“СВЕРХЪЕСТЕСТВЕННЫЕ МАТЕРИАЛЫ”. Дело № 002. “Аз есмь вендетта, или Смерть с ароматом луны”. Глава 4

Всем приветик! Третья глава здесь:
babiki.ru/blog/proba-pera/192892.html

Ну, а мы продолжаем варить дальше зомби-борщ)))

4. Майами, штат Флорида. Вилла «Визкайа». 19 ноября 2001 года. 11:42.

— Вот здесь нашли тело лорда Невилла, — объявил шериф Натан Кукс, препроводив агентов вглубь сада. – Зрелище было просто жуть, скажу я вам! Словно кто-то откопал из могилы покойника трехнедельной свежести и бросил. И подушка на лице сверху лежала, причем, умер он, судя по всему, не от удушья, а от кровотечения и внутреннего распада органов. Как такое могло за считанные минуты произойти – ума не приложу.

— Ну, в плане ядов и отравлений человечество было весьма подковано еще с глубокой древности, шериф, — возразил Малдер, аккуратно обходя контур фигуры, обведенный мелом на дорожке. – Есть такие токсины, которые могут спровоцировать все, что угодно: от лихорадки Эбола и сибирской язвы до бубонной чумы. И следы самого яда в организме фиг найдешь…А что свидетели?
— Винсент Джонс, охранник, заговорил, но твердит постоянно одну и ту же фразу…
— Acca badora? – уточнил Алекс Крайчек, листая копии с дела Икс едва ли не столетней давности. – Дориан Грей, который проходил по делу свидетелем, утверждает, что слышал именно ее в ночь убийства Алана Кемпбелла в его загородном доме.

— Грею надо было поменьше налегать на абсент в свой пятьдесят пятый день рождения, — сварливо отозвалась Скалли, аккуратно подцепив пинцетом темную, хлопчатобумажную нить, и определила ее в пакет для вещдоков. – А Винсент просто неважно отдохнул перед своим дежурством, вот ему и померещилось.

— В чем дело, Скалли? – наконец не выдержал Малдер, отсняв во всех ракурсах следы на аллее, предположительно, женских ног, которые явно не принадлежали потерпевшей Пенелопе Оуэнс. – Уж не думаешь ли ты, что оба свидетеля спятили, встретив нечто необъяснимое на своем пути, с разницей в три четверти века?
— Я даже и не знаю, что думать, Фокс, — честно призналась Дана, присаживаясь на ближайшую скамейку. По-летнему теплый, ноябрьский ветерок, принеся ароматы тропических цветов и моря, ласково растрепал ее идеально уложенную с утра прическу, но она только безнадежно махнула рукой. – Это выражение с итальянского переводится «приканчивательница». Но о них с 60-х годов двадцатого века ничего не было слышно, если не ошибаюсь…

— Точно. Их клиентами становились обычно неизлечимо или мучительно больные пациенты, исключительно мужчины. — живо перебил коллегу Крайчек. — Шериф Кукс, не были бы вы так добры принести план виллы?
— Сию секунду, сэр, — Натан с явным облегчением поспешил в здание музея. Скалли даже на мгновение показалось, что он хочет сообщить им что-то существенное, но никак не решается это сделать. Ладно, разберемся с этим попозже. Главное сейчас – понять весьма витиеватый ход мыслей напарника.
— Алекс, мне кажется, тебе дали каким-то неправильным кислородом в портлендском госпитале подышать, — наконец озвучил ее соображения Малдер.
— Просто я в Квантико писал однажды доклад по ритуальным убийствам на острове Сардиния, — выдал «мелкий засранец», отчего у его коллег поотпадали челюсти. Однако им очень скоро пришлось принимать более соответствующий для служащих в Бюро вид, потому что по садовой аллее к ним спешил шериф Кукс с внушительной папкой наперевес.
— Вот, все, как вы и просили, господа агенты. В лучшем виде.
— Отлично! – совсем как мальчишка, обрадовался Крайчек, довольно быстро разыскав среди незнакомых чертежей подробную карту-схему первого этажа. «Тьфу ты, черт, до сих пор иногда забываю, что он тоже Зачарованный и один из нас», — с улыбкой подумала Скалли, как завороженная, наблюдая за уверенными движениями ухоженных, твердых рук напарника. И ей вдруг до безумия захотелось, прижав двумя пальцами его левое запястье, как это она обычно делала при осмотрах, услышать его слегка учащенный, как и всегда, пульс. И слушать его целую вечность…
Один всемогущий, что за бред! Дана вздрогнула, и невероятная, эротическая фантазия исчезла, махнув плавничками. Нечто подобное приключалось с ней уже не раз и не два, и ответ следовало искать во внешней среде: новолуния и полнолуния, погода, затмения или еще что…
На этот раз разгадка или, вернее сказать, загадка покоилась прямо у нее…под ногами. Скалли уловила едва ощутимые, но четкие импульсы некой неведомой Силы, идущей прямо из-под земли. Но это были вовсе не линии и точки магической энергии, и не сила мертвых, а, скорее, сила природы, вернее, чего-то, являющегося и…природным, и метафизическим одновременно.

