Эл+Бэлл. Вот и все

Добрый вечер! Остановились вчера здесь.
— Мамуль, я кое-что тебе принесла нужное. Ну… как же ты так…
— Я и сама не поняла… Вроде все нормально было.

В глазах потемнело, очнулась, папа уже скорую вызвал. Ты не волнуйся. Сделают еще раз обследование, ну в крайнем случае, прооперируют, не я первая.

Послушай меня… Бэллочка, ты прости, но только ты сможешь это сделать. Я скажу тебе один раз, чтоб уже не возвращаться к этой теме. Я написала папе письмо, давно уже. Оно в папке с моими документами. Если вдруг дойдет до операции… бывает, что случается… частичная или нечастичная потеря памяти. Малый процент, но все же… Тогда отдашь ему письмо. Если вдруг все не восстановится, в общем, если все будет плохо, я хочу, чтобы Даниэль был свободным. И у вас у всех пусть все идет, как должно… Я тогда хочу… жить… у своего отца. Дедушка знает. Раз в неделю будете навещать.
— Мамочка… да ты чего…


— Бэлла, это на всякий случай. Не волнуйся, конечно, это все не понадобится. Помнишь, я в банке оформила на тебя доверенность? Вот за сиделку из моих средств оплачивать можно. Знаешь, я была счастлива с папой, с вами. Я и сейчас счастлива, это просто жизнь, все случается.

Поэтому, давай договоримся, я просто прохожу плановое обследование, никакой паники. Алексу успокой, она испугалась, обьясни ей, что ничего страшного не происходит.

— Я поняла, мам. Я домой перееду сегодня же.
— Ни в коем случае! Зачем? Все должно быть, как раньше. Накормить, Алекса сама вас всех накормит и еще толпу. Уроки Артур пусть у нее проверяет. И… чтоб вот той делегации под дверью больше не было. Один кто-то в день пусть приходит. Для остальных есть телефон.
— А бабуле что сказать?
— Что прохожу обычное обследование. Все, иди, завтра созвонимся. Постой. А у тебя все хорошо? Почему бледненькая такая? Ты кушаешь вообще?
— Хорошо все, мам. Это я после болезни, я уже нормально кушаю. Я буду тебе писать в вотсапе. Ты как сможешь, ответишь, ладно? Я в любое время приду, мамуль. До завтра.


За дверью стоят «делегаты»..., плакать нельзя. Посчитай до десяти, Бэлла, и тогда выходи.


— Значит так. Вы чего тут толпой стоите? Вообще уже? Пап, ну ты-то чего этот цирк поддерживаешь? Все нормально. Вот вы, мужчины, паникеры. Едем все домой. Завтра я к маме, а послезавтра Алекса.

С Алексой поговорила по пути, велела приготовить овощных салатов для всех в маминой палате.
— Так я на рынок с утра, да?
— Нет, с утра в школу, потом на рынок, потом готовить. Я отвезу к ужину. А ты за уроки с Артуром. Получишь пятерку, маму порадуешь.
— Бэлла, ты же меня не обманываешь?
— Вот ты глупышка, Аль. Все, до завтра.

Домой с Эльдаром ехали молча. Вошли в прихожую. Эл молчал.
— Эльдар, давай я тебе все обьясню… про сегодня.

-… Зачем? Я все все видел. Теперь мне понятно твое… поведение в последние дни.
— О чем ты?
— Обо всем.

— Тааак..., значит, я твои обжимания с некой Нателлой должна не замечать, а ты… он же сказал, что я не при чем!

— Мне плевать на его слова. С Наткой нас видели полтора десятка человек, ничего не было там уж точно. А вас я видел собственными глазами. Ясно, диплом пишут именно так.
— Ты — дурак? Я тебе о доверии, а ты мне о чем? Я не понимаю тебя, то ты летаешь по трассе, как сумасшедший, а то тебя пугает моя езда на четырех колесах, теперь вот это все!

— Возможно и дурак. Но не слепой.

Бэллка схватила пальто, которое уже успела снять и рванула к выходу.
— Далеко собралась?
— Домой.

— Ну да, сейчас там только твоих обьяснений не хватает, «я вернулась, потому, что была застукана с Дэном». А вот мне интересно, если б Макса тогда не было дома, ты бы к Денису заявилась? Он-то только и ждет.

— Видеть тебя не могу...!
Бэлла хотела добавить «таким», но, почему-то не добавила.

— Прекрасно. Тебе и не придется.
Эл швырнул ключи и вышел из квартиры.


Ну вот и все… Можно было поговорить по-другому? Бэлла не сказала ничего, из того, что планировала. А Эл ничего из того, что готов был рассказать ей пару часов назад.







У Бэллы еле хватило сил снять сапоги. Выпила стакан молока, зарылась в постель, которая еще хранила память об их ночи, закрыла глаза. Она не плакала. Просто слезы прорывались сквозь ресницы и текли по щекам, шее, скатывались на подушку. Так Бэлла уснула. И во сне она была не одна.


Эл брел в мастерскую. Мыслей не было. Только обида и боль. «Видеть тебя не могу»… «Видеть тебя не могу»… «Видеть тебя не могу»…


Спасибо, что волнуетесь за ребят, за Элю. Все так невесело не специально. Просто период такой. Жизнь продолжается, и утро вечера мудренее. Подождем? Всегда вам рада!

Смотрите больше топиков в разделе: Кукольные фотоистории и сериалы: комиксы, фотостори