Забыть нельзя влюбиться Глава 28. Люби, как умеешь
Начало здесь
Предыдущая глава здесь
Легко сказать, люби. Я сказалась больной и заперлась в своей комнате. Ни за что на свете не покажусь Сергею на глаза, пока не придумаю, как жить дальше. Не могу сейчас вести себя как раньше. Вытащила из косметички румяна и попыталась было придать лицу свежий вид. Бесполезно. Из зеркала на меня уныло глядела растерянная физиономия, а глаза такие, что впору повеситься. Сергей мигом догадается. Начнет выспрашивать, строить предположения. И не отстанет, пока не докопается до истины. Проблем я себе обеспечу, а любить станет уже некого.

Просто люби… Искренне, до самозабвения. Стану делать подарки по поводу и без, баловать Сергея. А еще напишу его портрет. Не тот альбомный набросок, что сделала недавно, а настоящую картину в большой раме. Или серию картин. Думаю, самое то. Если я подарила б ему, скажем, «Мерседес», Сергей возмутился бы до глубины души. Посчитал бы, что я хочу купить его расположение и выставил вон вместе с подарком. А здесь подкопаться не к чему. Я художник, а художнику нужен натурщик. Точно. Как только сумею, затащу его в мастерскую. Хотя бы на пару часов в неделю. Туда, где я смогу доказать Сергею, как сильно он нужен мне. Может, моя любовь и станет бальзамом на его раны. Он не потерпит жалости к себе. Ни за что не показывать, будто мне известно о той аварии. Любить так, словно нет никаких преград.

Люби как умеешь… Какое там! Несмотря на браваду, я чувствовала себя так, словно это меня несколько лет назад сбили машиной. Мне было до боли жаль отца, попавшего в ДТП не по своей вине. После той жуткой аварии он никогда больше не садился за руль. Бросил курить и оборудовал в доме спортзал. Ах, если б можно было отмотать время назад и никуда не ехать в тот злополучный вечер.
…И даже чуточку больше. Да лучше б это я умерла. А его девушка осталась бы жить. Кто знает, возможно, у них была бы крепкая семья. А может, любовь бы давно прошла и они спокойно расстались без взаимных упреков и обид. Любить мертвого легче. От него остаются только воспоминания. И в этих воспоминаниях человек почти идеален.

Так, хватит. Еще немного, и я сойду с ума. В самом прямом, медицинском смысле. Я решительно отошла от зеркала.
У Сергея должно перехватывать дыхание при моем появлении, а не наоборот. Встряхнись, Аня, наведи красоту. Я ни в чем не виновата. Это жизнь. Так сложилось. Прошлого не изменить. А вот будущее подкорректировать можно. Я влезла в душ и включила ледяную воду. Тысячи игл впились в тело, и я слабо повизгивала. Растерлась полотенцем. Кожа горит. Зато чувствовать себя стала намного лучше. Даже румянец появился. Так, теперь переодеваться.

Стараясь не шуметь, я на цыпочках спустилась вниз.
Тишина. И темнота. Горит лишь светильник в холле, да из-под кухонной двери пробивается тонкая полоска света. Пройти мимо или заглянуть? Сердце велит немедленно заключить Сергея в объятия. Но уместно ли.
Пока я размышляла подобным образом, дверь кухни распахнулась. На пороге мужчина моей мечты с чашкой в руке.

— Привет, – я выжала некое подобие улыбки.
— Ты откуда? – вроде бы, удивился он.
— Я? Оттуда, – кивок головой в сторону лестницы. – Ты один?
— Все куда-то разбрелись. А у меня выходной.
— Чем занимался?
— Выспался как следует. Потом поел и снова спать завалился. Ты-то как? Давно пришла?
— Я и не уходила.
— Да? Я не видел тебя со вторника. Только не говори, что вела затворнический образ жизни, – хмыкнул он.
— Вообще-то, я болела.
— На пару с Анатолием?
Я делано рассмеялась, не зная, как завязать разговор.
— Ревнуешь, что ли?
— Вот еще. Больно надо.
— Так и будем стоять в дверях?
Он сделал шаг назад, давая мне пройти. Я плотно затворила дверь и обняла самого дорогого мне человека.
— Я соскучилась.

