Русская Атлантида. Город Калязин, Тверская область

Доброго времени суток, дорогие форумчане! Город Калязин называют «Русской Атлантидой». Некогда город Калязин располагался на высоком живописном берегу Волги. Впадающая в этом месте в Волгу река Жабня, разделяла город на две части. На одном берегу Волги, в устье Жабни, находился древний Никольский собор, именуемый «Никола на Жабне», на другом — Троицкий монастырь. Вокруг этих святынь возникали слободы, которые в 1775 году приобрели статус города, согласно указу Екатерины II, в котором она велела «именовать Троицкий монастырь и окрестные владения городом Калязиным».

Старинные фотографии Калязина из интернета:



Город Калязин, Тверская губерния, 1867 год.

Этот город был почти полностью затоплен в 30-е годы во времена ударной коммунистической стройки. Для создания Углической ГЭС понадобилось водохранилище. И его сделали — поставили плотину и небольшой городок вместе со всеми домами, улицами, церквями ушёл под воду.
Жителей Калязина, конечно, предварительно выселили. Ходят легенды, что уезжать из своих домов наотрез отказались старообрядцы, и их затопили вместе с домами. Калязин не может восстановиться до сих пор.
Чудом уцелевшая Калязинская колокольня, «вырастающая» прямо из воды, как огромный обелиск над затопленным городом.
Фотография, которую я сделала в мае 2009 года. Вид на колокольню с моста.

Она отмечает бывший центр наполовину ушедшего в воду старинного города. По местной легенде, основание Калязина относится к XII веку, когда на правом берегу Волги, при впадении в неё текущей из угличских лесов речки Жабни, там, где ныне возвышается колокольня, появился монастырь во имя святителя Николая (на Жабне). Начало же исторического Калязина связывают с основанием иноком Макарием на левом берегу Волги напротив устья Жабни Троицкого монастыря.

Троицкий Калязинский монастырь, фото сер. XX в…

Фотографии старинного Калязина взяты из интернета. На фотографии слева направо — Николаевский собор (1694), колокольня (1801), церковь Иоанна Предтечи (1792).

Первое упоминание «Никола на Жабне» можно встретить в документах 11-12 веков. Здесь было небольшое поселение и был основан Никольский собор, ставший впоследствии центральным городским храмом.
На фотографии площадь перед Николаевским собором.

Троицкая обитель возникла около 1434 года на землях боярина Ивана Каляги, прозвание которого, по одной из версий, и дало имя городу. Потеряв семью, он ушел в Троицкий Калязинский монастырь и отдал монастырю все земли. По другой- от финского слова «кальяаси» — небольшого парусного судна.

Святитель Макарий (в миру Матвей) происходил из старинного рода бояр Кожиных. Их владения находились на границе Кашинского и Угличского княжеств. Святой пришёл на Волгу из недальнего кашинского Николаевского Клобукова монастыря, о котором я Вам уже рассказывала в одной из своих публикаций. В Калязине вокруг стен нового монастыря возникли Троицкая и Рождественская слободы.
Старинные фотографии Калязина до затопления:

Калязин, открытка нач. ХХ века. Торговая площадь города.

Торговая площадь, Калязин, фото начала XX века.




С середины 17-го столетия в Калязине развиваются различные промыслы и ремесла. Одним из первых было налажено здесь валяльное производство. Считается, что в Калязине раньше, чем в других городах, возник кружевной промысел: уже в конце XVII века здесь плели кружева на продажу. В концу XIX века в городе насчитывалось 2 тыс. мастериц, большинство из которых были мещанками. В Калязине плели 20 оригинальных узоров, одним из самых ранних считается «старорусский калязинский» — сетчатый геометрический орнамент. Также был популярен узор «сыпчатое» — цепочка из косых клеток с разными наполнениями из рисунков «паучки», «пять дырочек», «денежки». Плели и тюлевое кружево с цветочными орнаментами, сходными с елецкими. Один из самых типичных калязинских узоров состоял из цветка семилистника и птиц по краям — в XVIII веке его плели без сколка. Калязинский тип сцепного кружева использовали для подзоров и декоративных полотенец. В ход шел не только лен, но и цветные шелка и металлическая пряжа. В соседнем Торжке развивался оригинальный тип сцепного кружева, мотивы которого происходили из традиционных сюжетов местного двустороннего шитья. Женские фигуры, держащие поводья коней, олицетворяли мать-землю и посланников солнца, иногда они чередовались с изображением кораблей и двуглавых орлов. Кружево поставляли в Москву и Санкт-Петербург, шёл сбыт кружев и за границу.
Василий Верещагин, «Кружевница», 1890-е гг.

