Мотивы и образы искусства Серебряного века в авторских куклах Светланы Никульшиной

Авторская кукла — это и уникальный художественный образ, и тончайшая ручная работа, и удивительное разнообразие используемых материалов и технических авторских приемов. Она и украшение интерьера, и добрый дух уютного дома, и незабываемый подарок. Но, вместе с тем, кукла – это произведение искусства, которое, я уверен, вполне полноправно существует среди других искусств, отзываясь на все те же веяния, подвергаясь всем тем же художественным процессам, что и живопись, скульптура, театр…





Куклы Светланы Никульшиной ассоциируются у меня с русским искусством Серебряного века. При взгляде на ее кукол вспоминаются картины Константина Сомова, Александра Бенуа, театральные и балетные костюмы Льва Бакста. Мне представляется, что вдохновившись работами русских художников рубежа веков, Светлана Никульшина привнесла в образы своих кукол мотивы арт-нуво и символизма.








«… я прежде всего безумно влюблен в красоту и ей хочу служить» — писал о себе Сомов. Думаю, что не существует художника не разделяющего эту мысль.




























Картинам Александра Бенуа, изображающим сцены из дворцового быта и романтичных красавиц, близки по стилю и некоторые куклы Никульшиной.






Эскизы театральных костюмов, выполненные Львом Бакстом, декоративные и экзотичные, вспоминаются при взгляде на детально проработанные костюмы кукол Светланы Никульшиной.










«удивительный художник-декоратор огромного вкуса, бесконечного воображения, чрезвычайно утонченный и аристократичный», – таким видела Бакста его друг и коллега Анна Остроумова-Лебедева.










Эти слова можно адресовать и Светлане Никульшиной. Ее куклы необыкновенно утонченные. Их театральные позы, изысканные силуэты и необыкновенно декоративные и гармоничные костюмы оставляют впечатление аристократизма.














«У Бакста «золотые руки», удивительная техническая способность, много вкуса, пламенный энтузиазм к искусству» — написал Александр Бенуа. Я позволю себе провести параллель с нашей современницей, также являющейся талантливым художником, наделенным вкусом и «энтузиазмом к искусству».



Этому автору особенно удаются романтичные образы, к которым как нельзя лучше подходят строки, написанные поэтами Серебряного века.

«Фея»,— шепнули сирени,
«Фея»,— призыв был стрижа,
«Фея»,— шепнули сквозь тени
Ландыши, очи смежа.

«Фея»,— сквозя изумрудно,
Травки промолвила нить.
Фея вздохнула: «Как трудно!
Всех-то должна я любить».


И каждый вечер, в час назначенный
(Иль это только снится мне?),
Девичий стан, шелками схваченный,
В туманном движется окне.
И медленно, пройдя меж пьяными,
Всегда без спутников, одна,
Дыша духами и туманами,
Она садится у окна.
И веют древними поверьями
Ее упругие шелка,
И шляпа с траурными перьями,
И в кольцах узкая рука.
И странной близостью закованный,
Смотрю за темную вуаль,
И вижу берег очарованный
И очарованную даль.



Мне не нравится томность
Ваших скрещенных рук,
И спокойная скромность,
И стыдливый испуг.

Героиня романов Тургенева,
Вы надменны, нежны и чисты,
В вас так много безбурно-осеннего
От аллеи, где кружат листы.

Никогда ничему не поверите,
Прежде чем не сочтете, не смерите,
Никогда никуда не пойдете,
Коль на карте путей не найдете.

И вам чужд тот безумный охотник,
Что, взойдя на нагую скалу,
В пьяном счастье, в тоске безотчетной
Прямо в солнце пускает стрелу.



Никогда не перестану удивляться
Девушкам и цветам!
Эта утренняя прохладца
По белым и розовым кустам…
Эти слезы листвы упоенной,
Где сквозится лазурная муть,
Лепестки, что раскрыты удивленно,
Испуганно даже чуть-чуть…



Прекрасная дева на лютне играла, как дух,
Прекрасная дева смотрела глазами газели.
Ни слова друг другу мы с нею сказать не успели,
Но слышало сердце, как был зачарован мой слух.



У нее глаза морского цвета,
И живет она как бы во сне.
От весны до окончанья лета
Дух ее в нездешней стороне.

Ждет она чего-то молчаливо,
Где сильней всего шумит прибой,
И в глазах глубоких в миг отлива
Холодеет сумрак голубой.

А когда высоко встанет буря,
Вся она застынет, внемля плеск,
И глядит как зверь, глаза прищуря,
И в глазах ее — зеленый блеск.



Бал окончен,
Лишь сквозняки
Конфетти приглашают на танец.
Ты неточным
Взмахом руки
Бутафорский стираешь румянец.



Куклы Светланы Никульшиной, изящные, с тщательной проработкой деталей лица и костюма.





Её куклы отличает лирическое выражение лица, грация и гармония.



Светлана расписывает глаза фарфоровым куклам, а не вставляет готовые.






Компаньонами ее кукол становятся мохеровые мишки, собачки, сделанные в технике фильцнадель или из паперклея.




В 2009 г. на выставке «Все в сад» в Кукольной Галерее Вахтановъ Светлана Никульшина получила специальный приз за поэтичные женские образы.




















Отход от канонов классического искусства, поиск элитарных и утонченных форм выражения художественных образов дал русской культуре на рубеже 19-20 веков удивительный период расцвета поэзии, театра, балета, музыки и живописи, названный Серебряным веком. Произведения этого периода продолжают восхищать и вдохновлять творческих личностей и спустя сто лет…

Купить авторскую куклу Светланы Никульшиной можно поискать в Шопике

Смотрите больше топиков в разделе: Авторские куклы зарубежных мастеров: реализм, фэнтези, феи