В погоне за мечтой, часть 6
Путь к мечте ни у кого не бывает легким. Но у знаменитого музыканта Вилле он получился каким-то уж особенно долгим и тернистым. Остановились мы тут: babiki.ru/blog/foto-istorii/95131.html
О чем разговаривали по телефону Вилле с Дарси — никто не знает. Только разговор этот получился очень долгим и весьма непростым. И Вилле сделал то, чего всегда ужасно смущался — он пел в телефон, потому что в какой-то момент понял, что без этого Дарси его просто не услышит. Но ему, все же, удалось уговорить Дарси приехать.
Вилле с нетерпением ждал дня, когда Дарси приедет: места себе не находил и зачеркивал каждый день в календаре. Но когда, наконец, этот день настал, он пожалел, что время пролетело так быстро — он совершенно не успел подготовиться к разговору. Что он станет говорить девушке своей мечты, перед которой уже выставил себя бабником и полнейшим идиотом? Одно дело — разговаривать с ней по телефону, другое — смотреть ей в глаза.
Всеми этими мыслями он мучился, сидя в холле гостиницы «Северная звезда».
А Дарси уже минут десять пряталась за пальмой и мучилась еще сильнее. Временами она корила себя за то, что поддалась слабости и приняла приглашение, сорвавшись с места. А иногда решала плюнуть на все и выйти, чтобы, наконец, все прояснить.
Когда-то давно, еще пару лет тому назад, Дарси в порыве отчаяния написала письмо тому, кем так давно восхищалась. Это было длинное, хорошо продуманное и многократно исправленное послание. То ли с его помощью журналистка пыталась выплеснуть наружу бушевавшие в ней эмоции, то ли сказать спасибо. Спасибо тому необыкновенному человеку, чьи песни помогали ей жить дальше. И если бы тогда, два года назад, кто-то сказал ей о том, что ей выпадет шанс встретить его и сделать его жизнь хоть на один вечер ярче — она была бы счастлива согласиться. Но теперь, когда это случилось, она поняла, что тот день в Беларуси мог навсегда разрушить ее мечту.
— Привет! — набравшись храбрости и придав себе вид отстраненный и решительный, Дарси вышла из-за пальмы (с грустью отринув поражнческую мысль о том, чтобы вообще из-за нее никогда не выходить или забраться на верхушку и отсидеться там). — Не знаю, что ты там хотел мне сказать, но я тоже не молча слушать сюда приехала. Ты — самый…
Но Вилле ей не дал договорить. Он бросился к Дарси и прикрыл ей рот рукой.
— Пожалуйста, не надо. Какие бы жуткие слова ты сейчас мне ни сказала — поверь, я сам себе их уже успел сказать. Прости меня, пожалуйста, прости. Я был эгоистом и круглым дураком, но я всегда им был… Не так! С моей стороны непозволительно было так грубо приставать к незнакомой девушке, высмеивать ее интересы, не обращая внимание на ее ум и мягкость. Я знаю, при желании ты могла бы поставить меня на место бойкой фразой. Но ты этого не сделала.
И Вилле, постоянно сбиваясь, начал рассказывать Дарси о той девушке, которую он себе придумал (или правда видел), которая всегда была рядом с ним бесплотной тенью и которую не было никакого шанса отыскать. Как он писал песни только для нее, представляя, что она прямо сейчас на него смотрит. Как пытался много раз представить ее себе — и не мог. Про свое бегство от славы, про встречу с Крисом и про долгие размышления после поездки в Беларусь.
Дарси слушала так, как умела только она — очень внимательно. Кажется, рассказ ее впечатлил, потому, что ближе к середине она, наконец, села рядом с ВИлле и даже коснулась его руки кончиками пальцев — чтобы подбодрить. Но даже не зная ее, можно было легко угадать сомнение, плескавшееся на дне желто-карих глаз.
— Это вовсе не означает, что мне захочеся дать тебе еще один шанс, — подвела итоги Дарси, дослушав до конца. — Конечно, я тебе сочувствую, даже очень. Но все равно, эта история не делает тебе чести.
— Я знаю, — убитым голосом сказал Вилле. — Но мне важно было, чтобы ты знала. Чтобы поняла, что я не конченый придурок, просто мне тогда было ужасно плохо. Я потерял надежду.
— Надеюсь, завтрак в местном кафе тебя порадует, в таком случае, — пожала плечами Дарси, встла и пошла по направлению к двери.
Не смея верить в чудо, Вилле вскочил и бросился за ней со всех ног.
Кафе оказалось очнь уютным местечком, где делали домашние лимонады и пекли очень вкусные булочки с самыми разными начинками.
