Хранитель. О любви ч. 1

Добрый вечер, дорогие сохоббиты!
Всех, кто ещё следит за приключениями Хранителей и Маяков, которых мы оставили тут, приглашаю под кат.
Вечер пятницы — это почти всегда предвкушение чего-то хорошего, например, пиццы с грибами, роллов и белого вина. Если добавить в этот микс фильм Клода Пиното, например, «Студентку», то вечер, определенно, удастся. Смотреть решили в оригинале, и Маргарита, и Мирослава знали французский, а больше сегодня никто не смог присоединиться к просмотру. Лех, который теперь временно вёл и взрослые группы, пропадал на тренировках, Рус корпел над очередным переводом, после заключения контракта с издательством они сыпались как из рога изобилия, Юля уехала в Иркутск навестить тетю и дядю, а Чех сначала собирался прийти, а потом написал, что у него возникло неотложное дело, а в качестве извинений прислал с курьером ту самую бутылку белого сухого, которую девушки уже ополовинили. Маргарита немного расстроилась, но виду не подала, тем более, что ей вообще-то нравилось общество Миры.

Когда на экране показалось слово «Fin”, Маргарита допила свой бокал и задумчиво проговорила:
— Удивительный режиссёр Пиното, смотришь полтора часа, и кажется, что происходит так много всего, а если начнёшь пересказывать сюжет, то он уместится в одной фразе.
Мирослава потянулась к коробке с пиццей.
— Ну да, на первый взгляд, кажется, что фильм ни о чем, но на самом деле он обо всем сразу: о любви, о выборе, о чувстве долга, о мужчине и женщине, принадлежащих к разным мирам…

— Если подумать, то так бывает очень часто. Я про разные миры.
— Согласна. Чаще, чем можно подумать.
— Ты сейчас про себя и Лёшу? Ведь вы очень разные…

— Не только про нас. Хотя и про нас тоже. Но это ведь не главное.
— Я знаю, ты сейчас скажешь, что главное — это любовь?
— Скажу. И ещё скажу, что многие не осознают ее глубины и силы и неверно ее истолковывают. Потому что «любовь никогда не перестает...»* И ты с этим фактом ничего сделать не можешь. А если можешь, то это не любовь…
— Ой, ну вот только не надо цитировать апостола Павла! Он говорил совсем про другую любовь.
— Да нет, про ту же самую. Если исключить физиологический компонент, конечно…

— По твоей логике, разлюбить нельзя?
— Нет. Может пропасть физическое влечение, могут поменяться взгляды, могут разойтись ваши пути, но любовь, если это, конечно, она, никуда не денется…
— Хммм, начинаю подозревать, что я неверно истолковываю любовь… Вот ты ведь в курсе, что Антон влюблён в тебя? Ну ты не можешь не быть в курсе, это только слепой не видит… Так вот, влюблён он в тебя, а встречается со мной. Зачем, спрашивается?

— Думаю, лучше спросить об этом у него. Но влюбленность проходит, — уверенно ответила Мира, — иногда бесследно, иногда бывают рецидивы. Влюбленность — это состояние, не чувство. Вон, спроси нашего сына Заля, он на эту тему частенько рассуждает. А любовь — это всегда самопожертвование, причём самопожертвование без раздумий и сожалений. И в этом аспекте любовь к мужчине или женщине ничем не отличается от любви к детям, родным и друзьям.
Интересно, осознаёт ли Лех силу своей любви к Владо и Аннабель?
— По-моему, звучит как тост!
— За любовь без раздумий и сожалений!
— Вот вечно вы журналисты все переиначиваете!))
***
Утро субботы порадовало солнечными лучами. Ночью прошёл дождь и умыл городские улицы. В утреннем воздухе плыл аромат свежей листвы. Сидеть дома в такое утро было великой глупостью. И пора уже привести план в действие.

Маргарита решительно вытащила смартфон.

Настроение поползло вверх.

В синем небе — яркое солнце. В наушниках — латинские ритмы, на ногах — любимые беговые кроссы любимого желтого цвета. Наушники тоже, кстати, желтые. И сумка! А главное — очки! В них все вокруг становится радостно-желтым. Наверное, поэтому она так любит Ван Гога.
Интересно, Ван Гог просто любил желтый, или все же виновато злоупотребление абсентом, которое привело к изменению цветовосприятия? Жаль, эксперимент теперь не проведёшь, ведь современный абсент — лишь бледная тень абсента времён Ван Гога, в котором зашкаливало содержание туйона.** Хотя до сих пор не доказано, является ли этот самый туйон галлюциногеном…

«Quem mostra' bo
Ess caminho longe?»*** — вопрошала в наушниках Сезария Эвора. Марго не знала, что ей ответить. Если знать все заранее, жизнь потеряет остроту, из неё исчезнет элемент риска, и она станет пресной. Риск — это отличная приправа к любому блюду, что сервирует нам жизнь.
Пруд встретил прохладой, резкие крики чаек переплетались с возмущённым кряканьем уток, чириканье воробьев — с неторопливым воркованием упитанных голубей, явно считавших территорию у пруда своей вотчиной, потому что сюда ежедневно тянулись детишки с бабушками с целью «покормить гулей».

