В поисках оборотня. Глава 13

Глава 1.
Глава 12.

Паралич в среднем действовал около получаса. Первой мыслью было сходить в хижину, взять еще бутыль с парализующим веществом и заодно перевязочные отрезы ткани, но Илейна вспомнила прошлый случай на поляне. Нет уж, и в этот раз возможность сбежать она ему не даст.
Илейна опустилась на землю, растерянно глядя на лежащего оборотня. Десятки вопросов в ее голове сменяли друг друга. Генри и есть оборотень? Случившееся на поляне не плод ее воображения? Неужели он все время врал?

Раньше рьяное стремление Генри найти оборотня Илейна расценивала, как излишнюю деятельность и фанатичность мужчины, но в свете новых событий, картина представала по-другому. Хотел найти подобных себе? Илейна вспомнила отсутствие даже малейшего удивления Генри по поводу ее сущности. Может он знал?
Поведение Генри, когда она была вороной, исключало этот вариант, а беседа с птицей у ее дверей? Либо он великолепный актер, либо, все же не знал. Илейна склонилась ко второму.
Может, ему нужна была просто волчица? Это тоже сомнительно, как минимум два раза Генри и сам смог с ней встретиться, без помощи Илейны. К чему тогда эти ловушки и охотник? Кто будет для поиска друга или подруги нанимать охотника?
Сомнений не было, именно Генри приходил к ней тогда в хижину в образе оборотня. Но зачем?! Если бы у него было намерение напасть, он мог сделать это десятки раз, когда они были наедине. Илейна неоднократно поворачивалась к нему спиной и никогда не закрывала двери. Проследить? Слишком он явно дал о себе знать в тот вечер для слежки. Варианты у Илейны закончились.

Вполне вероятно не отпугни тогда его резкие запахи трав, ответов было бы больше. Илейна вспомнила, как днем ранее, Генри жаловал на отвратительные ароматы в ее доме. Тогда совсем глупо, если в ипостаси человека, одна из трав вызывала в нем неприятие, то, что он собирался делать в хижине в образе оборотня, с усиленным обонянием? Илейна ощутила, что голова скоро взорвется.
Одна мысль подкинула новое предположение. Не все оборотни ищут своих сородичей ради дружбы. Слова из книги предстали перед глазами: оборотень, убивший оборотня и испивший его кровь, перенимает его способности и становится более сильным.
Илейна бросила взгляд на Генри, но такое предположение никак не вязалось у нее в голове с ним. Неужели Генри мог оказать настолько расчетливым и жестоким? Следом Илейна вспомнила, с каким интересом он читал ее книгу об оборотнях, и именно она разъяснила ему эту возможность. Неосознанно Илейна выдохнула. К тому же произошедшее на поляне не вязалось с такой версий. Желая убить оборотня, он погнался бы следом, а не остался с ней. Перевес сил был очевиден. Он мог сделать это еще в прошлый раз. Почему тогда он был весь в крови?
Илейна поняла, что если продолжит попытки разобраться в ситуации, то свихнется.

Камень! Она закатила глаза, какого черта он таскал камень, после того, как она назвала его определяющим оборотней? Надо быть полным идиотом, чтобы знать об отсутствии способностей у камня и таскать его везде за собой. Потом она вспомнила его лицо после слов, что булыжник обычный. Нет, не сходится. Она бы давно распознала обман. Тогда что тут происходит?!
Илейна закрыла глаза и сделала глубокий вдох. Сама она не найдет ответы на вопросы, нужно дождаться, когда придет в себя Генри.
Время шло, но оборотень продолжал лежать неподвижно. Парализующее действие давно закончилось, значит, причиной был удар головой. Илейна осторожно приблизилась. Опасаясь непредвиденной реакции оборотня, она аккуратно вытащила из-под его головы камень и осмотрела. Следов крови не было, сильных повреждений быть не должно.
Лапы зверя дернулись, заставив Илейну резко отпрянуть. Оборотень стал неестественно переворачиваться и уменьшаться в размерах. Раскинув руки в стороны, он замер на спине, приобретая черты человека. В привычном облике Генри уже не вызывал опасений и Илейна стала осматривать тело на предмет ран.

На правой ноге были глубокие порезы, остальное было не больше мелких царапин. Необходимо, как можно скорее промыть и перевязать раненую ногу, но рядом не было ни воды, ни чистой ткани. От прикосновений, Генри стал приходить в себя.
Сознание медленно выходило из бездны, сквозь темноту стал пробиваться дневной свет, мир приобретал очертания леса. Боль в ноге с возвращением чувствительности возрастала. Не понимая, что происходит, Генри резко поднялся и схватился за голову.
— Что произошло? – спросил он.
Илейна сдержалась, чтобы не съязвить и не задать ему тот же вопрос. Ей хотелось понять его поведение, если она сделает вид, будто ничего необычного не случилось.
— Мы встретили оборотня, — спокойно ответила Илейна, не сводя с мужчины пристального взгляда.
— Оборотня, — повторил Генри, и тут его в его взгляд вернулась прежняя осознанность, — я помню. Помню его глаза. Те же, что и в прошлый раз. – Генри повернулся голову в сторону Илейны. – Почему я лежу на земле? И на мне опять разорвана ряса?

