, человеческое сохранилось, поэтому выходя из замка под ясное солнце, ты забываешь и отбрасываешь наносное, как ветошь… Становишься — ТОЛЬКО ТЫ! Ты сама сказала: «важен не титул, а сам человек». Катька… Свобода- как раз в этом!
-В чём?!
-Уметь вспомнить о том, что цепи — лишь видимость, их придумали люди! А настоящее- Солнышко, зелёный лес, смех и улыбка, счастье любить и дружить- вот оно, и всегда с тобой!

Облако в вышине растаяло и солнечные лучи, долго сдерживаемые им, безудержно хлынули на лужайку.



-А верно…-Катя замерла, поражённая мыслью. И вдруг засмеялась от радости, ясного осознания того, что он прав!
— Прямо открытие, я и не замечала, что со мной такое…

Парень почувствовал, как тревога за Катю, его удивительного нового друга, скукожилась и стала меньше. Прозрение будто вывело её на яркий свет откуда-то издалека, из страха и одиночества и теперь так просто казалось протянуть ей руку!

-Смотри, ведь и правда пришёл ответ Красноярде!.. Через твои слова, Петь, а ты её ученик… И не важно, что ты саму Прекрасную ещё не видел. Знаешь, я тоже… — Девушка вдруг решительно улыбнулась: -Тоже теперь буду её ученицей!



Принимай сестру по вере,
И товарища в пути!
Обещаю к новой эре
В ногу с вами, брат, идти!

-Вот пришло же в голову!
Слушай, это здорово!
Давай руку, Катюха! Поздравляю с прибытием в наши ряды.

Продолжение

Смотрите больше топиков в разделе: Кукольные фотоистории и сериалы: комиксы, фотостори