В поисках оборотня. Глава 29

Глава 1.
Глава 28.

Сгоревшие бревна уже успели остыть. Предусмотрительно стерты одним движением руки руны и уже ничего не говорит о том, что еще некоторое время назад тут совершался запрещенный ритуал. Генри сидел, прислонившись к дереву, Илейна стояла поодаль и смотрела вглубь леса.
— Не переживай, ты сделала все что могла, — Генри попытался улыбнуться.

— Не все. Я никогда не проводила ритуалы, должно быть я сделала ошибку. Я проверю все еще раз, и мы повторим.
— Я не хочу чтобы ты тратила свое время.
— Не узнаю тебя, где же твоя настойчивость?
— Сейчас от меня не зависит ничего, какую настойчивость я должен проявить?
— В доверии ко мне, — произнесла Илейна и села рядом с ним, — помнишь, что ты сказал мне вечером? Мы не оставим попыток.
— Думаешь, все еще может получиться?
— Сомневаешься, что я смогу это сделать?

Генри улыбнулся.
— Я никогда в тебе не сомневался.
— Вот и отлично, не будем тут сидеть, и тратить время. Идем обратно, я вновь прочитаю раздел о проклятиях и попробую составить новую комбинацию составляющих элементов.
Минута отчаяния миновала, они были готовы искать решение дальше. Дорога обратно шла быстрее, трели птиц и шуршание листвы сопровождали их, а больше звуков и не было нужно. Когда вышли из леса, солнце готовилось к закату. Мысли Илейны вертелись вокруг ритуала и возможной причине неудач. В чем могла быть ошибка? Неправильная подготовка ритуального огня? Она проверила все несколько раз, он был настроен на снятие проклятия. Сначала, казалось, все идет, как надо, хотя, утверждать она не могла. Основные составляющие ритуала собраны безупречно, в этом она не сомневалась. Вспоминая аналогию со ступенями, она предположила, что этих самых ступеней не хватило, ведь это не обычное проклятие, наложенное на одного человека, а сразу на несколько поколений, следовательно, ритуал должен быть сильнее – этого она не учла и корила себя за упущение такого важного нюанса. Вряд ли дело в недостатке трав или рун. Нужно что-то более сильное. Она вспомнила камни, лежащие в сумке. В книге они описывались как помощники в особо сильных ритуалах, и пусть в разделе проклятий необходимость в них не указывалась. Ситуация же Генри требовала больше энергии, чем казалось ранее.
— Хорошо, что разбойник отдал камни, которые получил за лошадь, — задумчиво произнесла Илейна.

Генри удивлённо повернул на нее голову.
— Отдал?
— Нуу, я попросила. Очень убедительно.
— Илейна!
— Ты вообще его загрызть хотел, так что в той ситуации я была воплощением гуманности.
Генри всем своим видом показывал неодобрение поведением Илейны, но предпочел не развивать тему.
— Зачем тебе камни? – спросил он пару минут спустя.
— Усилю ими ритуал. Я примерно представляю, но надо проверить в книге, чтобы точно знать, какие из присутствующих у меня лучше всего подойдут.
— Только пообещай мне, что сегодня ночью ты отдохнешь.
— Как я могу отдыхать, когда хочу скорее найти решение?
— Может решение, как раз, в хорошем отдыхе?

Илейна не верила, что усталость могла повлиять, а сосредоточенность? Могла ли она все же ошибиться? Вместо того чтобы думать только о ритуале слишком часто она вспоминала вечернее рукопожатие Генри, потом слова Рикмана, сейчас можно было уже себе в этом признаться, иначе отрицая, не получится пустить все силы на ритуал. Пожалуй, сегодня, действительно лучше отдохнуть.
— Пошли на главную площадь? – неожиданно предложил Генри.
— Зачем?
— Чтобы ты смогла отвлечься и не поддавалась соблазну взять в руки книгу.
Идея погулять по городу понравилась Илейне.
— Не боишься, что репутация твоего благочестия пострадает из-за этого? – она украдкой бросила на Генри хитрый взгляд.

— Не боюсь, — он спокойно смотрел вперед, соединив ладони и пряча их в широких рукавах рясы, — оно у меня безупречное.
— Безупречное? — Илейна усмехнулась, — скажи это своему оборотню.
— Это проклятие, я его не контролирую. Что касается сана священника, он предполагает безупречность в благочестии и чистоте помыслов. Пусть я в силу обстоятельств временно и оставил приход и прямые обязанности, но я забочусь о соблюдении правил выбранной мною жизни.
Улыбка почему-то сползла с лица Илейны, идти гулять уже не хотелось. Она с грустью смотрела под ноги, мысли разлетались в стороны.

У переулка, ведущего к постоялому двору, она остановилась.
— Я устала, давай отложим поход на площадь.
— Ты уверена? – Генри внимательно посмотрел на нее.
— Более чем.
— Как хочешь, — он не стал настаивать, но где-то в глубине души понимал, что перемена в ее настроении вызвана не усталостью. Он медленно выдохнул и сжал руки, скрытые рукавами, в кулаки.