— Вуаля! Что и требовалось доказать – покойник лежал как раз напротив камина в Большой гостиной, — Алекс ткнул пальцем в обозначения и Дана, быстренько выпав из столбняка, воззрилась на карту.
— Ну, это еще ничего не доказывает, — развел руками Фокс. – Маньяк вполне мог быть несостоявшимся эстетом и поклонником Агаты Кристи…
— А то, что Алана Кэмпбелла нашли тоже у жарко натопленого камина и с подушкой на лице, тебе ни о чем не говорит, Малдер?
— Ну, это ты у нас спец по сардинским женщинам-киллерам…И по киллерам вообще.

— Это не киллер, а приканчивательница, Фокс. Ее труд был очень уважаем и почитаем, между прочим. Она душила своих «клиентов» специальной подушкой или голыми руками. Ритуал проходил всегда в непосредственной близости от очага, возле которого, согласно древнейшим традициям Сардинии, помещали рожениц и умирающих. Акка бадора избавляла своих жертв от долгой и мучительной агонии, которая позорным пятном ложилась на весь род…
— Однако здесь эвтаназией вовсе и не пахнет, — перебила Скалли не в меру начитанного коллегу. – Вот что. Мы с Крайчеком пойдем в морг, а Малдер побеседует с дочерью погибшего.

Сан-Франциско, штат Калифорния. Аукционный дом «Баклендс». 19 ноября 2001 года. 12:03.

— Кто взял и бросил в коридоре саркофаг?! В нем мумия самого Тутанхамона, между прочим!
Слушая высокий, пронзительный голос миссис Оливии Клаус, приехавшей в деловую поездку из Нового Орлеана вместе со своим шефом, лорд Генри Уоттон задумчиво улыбался, рассеянно гоняя в ладонях туалетную ложечку из слоновой кости. В такой сама Клеопатра наверняка хранила свои «шпанские мушки» и прочие дамские мелочи. Саркофаг фараона, умершего в юном возрасте, был на его памяти уже пятнадцатым «подлинником»…
А вот и сам начальник бдительной секретарши, мимо которой не то что мумия, мышь не проскочит. Дориан Грей, распахнув высокие, стрельчатые двери в неоготическом стиле, прошествовал в просторный кабинет своего старинного друга и, поместившись в кресло, изящно забросил ноги на палисандровый, инкрустированный стол на американский манер. Лорд Генри, раскашлявшись, чуть не уронил миниатюрный кальян, набитый опиумом.

— У тебя прекрасное настроение, мон ами, — наконец выдал хозяин апартаментов, отставив в сторону курительное приспособление.
— А как же иначе? Большая игра только-только началась. А я люблю играть по-крупному, ты же знаешь. Исключительно благодаря тебе.
— Да брось! Я однажды имел неосторожность разбудить тебя настоящего. Признаться, Грей, ты одно из моих самых лучших творений. И в то же время ты сам по себе.
— Все гениальное – просто, Гарри.

— Ты уже вышел на след тех, кто укокошил беднягу Кэмпбелла? – поинтересовался лорд Уоттон. – Бедный Алан! Мне его так не хватает…
— Еще пока нет. Но «Общиной» уже заинтересовалось ФБР, — лениво обронил Дориан, не спеша полируя бархоткой ногти.
— Надеюсь, дело не спустят на тормоза, как в 1918 году, когда сам Прескотт Буш со студентами Йельского университета откопали в Форт Силл череп вождя индейцев в качестве «вступительного взноса» и заменили его йориком ребенка. Шумиха была просто невообразимая! Фэбээровцы умыли руки и расследование быстренько свернули, даже не проведя анализы ДНК…
— На этот раз все будет как по нотам, — заверил его Грей.
— Дудочка Крысолова! – догадался лорд Генри.

