Et bonne journée ! Эпизод 11
Эпизод 10 здесь
— Как ты? Ты ужасно выглядишь, сестрёнка. Одни глаза на лице.
— Вот уж спасибо, милый братец. А ты стал толстым. Наверно одни круассаны ешь.
— Глупенькая.
— Когда меня отсюда выпишут? Второй день тут торчу.
— Мне нравится твой настрой. Но придется немного подождать.

— Почему ты не пришел вчера?
— Прости. Много работы.
— Кем ты работаешь?
— Секретарем одной старой дамы.

— Фу! Ты что — альфонс?
— Нет. Я — секретарь.
— Ты моешь её ночные горшки?
Анри улыбнулся, вспомнив свой первый разговор с мадам.
— Нет. Это в основном бумажная работа. Но иногда я встречаюсь с художниками, организую выставки.
— Художники? Здорово. К нам сегодня приходила одна девушка — художница. Такая хорошенькая! Мы рисовали, а она рассказывала нам всякие интересные истории… А ты ничего не рассказываешь.

— Прости, солнышко.
— У тебя есть подружка?
— Да.
— Она хорошенькая?
— Очень.
— Как её зовут?
— Клодетт Гуно.
— Дурак!

Её ручки, такие невесомые. «Шансы пятьдесят на пятьдесят» — так он сказал. Усатый, в белом халате. Шансы, цифры. А за ними — судьбы, боль, слёзы.
Анри брёл по больничному коридору, погрузившись в свои мысли, не замечая ничего вокруг.
— Pardon.
Вообще-то это ему следовало извиниться. Налетел на человека, так что у него всё из рук выпало. Анри машинально наклонился и принялся собирать рассыпавшиеся по полу вещи и листы бумаги.

Их руки встретились возле палетки с красками и только тогда он поднял глаза и замер. Сердце пропустило один удар, а затем забилось, как сумасшедшее, словно пытаясь сломать грудную клетку. Это была она. Пока Анри пытался совладать со своим дыханием, его руки продолжали собирать с пола бумаги — это были рисунки.

— А я вас узнала, это ведь вы спасли пожилого мсье на улице Муфтар во время сердечного приступа? Пришли его навестить?
Анри выдохнул. Он чуть было не сказал бессмысленное «да», но тут же понял, что он никогда не будет врать этой девушке. Даже по мелочам. Никогда.
— Нет. Не знал, что он здесь.
— Я видела его в парке, когда шла сюда. Два раза в неделю я прихожу сюда на уроки арт-терапии. Мы с детишками рисуем, болтаем, это хоть немного поднимает им настроение и позволяет забыть о том кошмаре, что им приходится переживать.

Значит, это о ней говорила ему Клодетт!
Он отдал ей последние рисунки.
Она улыбнулась просто и беззаботно.

— Большое вам спасибо. Мне пора. Et bonne journée!
Анри долго смотрел ей вслед, пока наконец не понял, что произошло. Она была здесь! Так рядом!
Она говорила с ним, а он, как последний дурак, не знал, что сказать. И вот он опять ничего не знает о ней. Ни имени, ни телефона.
Идиот. Тупица. Анри медленно сполз по стене. «Ничего не поделаешь, дураком родился, видать, дураком и помру» — сердито подумал он.

Анри вышел из больницы с наслаждением вдыхая теплый воздух. После коридоров, пропитанных запахами лекарств и тревог, даже в больничном парке дышалось свободно и легко. Выздоравливающие медленно прогуливались по широким парковым дорожкам — кто один, кто в компании медсестры, кто-то уже успел найти себе товарища по несчастью.
На общем фоне резко выделялась фигура седовласого мужчины, закутанного в белый плед.
Даже сидя в инвалидном кресле, он выглядел солидно, словно университетский профессор, коим, впрочем, он и мог оказаться. Лицо мужчины показалось Анри знакомым. Где-то совсем недавно он видел его…
— Мсье Дидро?
Мужчина медленно с львиной важностью повернул голову, но не сказал ни слова.
— Мсье Дидро, простите… это вы?
— Странно, мы не знакомы, но вы знаете, как меня зовут, — проговорил он недовольно.
— Простите, пожалуйста. Меня зовут Анри Гуно. Я секретарь мадам Ламар.
В глазах мсье промелькнула какая-то мысль, но лицо его мгновенно приняло отсутствующее выражение.