Сергей тихо поставил чашку на стол. Губы крепко сжаты, спина напряжена. Под моими пальцами словно гранитная скала, а не человек.
— Что с тобой? Плохой день выдался?
— Что? Да, плохой день. Они у меня со вторника все плохие.
— У меня тоже, – честно призналась я. – Сначала жуткая мигрень накатила. А потом я пластом лежала, не в силах пошевелиться. Безумно хотела тебя увидеть, но встать была не в состоянии. Хоть заглянул бы на чуток.
— Ты что, и правда была дома? – не поверил он.
— Правда. Ты что, не видел, мои сапоги в прихожей стоят.
— Не видел. У тебя их столько.

Сергей наконец-то обнял меня и потерся носом о щеку.
— Я думал, ты к этому своему Анатолию укатила.
— С чего это он мой?
— С того, – передразнил Сергей.
— Придумал тоже. Люблю-то я тебя. А с Толей мы просто друзья. И ничего между нами нет, если ты об этом.
— Хочешь, сходим куда-нибудь, – предложил он.
— Вообще-то, тебе полагается ответить что-то вроде «и я тебя люблю, дорогая Анечка», – фыркнула я.
— Наверное, ты права. Извини, я не привык разбрасываться подобными фразами. Но я научусь, обещаю
Смотрите больше топиков в разделе: Кукольные фотоистории и сериалы: комиксы, фотостори
Предыдущая глава здесь
Легко сказать, люби. Я сказалась больной и заперлась в своей комнате. Ни за что на свете не покажусь Сергею на глаза, пока не придумаю, как жить дальше. Не могу сейчас вести себя как раньше. Вытащила из косметички румяна и попыталась было придать лицу свежий вид. Бесполезно. Из зеркала на меня уныло глядела растерянная физиономия, а глаза такие, что впору повеситься. Сергей мигом догадается. Начнет выспрашивать, строить предположения. И не отстанет, пока не докопается до истины. Проблем я себе обеспечу, а любить станет уже некого.

Просто люби… Искренне, до самозабвения. Стану делать подарки по поводу и без, баловать Сергея. А еще напишу его портрет. Не тот альбомный набросок, что сделала недавно, а настоящую картину в большой раме. Или серию картин. Думаю, самое то. Если я подарила б ему, скажем, «Мерседес», Сергей возмутился бы до глубины души. Посчитал бы, что я хочу купить его расположение и выставил вон вместе с подарком. А здесь подкопаться не к чему. Я художник, а художнику нужен натурщик. Точно. Как только сумею, затащу его в мастерскую. Хотя бы на пару часов в неделю. Туда, где я смогу доказать Сергею, как сильно он нужен мне. Может, моя любовь и станет бальзамом на его раны. Он не потерпит жалости к себе. Ни за что не показывать, будто мне известно о той аварии. Любить так, словно нет никаких преград.

Люби как умеешь… Какое там! Несмотря на браваду, я чувствовала себя так, словно это меня несколько лет назад сбили машиной. Мне было до боли жаль отца, попавшего в ДТП не по своей вине. После той жуткой аварии он никогда больше не садился за руль. Бросил курить и оборудовал в доме спортзал. Ах, если б можно было отмотать время назад и никуда не ехать в тот злополучный вечер.
…И даже чуточку больше. Да лучше б это я умерла. А его девушка осталась бы жить. Кто знает, возможно, у них была бы крепкая семья. А может, любовь бы давно прошла и они спокойно расстались без взаимных упреков и обид. Любить мертвого легче. От него остаются только воспоминания. И в этих воспоминаниях человек почти идеален.