— Она самая.
— Не понимаю я тебя, мой друг. Ты же можешь стереть с лица земли этот Ку-Клукс-Клан, даже пальцем не пошевельнув…
— Месть, Генри, это блюдо, которое подают холодным. Это раз, — Дориан изящным, неуловимым жестом откинул со лба непослушную, белокурую челку. – Ты же сам говорил, что нужно получать удовольствие от процесса. Это два. Кроме того, я хочу, чтобы они почувствовали себя обреченными, как бедный Кэмпбелл незадолго до убийства и даже не узнали, откуда к ним пришла смерть. Это три.

И, наконец, в-четвертых, эти ребята представляют довольно нешуточную угрозу для всех бессмертных и не-умерших существ, вроде нас с тобой. Их называют «не те и не другие», они прячутся в ночи и возникают из нее как ангелы возмездия или всадники апокалипсиса…
— Прошу прощения, джентельмены, — миссис Клаус деликатно постучала в дверь. – Для мистера Грея только что передали письмо.
Увидев конверт, Дориан похолодел. Все-таки когда-то очень давно он был человеком, и ничто человеческое было ему не чуждо. И к конвертам без подписи или обратного адреса юноша испытывал стойкое отвращение напополам с неким сверхъестественным, мистическим страхом…
Церемонно кивнув, секретарша чинно удалилась – строить дальше нерадивых горе-рабочих, которые запросто могли расколошматить фарфор эпохи династии Цинь или оставить Венеру Милосскую еще и без носа.
А Дориан Грей медлил открывать послание.
В этот момент дверь кабинета снова распахнулась, пропуская на сей раз взлохмаченного и возбужденного сверх всякой меры Бэзила Холлуорда, и юноша поспешно спрятал «анонимку» в свой дипломат.
У людей во все времена были такие тайны, о которых не следует знать даже самым близким и закадычным друзьям.

— Как твоя выставка, Бэзил? В «Еврипиде-холл» уже все готово? – живо спросил лорд Генри, убирая с глаз долой злосчастный кальян: Холлуорд на дух не переносил опиума, хотя любой другой «травкой» был побаловаться совсем не прочь.
— Какое там готово, еще конь не валялся! – взвыл художник. – Судя по всему, это будет полный сюр и авангард…
— А ты заказал рамы для своих картин? – вкрадчиво проворковал Дориан.
— Господи боже мой, только не это… — пробормотал Бэзил и ломанулся в коридор.
— Чего это с ним? – округлила глаза заглянувшая в кабинет миссис Клаус.
— Самый главный признак гения, — вздохнул Генри Уоттон и крикнул в спину бегущему к лифтам Холлуорду: — Бэзил, может, тебя подвести до багетной мастерской?
— Было бы неплохо, — обрадовался художник, и они вчетвером: он, лорд Генри, Дориан Грей и миссис Оливия Клаус загрузились в лифт. Именно в этот момент у Холлуорда запиликал мобильный, и он, затравленно озираясь по сторонам, принялся лихорадочно обхлопывать свои карманы.
— Бэзил, телефон у тебя в портфеле, — наконец вздохнул наблюдавший за ним Дориан, и художник осторожно, словно варана или ядовитую змею, выудил двумя пальцами на свет Божий орущее благим матом средство связи. Прогресс давался бедняге явно с большим трудом. Холлуорд далеко не сразу освоил ноутбук, телевизор, микроволновку, стиральную машину, фотоаппарат и мобильный телефон. Единственным, с чем у него дела обстояли лучше, было вождение. Хотя, став востребованным и знаменитым, Бэзил все чаще прибегал к услугам нанятого шофера, а в его роскошный пентхаус три раза в неделю приходила домработница…
Нераспечатанное письмо будоражило и без того богатейшее и развращенное воображение Дориана Грея. А тут еще, как назло, возле лимузина лорда Генри цвета шампанского их поджидал Таджимура Опеншо: пора было отправляться в Даллас, чтобы своими глазами посмотреть на разыгранный ими второй акт. Однако, тем не менее, уединившись на самом дальнем сидении, юноша все же вскрыл конверт.
Дориану Грею определенно не стоило этого делать.
Ему на колени выпала черная метка, точь-в-точь такая, как в «Острове сокровищ» Стивенсона. На ней серебристым руническим шрифтом было выведено: «Ты покойник, Грей. Счастливого тебе Йоля!».
Жалобно всхлипнув, оледеневший от ужаса молодой человек очутился на полу автомобиля в глубоком обмороке.

(Продолжение следует, хе-хе-хе...)

Смотрите больше топиков в разделе: Проба пера: рассказы, стихи, сказки и истории