Художник Е. А. Кацман, «Калязинские кружевницы».

Вот такие кружева (фото из интернета).

Кружево, конец XIX в., Тверская губерния, г. Калязин:


Кружево, первая половина XIX в., Тверская губерния, г. Калязин:


Калязинский Дом ремёсел, коллекция кружев. Фотография из интернета.

В 1786 году был утверждён Регулярный план застройки города. Вдоль берега Волги протянулись длинные улицы, их пересекали выходящие к реке короткие улицы и переулки, образовавшие сеть прямоугольных кварталов. В Калязине в XIX — начале XX века было сооружено большое число каменных общественных зданий и особняков. Эти здания демонстрировали самые различные стили отечественной архитектуры.
На фотографии старинный Калязин, Никольская улица.

Город Калязин, Тверская улица.

Калязин славился купеческими родами, многие из которых были известны своей благотворительностью. Так, в 1905 году Н. М. Полежаевым было построено здание низшего механико-технического училища (в настоящее время Калязинский машиностроительный техникум).
Старинная фотография из интернета:

При затоплении в 1939-1940 гг. здание оказалось у кромки нового берега, но, к счастью, все-таки выше уреза воды водохранилища.
В городе было несколько присутственных мест(присутственное место — государственное учреждение в Российской империи). Фотографии из интернета:
Городская Дума.

Женская гимназия.

Земская больница.


В первой половине 20-го столетия в Калязине начинается кооперирование кустарей в артели. Производство налаживается и растёт товарооборот. Оживление в городе в основном было сосредоточено на Торговой площади, которая находилась недалеко от Николаевской колокольни и собора.

Во времена затопления Калязина, окружавшая соборы торговая площадь ушла в воду с двумястами каменными и деревянными лавками и магазинами. Теперь только колокольня, воздвигнутая предположительно по проекту зодчего С.И. Чевакинского мастерами калязинского помещика В. Ф. Ушакова, в наше время одиноко возвышается среди воды. Высота её более 70 метров. В 1960-1963 и 1990-1991 годах Ярославскими реставрационными мастерскими было проведено укрепление памятника, а вокруг него для защиты фундаментов от воды был насыпан небольшой песчаный островок.
Колокольня Никольского собора до затопления.

Лёгкая и воздушная она возвышалась в центре города, объединяя его и звоном своим перекликалась с колокольней, под стать ей, сооружённой напротив в Троицком монастыре.

Вид на колокольню Николаевского собора в наше время (фотографию сделала в июне 2016 года).

Между собором и монастырём существовала переправа. Причал находился у стен монастыря.

Через реку Жабня был перекинут когда-то вот такой деревянный мост.

Накануне затопления в городе проживало 9 тысяч человек. На улицах Калязина стояло около 1300 домов, из которых более 200 каменных и каменно-деревянных. Особенно представительно выглядела Волжская набережная, сплошь застроенная домами богатого калязинского купечества и живописным храмовым комплексом, состоящим из Николаевского собора (1694), появившимся в древней Никольской слободе ещё до образования города, храма Иоанна Предтечи (1792) и грандиозной соборной колокольни(1801) — доминанты волжской панорамы. Набережная застраивалась вскоре после принятия Регулярного плана, в конце XVIII — первой половины XIX века, поэтому в облике её домов преобладали строгие формы раннего классицизма.
Всего в зону затопления попало более 530 домов. Был разрушен пятиглавый Николаевский собор и стоявшая рядом с ним церковь Иоанна Предтечи, выполнявшая роль «зимнего» городского собора.
После октября 1917 года, с образованием советского государства, новые власти повели известную борьбу с религией. А началась она с запрета колокольного звона. Решением Президиума Калязинского исполкома от 1 июня 1920 года Троицкий монастырь был закрыт. Ряд помещений бывшего монастыря был выделен под экспозицию историко-краеведческого музея, созданного И.Ф. Никольским, который как мог предпринимал усилия к спасению монастырского наследия. В 1926 годах Никольский получает предписание доложить об имеющихся в монастыре колоколах.
Колокола Троицкого собора.

Им было отправлено ответное письмо, в котором сообщалось, что древних колоколов в монастыре не имелось, а те что были перелиты в 19-м начале 20-го века. Однако специалисты из Главнауки, ознакомившись с документами присланными из Калязина, дали санкцию на уничтожение колоколов.