Генри попытался встать, но раненая нога дала о себе знать.
— Как же болит голова, — он сжал ладонями виски.
— Скажи мне, как часто ты видел глаза оборотня и потом просыпался неизвестно где, не помня ничего?
— Неизвестно где я никогда не просыпался, — Генри посмотрел на раненую ногу, — оборотня видел три раза.
— То есть тебя отрубало три раза?
— Нет, самый первый раз я видел издалека, не только я. Оборотень не подошел близко, я тебе рассказывал. Почему ты спрашиваешь об этом?
— Потому что, скажем так, ты отключился, как только увидел оборотня.
— Отключился?
— Условно говоря. Ты помнишь хоть что-нибудь?
Генри смотрел в одну точку пару минут и отрицательно покачал головой.
— Значит, оборотень все же был, но опять ушел, не тронув нас.
— Ну, НАС – громко сказано, но можно сказать и так, — сказала Илейна, отгоняя воспоминание об оскале и броске рыжего оборотня.
— Что значат твои оговорки?
— Какие?
— Скажем так, и условно говоря.

— Надо же, заметил, значит, не все мозги отключило при падении.
— Поэтому моя голова так сильно болит? Что тогда случилось с ногой?
— Ее лобызал оборотень.
— Что?!
— А потом немного погрыз.
— Ты смеешься?
— Нет, честное воронье.
— То есть я лежал тут без сознания?
— Да.
— А он грыз мою ногу? – Генри недоверчиво посмотрел на Илейну.
— Ну, это было не одновременно. Как то звучит это все забавно, согласен? – усмехнулась Илейна.
— Прекрати, можешь разговаривать серьезно? Где ты была в это время?
— Тут, наслаждалась вашей идиллией.
— Надеюсь, получила от разворачиваемой картины большое удовольствие.
— О, непередаваемое, я бы даже сказала – шокирующее.
Генри молча стал пытаться подняться, Илейна тут подскочила к нему.
— Куда собрался?
— Домой.
— В таком виде?
— Через церковные подземелья зайду.
— О, да ты полон сюрпризов! – взглядом Илейна окинула Генри с ног до головы, пытаясь понять его истинные мысли и чувства. – Ты действительно ничего не помнишь?
— Нет.
— Честное волчье?
Генри уставился на Илейну, словно на ребенка, проказы которого давно перестали быть забавными.
— Послушай, мне сейчас не до колкостей, поговорим позже.
Глядя, как Генри, прихрамывая и опираясь на стволы дерева, зашагал прочь, сочувствие в Илейне пересилило подозрительность.

— Ну, куда ты собрался в таком состоянии? Идем ко мне, перевяжу твои раны.
— Я не нуждаюсь в твоей жалости, сам справлюсь, — неожиданно резко ответил Генри и продолжил идти дальше.
«Такими темпами ты месяц идти будешь» — подумала Илейна, но решила не говорить это вслух. Она догнала Генри, и перекрыл ему дорогу.
— Прекрати выделываться, тебе сейчас только по лесу в одиночестве шастать. Рана вон уже опять открылась. Поверь, чтобы ты сейчас ни чувствовал, мне не легче.
— Что произошло, пока я был без сознания?
— Пойдем ко мне в хижину, и я расскажу.
— А тут нельзя?

— Считай – это мой невинный женский каприз.
— Очень смешно.
— Да, согласна, потом еще больше вместе посмеемся.
Илейна перекинула руку Генри себе через шею и, придерживая его за талию, помогла сделать несколько шагов.
— Я думала, священники на посту сидят и, как следствие этого, легки, словно перышки, — выдохнула она.
— Я и так стараюсь на тебя не опираться, — произнес Генри и, переводя дыхание, взялся рукой за сухой ствол, стоящий у дороги.

— Это ты еще и стараешься? Да, путь будет тяжелее, чем я думала. Только не грохнись в обморок, дотащить я тебя точно не смогу.
— С чего мне в обморок падать?
— С того, что я вижу твой бледный цвет лица. Может, тут посидишь, пока я быстро схожу за всем необходимым?
— Нет, я уже и насиделся, и належался, идем вместе.
— Ну, Как знаешь.

Глава 14.

Смотрите больше топиков в разделе: Кукольные фотоистории и сериалы: комиксы, фотостори