Чтобы сгладить возникшую неловкость, Дарси поспешила заказать себе завтрак, а затем решила сделать селфи. Если уж приехала в другую страну — надо сделать несколько кадров на память. Дарси очень нравились фотографии. К тому же, она старательно делала вид, что приехала сюда исключительно как туристка.
— А фото со знаменитостью местного масштаба не хочешь? — неуверенно спросил ВИлле, влезая в кадр.
Неожиданно Дарси схватила его ра руку, притянула поближе и сделала снимок… их первый совсместный снимок.
— И куда мы пойдем после кафе? — спросил Вилле, беря инициативу в свои руки. Он думал, что растеряет всю свою храбрость рядом с этой решительной девушкой, но получилось наоборот: видя ее рядом, ощущая ее запах, глядя на ее растрепавшиеся волосы, он ощущал странную уверенность в себе, в своих поступках… и во всем мире вообще.
— Не нужно ничего особенного. Как бы ты провел этот день, если б я не приехала?
— Ну… мы бы с Крисом пошли на пляж. Посидели бы у воды, поболтали. ПОтом бы я поехал в студию записывать песню, сейчас работаю над новым альбомом. Крис бы поехал к своим «Конфеткам»…
— К кому? — брови Дарси удивленно поползли на верх.
— Это его новый прект, полностью самомстоятельный. Он собрал команду из трех девушек и назвал эту группу «Конфетки».
— Здорово так! — Дарси захлопала в ладоши, кажется, впервые успокаиваясь. — Тода звони Крису, мы все вместе пойдем на пляж. Потом, если ты не против, я поеду с тобой в студию. Но если это очень личное — схожу погуляю по городу.
Вилле набрал номер друга и предложил ему сходить прогуляться. Дарси в это время переодевалась в номере — идти на пляж в юбке было не самы разумным решением.
Через час все трое уже сидели на берегу не самого ласкового на свете северного пляжа и налаждались общением. Они бегали по песку за «тарелкой», играли в карты, а затем устроили пикник.
Купить шарнирную куклу, не BJD можно в нашем Шопике
Смотрите больше топиков в разделе: Кукольные фотоистории и сериалы: комиксы, фотостори
О чем разговаривали по телефону Вилле с Дарси — никто не знает. Только разговор этот получился очень долгим и весьма непростым. И Вилле сделал то, чего всегда ужасно смущался — он пел в телефон, потому что в какой-то момент понял, что без этого Дарси его просто не услышит. Но ему, все же, удалось уговорить Дарси приехать.
Вилле с нетерпением ждал дня, когда Дарси приедет: места себе не находил и зачеркивал каждый день в календаре. Но когда, наконец, этот день настал, он пожалел, что время пролетело так быстро — он совершенно не успел подготовиться к разговору. Что он станет говорить девушке своей мечты, перед которой уже выставил себя бабником и полнейшим идиотом? Одно дело — разговаривать с ней по телефону, другое — смотреть ей в глаза.
Всеми этими мыслями он мучился, сидя в холле гостиницы «Северная звезда».
А Дарси уже минут десять пряталась за пальмой и мучилась еще сильнее. Временами она корила себя за то, что поддалась слабости и приняла приглашение, сорвавшись с места. А иногда решала плюнуть на все и выйти, чтобы, наконец, все прояснить.
Когда-то давно, еще пару лет тому назад, Дарси в порыве отчаяния написала письмо тому, кем так давно восхищалась. Это было длинное, хорошо продуманное и многократно исправленное послание. То ли с его помощью журналистка пыталась выплеснуть наружу бушевавшие в ней эмоции, то ли сказать спасибо. Спасибо тому необыкновенному человеку, чьи песни помогали ей жить дальше. И если бы тогда, два года назад, кто-то сказал ей о том, что ей выпадет шанс встретить его и сделать его жизнь хоть на один вечер ярче — она была бы счастлива согласиться. Но теперь, когда это случилось, она поняла, что тот день в Беларуси мог навсегда разрушить ее мечту.
— Привет! — набравшись храбрости и придав себе вид отстраненный и решительный, Дарси вышла из-за пальмы (с грустью отринув поражнческую мысль о том, чтобы вообще из-за нее никогда не выходить или забраться на верхушку и отсидеться там). — Не знаю, что ты там хотел мне сказать, но я тоже не молча слушать сюда приехала. Ты — самый…
Но Вилле ей не дал договорить. Он бросился к Дарси и прикрыл ей рот рукой.