Подойдя поближе, Анри внимательно разглядывал мсье, закутанного в плед. Он узнал этот взгляд по фотографиям которые видел, когда искал информацию о пропавшем реставраторе. Первым нарушил молчание седовласый господин.
— Что вам от меня нужно, молодой человек? — в его голосе звучала сталь.
Анри смутился.
— Простите, мсье… Я просто хотел справится о вашем самочувствии…
Что он опять несёт?!?
Вдруг на дорожке возник один из докторов. Увидев Анри, он широко улыбнулся:

— А, коллега! Добрый день!
— Добрый день.
— Как вы себя чувствуете, мсье? — обратился он к Дидро.
— Бывало и лучше, — процедил тот.
— Могло быть и хуже, мсье, если бы не этот парень, — пожал плечами молодой доктор.
— Не понимаю, о чём вы.

— Как? Вы не знаете? — удивился врач. — Ведь это именно этот мсье оказал вам первую помощь, кода с вами случился инсульт и спас вам жизнь, когда у вас начался эпилептический припадок. С кисточкой была отличная идея — добавл он, вновь обращаясь к Анри. — Ну мне пора. Bonne journée!
Анри стало неловко, ведь он вовсе не за благодарностью сюда пришел. Он даже не сразу понял, что реставратор, которого ему так нужно было отыскать — это тот самый мужчина с улицы Муфтар. После нескольких мгновений неловкого молчания, он собрался было уходить, но мсье Дидро остановил его жестом руки.
— Прошу прощение за грубость, мсье, я не знал, — в этот раз голос седовласого господина звучал намного мягче. — Видите ли, я решил отойти от дел, никто не знает, что я здесь, и мне вовсе не хотелось бы быть… так сказать «раскрытым».

— Вы имеете полное право на это, мсье. Не волнуйтесь, я не скажу мадам ни слова о нашей встрече.
— А зачем я ей понадобился? — спросил мсье Дидро.
Анри рассказал про господина Артаниса, его находку и идею мадам открыть в Лувре выставку «возвращение шедевра», отреставрировав найденного в старом поместье Делакруа.
— Я видел их один раз. Эти картины в ужасном состоянии. Проще нарисовать новые — невесело усмехнулся Дидро.
— Я в этом мало что понимаю, но знаю, что мадам всегда получает то, что захочет. Эта выставка крупный куш. У нас уже бронь залов на сентябрь-октябрь.
— Три месяца? Вы шутите. Скажите мадам, что это невозможно.
Анри кивнул.
Прощаясь, они тепло пожали друг другу руки.

— Только не говорите мадам Ламар, что видели меня.
— Хорошо.
— И ещё раз спасибо. Я перед вами в неоплатном долгу.
— Любой врач на моем месте поступил бы так же.
Мсье Дидро покачал головой.
— Вы не знаете себе цену, мсье Гуно.
Анри хотел было что-то сказать, но только кивнул и, поспешив попрощаться, решительно зашагал в сторону метро.
Продолжение следует…
Смотрите больше топиков в разделе: Кукольные фотоистории и сериалы: комиксы, фотостори
— Как ты? Ты ужасно выглядишь, сестрёнка. Одни глаза на лице.
— Вот уж спасибо, милый братец. А ты стал толстым. Наверно одни круассаны ешь.
— Глупенькая.
— Когда меня отсюда выпишут? Второй день тут торчу.
— Мне нравится твой настрой. Но придется немного подождать.

— Почему ты не пришел вчера?
— Прости. Много работы.
— Кем ты работаешь?
— Секретарем одной старой дамы.

— Фу! Ты что — альфонс?
— Нет. Я — секретарь.
— Ты моешь её ночные горшки?
Анри улыбнулся, вспомнив свой первый разговор с мадам.
— Нет. Это в основном бумажная работа. Но иногда я встречаюсь с художниками, организую выставки.
— Художники? Здорово. К нам сегодня приходила одна девушка — художница. Такая хорошенькая! Мы рисовали, а она рассказывала нам всякие интересные истории… А ты ничего не рассказываешь.

