Цветы шиповника Часть 24. Новый сотрудник

Наступила пятница, а с ней дождливое холодное утро. В обеденный перерыв Маша с Лерой сидели в любимом кафе и пили третью по счету чашку чаю в надежде согреться и обрести ясность мысли. Сказать по правде, дождь начался еще вчера. Да какой! Зонтик не спасал, Лерины матерчатые балетки насквозь промокли, а Кактус по щиколотку провалился в лужу, пока они бежали в поисках укрытия. К счастью, никто не заболел. Даже наоборот, Лера ощущала небывалый душевный подъем.


– Привет, не помешаю? – рядом с ними возник симпатичный шатен. По случаю непогоды кафе стояло полупустым, но понесло его почему-то за их столик. Маша слегка подвинулась, приглашая садиться.

– Вы ведь из «Альянса»? – не то спросил, не то констатировал факт незнакомец.
– Ну, допустим, из «Альянса», – Маша смерила его оценивающим взглядом.
Посмотреть было на что. Короткая стрижка, спортивная фигура, как раз ее типаж. Одет он был в джинсы и темный джемпер, подчеркивающий природную красоту и многочасовую работу в спортзале.
– Отлично, я Роман, с понедельника выхожу к вам на работу.
– Так вы новенький! Я что-то слышала, Кактус с Евгеничем обсуждали. А я Мария, очень приятно. Это Лера. Выпьем чаю за знакомство?

– С превеликим удовольствием. Значит, ваши коллеги сюда обедать ходят? Симпатичное место.
– Есть еще торговый центр на соседней улице, там неплохая кофейня. А ты где раньше работал?
– В другом месте, — хмыкнул Рома.
– Нравилось? – Маша принялась усердно строить глазки.
– Не очень. Всегда толпы народа, всем от тебя что-то надо. Надеюсь, здесь будет спокойнее.
– Когда как. То с ног сбиваемся, то кино онлайн смотрим. Главное, при Кактусе создавай видимость бурной деятельности.
– Кактус – это кто? – поинтересовался Рома, с интересом наблюдая за кривляниями подруги. Он был красив до неприличия и прекрасно знал, какое впечатление производит на женский пол.
– Кактус – это наш главный.
– Я запомню, – он неторопливо размешал сахар и принялся пить чай с таким видом, будто ничего важнее не существует.

– А как ты узнал о нашей фирме? – не отставала Маша.
– Увидел вакансию на сайте.

– Ты женат?
Он подался вперед, впившись глазами в Машино лицо.
– А что, есть предложения?
Затем одним глотком допил свой чай и бросил сотню на стол.
– До скорой встречи, дамы.
– Как? Ты уже уходишь?
– Не буду мешать. В понедельник увидимся.


Маша глядела ему вслед и чуть только не облизывалась.
– Прекрати! – рявкнула Лера. Немногочисленные посетители как по команде обернулись.
– Что такое?
– Ты так пялишься. Это неприлично.
– Неприлично, когда дети на соседа похожи. Нет, ты видела, а? Какой мужик!


– Мужик как мужик, я особо не разглядывала.
– ЧуднАя ты, честное слово! Такой красавчик, и по наши души. А ты: не разглядывала! Самой-то неужели не понравился?
– Не люблю качков.
– Он не качок. Это называется атлетическое телосложение. По нему бицепсы–трицепсы изучать можно. А представь, на пляже… – Маша закатила глаза и глупо захихикала.
Лера сделала глубокий вдох и посоветовала себе не относиться к ее болтовне серьезно.


– А твой таинственный Миша, он какой?
– Самый лучший.
– Само собой, раз ты стала навеки потерянной для общества.
– Что это я потеряна? – возмутилась она.
– Пойдешь после работы в боулинг?
Лера отрицательно покачала головой.
– А в баре посидим?
– Хватит издеваться!
– Потому и говорю, что ты пропала для нас. Надеюсь, он симпатичный, а не дрищ какой-нибудь в тренировочных штанах прошлого века.
– Отстань, а, – ласково попросила Лера.
– Блондин или брюнет? – не унималась Маша.
– Лысый.
– Врешь!
– Конечно. Пора собираться, пока дождь не начался.
– Да–да–да, а то Кактус осерчает, премии лишит.


