Подлинная история Зорро, глава 8

Почитаем? Здесь предыдущая глава
Вечер был тревожным. То ли сказывалось присутствие на западе погромыхивающих туч, скрывших заходящее солнце, то ли нервное напряжение, воцарившееся в пуэбло с момента известия об аресте сеньоры и сеньориты Торрес, достигло предела, но никто не мог спокойно завершить дневные дела и отойти ко сну: капризничали дети, всхрапывали лошади, собаки скулили и порывались выть. Казалось, что даже земля под ногами подрагивает, как во время землетрясения, хотя строения стояли неподвижно. Вороной конь крался вдоль крепостной стены почти на цыпочках, совершенно не цокая копытами. Торнадо был очень умным, и понимал, что раньше времени поднимать переполох не следует. Хозяин его тоже глупым не был, поэтому прежде чем въехать в пуэбло, обмотал копыта коня тряпками, намереваясь их снять при первой возможности.

Ветер налетел совсем не с той стороны, где громоздились тучи, поднял пыль, погнал по улицам ошмётки соломы и заставил чёрную тень на крыше казармы мысленно выругаться и вжаться в черепицу, придерживая одной рукой шляпу, а другой — полу плаща. Впрочем, выругаться тень заставил не ветер, а перекладина ворот, через которую солдаты пытались перебросить верёвку с петлёй. Для кого бы это? Тут из караулки вывели приговорённого, и тень выругалась уже шёпотом, благо подслушивать было некому.
Сержант Гарсиа уже пятый раз оглядывал крыши и стены, но наползающие тучи поглотили остатки света, и он не смог разглядеть ничего обнадёживающего. Тем не менее, он ободряюще похлопал дона Мигеля по плечу и сказал:
— Всё будет хорошо, дон Мигель. Я думаю, он вот-вот должен появиться.
— Кто? — удивился рядовой Ортега.
— Тсс! — замахал на него сержант, — Сами знаете, кто!
— А, — многозначительно протянул Ортега, признаться, ничего не понявший.
— Сержант, что вы там мнётесь? — крикнул комендант, — Ведите его скорее!
— Да, комендант, — отозвался сержант, нисколько не ускоряя шага и продолжая оглядывать крыши.

— Капитан Монастарио! — окликнула коменданта Элена Торрес, но что она собиралась сказать, так и осталось для всех тайной.
Снова налетел ветер, заклубилась пыль, и в клубах пыли неожиданно возник чёрный всадник. Сержант шарахнулся от арестованного, да так, что сбил с ног остальных конвойных солдат, и вместе они образовали живописную кучу-малу. Дон Мигель мешкать не стал: несмотря на связанные руки, он сумел вскочить на вороного, когда всадник на миг придержал коня.
— Ворота! — заорал комендант, но опоздал: Торнадо мчался, как ветер, и скоро в клубах пыли уже нельзя было различить ни тени.
— За ними! — вопил сержант Гарсиа, одновременно ухитряясь улыбаться до ушей, словно побег арестованного, за который ему наверняка влетит от капитана, был самым желанным событием в его жизни, — Уланы, по коням!
— Стойте, кретины! — рявкнул комендант, — Закрыть ворота!
— Но мы же упустим Зорро! — обиженно возразил сержант.
— Он вернётся. Он приходил не за Ромеро. Он всё разведал, и теперь приведёт сообщников. Впрочем… сержант, возьмите половину отряда и для вида сделайте круг вблизи пуэбло, словно в самом деле преследуете этого бандита. И сейчас же возвращайтесь.
— Но, капитан, зачем?
— Затем, идиот, что Зорро специально примчался, чтобы отвлечь нас. Он расчитывает, что все сорвутся за ним в погоню, в крепости никого не будет, а сообщники его в это время освободят заложниц!
— О, — удивился сержант, — Я бы до этого не додумался!
— Именно поэтому вы сержант, а я капитан, — огрызнулся Монастарио, — Выполнять!

Зорро тоже не стал уезжать далеко от пуэбло. Его смущало отсутствие погони. Это было совсем не то, чего он ожидал. Освободив дона Мигеля от верёвок, Зорро велел ему возвращаться домой и не путаться под ногами. Дон Мигель сделался пунцовым, однако долг благодарности вынудил его подчиниться и смолчать. Возвращаясь к пуэбло Зорро заметил отряд, возглавляемый сержантом Гарсиа, окликнул его и попытался увести за собой, но солдаты скоро отстали и вновь повернули к Лос Анджелесу. Тут уже любому стало понятно, что дело нечисто. Зорро пришпорил коня и вылетел на городскую площадь как раз в тот момент, когда гарнизонные ворота открылись, и доны, размахивая оружием, с воплями помчались в атаку.
— Стойте! — закричал Зорро, — Назад! Все назад, там засада!
В крепости загрохотали выстрелы, и доны наконец поняли, во что ввязались. Не менее дружно, чем в атаку, они кинулись отступать. Но как Зорро ни старался, он не мог разглядеть среди них дона Алехандро. Зато его воинственный клич донёсся из крепости, очевидно, из самой гущи схватки. Торнадо пролетел закрывающиеся ворота в последний момент, едва не защемив кончик хвоста. В крепости кипел бой: дон Алехандро возле тюремной решётки отбивался сразу от трёх солдат и коменданта, причём коменданта не оставляла мысль, что, если бы не седая борода, которую не очень-то спрячешь под маской, то по манере владения шпагой старого дона вполне можно было принять за Зорро. Но тут в схватку ввязался сам Зорро, и коменданту стало не до мыслей, он едва успевал парировать удары. Кажется, ещё никогда прежде Зорро не дрался так отчаянно, как сейчас, когда пытался защитить дона Алехандро. Почти все уланы, приближавшиеся к нему на длину шпаги, получили ранения, остальные предпочли не соваться, понимая, что ничего хорошего не выйдет. В это время к воротам подъехал отряд сержанта Гарсиа. Ворота начали открываться, Зорро свистом подозвал коня и велел дону Алехандро садиться в седло.
— Обо мне не волнуйтесь, уезжайте! — и хлопнул Торнадо по крупу.