— Прости, солнышко.
— У тебя есть подружка?
— Да.
— Она хорошенькая?
— Очень.
— Как её зовут?
— Клодетт Гуно.
— Дурак!

Её ручки, такие невесомые. «Шансы пятьдесят на пятьдесят» — так он сказал. Усатый, в белом халате. Шансы, цифры. А за ними — судьбы, боль, слёзы.
Анри брёл по больничному коридору, погрузившись в свои мысли, не замечая ничего вокруг.
— Pardon.
Вообще-то это ему следовало извиниться. Налетел на человека, так что у него всё из рук выпало. Анри машинально наклонился и принялся собирать рассыпавшиеся по полу вещи и листы бумаги.

Их руки встретились возле палетки с красками и только тогда он поднял глаза и замер. Сердце пропустило один удар, а затем забилось, как сумасшедшее, словно пытаясь сломать грудную клетку. Это была она. Пока Анри пытался совладать со своим дыханием, его руки продолжали собирать с пола бумаги — это были рисунки.

— А я вас узнала, это ведь вы спасли пожилого мсье на улице Муфтар во время сердечного приступа? Пришли его навестить?
Анри выдохнул. Он чуть было не сказал бессмысленное «да», но тут же понял, что он никогда не будет врать этой девушке. Даже по мелочам. Никогда.
— Нет. Не знал, что он здесь.
— Я видела его в парке, когда шла сюда. Два раза в неделю я прихожу сюда на уроки арт-терапии. Мы с детишками рисуем, болтаем, это хоть немного поднимает им настроение и позволяет забыть о том кошмаре, что им приходится переживать.

Значит, это о ней говорила ему Клодетт!
Он отдал ей последние рисунки.
Она улыбнулась просто и беззаботно.

— Большое вам спасибо. Мне пора. Et bonne journée!
Анри долго смотрел ей вслед, пока наконец не понял, что произошло. Она была здесь! Так рядом!
Она говорила с ним, а он, как последний дурак, не знал, что сказать. И вот он опять ничего не знает о ней. Ни имени, ни телефона.
Идиот. Тупица. Анри медленно сполз по стене. «Ничего не поделаешь, дураком родился, видать, дураком и помру» — сердито подумал он.

Анри вышел из больницы с наслаждением вдыхая теплый воздух. После коридоров, пропитанных запахами лекарств и тревог, даже в больничном парке дышалось свободно и легко. Выздоравливающие медленно прогуливались по широким парковым дорожкам — кто один, кто в компании медсестры, кто-то уже успел найти себе товарища по несчастью.
На общем фоне резко выделялась фигура седовласого мужчины, закутанного в белый плед.
Даже сидя в инвалидном кресле, он выглядел солидно, словно университетский профессор, коим, впрочем, он и мог оказаться. Лицо мужчины показалось Анри знакомым. Где-то совсем недавно он видел его…— Мсье Дидро?
Мужчина медленно с львиной важностью повернул голову, но не сказал ни слова.
— Мсье Дидро, простите… это вы?
— Странно, мы не знакомы, но вы знаете, как меня зовут, — проговорил он недовольно.
— Простите, пожалуйста. Меня зовут Анри Гуно. Я секретарь мадам Ламар.
В глазах мсье промелькнула какая-то мысль, но лицо его мгновенно приняло отсутствующее выражение.

Подойдя поближе, Анри внимательно разглядывал мсье, закутанного в плед. Он узнал этот взгляд по фотографиям которые видел, когда искал информацию о пропавшем реставраторе. Первым нарушил молчание седовласый господин.
— Что вам от меня нужно, молодой человек? — в его голосе звучала сталь.
Анри смутился.
— Простите, мсье… Я просто хотел справится о вашем самочувствии…
Что он опять несёт?!?
Вдруг на дорожке возник один из докторов. Увидев Анри, он широко улыбнулся:

— А, коллега! Добрый день!
— Добрый день.
— Как вы себя чувствуете, мсье? — обратился он к Дидро.
— Бывало и лучше, — процедил тот.
— Могло быть и хуже, мсье, если бы не этот парень, — пожал плечами молодой доктор.
— Не понимаю, о чём вы.