— Илейна, по пути я хочу зайти в церковь.
— Мы же договаривались.
— Я недолго, обещаю. Ничего не случится. Она находится через три улицы отсюда.
— Хорошо, но постарайся не задерживаться.
Он кивнул, и они разошлись на ближайшем переулке.


Илейна тоже не спешила подняться в комнату. Она села на лавочку у ворот постоялого двора. Внутри царили пустота и разочарование, и Илейна не знала, как вернуть себе прежнее спокойствие. Желания не спрашивают нас, совместимы ли они с реальностью, они просто возникают, глубоко прорастают в душе, лишая покоя. Илейна поводила палочкой по пыльной земле, находя в этих незатейливых действиях возможность отвлечься.
Рикман вышел во двор, уже второй день мысли о новой гостье заполняли всю голову. Попытка приблизиться только разверзла еще большую пропасть, она была окутана ореолом недосказанности, заставляя Рикмана все больше думать о ней. Он собирался сходить на скотный двор проверить запасы зерна, может еще что-нибудь, собственно, это было не так важно, когда увидел Илейну, сидящую на лавочке.

Облокотившись на колено, она рассматривала что-то внизу. Рикман опустил глаза, вся земля была испещрена причудливыми линиями, витиевато переплетающимися друг с другом. Он приблизился, первой мыслью было сесть рядом, но тогда пришлось бы пройти по рисунку, и Рикман остался стоять.
— Добрый вечер.
Илейна подняла глаза.
— Да, наверное, — она отбросила палочку и встала, терпеть общество Рикмана она хотела сейчас меньше всего.
— Что-то произошло?
— Просто выдался очень насыщенный день. Я пойду.

Рикману пришлось отступить, пропуская Илейну. Она устала, это было очевидно, но вместе с усталостью в глазах читалась грусть и именно она заставила парня отправиться следом.



— Ты не будешь ужинать? – спросил он уже у лестницы.
— Нет.
— Илейна, подожди.
Но она молча поднималась по лестнице, не понимая, почему Рикман решил ее сегодня свести с ума.
— Подожди, — вновь попросил он, останавливая ее за руку перед дверью комнаты.

— Ну что тебе? Неужели я похожа на человека, желающего разговаривать? — Илейна вырвала руку, выжидающе смотря на Рикмана.
И вновь эта грусть в ее глазах, сердце защемило. В эту минуту она была невероятно трогательной, желание защитить ее от неведомых трудностей соединилась еще с одним. Повинуясь порыву, Рикман подхватил Илейну за талию и притянул к себе.

Ошарашенная таким поведением, она не успела сразу отреагировать, широко распахнутыми глазами взирая на него, а после внимание обоих привлекли шаги на лестнице. Краем глаза Илейна увидела фигуру в черном одеянии. Была ли вспышка удивления в глазах Генри или нет, она прошла, когда Илейна повернула голову в его сторону. Лицо святого отца было непроницаемым, степенной походкой он приблизился к ним. Илейна, наконец, оттолкнула Рикмана и отошла на три шага.
— Генри, — начала она, но его взгляд заставил замолчать. Илейна чувствовала себя предательницей, хотя вразумительных причин для этого найти не могла.

— Как твое настроение, сын мой? – обратился Генри к Рикману.
— Находится в сносном состоянии.
— Что же мешает ему быть в хорошем?
Взгляд святого отца прожигал насквозь, Рикман едва удержался, чтобы не опустить глаза.
— Видимо, я сегодня сильно устал.
— Напрасно, об отдыхе никогда не стоит забывать. Тело, накапливая усталость, порождает нежелательные последствия, также как праздность порождает непристойные порывы.
Рикман округлил глаза, но лицо святого отца было безупречно и полно благости, с таким же выражением представители церкви читали проповеди и слушали покаяния.

— Я приму к сведению ваш совет.
Генри кивнул, всем своим видом выражая одобрение, но Рикману оно показалось фальшивым.
— Как идут дела постоялого двора? Обеспечивать людям достойное место пребывания – большой труд.
— Да, но у нас есть помощники.
— Полагаться на помощников не всегда лучшее решение.
— Я уверен в работающих здесь людях так же, как в собственных действиях.
— Уверенность – хорошее качество. Уверенность в собственных убеждениях приносит спокойствие уму и целеустремленность, уверенность в собственных силах показывает, что ты идешь в правильном направлении, но нужно быть осторожным, так как уверенность может настигнуть и глупцов. В этом случае уверенность не приносит благостные плоды, но лишь порождает безрассудство, — Генри говорил спокойно, немного растягивая слова, будто хотел дать им больше возможности проникнуть в уши слушателей.

— Вы что-то хотите сказать, святой отец? – не выдержал Рикман.
— Только то, что уже сказал.
— Генри, — Илейна сделала еще одну попытку привлечь к себе его внимание.
— Уже поздно, мне пора готовиться ко сну. Поговорим завтра. Доброй ночи.
Генри ушел к себе в комнату. Сердце Илейны сжало каменной рукой, она, бросив на Рикмана разгневанный взгляд, резко развернулась и захлопнула с внутренней стороны дверь спальни. Короткая сцена в коридоре спутала мысли, Илейна ходила из угла в угол, пытаясь привести чувства в порядок. Произошло глупое недоразумение. Она не хотела допустить недопонимания в общении с Генри или породить в нем ошибочные мысли о себе.