Вдалеке замаячила знакомая фигура со стаканами из Старбакса в обеих руках, Маргарита остановилась и сняла очки.
Какой-то невеселый у него сегодня вид. А если так?

Марго нацепила свои радостные очки обратно и помахала рукой.

Ну вот, так гораздо лучше!

Чех и Марго с комфортом расположились на изогнутом стволе старого дерева. Антон сосредоточенно наблюдал за парой огарей, синхронной скользящих по водной глади, и, казалось, собирался с мыслями, чтобы сказать что-то важное. Маргарита догадывалась, что он хочет сказать, но помогать не собиралась.

— Рита… Я хотел поговорить… Ах, да, вот же твой чай!
— Спасибо.
Маргарита не очень любила, когда ее называли Ритой, а Антону казалось, что имя Марго Маргарите не идёт. Она слишком веселая и жизнерадостная для него. В смысле, для имени. Хотя и для него тоже.
— Рит, я тут подумал. Я нечестно поступаю по отношению к тебе.
— Нечестно? Дай угадаю: ты купил мне шоколадку, но не удержался и съел все сам!
Вот это ее качество его восхищало и возмущало одновременно! Невыносимая лёгкость бытия.
— Я не пришел вчера, потому что понял, там будете только вы с Мирой, и я… Понимаешь, ты очень красивая, веселая и умная. И ты мне нравишься, правда. Но…
— Но, видимо, нравлюсь недостаточно для того, чтобы ты перестал хотеть девушку своего друга?
Не в бровь, а в глаз. Конечно, Чех бы это сформулировал иначе, но суть была передана верно.

— Прости. Я должен был сказать тебе раньше…
— Я как-нибудь это переживу.
— И ещё… если ты не захочешь больше со мной общаться, я пойму, но…

— Почему это? Мне нравится с тобой общаться, и раз из нас не получается пара, это не значит, что надо разругаться вдрызг. Если хочешь, можем и дальше иногда куда-то выбираться вместе. Да и друзья твои мне нравятся.
— Ты поразительная девушка!
— Вовсе нет. Я просто мыслю рационально. Если я устрою скандал, вылью тебе на голову этот стакан и столкну тебя в пруд к уткам, это мало что изменит.
Чех усмехнулся, представляя себе подобную перспективу.

— А давай откровенность за откровенность? Если ты без ума от Мирославы, почему бы тебе не сказать ей об этом? По-моему, ты ей тоже нравишься. Она всегда о тебе беспокоится, ей интересна твоя научная работа, она даже твои статьи читала.
— И что?
— Говорят, за любовь надо бороться.
— За любовь надо бороться, когда она взаимна.
— А с чего ты взял, что она не взаимна, если даже не спрашивал? Боишься, что Лех тебя сделает недееспособным?
— Да не в том дело. Никого я не боюсь, тем более, Леха. Просто, понимаешь, я смотрю на них и вижу, что там что-то большее, чем гормоны, физиология, химия. Как будто они одно целое, хоть и очень разные. Корпускулярно-волновой дуализм какой-то...****
— Не ругайся при дамах! Но в целом я понимаю, что ты имеешь в виду. Я тоже это вижу, и даже знаю, почему так… И если тебе интересно, ты тоже можешь узнать…

— Ты серьезно? Узнать что?
— Ты верно подметил, есть кое-что, что их связывает, помимо чувств.
— И ты знаешь, что это?
— Да, но я пока не имею права тебе рассказать.
— ???
— Но могу познакомить тебя с тем, у кого есть эти полномочия.
Мозг Чеха лихорадочно заработал, к такому повороту он готов не был.
— Полагаю, не просто так?
— Да, не просто. Но ты сам сможешь принять решение, надо ли это тебе. Никто заставлять тебя не будет. Просто мне кажется, что это в интересах твоего друга. И, возможно, в твоих тоже…

— Ты меня заинтриговала…
— Это — профессиональное качество хорошего журналиста. Подумай. Если надумаешь, пиши!
Маргарита не сомневалась, что Чех не устоит. В нем слишком сильно любопытство исследователя, так же, как в ней — азарт журналиста. Он напишет, совершенно точно, или она совсем не разбирается в людях.
Она совершенно не удивилась, получив тем же вечером сообщение от Антона:

Продолжение неминуемо следует!

* (1е Кор. 13:4-8)
** бесцветное вещество с характерным запахом, напоминающим ментол, является одним из двух важнейших действующих компонентов абсента наряду с этиловым спиртом. Хотя во многих источниках утверждается, что туйон обладает галлюциногенным действием, это не было доказано.
*** (порт.) Куда ведёт эта длинная дорога?
**** свойство природы, состоящее в том, что материальные микроскопические объекты могут при одних условиях проявлять свойства классических волн, а при других — свойства классических частиц.

Смотрите больше топиков в разделе: Кукольные фотоистории и сериалы: комиксы, фотостори