— Как? Вы не знаете? — удивился врач. — Ведь это именно этот мсье оказал вам первую помощь, кода с вами случился инсульт и спас вам жизнь, когда у вас начался эпилептический припадок. С кисточкой была отличная идея — добавл он, вновь обращаясь к Анри. — Ну мне пора. Bonne journée!
Анри стало неловко, ведь он вовсе не за благодарностью сюда пришел. Он даже не сразу понял, что реставратор, которого ему так нужно было отыскать — это тот самый мужчина с улицы Муфтар. После нескольких мгновений неловкого молчания, он собрался было уходить, но мсье Дидро остановил его жестом руки.
— Прошу прощение за грубость, мсье, я не знал, — в этот раз голос седовласого господина звучал намного мягче. — Видите ли, я решил отойти от дел, никто не знает, что я здесь, и мне вовсе не хотелось бы быть… так сказать «раскрытым».

— Вы имеете полное право на это, мсье. Не волнуйтесь, я не скажу мадам ни слова о нашей встрече.
— А зачем я ей понадобился? — спросил мсье Дидро.
Анри рассказал про господина Артаниса, его находку и идею мадам открыть в Лувре выставку «возвращение шедевра», отреставрировав найденного в старом поместье Делакруа.
— Я видел их один раз. Эти картины в ужасном состоянии. Проще нарисовать новые — невесело усмехнулся Дидро.
— Я в этом мало что понимаю, но знаю, что мадам всегда получает то, что захочет. Эта выставка крупный куш. У нас уже бронь залов на сентябрь-октябрь.
— Три месяца? Вы шутите. Скажите мадам, что это невозможно.
Анри кивнул.
Прощаясь, они тепло пожали друг другу руки.

— Только не говорите мадам Ламар, что видели меня.
— Хорошо.
— И ещё раз спасибо. Я перед вами в неоплатном долгу.
— Любой врач на моем месте поступил бы так же.
Мсье Дидро покачал головой.
— Вы не знаете себе цену, мсье Гуно.
Анри хотел было что-то сказать, но только кивнул и, поспешив попрощаться, решительно зашагал в сторону метро.
Продолжение следует…
Смотрите больше топиков в разделе: Кукольные фотоистории и сериалы: комиксы, фотостори






Обсуждение (29)
Кто бы мог подумать, что именно в больнице… навещая Клодетт…
Анри, конечно, немного в шоке и теперь ему нужно время, чтобы все обдумать, «переварить» впечатления. Но времени то у него и нет — мадам Ламар ждёт!
Мне кажется, когла мсье Дидро поправится, он может заинтересоваться старыми шедеврами.
Безусловно, мадам его из-под земли достанет ради такой сенсационной выставки.
Очень хочется, чтоб повествование было элегантным без лишних эпизодов, и в тоже время без «ну вы сам знаете, прошел год и все как-то само собой случилось»
Хочется надеяться, что Дидро восстановится после инсульта настолько, чтобы вновь заняться реставрацией.
Как же мне нравится ваш Анри! Каждый раз на него любуюсь. У меня есть глубокое убеждение, что для персонажей-мужчин, кукольных или нарисованных, руки имеют гораздо большее значение, чем для женских. А у этого экшенского тела руки очень выразительные, для меня чуть-ли не половину образа делают.
Согласна с вами! Руки очень важны! В этом плане экшены и обитсу, конечно, фору дадут любым кенам)
Да, и забыла написать — Клодетт такая трогательная! Щупленькая и стриженая, действительно, одни глаза. Жалко девочку!
Приложим все усилия по выздоравлению малышки Клодетт (я и паричок припасла)!
Таинственную незнакомку, при желании, найти будет уже проще, раз она регулярно ходит в больницу))
Думается, реставратор еще покажет себя)))
Надеюсь, Анри воздастся за его доброту и честность!
А ещё очень Клодетт понравилась. Такие глаза огромные)))
Клодетт стала настоящей находкой, мне сложно работать с такими пропорциями, но для роли она оказалась идеальной актрисой