«Пандора-Платинум» 2016. Несерьёзные заметки о поездке в Питер, кукле Гертруде, нашей победе в конкурсе и лакированных ботинках.

Решение об участии в конкурсе «Пандора-Платинум 2016» мне в этот раз принимать не пришлось. Всё было решено в моей голове заранее и давным-давно. Когда в 2014 я заявился на Пандору с «Первой скрипкой дождя» и не смог приехать, получив жёсткую простуду прямо накануне церемонии. Когда мой Человек дождя всё же побывал там, но награду не получил. Когда в 2015 я отказался от участия, прочитав в правилах конкурса о том, что личное присутствие номинантов на вручении премии является обязательным. В тот раз я не располагал временем для поездки в Питер. И вот уже на носу Пандора 2016 – тоже в Питере, в особняке Половцева. Еду! Решимость у меня была, но не было куклы для конкурса))



Из пыльных папок было извлечено великое множество бумажных листов с эскизами, на каждом из которых замерло в ожидании по нескольку рисованных персонажей. Отбор был не простым – я рассматривал их за обеденным столом, перед сном в постели, брал с собой в ванну… Постепенно нарисовался список из 23 претендентов на материализацию в нашем мире. Прошло ещё время, наконец в моей голове что-то щёлкнуло, и я остался один на один с образом конопатой рыжей простушки, похожей на Пеппи Длинныйчулок из книги Астрид Линдгрен.



За работой время пронеслось незаметно. Часы сложились в дни, дни в недели и вот уже в моих руках долговязая девичья фигурка — чистое дерево, ещё не тронутое краской. Мастеровые называют его «бель».

Кисть в руке, пора заняться алхимией. Покраска – особенный этап. Повторяю, как заклинание: не переборщить, не переборщить, не переборщить… Кажется получается… Она определённо нравится мне, да – определённо… Нравится своей простотой.



Пора заказывать билеты на поезд до Питера. Ах чёрт, одежда, нужна соответствующая одежда. Рубашки, пиджаки, брюки, экая круговерть. И ботинки, конечно черные и лакированные, финские говорите? -берём! Гертруда, это твой дом на время дороги. Пожалуйста, не сломай свои чудесные деревянные косы и птичек довези в целости, я очень тебя прошу! Ночной поезд, бельё? – я оплачивал, сон.

Питер – поездка по узким улочкам, гостиница, душ, кофе, передышка. В город — солнце, канал Грибоедова, мостики, львы, Исаакий, какая сирень! лавочка, хорошо…











Гостиница – рубашки, пиджаки, брюки, экая круговерть… Пора, на улицу, зонт говорите? спасибо возьму…

Я ступил на Питерскую мостовую, как истинный денди – синий бархатный пиджак, белая рубашка, наутюженные брюки и ботинки, черные лакированные ботинки из Финляндии. Я шёл навстречу Пандоре и улыбался – машины почтительно остановились у обочин, никто не ехал, все уступали мне дорогу. Внезапно я понял, что несмотря на раскрытый зонт, рукава моего пиджака напитываются водой с огромной скоростью — в Питере шёл дождь. Не так, на улице шёл ДОЖДЬ. Попробую ещё раз – бушевал ТРОПИЧЕСКИЙ ЛИВЕНЬ, с небес низвергались тонны воды. Именно поэтому машины не могли продолжать движение и останавливались у обочин, бешено работающие дворники не справлялись с водопадом, льющимся по ветровому стеклу. Через сотню метров моя неторопливо-важная походка перешла в отчаянные прыжки кенгуру, пытающегося перелететь через бурлящие на асфальте потоки, не замочив ноги. Брюки холодно и противно облепили икры. Раз-два, толчок, сильнее, чёрные лакированные, финские… Преодолев последнюю водную преграду глубиной по щиколотку, я подходил к месту назначения на Большой Морской 52 словно побитая мокрая курица. Неожиданно я осознал, что ноги у меня абсолютно сухие и настроение моё улучшилось. Да, недавно вы выиграли у нас в хоккей на чемпионате мира, но в сущности вы ребята неплохие и обувь делать умеете – говорил я воображаемым финнам в своей голове. Черные, лакированные, финские внесли меня в парадное Дома архитектора.



В принципе, я написал довольно много и готов на этом закончить рассказ о своём путешествии. Разве что ещё немного, буквально пару слов для полного завершения картины.



В особняке хорошо приготовились ко встрече со мной — я увидел золоченые интерьеры, дам в нарядных платьях, музыкантов и столы с яствами. Начался фуршет, но я не притрагивался к угощениям и бокалам с игристым вином, прокручивая в голове непонятно откуда явившуюся фразу: до первой звезды нельзя. Прекрасные дамы баловались шампанским, от скуки я начал изучать вопрос глубже и насчитал по четыре-пять подходов у наиболее продвинутых. Ещё мы фотографировались и мне объяснили, что я фотограф, а по бокам стоят мои дети – возражать я не стал. Автор снимка Светлана Дубодел так и назвала его — «Дети фотографа»:



А потом всех пригласили в зал.

Дружной толпой мы сделали несколько оборотов вокруг размещённых на столах кукол. Они были прекрасны. Особенно мне запомнилась одна – с косичками и дудочкой, на её голове уютно устроились две маленькие птички.



Затем мы расселись по мягким креслам и началась церемония награждения. Золочёный интерьер притягивал внимание, музыканты услаждали слух прекрасной игрой, но расслабиться было трудно. В голову почему-то всё время приходил вопрос о том, кому же вручат Пандоры. И почему их всего двенадцать*, что трудно было сделать пятьдесят или семьдесят, или сто в конце концов?



Дальше я плохо помню – всё было как в тумане. Лауреатов вызывали на сцену, вручали награды, кажется там побывал и я. Вот и всё, о чём я хотел вам рассказать в этот раз. Рассказчик я никудышный – надеюсь, что вы не успели заскучать)))
____________________________________________________________________________________________________

* Если я правильно понял, общее количество премий было больше, чем двенадцать. Двенадцать были вручены непосредственно авторам и назывались «премия Пандора Платинум». А ещё три предназначались общественным деятелям, известным подвижникам кукольного дела. Эти назывались «премия Пандора».

Смотрите больше топиков в разделе: Выставки кукол и мишек Тедди: фоторепортажи, Искусство куклы, Салон