Понятливый конь рванулся в открывшиеся ворота, по пути сшиб с ног пытавшегося задержать его улана, укусил встречную солдатскую лошадь и вырвался на волю. Вслед ему загремели выстрелы, солдаты с воплями гонялись за Зорро, в которого точно бес вселился — он бегал по казарме, роняя всё, что можно уронить и устроил страшнейший беспорядок, а затем взобрался на стену и ушёл по крышам куда-то к краю пуэбло. Комендант злобно выругался и вложил шпагу в ножны, а когда повернулся к воротам спиной, то выругался снова и ещё злее прежнего: тюрьма была открыта и пуста. Пленницы исчезли. Далеко уйти они не могли, наверняка спрятались где-то в городе, и комендант отложил их поиски до утра, решив, что никуда они ночью не денутся, а вот дон Алехандро наверняка вернётся на свою гасиенду. И там комендант его поймает.
Но дон Алехандро на гасиенду не вернулся. Торнадо ускакал от гарнизонных ворот, но потом возвратился к задней стене крепости, где у него было условлено место встречи с хозяином. К тому же нынешний седок вёл себя как-то странно, навалился ему на шею, как куль, и Торнадо это не нравилось. Зорро это понравилось ещё меньше — та часть его лица, что не была скрыта маской, побледнела. Он торопливо вскочил в седло позади дона Алехандро, придерживая того, чтобы не упал, и погнал коня в сторону владений де ла Вега, чувствуя, как по рукам течёт что-то липкое и горячее. У первых же подходящих для укрытия камней Зорро остановил коня, чтобы осмотреть раненого. Рана была скверной — пуля попала в левый бок и застряла в теле, чтобы её вытащить нужен был врач, но в пуэбло своего врача не было. Его обязанности исполнял один из солдат Монастарио, рассказывающий всему пуэбло, что его отец был цирюльником, а дед — коновалом. Дорогу же до Сан-Фернандо или Сан-Хуан-Капистрано раненый мог не выдержать. В камнях был родник, и Зорро постарался хотя бы промыть рану, мысленно костеря себя на все корки за то, что мало прислушивался к болтовне одного знакомого студента-медика. Хоть тот и был порядочным шалопаем, всё же что-то да могло пригодиться! Тут раненый глухо застонал и открыл глаза.

— Странно… — проговорил он, глядя в глаза Зорро, — я столько слышал о вас, сеньор, что теперь мне кажется, будто я вас знаю.
Зорро безмолвно покачал головой в знак отрицания.
— Нет-нет… вы правы, конечно. Это всего лишь стариковские мечты. Когда мой сын… я так мечтал, что он будет похож на вас, что теперь мне кажется, что если снять с вас маску, то под ней окажется лицо моего Диего… о, нет! Нет, я не сниму маску. Не хватает смелости. Старик тешит себя надеждами так же, как цепляется за жизнь. Оставьте меня, сеньор Зорро, если солдаты найдут нас, вам ни к чему погибать вместе со мной!

— В таком случае, почему бы нам не спастись вместе? — предложил Зорро. Голос его звучал глуховато, словно он специально пытался исказить его, — Я отвезу вас на вашу гасиенду, и ваш сын позаботится о вас. Я могу съездить в Сан-Фернандо за врачом. Ну-ка, попробуем! — он поднял дона Алехандро и усадил в седло, тот сильно побледнел, но сознания не потерял, и они тронулись в путь.
Не успели они выехать из чапараля на дорогу, как услышали стук копыт сразу с двух сторон. Сзади со стороны пуэбло приближались уланы Монастарио, по дороге ехала запряжённая парой лошадей коляска, сопровождаемая военным эскортом. Зорро на несколько секунд придержал вороного, но затем решительно повернул к горам, хотя ясно было, что положение безнадёжно. Дон Алехандро опять стал умолять бросить его. И вдруг прервался на полуслове.
— Да ведь это же Начо Торрес! — разглядел он одного из пассажиров коляски.
Дон Начо тоже увидел их и призывно замахал руками. Терять было нечего, и Зорро направил коня к дороге. Оказалось, что дон Начо возвращался из Монтерея в сопровождении представителя губернатора и отряда охраны, не подчиняющегося приказам лос-анджелесского коменданта. Естественно, он никогда не оставил бы своего друга в беде, и дон Алехандро переместился в коляску, подходившую для перевозки раненого гораздо лучше, чем жёсткое седло. Капитан Монастарио обратился было к начальнику охранного отряда с требованием помочь в поимке Зорро, но тот отказался, сославшись на приказ губернатора и отсутствие в нём распоряжений о поимке таинственных бандитов.
— Может вы и его станете защищать?! — не удержался от шпильки комендант, но командир отряда нимало не смутился — он был наслышан от дона Начо и о Монастарио, и о Зорро.
— По-моему, Зорро в защите не нуждается, — усмехнулся он и вернул шпильку, — по крайней мере, от вас!
Чёрный силуэт всадника уже был едва виден на горизонте.

Продолжение надо? Продолжение

Смотрите больше топиков в разделе: Болталка и разговоры обо всем: жизнь, общение, флудилка