Колокола были сброшены с колокольни и расколоты на куски. Самый большой колокол, весивший 1035 пудов, доставил больше всего хлопот. Многочисленные попытки расколоть его заканчивались неудачей. Пришлось прибегнуть к помощи динамита. Однако колоколами эта трагическая страница в истории Калязина не закончилась. Все монастырские постройки, эти удивительные уникальные творения рук человеческих, канули в лету вместе с большей частью старинного города при строительстве Угличского водохранилища.
В связи со строительством Угличского гидроузла и угрозой последующего затопления прибрежной зоны, бывший монастырь в 1939 году был разобран.

Разломали зимнюю и летнюю церкви Никольского собора. Кирпичи баржами отправляли в Углич для сооружения ГЭС. Колокольня сохранилась только потому, что после затопления её планировали использовать, как маяк для проходящих судов. А до того момента она служила парашютной вышки.

Калязинский Троицкий монастырь — большая утрата русской культуры. Он располагался на северной окраине заволжской части города. Замечательный ансамбль памятников русского зодчества в начале XX века включал пять храмов. Троицкий собор, построенный известным ростовским зодчим Григорием Борисовым в 1521 году, в XVII веке был перестроен и расписан царскими изографами во главе с выдающимся мастером Гурием Никитиным. Григорий Борисов построил здесь и огромную трапезную палату с церковью Сретения (1530) и многочисленными помещениями различного назначения. Это было одно из крупнейших в России сооружений подобного типа.
В музее я пока ещё не успела побывать. Но в интернете нашла информацию, что в Калязинском краеведческом музее большой комплекс экспозиции посвящён истории и архитектуре знаменитой обители и ушедшему под воду городу. Как напоминание о трагической судьбе «Русской Атлантиды» или ещё по-другому называют «тверского Китежа» стоит под сводами музея снятый со стены Троицкого собора фрагмент фрески «Страшный суд».
Фотография из интернета. Фреска «Страшный Суд», XVII век.

Калязинская обитель «помнила» царей Ивана Грозного, Бориса Годунова, Алексея Михайловича, императора Петра I, императрицу Екатерину II, а также воеводу князя М. В. Скопина-Шуйского и его шведского соратника Якоба Делагарди, которые в 1609 году нанесли здесь первые поражения польским интервентам.
Завершу словами Александра Исаевича Солженицына, который побывав в Калязине в 1996 году, написал(А.И Солженицын «Крохотки». Журнал «Новый Мир», №3, 1997):
«Кто хочет увидеть единым взором, в один окоём, нашу недотопленную Россию – не упустите посмотреть на калязинскую колокольню.
Она стояла при соборе, в гуще изобильного торгового города, близ Гостиного двора, и на площадь к ней спускались улицы двухэтажных купеческих особняков. И никакой же провидец не предсказал тогда, что древний этот город, переживший разорения жестокие и от татар, и от поляков, на своём восьмом веку будет, невежественной волей самодурных властителей, утоплен на две трети в Волге: всё бы спасла вторая плотина, да поскудились большевики на неё. И сегодня, стань на прибрежной грани, – даже воображению твоему уже не подъять из хляби этот изневольный Китеж или Атлантиду, ушедшую на дюжину саженей глубины.
Но осталась от утопленного города – высокостройная колокольня. Собор взорвали или растащили на кирпичи ради нашего будущего – а колокольню почему-то не доспели свалить, даже вовсе не тронули, как заповедную бы. И – вот, стоит из воды, добротнейшей кладки, белого кирпича, в шести ярусах сужаясь кверху, в последние годы уж и отмостку присыпали к ней для сохранности низа, – стоит, нисколько не покосясь, не искривясь, пятью просквоженными пролётами, а дальше луковкой и шпилем – в небо! Да ещё на шпиле – каким чудом? – крест уцелел. От крупных волжских теплоходов, не добирающих высотой, как издали глянуть, и на пол-яруса, – шлёпают волны по белым стенам, и с палуб уже пятьдесят лет глазеют советские пассажиры.
Как по израненным, бродишь по грустным уцелевшим улочкам, где и с покошенными уже домишками тех поспешно переселенных затопленцев. На фальшивой набережной калязинские бабы, сохраняя старую приверженность к исконной мягкости и чистоте волжской воды, тщатся выполаскивать бельё. Полузамерший, переломленный, недобитый город, с малым остатком прежних отменных зданий. Но и в этой запусти у покинутых тут, обманутых людей нет другого выбора, как жить. И жить – здесь.
И для них тут, и для всех, кто однажды увидел это диво: ведь стоит колокольня! Как наша надежда. Как наша молитва: нет, всю Русь до конца не попустит Господь утопить...»

Продолжение следует…

Смотрите больше топиков в разделе: Культура, кино и традиции: факты, истории, биографии