Необходимость поговорить с ним возникла с невероятной силой, не раздумывая, она раскрыла дверь, пронеслась через коридор и вошла в его комнату. В темноте сгущающегося вечера он стоял у окна с отсутствующим взглядом.
— Генри, ты все не так понял, — Илейна сделала несколько шагов, но он даже не обернулся, она замерла. – Что на тебя нашло?
Он продолжал молчать и смотреть в одну точку.

— Генри, — еще раз позвала Илейна, — ты просто вошел в неподходящий момент.
Вновь никакой реакции и это вдруг разозлило Илейну, с какой стати она вообще стоит и оправдывается тут? Тоже мне устроил обиженную девицу. Она быстро приблизилась к нему и за плечи развернула к себе лицом.
— Я не сделала ничего, — гневно воскликнула она, но осеклась, когда он перевел на нее взгляд. Темный, зловещий, не принадлежащий ему. Взгляд оборотня. Илейна в ужасе отпрянула, быстро оглянулась в поисках кувшина с водой и, метнувшись к нему, выплеснула прямо в лицо Генри. Он вздрогнул и отвернулся, закрыв глаза руками. С бешено бьющимся сердцем, Илейна долгие мгновения ожидала, что произойдет дальше. Генри провел ладонью по лицу и посмотрел на мокрую рясу, затем на Илейну. Она с облегчением выдохнула, он вернулся в сознание.
— Что это сейчас было? – спросил он.

— Это я у тебя хочу узнать. Генри, ты едва не обернулся!
К ее удивлению, он остался спокоен.
— Я ощутил его присутствие.
— Тогда почему ты ничего не сделал?
— Я не знаю, я не могу его контролировать, но я все легче поддаюсь ему.
— Но в итоге ведь удалось остановить оборот? Значит можно сделать хоть что-то!

— Получилось только потому, что пришла ты.
Илейна села кровать и устало вздохнула. Этот день, действительно забрал ее силы, она больше не могла обдумывать возможные решения и причины. С окна дул прохладный ветер.
— Мне холодно, — тихо произнесла она.
Генри закрыл ставни и опустился перед камином. Бревна были заготовлены, и он закинул несколько штук в очаг. Вскоре запылал огонь.
— Иди сюда, тут теплее, — позвал он Илейну.
— Не хочу сидеть на полу, — ее голос звучал устало. Стянув одеяло с кровати, она накинула его на плечи и прислонилась спиной к стене.

Огонь в камине весело потрескивал, помогая мыслям каждого течь в своем направлении. Генри не отрываясь, смотрел на языки пламени, они выплясывали причудливый танец, то угасая, то поднимаясь вверх с новой силой.

— Я всю свою жизнь в этом мире хотел быть рядом с источником добра, справедливости, сострадания. Именно эти поиски сыграли ключевую роль в выборе судьбы, — его спокойный голос разрезал тишину, словно острый нож масло, — Вдохновленно я изучал священные книги, сердце трепетало от темноты и уединения кельи, которую я покидал только ради высшего призвания нести людям истину. Я был уверен, что в материальной жизни ничто не сможет вдохновить меня, считал окружающий мир местом испытаний и соблазнов, ниспосланных выше, наполненных без исключения ложными и пагубными чувствами.
Он замолчал, словно подбирая нужные слова, сомневаясь в необходимости их произносить. Илейна тоже молчала, но ей безумно хотелось, чтобы не молчал он, продолжал говорить, что угодно, наполняя своим голосом комнату.

И Генри продолжил.
— Я верил только в любовь к Богу, считая это истинным чувством, и никакое другое не имело право соперничать с ним. Где-то глубоко внутри я делил мир на белое и черное и только недавно понял, насколько узко мыслил. Нужно уметь слушать не только разум, но и сердце, позволять себе быть неидеальным, ведь Он, являясь источником любви и сострадания никого не делит. Я благодарен за каждый день своей жизни, она полна удивительных уроков. Я нашел абсолютное проявление сострадания и доброты, там, где меньше всего ожидал, благодаря тому событию в судьбе, которое считал концом всего. И храня в сердце один источник счастья, я понимаю, что другой мне тоже необходим.
Огонь в камине догорал, темнота все больше окутывала комнату. Генри провел ладонью по волосам, спать не хотелось, он обернулся на Илейну, она сидела с закрытыми глазами. Не раздумывая, он поднялся, переложил ее на кровать, аккуратно накинув на плечи одеяло, и покинул комнату в намерении переночевать в соседней. От звука закрываемой двери Илейна открыла глаза, не до конца осознавая, где находится. Тлеющие угли в камине напомнили, как Генри разжигал его, а потом долго сидел напротив. Илейна притянула одеяло к самому лицу, вспоминая его слова. Что он сказал на самом деле, а что ей только приснилось?


Благодарю за шикарный плед Таню TanyaBers

Глава 30.

Смотрите больше топиков в разделе: Кукольные фотоистории и сериалы: комиксы, фотостори