Так, хватит. Еще немного, и я сойду с ума. В самом прямом, медицинском смысле. Я решительно отошла от зеркала.
У Сергея должно перехватывать дыхание при моем появлении, а не наоборот. Встряхнись, Аня, наведи красоту. Я ни в чем не виновата. Это жизнь. Так сложилось. Прошлого не изменить. А вот будущее подкорректировать можно. Я влезла в душ и включила ледяную воду. Тысячи игл впились в тело, и я слабо повизгивала. Растерлась полотенцем. Кожа горит. Зато чувствовать себя стала намного лучше. Даже румянец появился. Так, теперь переодеваться.

Стараясь не шуметь, я на цыпочках спустилась вниз.
Тишина. И темнота. Горит лишь светильник в холле, да из-под кухонной двери пробивается тонкая полоска света. Пройти мимо или заглянуть? Сердце велит немедленно заключить Сергея в объятия. Но уместно ли.
Пока я размышляла подобным образом, дверь кухни распахнулась. На пороге мужчина моей мечты с чашкой в руке.

— Привет, – я выжала некое подобие улыбки.
— Ты откуда? – вроде бы, удивился он.
— Я? Оттуда, – кивок головой в сторону лестницы. – Ты один?
— Все куда-то разбрелись. А у меня выходной.
— Чем занимался?
— Выспался как следует. Потом поел и снова спать завалился. Ты-то как? Давно пришла?
— Я и не уходила.
— Да? Я не видел тебя со вторника. Только не говори, что вела затворнический образ жизни, – хмыкнул он.
— Вообще-то, я болела.
— На пару с Анатолием?
Я делано рассмеялась, не зная, как завязать разговор.
— Ревнуешь, что ли?
— Вот еще. Больно надо.
— Так и будем стоять в дверях?
Он сделал шаг назад, давая мне пройти. Я плотно затворила дверь и обняла самого дорогого мне человека.
— Я соскучилась.

Сергей тихо поставил чашку на стол. Губы крепко сжаты, спина напряжена. Под моими пальцами словно гранитная скала, а не человек.
— Что с тобой? Плохой день выдался?
— Что? Да, плохой день. Они у меня со вторника все плохие.
— У меня тоже, – честно призналась я. – Сначала жуткая мигрень накатила. А потом я пластом лежала, не в силах пошевелиться. Безумно хотела тебя увидеть, но встать была не в состоянии. Хоть заглянул бы на чуток.
— Ты что, и правда была дома? – не поверил он.
— Правда. Ты что, не видел, мои сапоги в прихожей стоят.
— Не видел. У тебя их столько.

Сергей наконец-то обнял меня и потерся носом о щеку.
— Я думал, ты к этому своему Анатолию укатила.
— С чего это он мой?
— С того, – передразнил Сергей.
— Придумал тоже. Люблю-то я тебя. А с Толей мы просто друзья. И ничего между нами нет, если ты об этом.
— Хочешь, сходим куда-нибудь, – предложил он.
— Вообще-то, тебе полагается ответить что-то вроде «и я тебя люблю, дорогая Анечка», – фыркнула я.
— Наверное, ты права. Извини, я не привык разбрасываться подобными фразами. Но я научусь, обещаю
Смотрите больше топиков в разделе: Кукольные фотоистории и сериалы: комиксы, фотостори






Обсуждение (24)
А так… может, он просто скромный))))
Вот он «делом» и доказывает. Может, он настолько поразил ее в постели, что остатки мозга напрочь атрофировались.
В принципе, до этого у Ани были любовники — ровесники, а тут — взрослый опытный мужик.
К тому же, Толя был преувеличенно нежен. А ей хотелось урагана
«И отец Ани… Как он отреагирует»
Пока что он всецело поглощен работой. Его и собственная жена не особо интересует. Сидит где-то под боком, и ладно. Ну, дочка еще где-то мелькает…
Таким продвинутым манипулятором на пустом месте не станешь, тут талант и практика нужны. На ком же, интересно, он тренировался? На кошках?
Или всё-таки его чувства к Ане амбивалентны?
А что там на самом деле в голове у водителя выплывет ближе к финалу.
Делаааа
Но и Серегу можно понять. Он вроде мстить собрался, а до самого похоже доходит, что не в силах уже
А ей мерещится великая лубофф