По дороге Маша изводила подругу болтовней.

— Лера, как ты думаешь, у него кто-то есть?
– У кого?
– Да у Ромы этого.
– Почем мне знать.
– Вот завтра специально умопомрачительное платье надену.
– Завтра суббота, – напомнила Лера.
– Значит, в понедельник.
– И прическу с маникюром не забудь. Вдруг он заметит.
– Мне кажется, кто-то сейчас получит.
– И это буду явно не я, – Лера показала язык и зашагала быстрее. Сегодня Миша отказался идти на обед. Жует свой фаст–фуд, да свою помощницу дожидается.


Подруги уже подходили к офису, когда их догнал Рома. В руке он держал цветок, по виду, выдернутый из первой попавшейся клумбы. Его-то он и протянул слегка обалдевшей Маше. Лера тихонько смылась, оставив подругу увлеченно болтать.



За столом сидел хмурый Кактус.
– Пообедала? – сухо спросил он.
– И очень вкусно. Зря не пошел. Кофе хочешь?
– Что ему нужно было?
– Ты о чем?
– Об этом новеньком. Что он хотел?
– Ничего, просто трепался.
– Видел я, как он трепался. А цветы зачем припер?


Так вот оно что! Конечно, окно шефа выходит не во двор, как остальные, а на улицу. Он видел, как компания болталась у входа.
– По-моему, он клеится к Маше.
– По-моему, не стоило принимать его на работу, – пробурчал Кактус.
– Ерунда. Главное, чтобы специалист был хороший. А что болтает без остановки, так многим это даже нравится.
– А ты?
– Что? – невинно осведомилась Лера.
– Тебе тоже такие типы нравятся?
– Мне, Миша, умные нравятся. На болтунов у меня хроническая аллергия. Так что насчет кофе?


– Зачем тогда ты с ним пошла? – гнул свое Кактус, не обращая внимания на ее слова.
– Никуда я с ним не ходила, он сам подошел, когда мы в кафе сидели…
– Ах, вы еще и в кафе посидеть успели! – взвился тот.
– Посидели, и что? Там половина офиса обедает.
Кактус вскочил и принялся мерить шагами кабинет. Лера с любопытством наблюдала за его беготней. Наконец он выдохся и замер возле окна.


– Все? Ты уже добрый? – поинтересовалась та, подходя ближе. Он порывисто обнял ее и уткнулся носом в макушку.
– Извини, я дурак.
– Ты не дурак, ты кактус, – утешила Лера. – Последний раз предлагаю кофе.
– Этого кофе я на полжизни вперед напился. У нас есть зеленый чай?
– Сейчас узнаю. Тебе с бутербродом?
– Умеешь ты уговорить, – он нехотя убрал руки.
Выражение лица Лере совсем не понравилось. Скорбные складки у рта, а в глазах плещется такая боль, что она невольно зажмурилась.
— Бедный Миша! — подумала та. — Знаю почти наверняка, он думает сейчас об Элеоноре и ее предательстве. Моя глупая болтовня всколыхнула все то, что он так усердно прятал на дне души. Он смотрит на меня, а видит ее.


С огромным усилием Лера заставила себя в упор посмотреть на Михаила.
– Запомни, я – не она. Я никогда не сделаю тебе больно, – тихо, но твердо сказала она.
– Что ты хочешь сказать?
– Я за чаем. Скоро приду.


Лера суетливо переставляла чашки, всеми силами сдерживая слезы. Чувствовала она себя дура дурой.
В комнату отдыха заглянула Маша. Неужели она до сих пор болтала с Романом?
– Ромео просто душка, – с улыбкой заявила она.
– А ты, надо полагать, Джульетта?
– Куда мне! Чайник горячий?
Лера кивнула.