— Пожалуйста, не надо. Какие бы жуткие слова ты сейчас мне ни сказала — поверь, я сам себе их уже успел сказать. Прости меня, пожалуйста, прости. Я был эгоистом и круглым дураком, но я всегда им был… Не так! С моей стороны непозволительно было так грубо приставать к незнакомой девушке, высмеивать ее интересы, не обращая внимание на ее ум и мягкость. Я знаю, при желании ты могла бы поставить меня на место бойкой фразой. Но ты этого не сделала.
И Вилле, постоянно сбиваясь, начал рассказывать Дарси о той девушке, которую он себе придумал (или правда видел), которая всегда была рядом с ним бесплотной тенью и которую не было никакого шанса отыскать. Как он писал песни только для нее, представляя, что она прямо сейчас на него смотрит. Как пытался много раз представить ее себе — и не мог. Про свое бегство от славы, про встречу с Крисом и про долгие размышления после поездки в Беларусь.
Дарси слушала так, как умела только она — очень внимательно. Кажется, рассказ ее впечатлил, потому, что ближе к середине она, наконец, села рядом с ВИлле и даже коснулась его руки кончиками пальцев — чтобы подбодрить. Но даже не зная ее, можно было легко угадать сомнение, плескавшееся на дне желто-карих глаз.
— Это вовсе не означает, что мне захочеся дать тебе еще один шанс, — подвела итоги Дарси, дослушав до конца. — Конечно, я тебе сочувствую, даже очень. Но все равно, эта история не делает тебе чести.
— Я знаю, — убитым голосом сказал Вилле. — Но мне важно было, чтобы ты знала. Чтобы поняла, что я не конченый придурок, просто мне тогда было ужасно плохо. Я потерял надежду.
— Надеюсь, завтрак в местном кафе тебя порадует, в таком случае, — пожала плечами Дарси, встла и пошла по направлению к двери.
Не смея верить в чудо, Вилле вскочил и бросился за ней со всех ног.
Кафе оказалось очнь уютным местечком, где делали домашние лимонады и пекли очень вкусные булочки с самыми разными начинками.
Чтобы сгладить возникшую неловкость, Дарси поспешила заказать себе завтрак, а затем решила сделать селфи. Если уж приехала в другую страну — надо сделать несколько кадров на память. Дарси очень нравились фотографии. К тому же, она старательно делала вид, что приехала сюда исключительно как туристка.
— А фото со знаменитостью местного масштаба не хочешь? — неуверенно спросил ВИлле, влезая в кадр.
Неожиданно Дарси схватила его ра руку, притянула поближе и сделала снимок… их первый совсместный снимок.
— И куда мы пойдем после кафе? — спросил Вилле, беря инициативу в свои руки. Он думал, что растеряет всю свою храбрость рядом с этой решительной девушкой, но получилось наоборот: видя ее рядом, ощущая ее запах, глядя на ее растрепавшиеся волосы, он ощущал странную уверенность в себе, в своих поступках… и во всем мире вообще.
— Не нужно ничего особенного. Как бы ты провел этот день, если б я не приехала?
— Ну… мы бы с Крисом пошли на пляж. Посидели бы у воды, поболтали. ПОтом бы я поехал в студию записывать песню, сейчас работаю над новым альбомом. Крис бы поехал к своим «Конфеткам»…
— К кому? — брови Дарси удивленно поползли на верх.
— Это его новый прект, полностью самомстоятельный. Он собрал команду из трех девушек и назвал эту группу «Конфетки».
— Здорово так! — Дарси захлопала в ладоши, кажется, впервые успокаиваясь. — Тода звони Крису, мы все вместе пойдем на пляж. Потом, если ты не против, я поеду с тобой в студию. Но если это очень личное — схожу погуляю по городу.
Вилле набрал номер друга и предложил ему сходить прогуляться. Дарси в это время переодевалась в номере — идти на пляж в юбке было не самы разумным решением.
Через час все трое уже сидели на берегу не самого ласкового на свете северного пляжа и налаждались общением. Они бегали по песку за «тарелкой», играли в карты, а затем устроили пикник.
Купить шарнирную куклу, не BJD можно в нашем Шопике
Смотрите больше топиков в разделе: Кукольные фотоистории и сериалы: комиксы, фотостори
Обсуждение (2)
У нас уже готовы фотографии с еще двух поездок, так что ждут оформления.
Я думаю, ребята еще просто неопытны. Да, они встречались с кем-то когда-то, но с тем, кого любили — никогда. Поэтому оба сильно расеряны. Они разные, с разным опытом, как из разных миров, вот и приходится прилагать усилия, чтобы понять друг друга.