Barbie, Барби Записки доктора Каллена.

После возвращения с полей сражений и чреды военных экспедиций доктор Карлайл Каллен ушел с военной службы и стал практикующим хирургов при госпитале. Так же открыл амбулаторию, где принимал население три-четыре раза в месяц сам, а в остальное время там находилась смышленая барышня, окончившая сестринские курсы и кто-то из молодых врачей-практикантов.
Медицинское сообщество требовало от него научных статей, для того чтобы он мог передавать свой бесценный опыт полевой хирургии молодому поколению. Но толпа молодых людей, бледнеющих от одного вида крови при хирургических манипуляциях, не вдохновляла его. Поэтому он ограничивался открытыми чтениями на кафедре анатомии и присутствием в анатомическом театре.

Дома доктор старался не принимать пациентов, выделяя свободное время на свой отдых, но чаще на научные изыскания. В последнее время его увлекла микробиологическая наука. В кабинете настольный глобус с нанесенными на нем точками, где побывал доктор, заменил новенький микроскоп.

Такого рода изыскания были еще в новинку и почтенным обществом медицинских светил были встречены не очень радушно. Карлайл же вместе с несколькими более молодыми коллегами продолжал изыскания, и время от времени публиковал их результаты.
Вот и сейчас доктор рассматривал под стеклом очередную «гадость», как изволила выразиться его экономка один раз заглянувшая в окуляр микроскопа, и записывал наблюдения на бумаге.

Внизу раздался звон колокольчика, затем торопливые шаги экономки, а следом тяжелая поступь внезапного визитера. Карлайл мельком глянул в календарь, визитов не планировалось.
— простите, профессор, но доктор занят — раздался голос женщины.
— вашего доктора, мисс Найтингейл, просто-таки невозможно застать в иное время — ответил ей мужской голос и доктор вздохнул.
Профессор Северус Снейп его давний пациент и коллега по учебной практике. Нельзя сказать, что он часто прибегает к услугам врачей, но если такое случается, то одним визитом не ограничивается. Вот и сейчас профессор опять пришел в не приемные часы. Обычно после небольшого осмотра мужчины садились с рюмкой настойки за шахматную партию или обсуждали статьи и исследования. Но именно сейчас доктор, кажется, почти нашел ответ на очень сложный вопрос и прерывать изыскания очень не желал.

Раскрылась дверь и в облаке уличной сырости в кабинет вошел мужчина в макферлене и цилиндре с массивной тростью в руке. Линза микроскопа тут же покрылась испариной, и мужчина был вынужден все же прервать занятие.

— как вам удается быть везде и при этом не быть нигде? — произнес профессор и скинул на руки женщины мокрую одежду и шляпу.

— что вы имеете в виду, профессор? — повернулся к гостю мужчина.
— я был на кафедре, но мне сказали, что вы ушли в лекторий. В лектории я разминулся с вами на десять минут. А в больнице вас видели все, но не могли припомнить где именно. даже заглянул в эту вашу амбулаторию, где меня записали в листок ожидания.

Доктор фыркнул в кулак, скрыв смешок за чиханием. Надо будет напомнить Салли чтобы сверялась со списком личных пациентов и не делала больше таких глупостей.
— что же заставило вас так остро искать моего внимания, профессор? — доктор сделал серьезное лицо.

— она — профессор опустился в кресло и похлопал рукой по левой ноге.
— неужели все еще беспокоит? — вскинул бровь доктор. Колено профессора пострадало несколько недель назад в результате казуса на прогулке верхом. Но хорошая трость и правильно подобранная доктором терапия должны были избавить профессора от недуга.
— стал бы я иначе таскать этого монстра — он кивнул на трость с хищным оголовьем.

— позвольте тогда осмотреть вас. — доктор окинул взглядом комнату, вспоминая куда поставил свою сумку. Та нашлась на привычном месте. Достал из нее инструменты и принялся за работу.

В целом он не ощутил никаких инородных уплотнений, нога сгибалась и не возникало ни скрежета ни похрустывания, которые могли бы свидетельствовать о наличии остаточных явлений травмы. Припомнив как быстро, судя по звукам, профессор поднялся по лестнице, а затем довольно долго стоял просто держа трость в руке, доктор сделал нужные выводы. Нога коллегу беспокоит только в те моменты, когда он о ней вспоминает. А значит все это эфемерно и больше в его голове, нежели в теле.

— что скажете? — вопросил профессор, когда доктор вернулся к столу с задумчивым видом.
— в целом динамика положительная и колено восстановилось хорошо. Советую оставить вашего монстра до лучших времен, а так же попить один тоник — доктор подошел к шкафу и стал искать газету, в которой намедни видел заметку о подходящем лекарстве.

В кабинет вошла экономка, неся поднос с рюмками настойки и закусками.
— Флоренс, вы не видели газету? — бросил доктор, продолжая поиски в ящике.
— если вы о той, где разворот с лекарственными средствами, она на столе. — бросила женщина, ставя на стол поднос.
— что бы я без вас делал, Флоренс — доктор взял газету и достал из внутреннего кармана жилета свое пенсне. — так-так вот этот вам подойдет. Тоник номер семь в аптеке Шварца. Принимать два раза в день по одной рюмке во время еды.
Профессор сдвинул брови, но принял шпильку коллеги. Тоник номер семь продавала аптека его сводного брата, а составлял его он самолично.

— я буду следовать вашим рекомендациям доктор Каллен — произнес профессор и достал трубку.
— табак на столе — мимоходом кивнул доктор, делая запись в бланке рецепта для аптеки.
— простите, сэр, — подала голос экономка — профессор останется на обед?
— Советую не отказываться, сегодня среда, а значит, будет баранина на кости и рататуй, — доктор подал профессору из камина маленький уголек, зажатый в небольших щипцах, чтобы он мог раскурить трубку.
— с удовольствием отобедаю – ответил профессор.

Смотрите больше топиков в разделе: Куклы Барби, Barbie: коллекционные и игровые