– Кофе супостату варишь?
– Чай. У нас есть зеленый?
– Посмотри в банке с цветочками. Вроде, Наташа вчера из нее заваривала. Что, достает опять?
– Нет, что ты? – через силу улыбнулась Лера.
– А что тогда? – Маша хлопнула себя по лбу. – Поняла, он видел, как мы по улице болтались, и в пылу нравоучений взялся за старое. Давай ему мышьяк насыплем?
– У тебя есть?
– К сожалению, нет. Да хоть слабительного. Весь день потом будет занят.
– Мария, вы уже здесь, очень хорошо! – услышали они голос шефа и как по команде обернулись. – Вас как всегда посещают гениальные идеи.


– Как не стыдно подкрадываться? До смерти напугали! – буркнула пунцовая Маша.
— Мне нужен отчет за прошлый месяц. Срочно.
Маша круто развернулась и вылетела в коридор.
– Чай почти готов, – сказала Лера, желая сгладить ситуацию.
– По рецепту твоей подруги? – ухмыльнулся он.
– А что, хорошая мысль.
– Ты больше не сердишься?
– На начальство не сердятся.
– И только? Ты же знаешь, у меня была тяжелая жизнь. Как увидел, что он рядом ошивается… Что мне сделать, чтобы ты не сердилась?
– Серьезно?
– Серьезней некуда, я правда раскаиваюсь, – он состроил страдальческую мину.
– Тогда прокукарекай.
– Проще ничего придумать не могла? Скажем, поужинать в ресторане?
– Сам говорил, ресторан – это слишком банально. Или ты отказываешься?
– Вот не надо меня на слабо брать! – он схватил чашку и унесся в кабинет, где открыл окно и заорал петухом на всю улицу, после чего заключил Леру в объятия.


– Ты довольна?
– Более чем.
– Тогда поцелуй меня.
– А вдруг кто войдет?
– Кому взбредет в голову добровольно сунуться в логово супостата? – широко улыбнулся он.
– Тебя мама не учила, что подслушивать нехорошо?
– А я был на редкость непослушным мальчиком.
Миша стиснул ее так, что Лера едва не задохнулась, и властно приник к губам.

В самый неподходящий момент в дверь постучали. Лера отступила назад, а Миша скрипнул зубами так, словно они вот–вот раскрошатся у него во рту, и хмуро пошел открывать.


– Слушаю.
– Михаил Андреевич, у вас помада! – обалдело воскликнула Маша.
– Какая еще помада?
– Ну вот же, на рубашке.
– Вам, Мария, заняться нечем? Это кетчуп, – буркнул Кактус. – У вас все?
– Вот отчет, – Маша протянула бумаги.



– Отчет? На что он мне? Я уже сам все нашел. Спасибо за оперативность.
– Зачем ты гоняешь бедную Машу? – вступилась Лера, когда они остались наедине. – Смотри, точно мышьяком обзаведется.
– Ты же не дашь меня в обиду? – подмигнул он.
– Не дам, сама обижать буду.
– Нет, тебе станет меня жалко.

– Слушай мою начальственную волю. С этого дня никаких помад на работе. Только бесцветный бальзам.
– Да я и так ими не особо пользуюсь, вот из-за дождя накрасилась. Ты же не хочешь, чтобы я сине–зеленая сидела. Снимай лучше рубашку я в порядок приведу.
– Я сам.
– Там всего-то мылом потереть…
– Ага, а следом твоя Маша появится. Ее непременно заинтересует, почему ты стираешь Кактусу и супостату одежду, и не твоя ли это, собственно, помада. Барсика пойдешь смотреть? – без перехода спросил он.
– Куда же я от вас? Пойду. Конечно.

Смотрите больше топиков в разделе: Куклы Barbie (Барби): Looks, Йога (MTM), коллекционные и 90-х